Не Поттер, просто Старк

      Взяв у нее порох, проговорил адрес и бросил под ноги. Вспышка, и вот уже стою в Лютном. В другие места я сейчас не мог пойти. Все магазины закрыты, а здесь круглосуточно открыты. И наверняка после сражения в Хогвартсе, это будут проверять намного тщательнее.       И, судя по пустым переулкам, был прав. Здесь больше не было тех страшных магов, которых видел в детстве. И пусть время было не детское, банк все ещё работал. Стоило к нему подойти, дверь открылась, и я сразу же зашёл в просторный и немного светлый холл. Вплоть от цвета стен до количества декоративных рисунков на полу, всё прекрасно гармонировало между собой. Вся атмосфера оставляла поистине сильное впечатление.       Но вся эта роскошь не поменяет мое мнение, гоблины не те существа, которым можно доверять. Они слишком алчные и хитрые для этого. Но за определенную цену они могут сделать все, что угодно.       Я встретился взглядом со старым гоблином, сидевшим за столом. — Здравствуйте, я бы хотел взять всё, что есть в этом сейфе, — без лишних слов я протянул гоблину ключ от сейфа. Якобы моего сейфа.       Он придирчиво рассмотрел его, после чего прошёлся по мне оценивающим взглядом. — Подождите, скоро придет сотрудник и поможет, — сказал он, отдавая ключ, я же слегка удивился.       Не было лишних слов, он не спросил даже имени и почему этот ключ у меня. Возможно такое случалось не раз, и в этот сейф заходили все, кто хочет. Ещё одно доказательство, что он не мой. И даже не Поттеров. — Я также хотел… Проверить свое имя, — сказал я, замявшись, все не понимая, как лучше сформулировать свою просьбу. — Проверку крови? — переспросил гоблин, я же кивнул. — Это будет стоить пятьсот галлеонов. — Я не против, — без запинки согласился я. — Если в моем сейфе достаточно средств для этого. — Тогда следуйте за мной, — сказал только подошедший гоблин, жестом потребовав ключ.       Я последовал за своим сопровождающим. Он повел меня в небольшой кабинет, здесь почти не имелось мебели, кроме рабочего стола. А на нём небольшая чаша, кинжал и стопка пергамента рядом. — Ваше золото скоро принесут в специальном кошельке, он будет стоить десять галлеонов, вы не против? — спросил он, устраиваясь в кресле и жестом попросив присаживаться и меня. — Что за кошелек? — спокойно уселся и внимательно посмотрел на гоблина. — Специальный с чарами расширения, вмещает большую часть всего, что может храниться у вас. Если вам понадобится вместилище побольше, мы также автоматически возьмем еще один кошелек. Все расходы спишем с вашего счета. Вы согласны?       Гоблин говорил четко и по делу, мне это нравилось. Совсем не хотелось вдаваться в подробности, и в такие моменты гоблины — лучшие помощники. А насчет счета, я надеялся, что в нем будет достаточно, чтобы я хотя бы расплатился за проверку крови.       Но мои опасения оказались напрасны, через некоторое время пришел еще один гоблин и поставил на стол два кошелька. Я слегка выгнул бровь, такой суммы я не ожидал. — У вас на счету было восемнадцать тысяч галлеонов, мы уже списали необходимую сумму. Сейчас проведём проверку.       Такая большая сумма меня поразила, но я этого не показал. Меня все не покидало чувство, что Дамблдор почему-то оставил меня в живых. Да ещё и с такими большими средствами оставил. Словно хотел, чтобы я как можно дольше пожил. Но зачем? Хочет в будущем вновь использовать?       Пока думал, гоблин взял кинжал, мне пришлось протянуть ему руку, он резко полоснул лезвием по ладони. Я слегка зашипел от боли, но, когда кровь попала на чашу, рана начала затягиваться сама по себе. Потребовалось всего несколько капель крови, гоблин прочел какие-то заклинания и кровь слегка засветилась. Он капнул ей на пергамент, где медленно стали появляться буквы.       Гоблин не дождался, когда всё проявится, и протянул пергамент мне со словами: — Вы можете прочитать результат тут, но также имеете право ознакомиться с ним где-нибудь в другом месте. Мы не имеем права заставлять вас говорить нам результат. — Спасибо, я вас понял, — кивнув, я стал читать пергамент, слов было мало, но достаточно, чтобы пролить свет на все вопросы. Имя: **** Стаффорд — полукровка. Дата рождения: 1996 год. Мать: Мария Клиффорд (Стаффорд) — сквиб (мертва); Отец: Энтони Эдвард Старк — маггл (жив); Близкие родственники: **** (мертвы); Наследник рода Стаффорд. Наследство: сейф 567110, вся имеющаяся недвижимость. Магические способности: — Змеиный язык — приобретенный. — Некромантия — заблокирована; — Боевая магия — активно на пятьдесят процентов; — Артефакторика — активно десять процентов. Магические блоки: hoc est meum — 89% — Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор. Посторонние вещества в крови: зелья доверия, любовное зелье, зелье вражды, зелье ухудшения зрения, яд василиска, слёзы феникса. Бывший крестраж. Магический ошейник раба — Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор.       Я не моргая уставился на пергамент, гоблин спокойно дожидался, пока я приду в себя. Латинский я пусть коряво, но знаю и значение слов на пергаменте понял. Не дурак. Значит ли это, что всю свою жизнь я жил и функционировал, используя менее четверти своих магических способностей? Как я вообще победил Тома в таком состоянии?!       Я знал, что вначале Дамблдор хотел моей смерти, черт возьми, я даже знал, что вся моя жизнь была подделкой, но я даже не думал, что этот человек зайдет так далеко, что украдет мою магию. Это даже может объяснить то, что он так легко отпустил меня. Ну да, свою собственную магическую батарейку потерять не хотел.       Пока раздумывал над написанным, я с горечью вновь прочитал строчки о своих родителях. Почему-то я не удивлен. Больше меня напугало упоминание о рабе. — Все что тут написано, правда? — Уверяю вас, все правда. — Тогда почему тут указана связь раба и слуги? — спросил я, и все же протянул пергамент.       Гоблин сначала смотрел на меня, долго, будто давая мне время одуматься, но я стоял на своем. После он с неохотой забрал пергамент. Он некоторое время читал, а после отложил бумагу, помассировал глаза и вновь прочел. — Мистер… Наследник Стаффорд, можно спросить, где вы были всё это время? — вдруг спросил гоблин. — Здесь, — неопределенно ответил я, ведь я дал обет молчания.       Даже не своим именем, но скрепил своей магией. Я не могу так просто отвечать на такие вопросы. — Я вас понял, подождите пожалуйста некоторое время, сейчас ваш поверенный придёт, — коротко высказался гоблин, протянул мне пергамент и, поклонившись, вышел.       Я глазам своим не поверил, чтобы такие гордые создания, да поклонились! Это точно было что-то нереальное! Однако гоблин и правда это сделал.       Раздумывать мне долго не пришлось, в кабинет быстрым шагом вошёл очень пожилой гоблин. Наверное самый старый среди своего народа, хотя я не знал точно. — Этот день наконец настал, наследник Стаффорд, вы здесь, я все же дожил до этого дня! — сказал этот старичок необычайно воодушевленно.       Я же встал и помог ему сесть на свое место. Он дышал слишком часто и выглядел не совсем здоровым. Когда он немного отдышался, я все же не выдержал и спросил: — Вы сказали, что ждали меня, сколько и для чего? — Наследник, ожидание мое продлилось целую вечность, я уже потерял все надежды, но вы тут, и я все же не зря прожил свою жизнь, — почти пропел гоблин, пристально смотря на пергамент у меня в руках. — Я могу это прочесть?       Мне нечего было скрывать, я протянул ему пергамент. Он дрожащими руками взял его и начал вчитываться. С каждой секундой его радостное лицо начало меняться, а в конце и вовсе исказилось в гневе. — Кто посмел так поступить с вами, Наследник?! — почти взревел гоблин. — Что именно? — уточнил я, ведь в пергаменте было слишком много вещей, на которые нужен ответ. — Кто посмел поить вас столькими зельями, запечатать ваши родовые дары и сделать рабом?! И, почему вы Безымянный?.. — Насчёт первого, не могу пока ответить, — кратко сказал я, и гоблин резко подобрался. — Насчёт второго, моя мама не успела дать мне имя. — Не успела, — повторил гоблин и глубоко задумался. — Обычно Безымянные не доживают и до десяти, но вы… — Что значит Безымянный? Разве только мать при рождении может наречь своего ребёнка?       Этот вопрос меня сильно беспокоил. И, судя по выражению лица гоблина, дела идут не совсем хорошо. — Имя новорожденному магу даёт при рождении мать, или же отец. Если их нет, это делают близкие родственники. Если же и их нет, то ребенок станет Безымянным… — И что это значит? — нахмурившись, спросил я. — Про Безымянных говорят: нет имени — нет судьбы. Ещё ни разу Безымянный не проживал дольше десяти или двенадцати. Собственная магия просто уничтожает их изнутри.       Он объяснил кратко, но и этого было достаточно. Каким-то невероятным способом все ещё жив, и даже в этом смог отличиться. И правда, живучий гад! — Если один из родителей маггл, он всё равно может дать имя? — совсем тихо спросил я. — Конечно, ведь у вас одна кровь и он имеет на это полное право, — быстро ответил старик. А после, будто что-то вспомнив, протянул мне руку. — Ох, совсем забыл, я Златохват, поверенный вашего рода, рад нашей встрече, — почтительно представился он, слегка поклонившись. — Я тоже, — сказал, пожав руку старому гоблину. — Почему в пергаменте указана связь раба и господина? — спросил вновь. — Вас только это беспокоит? — слегка ошалело спросил он, всматриваясь мне в лицо, на что я даже бровью не повёл.       Как еще могу реагировать? Про зелья и запечатанную магию мне уже рассказывал Дамблдор, а жизнь своей матери и Рода я увидел благодаря Смерти. Но вот про раба ничего не было. — Это очень тёмный ритуал, подчиняет мага полностью. Я удивлен что про него помнят нынешние маги, он очень древний, — задумчиво протянул гоблин. — Наследник, почему бы нам не пройти в ваш сейф и там всё обсудить? — предложил он, на что я коротко кивнул.

***

      До моего сейфа мы добирались еще более окольными путями, чем до сейфа Беллатрисы. Стольких разворотов, обрывов и резких спусков я еще никогда не видел. Мне казалось, мы всё глубже погружаемся под землю.       А немолодой гоблин совсем не боялся и словно светился от радости, попутно рассказывая про мой род. Хотя этого делать и не нужно было. Смерть всё показала и рассказала. Даже больше, теперь знаю о своих предках куда больше остальных.       Гоблин закончил в тот момент, когда мы остановились около сейфа. Меня немного трясло и тошнило, но держался.       Следуя за старым гоблином, вскоре оказался возле входа, он отпер его стареньким ключом, дверь медленно открылась.       Я ожидал увидеть гору сокровищ, или ещё чего, но сейф был почти пуст. Не этого ждёшь от древнейшего и сильнейшего рода в истории. В наследство мне досталось лишь с десяток книг, лежащих посреди помещения.       Я с минуту стоял, ошарашенный, а в это время гоблин шустро вошёл внутрь и, указал на книги. — Наследник, не смотрите так разочарованно. Эти книги куда дороже любого золота.       Глубоко вздохнув, посмотрел на гоблина, который также выжидающе смотрел на меня. Не ожидал от этого существа таких слов. Что действительно ценят гоблины — это золото. Но прямо сейчас, один из них утверждает, что книги куда важнее! — Мистер Златохват, есть у меня какие-либо родовые имения? — пропустил мимо ушей его слова. — Конечно, и не одно! — тут же ответил гоблин, но потом вдруг погрустнел. — Но за такое время, возможно, кто-то уже заявил на них права и забрал земли. — Можете разузнать, что осталось? — Естественно, — гордо задрав голову, сказал он. — Как могу забрать книги отсюда? — У вас есть кошелёк, можете поместить туда все, что есть в сейфе. — Тогда заберу книги, а потом можно проверить имущество. — Хорошо, Наследник, я к вашим услугам.       Я сначала с неохотой подошёл к книгам, но стоило прочитать их названия и открыть, сразу осознал ценность своего наследия. Они были написаны вручную, так ещё и содержали самые важные вещи в обучении любых направлений магии. Просто думая о том, что, будучи Мальчиком-который-выжил, я бы не нашел такое сокровище, хотелось благодарить смерть за такую судьбу. Пусть я шёл к ней через тернии. И все же, я рад, что не являюсь Гарри Поттером.

***

      Ознакомившись со своим наследством, поместил их в кошелек. Который был расширен с помощью чар. Все книги были крайне познавательными, но сейчас у меня не было времени и сил учиться новому. — Наследник, я бы посоветовал пройти ритуал очищения, — сказал мне мой поверенный, когда мы вышли из сейфа. — Что за ритуал? — недоумевал я. — Он очень древний, очень темный, но именно он вам сейчас особенно нужен. Ваша магия почти полностью запечатана, а в крови намешано слишком много всего. Боюсь, из-за этого вы долго не проживете. Максимум, ещё два или три года, — пока гоблин говорил, он все время хмурился и неодобрительно качал головой. — Так ещё и ошейник раба нужно снять…       Уже на пути к выходу из подземелья, глубоко задумался. Для меня не такая большая новость про всякие зелья, но вот запечатанная магия и ошейник раба — этого никак не ожидал. Я и сам гадал, как бы с этим разобраться, но, раз уж гоблин поднял эту тему, можно и его спросить. — Как этот ритуал будет проходить и сколько стоит? — уточнил я. — Все тонкости в проведении ритуала можете оставить на нас, мы, как никто другой, можем его провести. А вот про стоимость, боюсь, тут вам стоит раскошелиться. Десять тысяч за проведение ритуала, и ещё пять за восстановление после него.       Цены не просто кусались, а сжирали живьём! И хотя жаба душила, но здоровье дороже. Да и деньги не мои, теперь с их помощью буду лечиться. — Хорошо, я согласен. — Тогда, Наследник, вам придется задержаться у нас на месяц. — Что значит месяц?! — Ритуал проходит медленно, и все это время вы должны быть здесь. Что-то мне не понравились его слова, и не зря.

***

      В тот день прибыл в банк глубокой ночью, и пока разбирался с проверкой крови и сейфом, время пролетело незаметно, закончили мы со всем ближе к утру. И мне хотелось просто лечь где-нибудь и поспать. Слава богу в банке имелось специальное крыло, оборудованное под VIP-зону. Оно не для рядовых клиентов, так что там почти никого не оказалось.       Когда мне предложили остаться там, я собирался отказаться, так как денег совсем ни на что не хватило бы, но меня заверили, что, пока идёт подготовка к ритуалу, могу поселиться в номере бесплатно. Гоблины и бесплатно никак не уживались вместе, поэтому был настроен скептически. Пока Златохват не объяснил мне, что стоимость номера входит в те самые десять тысяч.       Это немного успокоило и я всё же согласился. Номер оказался не слишком большой, но и не чулан под лестницей. Спальня с двухместной кроватью, санузел, небольшая гостиная и кабинет. Всё было обставлено качественной мебелью.       Было совсем тихо, тело не болело, и я довольный плюхнулся на кровать. Вот просто лег на кровать с закрытыми глазами, в следующий момент уже пытаюсь их открыть, а в дверь кто-то стучит.       Я не знал сколько спал, но из-за боли в голове понял что не долго. — Уже иду, — хриплым голосом отозвался я, вставая.       Голова гудела, живот скручивало от голода. Вчерашний обед и ужин у Маргарет кажется плохо усвоились, меня начало мутить. Все же долгое время голодал, и с желудком всегда проблемы были. — Обслуживание номеров, — пропищал маленький гоблин в забавной униформе, открыл дверь и позволил ему зайти.       Он закатил тележку намного больше себя, на которой стояли несколько тарелок и стакан свежевыжатого апельсинового сока. Стоило гоблину убрать крышку с посуды, в нос ударил чудесный аромат.       На достаточно большой тарелке был бекон, варёные яйца, жареные помидоры, грибы, тосты с маслом и колбаса. Мой живот тут же отреагировал, громко заурчав. — Спасибо, — коротко сказал я, гоблин кивнул и молча ушел.       Ел не спеша, не хотелось переесть, а потом целый день ходить с болью в животе. Мой рацион питания ужасный, зачастую целыми днями ничего не ел, а потом резко переедал. Это сильно сказалось на весе и желудке. Как бы ни был голоден, много съесть не получилось, сразу начинало тошнить. После завтрака закрыл посуду крышкой и откатил тележку к двери. За ней наверняка вернутся.       И долго ждать не пришлось, в дверь вновь постучали. Но на сей раз это оказался Златохват. Открыл дверь и позволил ему войти, так как в руках у него была целая стопка бумаг. — Наследник, если вы уже позавтракали, нам стоит заняться вашими имениями, — тут же начал гоблин. Он как будто был у себя дома, спокойно направился в сторону кабинета и поставил бумаги на стол. — Почти все имеющиеся участки распроданы или захвачены другими родами. Из оставшихся, только родовой менор и закрытый магазин артефактов в Лютном переулке. Ну хоть что-то…       Я рад был даже этим остаткам, но гоблин негодовал. Он хотел начать судебное разбирательство со всеми, кто посягнул на мои земли, но я его остановил. — Мистер Златохват, оставьте это на потом. Сперва следует провести ритуал, — напомнил старику, от чего тот сразу растерял свой грозный вид. — Да, точно! — хлопнул он по столу и среди кучи бумаг нашел парочку нужных. — Так, садитесь, нам необходимо о многом поговорить и обсудить, как будет проходить ритуал.       Он толкнул меня к креслу и насильно усадил. Сам же в это время зачитывал, что было написано на заинтересовавших его листах.       Вроде бы ничего сложного не указывалось, только описание нужных магов, артефактов и зелий. А также способ подготовки к ритуалу. Чем дольше он говорил, тем больше понимал, почему требуется именно месяц. Если необходимость выпить несколько литров зелий — это ещё понятно, то вот два дня обмакания в крови лекроттаров и неделя нахождения в полнейшей темноте, вызывали закономерные вопросы. — Ещё раз, для чего меня должны запирать в какой-то темной яме без еды и воды? — перебил я гоблина. — Чтобы после выпитых зелий все токсины из вашего тела вышли. И чтобы магические оковы спали с вас. Для этого нужно тёмное и холодное место, — как ни в чем не бывало ответил он и продолжил. — Так же это не простая яма, а магическая.       Я же все больше офигевал. Сразу после того, как моё полумёртвое тело вытащат из ямы, начнётся сам ритуал. Меня должны распять на земле, посреди пентаграммы, и воззвать к магии. Если бы это услышал кто-то из министерства, нас всех отправили бы на поцелуй с дементором. Но говорил это гоблин, и мы находились на их территории, так что кому-то постороннему что-то узнать было бы сложно. — Когда ритуал пройдет, вами сразу займутся целители. Так что, мы гарантируем вашу полную безопасность, — с яркой улыбкой вещал этот… гоблин.       Он сам себя не слышал со стороны? Да это же чистой воды самоубийство! — А как-нибудь по-другому провести ритуал нельзя? — К сожалению, Наследник, но нет, этот вариант самый гуманный. Вы сейчас и так не в лучшем виде, так что мы никак не можем медлить с ритуалом.       Гоблин говорил твердо и смотрел мне прямо в глаза. Не хотелось признавать, но он прав. Я сам никак не избавлюсь от ограничений и зелий в крови, так что мне пришлось согласиться. — Когда начнем? — Как только вы подпишите все эти документы. Да, бюрократия есть везде, даже в магическом мире… — А, как я должен подписывать? — дошло до меня через секунду. — Подписывайтесь как наследник своего рода, — как ни в чем не бывало ответил он. — Все равно эти бумаги только юридические, вы никак магически закрепить все не сумеете, имени у вас пока нет. — То, что у меня нет имени, как-то влияет на магические документы? — спрашивал я, когда подписывал все бумаги. — Естественно, Безымянные не могут скреплять ни один магический документ, или обет без своего имени. Это в каком-то роде даже хорошо, но вы не доживаете даже до пятнадцати.       Этот старый гоблин говорил, совсем не думая о чувствах собеседника. Пока пытался переварить сказанное, меня вдруг осенило. — Подождите, я не могу дать магический обет? — Нет конечно, — фыркнул гоблин. — А если бы и попытались, получили бы сильный магический откат. Другими словами, умерли через некоторое время.       Дамблдор же настаивал на обете молчания. Даже заставил произнести его, хотя имени у меня не было… Этот урод хотел чтобы я умер или остался в живых? Зачем тогда вообще давать ключ от сейфа если я должен был умереть от отката магии?!       Чем больше пытался понять Дамблдора, тем сильнее болела моя голова. Он нелогичен в своих действиях. Может, и правда возраст сказывается? Маразм?..       Как бы там ни было, спасибо за деньги, добрый дедушка Дамблдор. Ты сильно помог, и вскоре я тебе отплачу.

***

      Когда мне сказали: "это всего лишь неделя", нужно было сразу отказываться от всего. И пошло бы все к черту, нашел бы другой выход. Но этот ритуал оказался одним из самых тяжёлых в моей жизни. По сути, он являлся первым…       Начиналось все достаточно невинно. Подписал все документы, гоблины начали подготовку, а мне нужно было только ждать и выполнять их требования. После приятного купания в крови, началась подготовка ко второму этапу ритуала. — Наследник, снимите с себя всё, и наденьте эту ритуальную одежду, — сказала женщина-гоблин в каком-то балахоне. Лица её совершенно не было видно.       Я старался явно не пялиться на нее, но все же взгляд невольно задерживался на маленькой фигуре. Честно говоря, чисто логически я понимал, что гоблины должны каким-то образом размножаться, но никогда не думал о возможности существования гоблинов-женщин.       Стараясь не думать о такой ерунде, кивнул, и она отвернулась, чтобы я мог одеться. Ритуальное одеяние оказалось изготовлено из необычного материала: вроде и хлопок, но мягче на ощупь. А комплект состоял из одной лишь набедренной повязки. Великолепно…       Как-то сумев завязать повязку вокруг талии, последовал за гоблиншей вглубь ритуальных покоев. Комната эта была круглой, но сделана из обсидиана. Тип камня, который был эксклюзивным для нации гоблинов, настолько эксклюзивным, что большинство волшебников о нем не знали. Откуда узнал я? Златохват успел мне всё рассказать.       Посреди комнаты имелась дыра, вокруг неё нарисован рунический круг, включающий восемь кристаллов. Как только я спущусь в туда, сверху ещё и закроют, помещая меня в своеобразное изолированное место. Почему именно яма, так и не понял. Но я должен быть един с землёй, чтобы всё нечистое из меня вышло. — Выпейте, — пока разглядывал свою будущую тюрьму, гоблинша протянула мне чашу из сапфирового стекла, в которой плескалась прозрачная жидкость.       Это было специальное зелье, которое работало с магией ритуала и очищало тело, в то время как ритуальная магия очищала магию и ауру. В зелье содержалось снотворное, оно усыпляло человека во время ритуала, поскольку тот мог оказаться весьма болезненен. Вновь кивнул ей и выпил всё, прежде чем направиться к яме, уже чувствуя головокружение.       Последнее, что помню, это холодную мокрую почву под ногами и голос гоблинши. Дальше была тьма… Меня замуровали в глубокой-глубокой яме, куда не попадают ни свет, ни звук.

***

      Каждый мускул моего тела был напряжён. Конечности слушались плохо и онемели от того, что находился в неподвижной позе. Адская боль пронзила мозг, в ушах ужасно звенело. Нервы находились на пределе от боли, но в основном от страха и постоянного выплеска адреналина в кровь. В висок отдает остро пульсирующая боль.       Создавалось такое впечатление, словно всю боль и страдания мира поместили в меня. Знаю одно: если чувствую боль, значит — жив. Вокруг одна темнота. Абсолютная темнота. Чернее самой тёмной ночи. Да и то, ночью звёзды светят.       Состояние мое с каждой секундой становилось всё плачевнее. Не знаю, сколько пролежал в этой яме, почему так больно. Но одно понятно сразу — из меня что-то выходило. Изо рта, ушей, глаз, носа. Даже из пор. Что-то склизкое, мерзко пахнущее. Мне казалось, что просто таю, в то время как кости ломаются одна за другой, а после меняются местами. Я сам буквально менялся всем телом.       Я кричал, может плакал, но ничего не понимал. Мой собственный голос не доходил до ушей. Было страшно, действительно страшно, словно тьма поглотила и звук. Вокруг непроглядная темнота. Жизнь кажется пустой. И живёшь ты как будто зря, чьей-то жизнью — совсем чужой…       Пронеслось вновь в голове, и по коже забегали страхи-мурашки, словно мелкие насекомые. Не помню с какого момента, но я начал думать странно. Мысли были не мои. Голос — не мой.       Меня передёрнуло от мнимой брезгливости, что схожу с ума и уже слышу чужие голоса в голове. Готов ли принять всё, найти себя нового? Готов отбросить прошлое, всех своих врагов и близких?       Я закрывал уши, кричал, но голос в голове никак не умолкал. Она постоянно что-то говорила, и с каждым разом я все чётче понимал что голос имеет в виду. — Я готов! Готов всё отбросить! Не нужна мне чужая жизнь! — промямлил я, всхлипывая. — Пожалуйста! — протянул, шмыгнув носом, и глубоко вздохнул от безнадежности. — Я больше не хочу быть Гарри Поттером, просто хочу найти свою судьбу и новую жизнь… ***       Где я и сколько уже здесь нахожусь? Почему я тут? Что же произошло? Всё казалось незначительным, и вопросы эти больше меня не беспокоили.       Меня окутал страх в чистом виде, сплетённый из черной, непрозрачной тьмы. Я никогда прежде не видел такой тьмы. Из всех страхов, какие существуют в человеке, больше всего боялся самой темноты. Даже в детстве, когда меня запирали в чулане, где едва различал предметы, мне было не так страшно, как сейчас. Как страшно изменилось твоё тело. Ты не хотел судьбы такой. Ты заново написал свою судьбу. Ты и смерти хотел не такой. Ты смерть себе подчинил…       В моей голове царил полный хаос. Потёр виски и беспомощно всхлипнул. В этой кромешной темноте пропали все звуки, не говоря о запахах. Тишина била по ушам. Неизвестность, темнота и абсолютная тишина действовали на меня угнетающе и устрашающе. Я уже с трудом мог различать где сон, а где реальность. Хотелось быстрее выбраться отсюда, увидеть свет.       И меня не оставляло чувство, что за мной кто-то неустанно следит. И именно он шепчет все эти странные слова мне прямо в голову.       Неужели схожу с ума? Навязчивый, властный внутренний страх заставляет меня нервничать и сжиматься, словно я могу стать меньше и исчезнуть из этого неприветливого места. — Ещё чуть-чуть, совсем немного осталось, — шептал я себе, надеясь, чтобы неделя поскорее закончилась.       Я свернулся клубочком, подтянув ноги к подбородку и уткнувшись лицом в колени. Слёз больше не было, осталась только безграничная усталость. Твой прежний образ исчезает…       Вновь прозвучал голос в голове, но на этот раз что-то дотронулось до моей шеи. Не вздрогнул, даже не испугался. Я так долго боялся этой темноты, что это незначительное действие никаких эмоций во мне не вызвало. От тебя прежнего ничего не осталось…       Тьма, висевшая надо мной, растекалась словно живая, обнимала и сжимала, будто пыталась слиться со мной и стать одним целым. От нее веяло холодом и сыростью. Она дотронулась своими липкими и холодными щупальцами до моей души и разума, заставив принять себя. Эта мгла не твое наказание. Та жизнь — твой урок. И смерть, и тьму ты принял гордо. Душу разорвал на части, её не склеить, не собрать. Только заменить… — Достоин!       Оглушил меня на мгновение чей-то голос, и резко всё оборвалось. Поток остановился, течение мрака прекратилось, как бы то ни было, больше не чувствовал давящую тишину. И наконец, меня ослепил яркий свет, отгоняя оставшуюся тьму. А вместе с ней и неясный черный силуэт, который нависал надо мной. — Достоин, — повторил силуэт странным голосом, будто говорили сразу несколько человек. Их голоса сливались в единый поток и постоянно повторяли. — Достоин!       Свет все больше слепил, хотелось крепко зажмуриться, но что-то не позволяло этого сделать. Мучительно медленно, темный силуэт начал меняться. И казалось через целую вечность передо мной предстал образ моей мамы. Она была всё так же молода и прекрасна. Она улыбалась и гладила меня по голове. А после сказала слова, странно звучащие до этого в моей голове: Для того, чтобы получать удовлетворение от жизни — полюби страдания. Тогда и почувствуешь вкус жизни, тогда ты будешь ценить каждый миг, каждый вздох. Бесконечное многообразие судеб и историй — всё это и есть настоящая жизнь. Нет таких страданий, нет такой боли, которая не открывала бы перед нами новые возможности. Но чтобы ими воспользоваться, нельзя игнорировать боль, её нужно осмыслить…       Это она всё время говорила со мной! Она… всё время была рядом. — Я люблю тебя, мой дорогой сын. И всегда рядом с тобой, что бы ни случилось, — она погладила меня по голове, и прозвучал странный щелчок. Что-то с громким лязгом упало с моей шеи. — Я… тоже, мама.