The Ocean

"And ever has it been known that love knows not its own depth until the hour of separation."

—Khalil Gibran

* * *

Звёзды в Понивилле сегодня были прекрасны. Эпплджек приветствовала прохладный, освежающий ночной воздух. Обычно в летнюю жару она терпела палящее солнце, целый день трудясь в поле, не задумываясь. Недавно погодные пегасы спрятали остатки облаков на время сезона, скрывая их до тех пор, пока осень не приобрела оттенки жёлтого, оранжевого и красного. Уровень ртути будет продолжать повышаться в течении последних нескольких недель лета. Итак, сегодня вечером, наслаждаясь своей репризой от жары, Эпплджек сделала то, для чего была рождена. Таща тележку, полную пустых корзин, блондинка направилась в свой южный сад. Её ждали десятки яблонь: их ветви были утяжелены спелыми соблазнительными плодами. Остановившись, Эпплджек отстегнула себя и швырнула первую корзину под одно из высоких деревьев. Затем она нырнула под дерево и ударила своими мощными железными задними копытами в кору, отправив волну яблок в сосуд внизу. Бо́льшая часть яблок аккуратно упала в корзину. Некоторые восстали, отскочили от края корзины и покатились к свободе. С тихим смешком Эпплджек собрала бездомных и возобновила свою работу, раскачивая первое дерево, пока его ветви не опустели. Так было и со вторым. И третьим. И четвертым. Basket-buck-check. Basket-buck-check. Пауза. — Вытри пот со лба. Перейди к следующему дереву. Пусть ветер треплет гриву. Возьми стетсон и удерживай его на своём месте... Basket-buck-check. Basket-buck-check. Повторение определило жизнь Эпплджек. Времена года были постоянными и неизменными, такими же надежными, как обмен аликорнами в небе. Новая жизнь пришла весной. Лето и осень были временем, чтобы пожинать плоды и собирать урожай. Зима была дремлющей тишиной, тихим сном полей под белым покрывалом. Четыре времени года встали на свои места. Эпплджек знала, что с сезонами приходит экономика, циклические доходы и расходы. Три сезона в году четыре «Яблока» сокращали свои бюджеты и подсчитывали свои биты, видя зиму на постоянно приближающемся горизонте. Сезон сидра. Зап сезон яблочного джема. Продажи на рынке. Продажи в другие города. Консервирование и приготовление собственной еды, своих товаров. Всё становится на свои места, одно за другим. Повторение определяло жизнь Эпплджек, придавая ей структуру и последовательность. Блондинка торжествующе ухмыльнулась, когда ещё один огромный бушель яблок упал на гостеприимную землю в объятиях её корзины. Радуясь, что звезды в полном разгаре, чёрное одеяло, пронизанное чистым, бесконечным светом, Эпплджек прислонилась к одному из своих деревьев и отдохнула, вытянув копыта. Она посмотрела на дерево и улыбнулась. — Очень приятно было увидеть тебя вечером, Блоссом. Ты скучаешь по своему брату Блумбергу? Блоссом ответила, подняв свои ветви к горизонту Понивилля. Эпплджек вздохнула и сняла свой «стетсон», позволяя лёгкому ветерку играть её гривой. Она продолжила разговор, не обращая внимания на молчание Блоссом. — Брей Бёрн говорит, что с яблоками в этом году всё в порядке. У Блумберга там, в Эппллузе, всё в порядке. Хотя он, конечно, скучает по тебе. Скоро мне придется навестить их обоих. Она поднесла переднее копыто к коре дерева, уверенная, что чувствует, как в нем пульсирует жизнь. Хоть и немая, Блоссом была вполне жива. — Но до Эппллузы очень далеко, Блоссом. Не знаю, хватит ли у меня сил поехать туда на какое-то время. Думаю, не раньше, чем мы увидим, как обстоят дела с осенним сбором урожая и продажами. Листья дерева зашуршали в ответ. Эпплджек вздрогнула. Она не могла солгать, даже дереву. Честно говоря, кроме Эппллузы было ещё одно место, которое она с удовольствием посетила бы. Рухнув на спину, Эпплджек наслаждалась приятным ощущением, как трава щекочет её шерсть. Она слегка заржала, закрыв глаза. Лежа здесь, соединенная с источником своей силы и души, она предавалась одному из немногих удовольствий, которыми могла наслаждаться без угрызений совести. Зевая, она пробормотала: — Блоссом, я прилягу на несколько минут…

* * *

Звёзды в Кантерлоте сегодня были прекрасны. Над постройками пони, торжествуя над всеми постройками и обелисками, принцесса Луна сегодня вечером нарисовала шедевр. Высоко в замке Кантерлота, аликорн ночи бдительно следил за своим городом, пока её сестра дремала. Подобным же образом Рарити выглянула из окна своей квартиры, пока Крошка Белль мирно спала. Брюнетка украдкой взглянула на дремлющую кобылку и хихикнула в переднее копыто. Бедняжка была совершенно измотана поездкой в Кантерлот. Рарити предположила, что их родители сейчас сопровождают младшего с Песчаной Кобылой, судя по их растрепанным гривам в тот день. Сопровождение буйной кобылки из Понивилля в Кантерлот оказалось непростой задачей. Тем не менее, Рарити была благодарна. Прошел месяц с тех пор, как она совершила прыжок веры — или, как это называла Пинки, «прыгай, прыгай и прыгай!» — и переехала в столицу. Прошла почти неделя с тех пор, как она в последний раз видела свою сестру, мать, отца или кого-либо из своих друзей. Отвернувшись от окна, Рарити побежала к Крошке Белль, держа свет на копытах. Свити растянулась на одеялах, слишком уставшая, чтобы даже утруждать себя укутыванием. — О, Свити, дорогая, во сне ты простудишься, — тихо сказала Рарити, зажигая рог. С помощью тумана нежной синей магии она подняла сестру в воздух, откинула простыни и одеяла, а затем опустила её на кровать. Крошка Белль пошевелилась, но не проснулась, тихо бормоча что-то во сне. Плотно прижав её к себе, Рарити поцеловала жеребенка в лоб и улыбнулась. — Спокойной ночи, Свити Белль. Ещё одно быстрое заклинание потушило лампы в комнате, погасив свет во тьме. Осторожно, чтобы не потревожить сестру, Рарити вышла из комнаты, уклоняясь от скрипящих половиц под копытами. В обычной ситуации Рарити заползла бы рядом с Свити, крепко прижимая её к себе в этом странном городе. Крошка Белль никогда раньше не ночевала в Кантерлоте. Она казалась скорее взволнованной, чем напуганной, но никогда нельзя быть слишком уверенным. Однако, даже когда луна поднялась до самой высокой точки ночного неба, сон ускользнул от Рарити. Вместо того, чтобы закончить ночь, она спустилась по лестнице из спальни в рабочую студию, остановившись в эпицентре своего последнего проекта. Рулоны ткани были разбросаны по полу. Ножницы, стопки рулеток, катушки ниток и случайные иголки довершали этот беспорядок. По углам бездельничали три манекена, заваленные отброшенными идеями. В своей переноске Опалесенс храпела и царапала лапами во сне, вызывая смешок у своего владельца. — Ооо, Опал, как я могла позволить этому беспорядку продолжаться так долго? Рарити рассмеялась над её риторическим вопросом. Следующие несколько минут она провела, приводя в порядок свою студию, возвращая всё на свои места. Закончив, Рарити рухнула на диван возле своего рабочего места, вытянув спину. Несколько суставов щелкнули и застонали. Она вздрогнула и взглянула на часы. — Почти полночь. Я должна была бы устать, но это не так. Перевалившись на живот, она положила голову на передние копыта и вздохнула. Длинный рабочий день позади, и Рарити знала, что вечером ей пора уйти. С момента прибытия в Кантерлот она ничего не делала, кроме как втыкала копыта в землю. Она работала усерднее, чем когда-либо прежде, выполняя заказы некоторых из самых элитных и влиятельных голов в городе, в том числе Фэнси Пэнтс, Сапфир Шорс и Хойти Тойти. Следовательно, её имя и товарные знаки начали распространяться по всему царственному городу. Тяжёлая работа Рарити наконец-то начала приносить плоды, и не раньше, чем через мгновение. Пытаясь расслабиться, брюнетка выглянула в окно нижнего этажа, глядя на звезды. Они были простыми и элегантными — прослеживаемая закономерность, которую можно было предсказать и на которую можно было положиться для будущих поколений. Предсказуемая. Надежная. Честная. Истинная. Смесь агонии и радости вспыхнула в сердце Рарити, когда она закрыла глаза и вспомнила...

* * *

— Интересно, почему Рарити хотела, чтобы мы встретились с ней здесь? Твайлайт посмотрела на своих четырех друзей. Все пять пони заняли кабинку в кафе «Hey-Street». Всего несколько часов назад Рарити отправила срочную телеграмму с просьбой встретиться с ней здесь в три часа. Ни одна из морд, смотрящих на неё, не ответила. Твайлайт неловко поерзала на стуле и нахмурилась. — Надеюсь, всё в порядке. — О, я тоже… — Флаттершай позволила своей гриве упасть ей на лицо и нырнула за ней, — Тем более, что мы находимся в таком... о-общественном месте... Она оглядела интерьер кафе, прижимаясь немного ближе к своему месту. К счастью для робкого пегаса, столики на открытом воздухе в кафе были полны. Рэйнбоу Дэш закатила глаза и выдохнула малинку. — Вы двое такие беспокойные! Могу поспорить, она просто хочет, чтобы мы снова помогли ей смоделировать несколько платьев или что-то в этом роде. Скрестив передние копыта, она добавила уголком морды: — И на этот раз я на это не куплюсь. Никакого торта не было и никогда не будет! Пинки Пай корчилась на своей стороне кабинки, ритмично постукивая передними копытами по столу. — Ооо, мое Пинки-чувство подсказывает мне, что все, что Рарити скажет нам, — это чушь! И ты знаешь, какими дурацкими могут быть дураки! О! Может быть, это самая дурацкая из всех дураков! Рэйнбоу Дэш снова закатила глаза и поморщилась. Эпплджек неодобрительно покачала головой в сторону Дэша. — Дэш, будь вежливой. Это не похоже на Рарити, — многозначительно сказала она, глядя на Дэша. По своей природе Эпплджек говорила правду. Рарити предпочитала раскрывать свои секреты за закрытыми дверями. Эпплджек оглядела оживленное кафе в поисках каких-либо признаков своего почетного гостя. — Ты права, Эпплджек. Это не так. Вот почему я волнуюсь, — Твайлайт постучала по подбородку, — Ну… может быть, если она захочет поговорить с нами здесь, это будет не так уж и плохо, — сказала она, немного оживившись. Трое её подруг пробормотали в знак согласия, а Рэйнбоу Дэш лишь зевнула. Пони-официант подошел к их столу и поставил на стол пять меню. — Что я могу получить для вас, кобылки? — вежливо спросил он, левитируя блокнот и перо своей магией. — Для начала другое меню, — сказала Эпплджек, — Мы ждём подругу. Дай нам несколько, пожалуйста? — Конечно, мадам, — жеребец улыбнулся и побежал прочь. Через несколько минут он вернулся с другим меню. Эпплджек ещё раз поблагодарила его, но никто больше ничего не сказал, слишком сосредоточившись на ожидании Рарити. Им не пришлось долго задерживаться. Ещё через несколько минут Рарити наконец вышла из парадных дверей кафе, осматривая столы в поисках своих друзей. Пинки Пай первой заметила её появление, подпрыгнув прямо в воздух. — Рарити! О! Рарити! Сюда, Рарити! Эй! Рарити! Рарити направилась к их стенду. — Иду, Пинки! Пока она шла, Эпплджек заметила в ней кое-что новое. В её походке была отчетливая пружинистость, благодаря которой она легко переступала копытами. Яркая улыбка украшала её морду, настоящая, искренняя. Хотя Рарити не прыгнула к их столу (как, возможно, сделала бы Пинки), слово «поплыло» было лучшим глаголом, чтобы описать её появление. Она была такой элегантной, такой быстрой, каждый шаг она делала решительно и целеустремленно. — Я так рада, что вы все здесь! — сказала Рарити, вытряхивая Эпплджек из своих мыслей. Брюнетка скользнула в кабинку рядом с Твайлайт, сияя на группу, — И в такой короткий срок! Да ведь я не могу отблагодарить вас всех! Твайлайт усмехнулась и кивнула. — Конечно, Рарити! И пожалуйста. Итак, — сказала она, положив переднее копыто на плечо Рарити, — по твоему поведению я предполагаю, что это не какие-то плохие новости, не так ли? Как ни странно, Эпплджек почувствовала, как её брови нахмурились без её согласия. Её губы вновь нахмурились, какая-то чужая часть её души хотела, чтобы Твайлайт убрала копыто от Рарити. Как только она поняла, что делает, Эпплджек вырвалась из этого состояния, покачав головой. Жеребячество в чистом виде. Она вела себя нелепо. Рарити усмехнулась и толкнула Твайлайт в ответ. — Ты права, дорогая! И это не просто хорошие новости — это отличные новости! — О боже! Это так чудесно, Рарити, — сказала Флаттершай, кротко кивнув в знак согласия, — Я так рада это слышать. Я уже начала немного волноваться. Рэйнбоу Дэш фыркнула и покачала мордой. — Ну, если в этом нет ничего такого уж плохого, почему нам всем пришлось встретиться именно сейчас? — Рэйнбоу Дэш! — Пинки бросила в её сторону взгляд, — Разве ты не видишь? Рарити должна поделиться своими особенными, супер-пупер-захватывающими новостями, чтобы мы могли устроить вечеринку с поздравлениями как можно скорее! Повернув голову назад, выпучив глаза от явного ликования, она умоляла: — О, пожалуйста, о, пожалуйста, Рарити, расскажи нам! Расскажи нам важную новость! Пинки начала подпрыгивать на своем сиденье, вызвав ещё один стон Дэш. — Теперь, сейчас, дорогая, успокойся, — отругала Рарити, поднимая переднее копыто, чтобы остановить её, — Почему бы нам всем сначала не заказать обед? Я уверена, что все пони голодны. — А, нет, — пробормотала Эпплджек, отводя взгляд от брюнетки. — Прошу прощения, Эпплджек? —Рарити с любопытством взглянула на неё. — А, я сказала, — повторила Эпплджек, глядя Рарити в глаза, — я не голодна. Она неловко поерзала на своем месте, чувствуя себя возбужденной и на грани. Она застонала. — Ты заставила нас всех встретиться с тобой здесь, как только мы сможем, и подождать, Селестия знает, как долго ты будешь ждать, так что, раз уж ты сейчас здесь, почему бы тебе просто не рассказать об этом? Твайлайт запротестовала: — Эпплджек, мы давно не ходили вместе обедать. Пинки Пай и Флаттершай приветствовали и пробормотали своё согласие. Рэйнбоу Дэш кивнула и похлопала свой урчащий живот. Твайлайт повернулась к Рарити и улыбнулась. — Я думаю, что обед — замечательная идея, Рарити. Ты можешь рассказать нам свои новости, когда будешь готова. Вот оно — Твайлайт снова положила переднее копыто на плечо Рарити. Невольно Эпплджек почувствовала, как напряглись её мышцы под пальто, словно она была гадюкой, свернувшейся в кольцо. Стиснув зубы, она покачала головой. — Ах... Мне очень жаль, Рарити, но у меня сегодня много дел, так почему бы тебе не... Рарити нахмурилась, её брови нахмурились от разочарования. Она наклонилась вперед и приблизила морду к морде Эпплджек. — Эпплджек, дорогая, — сказала она с раздражением, — возможно, ты об этом не подумала, но, может быть, отчасти я пригласила всех пони потому, что хотела провести со ВСЕМИ вами немного времени? — Ты можешь тратить на это сколько угодно времени, но не притворяйся, что что-то не так! Пока она говорила, Эпплджек усомнилась в её словах. Её гнев струился из какой-то неиспользованной вены, из какого-то скрытого источника, бьющего внутри неё. По правде говоря, она могла бы остаться и поесть, если бы захотела, но её голод был забыт. Твайлайт моргнула, глядя на каждого из своих ссорящихся друзей. Флаттершай спряталась за гривой, решив держаться подальше. Рэйнбоу Дэш раздраженно зевнула. Ссора Рарити и Эпплджек не была чем-то новым. Казалось, они всегда были такими, начиная с того дня, когда группа отправилась в Вечнофри на поиски Элементов Гармонии. Пинки Пай, однако, обеспокоенно нахмурилась, глядя на двух кобыл, и предложила: — Моооооооооожет, нам просто стоит пойти домой и… — Отлично! Ты хочешь узнать, какие новости, чтобы уйти, Эпплджек? — рявкнула Рарити, прижавшись мордой к кобыле покрупнее. Эпплджек вздрогнула и попятилась, удивив себя. Она никогда не отступала от агрессора. Она даже вступила в схватку с Грязным Ричи после того, как дочь надменного жеребца заставила её сестру плакать — на что никто не осмеливался. Теперь вместо богатого и высокомерного жеребца она подчинилась хрупкой кобыле, откинувшейся на своё место. Когда Эпплджек не ответила, Рарити начала говорить со всеми, но пристально посмотрела на одну кобылу. — Мои родители вернулись из поездки в Кантлерлот несколько дней назад и вернулись с листовками о недвижимости. Там сдается в аренду свободная квартира-студия. Это абсолютно идеальное место для бутика. — Мне удалось связаться с агентом, которому принадлежит это здание, — сказала Рарити с улыбкой, угрожающей расколоть ей морду, — и поскольку я сохранила свои куски от продаж прошлого сезона, я смогу переехать туда, может быть, даже уже в следующем месяце! Твайлайт ахнула. — Кантерлот? — Верно! Рарити отстранилась от Эпплджек, но не раньше, чем она бросила на неё грязный взгляд. Затем она повернулась к Твайлайт и остальным, хлопнув передними копытами. — Сколько себя помню, это была моя мечта — жить в Кантерлоте и создавать платья для благородных пони! — она вскрикнула от восторга, закрыла глаза и ещё несколько раз хлопнула копытами. Флаттершай отбросила гриву с лица и села прямо, её крылья затрепетали в общем волнении. — Рарити! Это просто чудесно! Поздравляю! О, я знаю, как много это для тебя значит! Пинки хихикнула и начала подпрыгивать вверх и вниз. — Ух ты! Рарити нашла дом своей мечты! Она собирается жить в Кантерлоте со всеми чопорными тусовщиками, слушать все модные группы и… подожди! Пинки замерла, поворачиваясь к Рарити. Её зрачки расширились, а морда надулась. — О, пожалуйста, Рарити, пожалуйста, скажи нам, что мы можем навестить тебя, или ты можешь навестить нас, или… — Пинки! — Рарити усмехнулась и кивнула, — Конечно, ты можешь приехать, дорогая! И я тоже приеду. Когда у меня будет время, конечно, — проведя копытом по гриве, она продолжила, — Поскольку я буду в такой близости от всех великих дизайнеров, светских людей и художников, я думаю, что буду намного занятнее, чем обычно. Твайлайт сияла, наслаждаясь радостью подруги. — Ух ты! Точно! Ты будешь рядом с Хойти Тойти, Фото Финишем и Сапфир Шорс… — И Фэнси Пэнтс, и Флёр де Лис, и Джет Сет, — добавила Рарити, её глаза сияли, — О, ты бы видела меня, когда мои родители принесли мне это объявление, Твайлайт! Это было похоже на мой день рождения снова! Хотя она не разделяла интереса к моде (и не была особенно близка к Рарити), Рэйнбоу Дэш улыбнулась и сказала: — Поздравляю, Рарити! Это довольно круто. Не так круто, как я, но, знаешь, чертовски близко. Остальная часть группы коллективно застонала, за исключением одной молчаливой кобылы. Заметив это, Твайлайт спросила: — Что ты думаешь, Эпплджек? Эпплджек сделала паузу, закусив губу. — Ах, думаю... Взгляд Рарити остановился на ней, просверливая дыры в её черепе. Стараясь избегать её взгляда, Эпплджек начала потеть, тихо проклиная себя. Почему было так сложно ответить? Почему она ещё ничего не сказала? Рарити осуществляла свою мечту. Если это не повод для празднования, то что? Кроме того, чем дальше она будет от Понивилля, тем лучше! По крайней мере, тогда некому будет с ней спорить. Это было бы лучше всего. Верно? На неё уставились пять пар глаз, Эпплджек сказала единственное, что пришло на ум. — Ах, не знаю, что я думаю. — Хм? — Пинки резко наклонила голову, глядя на перевёрнутую Эпплджек, — Как ты можешь не знать, что думаешь, глупышка? У тебя в голове есть какой-то туман? — Прошу прощения? — запнулась Эпплджек, отрывая передние копыта от стола и приближаясь к себе. — Эм, Пинки, — мягко сказала Флаттершай, поворачиваясь к ней, — это не самая… лёгкая ситуация… — Почему это? Радуга расправила крыло, чтобы прихорашиваться. Она усмехнулась, вставив перо на место. — Рарити осуществит свою мечту! Это потрясающе! Вот так просто. — Да, думаю, да. Эпплджек посмотрела в глаза своей скоро уходящей подруге. Она нарисовала на морде улыбку, тонкую, как осенние листья. — Поздравляю, Рарити. Рарити ответила лёгкой улыбкой. — Спасибо, Эпплджек. Остальная часть разговора останется загадкой для Эпплджек. Честно говоря, нужно было собирать яблоки, делать работу по дому и выполнять поручения, но они не имели жизненно важного значения. Если бы она захотела, Эпплджек могла бы остаться в кафе на Hey-Street, слушая, как Рарити описывает свой новый дом в интимных подробностях, бормоча о своем волнении и согласии с остальными. Она могла бы пообедать. Она могла бы подождать. Но что-то ей не позволяло. Что-то внутри неё кричало, требуя отступить, и она так и сделала, прежде чем ожидающая пони успела вернуться и принести стакан воды, чтобы успокоить её странно пересохшее горло. Она быстро попрощалась со своими друзьями и галопом поехала домой, остановившись только тогда, когда окутала себя успокаивающей завесой яблонь. После этого Эпплджек потерялась в саду на несколько дней, пока кто-то её не нашел.

* * *

— Эпплджек? Глаза Эпплджек медленно открылись, вглядываясь в густое одеяло ночи. Уверенная, что её имя было частью её сна, она перевернулась на бок и снова закрыла глаза. Кто-то снова спросил, уже более настойчиво: — Эпплджек? — Хм? Перевернувшись, Эпплджек встретила пару красно-оранжевых глаз, смотрящих на неё сверху вниз. — Эппл Блум? Эппл Блум стояла перед ней, сжимая между челюстями фонарь. Поставив его, она застенчиво пробормотала: — Извини, что разбудила тебя, сестренка. Я просто волновалась. Потянувшись, Эпплджек медленно поднялась на копыта, распутывая спутанную гриву. Она покачала мордой и цокнула языком. — Эппл Блум, я знаю, что тебе не следует приходить сюда так поздно. — Ах знаю, знаю! Эппл Блум села на прохладную, покрытую росой траву. Она играла ручкой фонаря, избегая взгляда сестры: — Когда ты не пришла на ужин, Биг Мак сказал, что ты, наверное, просто занята, и оставил тебе тарелку. Но они с бабушкой вздремнули после ужина, и прошло много времени, так что я хотела прийти. найди тебя и убедись, что с тобой всё в порядке. Эпплджек улыбнулась и взъерошила гриву кобылки, вызвав у нее смешок. — Эппл Блум, это очень мило, но я в порядке. Тебе следовало разбудить Мака, если ты так волновалась. — Ты знаешь, что он сделает, если ты прервешь его сон. Эпплджек хихикнула. — Это наш брат. Тихий, как мышь, когда он бодрствует, и отдохнувший, рычащий, как лесной волк, если его перебить, когда он спит, — схватив фонарь, она направилась к фермерскому дому, — Давай, сестренка. Пора ложиться спать. Эппл Блум топнула копытом по земле, отказываясь сдвинуться с места. — Но, Эпплджек! Эпплджек обернулась, сжимая фонарь в зубах. — Никаких «но». Пора спать. — Но! Но! Ах... Ах, я надеялась, что мы сможем провести некоторое время вместе, — она нахмурилась и сморщила морду, — Ты так много работаешь, что я почти не вижу тебя. Поставив фонарь, Эпплджек села на траву рядом с сестрой и вздохнула. Подняв подбородок Эппл Блум передним копытом, она сказала: — Ты знаешь, что можешь проводить со мной время в любое время, когда захочешь, не так ли, Эппл Блум? Просто приходи и посмотри за мной, когда я буду работать, и я найду что-нибудь, в чём ты можешь мне помочь. Мы можем поговорить во время этого. — Но в прошлый раз, когда я так сделала, ты сказала, что хочешь побыть одна. Уши Эпплджек поникли. — Ах, ну… — она потёрла затылок, — Ах, я не уверена, о каком именно времени ты говоришь, но… — Это был тот день, когда Свити сказала мне, что Рарити переезжает в Кантерлот, — сказала Эппл Блум, наклоняясь ближе к сестре. Она поёрзала передними копытами, глядя на них с чувством вины в глазах, — Ах, я не имела в виду шпионить за тобой. Честно! Вспомнив об этом, Эпплджек притянула жеребёнка поближе, чтобы обнять его, и наклонилась, чтобы обнюхать её. — Сахарок, я знаю, что это не так. Не волнуйся. — Но… — Эппл Блум всхлипнула. — Но если ты это знала, то почему ты так разозлилась? Эпплджек вздохнула. — Иногда пони сваливают свои проблемы на других, сахарок, даже если они не имеют в виду это, — она обхватила Эппл Блум обоими передними копытами и крепко обняла её, уткнувшись носом в её щеку, — Никогда не думай, что я не хочу, чтобы ты была рядом, Эппл Блум. Эппл Блум улыбнулась и кивнула, уткнувшись носом в спину старшей сестры. Когда они отстранились, Эппл Блум посмотрела на Эпплджек и спросила, понизив голос, чтобы звезды не услышали: — Ты скучаешь по ней, не так ли? В темноте младшая едва мог различить румянец старшей, но полностью его скрыть не удалось. Эпплджек возразила: — Ты всегда скучаешь по своим друзьям, когда они уходят, Эппл Блум. — Вы просто друзья? — Эппл Блум приподняла бровь. Эпплджек снова нахмурила бровь. — Тише, Эппл Блум. Это между… — она сглотнула, — мной и ею. Её ухмылка стала шире, Эппл Блум небрежно сказала: — Ах, думаю, дело не только в этом. — И что ты можешь знать о таких вещах? — Эпплджек фыркнула, откашлялась и отвела взгляд. Хотя Биг Макинтош и Бабуля Смит были посвящены в некоторые подробности, она ещё не поделилась ими с самым младшим членом семьи. Уверенная в том, что жеребенок не поймет — и, следовательно, ему не нужно было знать — Эпплджек никогда не думала поднимать эту тему. Эппл Блум хихикнула. — Потому что, Эпплджек... ах, видишь, как ты нервничаешь, когда говоришь о ней. Эпплджек почувствовала, как её морда покраснела, а щёки стали красными, как Биг Мак. Она взглянула на Эппл Блум и подхватила фонарь зубами. — Пошли, пора ложиться спать. Эппл Блум покачала передними копытами и воскликнула: — Итак, я была права! — Ах не буду ни подтверждать, ни отрицать это! — Эпплджек бежала впереди сестры и кричала, — А теперь следуй за мной обратно внутрь, иначе это будет ура, Мисси!

* * *

Рарити пробиралась сквозь бесконечный лабиринт одинаковых яблонь. Ну, по крайней мере, идентично ей. Она была уверена, что у Эпплджек есть имена и черты характера для каждого, и она объяснила бы их все, если бы кто-то проявил достаточно терпения и желания. Несмотря на нахмуренные брови и видимую хмурость, Рарити усмехнулась от этой мысли. Как обычно, блондинка была той кобылой, которая вывела её из её стихии, и она преследовала её по лабиринту. Рарити как раз вовремя нырнула под низко свисающую ветку, её глаза сосредоточились на своих копытах. Грязь. Здесь столько грязи! Как Эпплджек смогла это переварить? Она фыркнула на свой риторический вопрос. Блондинка была слишком жестокой и жестокой скотиной, чтобы о ней волноваться. Рарити съёжилась при воспоминании об Эпплджек, плювшей ей на переднее копыто и предложившей ему его для заключения сделки. Ужасно. Солнце висело низко в небе, отбрасывая на горизонт блестящий шедевр заката. Рарити на мгновение остановилась и улыбнулась. Если бы она взяла страницу из наспех нацарапанной книги Эпплджек (её почерк копытом был просто ужасен), Рарити пришлось бы признать, что Эпплджек была причиной такого же количества её улыбок, как и её хмурых взглядов. Она встретила это неприятное воспоминание о первой пижамной вечеринке Твайлайт с той, которую они устроили всего несколько месяцев назад. Сразу после того, как они освободили Кристальную Империю от её призрачного тирана и направились к поезду, чтобы вернуться домой, Эпплджек сказала что-то, что засело в сознании Рарити и было невозможно вырвать с корнем. Не то чтобы она хотела это забыть. — Хорошие вещи лучше, когда они редкость, — сказала Эпплджек, подмигивая ей. На её морде появился лёгкий румянец, но Рарити сочла это жаром. Она пошла через фруктовый сад. Да, на каждый раздражающий, расстраивающий или неловкий момент с упрямой кобылой приходился другой, чтобы противостоять этому, а со временем — ещё и ещё. Даже несмотря на все свои недостатки, она не хотела терять Эпплджек. Это привело её сюда, в поисках рощ Яблочной Аллеи. Никто не видел и не слышал Эпплджек почти три дня. Она исчезла после той встречи в кафе. Однако её брат проболтался, когда его спросили о её местонахождении. — Эй-Джей должна быть в поле, — сказал Биг Мак Рарити примерно за час до копыта, указывая на сады. Рарити поблагодарила его и отправилась в лабиринт деревьев, решив найти её. Несмотря на их небольшую ссору, Рарити хотела помириться со своей подругой. Она не была уверена, как часто они будут встречаться через несколько недель, и не хотела заканчивать отношения на плохой ноте. Как только она начала подумывать о том, чтобы сдаться, Рарити наткнулась на небольшую полянку посреди сада. Прислонившись к единственному дереву посередине, Эпплджек храпела: рядом с ней стояла полная корзина яблок и пустая тележка. Осторожно, Рарити двинулась к кобыле. — Эпплджек? — ...Ммм... не уходи... Рарити наклонила голову. — Эпплджек? — ...Ах... нннг... извини... Рарити сделала паузу, на этот раз оставаясь тихой. Она стояла в нескольких футах перед спящей кобылой, в недоумении. Мечтала ли она о… — ...Нгг... Редкость... Ах, извини... Её? — Эпплджек? — Нннг… что? Эпплджек быстро моргнула и медленно открыла глаза. Когда мир, наконец, стал в фокусе, она ахнула и отпрыгнула назад, ударившись спиной о кору дерева. Она застонала и закрыла глаза, стиснув зубы, чтобы уловить боль. Рарити подбежала и встала рядом со своей подругой. — Эпплджек, ты в порядке? Я не хотела тебя пугать! — Тогда... — пробормотала Эпплджек, потирая быстро образующийся синяк на спине, — почему ты это сделала? — Мне жаль! — Рарити нахмурилась и отвела взгляд, — Я просто… мне было… — Как долго ты шпионила за мной? — Эпплджек неуверенно поднялась, её копыта медленно поддерживали её. Рарити, ошарашенная, прижала переднее копыто к груди. — Я не шпионила за тобой! Эпплджек пристально посмотрела на неё. Слабый румянец распространился по щеке Рарити. — Э-э, я имею в виду... Я была здесь всего лишь мгновение, — поправила она, пристыженно, — Я произнесла твоё имя три раза, а потом ты проснулась. Эпплджек фыркнула, отказываясь его покупать. Тем не менее, она отпустила это, пожав плечами, и ещё больше встряхнулась. Наклонившись, чтобы перекинуть полную корзину себе на спину, она с любопытством взглянула на Рарити. — И вообще, что ты здесь делаешь? Довольно далеко, в полях, понимаешь. — Ну, э… — Рарити охватил странный дискомфорт. Она играла прядями своей гривы, избегая пронзительного взгляда Эпплджек, — Никто не получал от тебя известий в течении нескольких дней, поэтому я хотела убедиться, что с тобой всё в порядке. Наклонив голову, Эпплджек спросила: — Почему ты просто не спросила у Блум, Мака, у бабули? — Я спросила у твоего брата. — И что он сказал? — Ну, — ответила Рарити, взмахнув гривой, — я не спрашивала его, где ты. Я спросила, где тебя найти. Эпплджек застонала и побежала к тележке, швыряя корзину со спины в неё. — Конечно, да. Рарити обернулась. — Что это должно означать? — Ты любопытная, как всегда, — с насмешкой Эпплджек скользнула под воротник тележки и закрепила её на шее, — А, всё в порядке. Не волнуйся. Если хочешь, можешь сказать всем пони, что я занята. Эпплджек потянула воротник, убедившись, что он плотно прилегает. — Я приду и потусуюсь, когда у меня будет время, но сейчас у меня много работы. Не обращая внимания на оскорбление, Рарити тряхнула передним копытом травинку. — О! Ну, пожалуй, я понимаю… — Ага, — Эпплджек посмотрела на дальний фруктовый сад на другой стороне поляны. Она обернулась и изобразила лёгкую улыбку, — Спасибо, что навестила меня, Рарити. Мне лучше идти сейчас. Рарити остановилась, наблюдая, как Эпплджек начала утаскивать тележку. Прошло всего несколько секунд, прежде чем она подъехала к ней галопом и воскликнула: — Подожди, Эпплджек! Эпплджек застонала и остановилась как вкопанная, повернув голову в сторону Рарити. — Что теперь? — Я... Рарити стояла прямо перед ней, тот же самый странный дискомфорт растекался по её венам. Она украдкой взглянула на Эпплджек, на пот, блестящий на её морде и шее, и на подтянутые мышцы, струящиеся под её пальто. Солнце Селестии отомстило единорогу, оставив её щёки алыми. — Я, э… — Просто скажи, — рявкнула Эпплджек, её собственная морда стала горячей. — Я сожалею о… о том, что произошло, — Рарити пробормотала, — Я не хотела так на тебя нападать. Эпплджек помолчала, затем отвела взгляд. — Всё в порядке. Рарити вздохнула и посмотрела на землю. — Нет, это не так. Мне не следовало объявлять об этом так, как я это сделала. Я имею в виду, я счастлива, но… Мне будет тяжело находиться вдали от всех вас. Осталось лишь несколько недель — и я ухожу. — Мммм, — пробормотала Эпплджек, казалось бы, безразлично. — Ты придёшь на прощальную вечеринку? — А... предположим, — сказала Эпплджек, впившись передним копытом в траву. Рарити улыбнулась. — Хорошо, — она тихо сказала, — Веришь или нет, но я буду очень скучать по тебе, Эпплджек. Эпплджек молчала. Мысль пронеслась в голове Рарити. Это не было чем-то незнакомым или нежеланным. Обычно она отвергала подобные мысли, не имея смелости действовать в соответствии с ними. Кроме того, это был рискованный и нелепый план. Однако на этот раз что-то придавало правдоподобность этой запретной и нелепой идее, и существовала вероятность, что это могло быть правдой. Тем не менее, микроскопическая вероятность всё же существовала. Прежде чем она смогла остановиться, Рарити наклонилась и поцеловала Эпплджек в щеку. Она позволила своим губам задержаться в поцелуе, мягко касаясь шерсти Эпплджек. Она медленно, почти неохотно отстранилась. Эпплджек тут же залилась густым румянцем и резко повернула голову. Румянец Рарити совпал с румянцем блондинки. — И-извини за это, Э-Эпплджек. Она сделала несколько нерешительных шагов назад, — Мне нужно идти... — Рарити, подожди. Рарити остановилась. — Да? Эпплджек встретилась с ней взглядом и отвязалась от тележки, а затем медленно подошла к Рарити. Она остановилась в нескольких футах перед ней, достаточно близко, чтобы прочитать её глаза. Достаточно близко, чтобы увидеть ту же возможность, отражённую в её собственной. Там, работая в саду до тех пор, пока у неё не заболели копыта, Эпплджек поняла, почему она так злилась на Рарити. На Твайлайт. На себя. Далекая от лжи, Эпплджек считала, что причина была верна для неё и только для неё, а не для элегантной и утонченной Рарити. Но возможно... — Что это только что было? — К-что ты имеешь в виду? — Рарити, — твёрдо сказала Эпплджек, желая проявить смелость, — что ты имела в виду? Рарити играла невинную: её сердце колотилось в груди. — Чем? Эпплджек теперь была слишком близко к ней, её слова оставляли след на морде Рарити, пока она говорила. Она улыбнулась, позволяя маске спасть. Проклиная свой страх, она задохнулась: — П-п...поцелуем, Рарити. Глаза Рарити метались между блондинкой, землей под их копытами и небом над их гривами. — Я просто… я не знаю, это просто… казалось правильным. Рарити сглотнула и снова посмотрела на подругу. — Мне очень жаль. Это было крайне неуместно с моей стороны, не так ли? Она попала прямо в ловушку. Эпплджек улыбнулась. Наклонившись, Эпплджек сказала: — Не так сильно, — и поцеловала Рарити в губы. Оставшись одна на поляне, Рарити упала в объятия Эпплджек, глубоко поцеловав её в ответ. Отбросив все сомнения, она отпустила всё, как и упрямая кобыла. Вскоре они превратились в клубок губ, языков, копыт и хвостов, говорящих то, чего никогда раньше не умели, на языке, который только начинали изучать.

* * *

Мягкий топот маленьких копыт, спускающихся по лестнице, вытащил Рарити из полудремы. Она перевернулась и открыла глаза. — Свити Белль? Что ты делаешь? Свити сонно спустилась вниз по лестнице, чуть не споткнувшись о собственные копыта. Зевая, она подошла к Рарити и запрыгнула на диван рядом с ней. — Рарити, я хочу пить, — пробормотала она. — Я принесу тебе стакан воды. Сейчас вернусь. Крошка Белль свернулась клубочком и прижалась к тёплому дивану, изо всех сил пытаясь вспомнить свой сон. Она знала, что в этом замешаны другие крестоносцы и какой-то минотавр, но не более того. Рарити прошла на кухню и принесла кобылке стакан свежей воды. Когда она вернулась, Крошка Белль отстранилась, не глядя ни в какую конкретную точку на противоположной стене. Рарити положила и подняла стакан своей магией. — Свити? Я принесла твою воду. — А? Ох! — Свити оторвала взгляд от стены и улыбнулась сестре. Принимая стакан, она сказала «Спасибо!» и выпила всё это одним большим глотком. С радостной отрыжкой она передала стакан обратно Рарити, которая строго посмотрела на неё. — Что? — Свити наклонила голову. — Что говорят женщины, когда рыгают? Свити застонала. — Прошу прощения. — Так-то лучше, — пошуршав гривой, Рарити спросила, — Ты готова вернуться в постель? Свити покачала головой. Рарити подняла бровь. — Почему? И не говори, что это потому, что ты хочешь мороженого, — предупредила она, подняв переднее копыто, — Для десерта уже слишком поздно. — Оууу! Свити Белль надулась, закусив нижнюю губу и драматично нахмурившись. Рарити хихикнула и покачала головой. — На этот раз я на это не поведусь, Крошка Белль. Вынудив себя нахмуриться, Крошка Бель скрестила передние копыта и пробормотала: — Смешнооооооооо. Однако она не могла долго сохранять видимость, её нерешительное нытье вызвало у обеих сестёр приступ смеха. Как только они пришли в себя, Свити перекатилась на спину. — Но на самом деле, я хотела кое-что у тебя спросить, прежде чем снова лечь спать. — Ой? — Рарити встретилась взглядом с сестрой, на её морде заиграла слабая улыбка, — Что это, дорогая? — Эмм… — Свити на мгновение отвела взгляд, прежде чем возобновить зрительный контакт. — Когда я увижу тебя в следующий раз? — Я не уверена, дорогая, — Рарити вздохнула, обняв сестру, — Надеюсь, это будет скоро. Как только я переживу этот сезон и всё, что с ним связано, я думаю, всё успокоится. Знаешь, пони действительно начинают замечать мою работу. — Ты счастлива? — невинно спросила Свити, широко раскрыв глаза. — И да, и нет, дорогая. Я очень рада быть здесь, видеть мою работу, укреплять дружеские отношения и связи, которые я приобрела... — улыбка Рарити смягчилась ещё больше, почти исчезнув, — Но трудно быть вдали от тебя, мамы и папы, моих друзей и… — Эпплджек? Рарити усмехнулась, немного покраснев. — Почему ты назвала именно её имя? Крошка Белль присвистнула и покрутила передними копытами. — Ой, да ладно. Я не буду злиться. Обещаю. — Эппл Блум вроде… — Свити сглотнула, нервно ухмыльнувшись сестре, — Эмм... видела тебя и Эпплджек там, в саду. Направляя Биг Макинтош, безупречно белое пальто Рарити потемнело до вишнево-красного. — Ч-сколько она видела? Свити Белль хихикнула. — Она видела, как Эпплджек разозлилась на тебя и начала отстраняться, затем увидела, как ты поцеловала её в щеку. Затем она увидела, как Эпплджек поцеловала тебя, и сказала, что после этого убежала, — высунув язык, она почувствовала рвоту и изобразила обморок. Рарити поднесла переднее копыто ко лбу и застонала. — О, прекрасно. — Но не говори Эпплджек, что я тебе говорила! — Свити перевернулась на живот и посмотрела на Рарити щенячьими глазами, — Пожалуйста, Рарити? Я не хочу, чтобы у Эппл Блум были проблемы! Вздохнув, Рарити смягчилась: — Хорошо, хорошо… Свити пискнула и воскликнула: — Ура! — А если серьезно, милая, — предупредила Рарити, подняв переднее копыто, — ты должна знать, что такие вещи происходят между двумя вовлеченными пони. Невежливо вмешиваться в личные дела каждого пони. — Я знаю! — заскулила Свити, протирая сонные глаза. Рарити цокнула языком. — Тебе уже давно пора спать. Давай, — сказала она, вставая с дивана, — давай вернемся в постель и немного поспим. Заметно просветлев, Свити спросила: — Ты тоже собираешься спать? — Полагаю, мне следует, — Рарити подавил зевок, — Это был долгий день. Свити кивнула, спрыгнула с дивана и последовала за старшим единорогом. Вместе они поднялись по лестнице и направились в спальню. Внутри были разбросаны одеяла и простыни, ставни на окнах остались открытыми. — Милая Белль, ты устроила беспорядок? И почему окно открыто? — Ох. Хех, извини, — уши Свити опустились, — Я много ворочаюсь, когда мне снится мечта. — Итак, я помню. А окно? — О, ну, после того, как я встала, мне показалось, что я увидела что-то в небе. — Что ты видела? — Падающую звезду! Свити подскочила к окну и прислонилась к подоконнику. Она взволнованно указала на созвездия выше. — Мне не удалось увидеть весь процесс, но, возможно, она вернется! — Милая, — твердо сказала Рарити, присоединяясь к сестре у окна, — падающие звезды так не работают. — Но... — сказала Свити, глядя прямо на неё, — перед уходом ты сказала, что всё, что уходит, возвращается снова. Улыбаясь мудрым словам своей младшей сестры, Рарити обвила передними копытами Крошку Белль и уткнулась в неё носом, устремив один глаз на звезды. — Да, Крошка Белль, я полагаю, ты права.

* * *

Следующие несколько недель прошли как в тумане. Рарити проводила как можно больше времени со своими друзьями: свидания в спа с Флаттершай, чай и лёгкие беседы с Искоркой, моделирование новых нарядов с Рэйнбоу Дэш (на этот раз был торт), планирование вечеринки с Пинки и, конечно же, проведение времени с Эпплджек. Пара готовила друг для друга обед и ужин, гуляла по фруктовым садам и Понивилль-паркам и часами разговаривала, смеялась и узнавала друг друга заново. Их друзья быстро всё поняли, даже когда Эпплджек не решалась им рассказать. Их семьи тоже это поняли, и, хотя ими ни слова не было сказано — они одобрили. Отношения между кобылами не обязательно были обычным явлением в Эквестрии, но все, за исключением самых старомодных пони, не имели к ним никаких проблем. Дэш и Твайлайт немного подшучивали над парой, но в целом были в хорошем настроении, как и остальные их друзья. В конце концов, это не было большим сюрпризом. Время, как говорится, пролетело незаметно, с каждым днём ускользая из копыт Рарити. За неделю до переезда она поехала в Кантерлот, чтобы оформить документы на новую квартиру. На той же неделе она начала собирать вещи, у неё быстро закончились чемоданы и спортивные сумки. Рарити купила ещё несколько и собрала остальные свои вещи, не желая навсегда расставаться с чем-либо из Понивилля. Рарити и Эпплджек редко говорили о слоне в своей комнате. Он следовал за ними, но не шевелился, спрятав на время свои бивни. Рарити следовала за своей мечтой, сказала она своим друзьям и своей кобыле, но не уйдет навсегда. Просто ненадолго... Ненадолго. — Недолго... очень долго, — подумала Эпплджек. Вскоре прибыла прощальная вечеринка Пинки по поводу Рарити, на которой был целый магазин вымпелов, воздушных шаров, конфетти, тортов и пунша. Рарити и Эпплджек веселились как могли, танцевали до боли в копытах и набивали животы сладкими угощениями. Были игры «Прикрепи хвост пони», подарки, воспоминания и добрые пожелания. Среди их группы из шести человек — и, в некоторой степени, их расширенных друзей и родственников — были слёзы, смешанные с радостью, настойчивые обещания писем и визитов. После вечеринки Эпплджек попросила Рарити ещё раз пойти с ней в сад. Рарити не могла ничего сказать, кроме «да», и последовала за ней в сумерки.

* * *

Эппл Блум запротестовала, когда блондинка ввела её в свою комнату: — Ах, я не устала, Эпплджек! Достигнув двери в спальню жеребёнка, Эпплджек открыла её и втолкнула сестру внутрь. — Жаль, Эппл Блум. Уже пора спать, так что тебе лучше успокоиться и поспать, слышишь? Я тоже не хочу, чтобы ты бродила по улице после наступления темноты. Кто знает, что ты будешь делать ночью в садах... Забравшись на кровать, Эппл Блум нахмурилась. Она скользнула под простыни и одеяло и скрестила передние копыта на груди. — Я большая пони. Я могу позаботиться о себе! Натянув зубами одеяло до подбородка сестры, Эпплджек пробормотала: — Конечно, можешь, — устроившись поудобнее, она поцеловала Эппл Блум в щеку, заставив её хихикнуть. — А теперь иди спать, Эппл Блум. — Могу ли я сначала написать историю? Эпплджек усмехнулась, тряхнув мордой. — Нет, для истории уже слишком поздно. — Оуу! Но, Эпплджек… — Никаких «но»! Подойдя к окну, Эпплджек плотно закрыла его, прогоняя ночной холод. Она оперлась на задние копыта и растянулась на подоконнике. Она повернулась и улыбнулась Эппл Блум. — Попробуй поспать, ладно? Я знаю, ты так взволнована тем, что оказалась на улице, но тебе пора идти спать. Борясь с желанием зевнуть, Эппл Блум уселась под одеяло и вытянула все четыре копыта. — Ммм… хорошо, сестрёнка. — Хорошо, — Эпплджек ещё раз подошла от окна к кровати Эппл Блум, плотно укутавшись в одеяло, — Спокойной ночи, Эппл Блум. — Спокойной ночи, Эпплджек, — Эппл Блум закрыла глаза. Улыбаясь, Эпплджек снова подошла к окну, в последний раз взглянув на мирное зрелище. — Удивительно, — подумала она, — если мы смотрим на одно и то же небо... — Эпплджек? Эпплджек оглянулась через плечо. — Да? — Ты скоро собираешься увидеться с Рарити? — спросила Эппл Блум, не открывая глаз. Эпплджек улыбнулась. — Как можно скорее, сахарок. — Это хорошо, — Эппл Блум уютно устроилась в своем одеяле, — Она делает тебя счастливой, думаю. Над головой в ночи пронеслась падающая звезда, полоса ослепительного блеска на фоне черноты. Эпплджек наблюдала, как хвост кометы растворялся в атмосфере. — Да, сахарок. Она делает.

* * *

Они лежали молча на той же поляне, где нашли друг друга. Эпплджек прислонилась к тому же дереву и держала Рарити в тех же копытах. Они позволили тишине петь плач, боясь заходящего солнца на горизонте. Завтра. Завтра Рарити сядет на поезд, направляющийся в свою мечту и подальше от Эпплджек. Как бы Рарити ни пыталась её уверить, Эпплджек боялась, что это станет концом их очень, очень короткого начала. Несмотря на все предположения, только Селестия знала, как долго им удастся увидеться, если вообще удастся. — С тобой все в порядке? — Рарити посмотрела в глаза блондинки, её собственные сияли беспокойством, — Ты сегодня очень тихая, Эпплджек. — Ага, — Эпплджек изучала горизонт, — Ах, всё в порядке. — Тебе понравилась вечеринка? — Да м. Рарити прислонилась к дереву и своей кобыле, осторожно поворачивая морду Эпплджек к себе. — Расскажи мне, что у тебя на уме в этой прекрасной маленькой голове. Эпплджек натянула улыбку и погладила Рарити по гриве. — Это ничего, сахарок. Рарити ничуть не смутилась. — Ты волнуешься, не так ли? Эпплджек усмехнулась и потёрла шею. — Ну, ну, понимаешь, Рарити, я… Эпплджек заставила замолчать пару её собственных губ, пару передних копыт на её шее и пару блестящих сапфировых глаз, смотрящих на неё. Она закрыла свои изумруды и растаяла в объятиях кобылы с бриллиантами на её боку, падая на неё. Две морды, потемневшие до алого, усиливали процесс метаморфозы. Грубая кобыла закалялась жаром и давлением своего камня, толкнула её в траву и ответила на её сомнения чем-то таким же несомненным, как поцелуй. Рарити прервала их ласку, глядя на свою кобылу. Нежная улыбка тронула уголки её морды. — Всё будет хорошо, Эпплджек, — прошептала она, проводя передним копытом по гриве. Эпплджек начала возражать: — Но, Рарити… Ещё один поцелуй, глубокий и страстный, как первый. — Тише. — Хех... хех... — с головокружением, с горящими щеками, Эпплджек попыталась ещё раз, — А... я просто… На этот раз переднее копыто остановило её, проведя по губам. — Шшшш. Не волнуйся. Восстановив контроль, Эпплджек аккуратно перевернула их так, чтобы оказаться сверху. — Кто сказал, что я волнуюсь? — Твои глаза сказали это, дорогая, — сказала Рарити. — Что… что ты имеешь в виду? — Даже самые сильные кобылы иногда получают травмы. Взяв передние копыта Эпплджек в свои, Рарити сказала: — И я вижу, что сейчас что-то причиняет тебе боль, Эпплджек, даже если ты не хочешь этого признавать. Сова, сидевшая на одной из яблонь выше, ухнула в знак согласия. Холодные северные ветры подули из Кристальной Империи и спустились в долину Понивилля, заставив обеих кобыл крепко прижаться друг к другу. Эпплджек, потеряв дар речи, просто перевернула пару на бок и уткнулась носом в шею Рарити. — Итак, — пробормотала Рарити, возвращая жест, — ты собираешься рассказать мне, что тебя беспокоит, Эпплджек? Или ты хочешь, чтобы я объяснила это и тебе? Эпплджек замерла. — Хм? — начав паниковать, она прикусила нижнюю губу и перевела взгляд на небо, — Ах, эм, ну, понимаешь, ах… — Пожалуйста, Эпплджек. Ты очень плохо лжёшь. — Ах… Эпплджек фыркнула, покачивая мордой, прежде чем сказать: — А, знаешь. Я ужасна в этом. Во всём этом. Обеспокоенная, Рарити подняла подбородок Эпплджек, повернув морду к ней лицом. — Что ты имеешь в виду? — Эмм... Сделав паузу, чтобы перевести дух и успокоиться, Эпплджек ответила: — Эти... эмм, чувства. Ах, у меня никогда не получалось в этом хорошо, Рарити. Брюнетка усмехнулась, положив переднее копыто на грудь Эпплджек. Её сильное сердце колотилось под ним, адреналин струился по крови, пот стекал по шее и лбу. — Эпплджек, пожалуйста, расслабься. Ты ведь знаешь, что можешь говорить со мной о чём угодно, не так ли? — Ах… — Эпплджек замолчала, а затем и вовсе утихла. В тишине их глаза снова нашли друг друга и узнали. Выведать правду с помощью Элемента Честности было упражнением в терпении, которое намного перевешивало любое сложное заклинание, которое могла сотворить Твайлайт. Рарити скорее предпочла бы созерцать окончательное высыхание краски, чем танцевать вокруг кустов с Эпплджек. Если не считать кадрили, блондинка была не слишком хорошей танцовщицей. Когда дело доходило до правды и её сокрытия, она была совершенно ужасной лгуньей, но настойчивой. Однако сегодня вечером у Рарити закончилось терпение. — Пожалуйста, — настаивала Рарити, подкупая сопротивляющуюся кобылу нежным поцелуем в щеку, — пожалуйста, Эпплджек. Пожалуйста, давай поговорим об этом. Мы справимся с этим. Мы можем… — Ты уверена? Как ты можешь быть так уверена? Сердце Эпплджек теперь болезненно колотилось, угрожая остановкой сердца. Целый сад с ветвями яблонь казался предпочтительнее этого разговора. Всё должно было пойти не так. Всё должно было быть не так. Сегодняшняя ночь была последней перед тем, как всё изменилось. Сегодняшняя ночь может быть последней из всех. Сегодняшний вечер должен был быть особенным и молчать о том, что беспокоило её больше всего. Рарити кивнула, решительно, что очаровало её кобылу. — Конечно, уверена, дорогая. Ты меня любишь, не так ли? — Конечно, да! — И я люблю тебя. — Да, но... — Что ещё в этом есть? Нежная улыбка Рарити превратилась в стойкую решимость. Держа Эпплджек копытами, она говорила из самого глубины своего сердца, из эпицентра своей души. — Эпплджек, я знаю, что это больно. Я знаю, что тебе больно. Мне тоже больно. Больно… ужасно, — закончила она, отводя взгляд на секунду. Эпплджек прижала уши. — Рарити, ах… — Пожалуйста, — Рарити оглянулась на неё, желая, чтобы её слезы остались скрытыми. Всему свое время, в том числе и время плакать. Сегодня вечером было другое время. Время любить. Время радоваться. Время говорить. — Пожалуйста, Эпплджек. Дай мне закончить. Тяжело сглотнув, опасаясь худшего, Эпплджек кивнула и притянула кобылу ближе. Находясь с ней морда к морде, Рарити сумела улыбнуться. Поглаживая гриву Эпплджек, она сказала: — Я бы хотела, чтобы всё было по-другому. Я бы хотела, чтобы мы могли жить вместе — и под жить вместе я имею в виду прямо сейчас. Но, к сожалению, дорогая, как бы это ни было ужасно, это правда... — Нам придется расстаться на некоторое время. Эпплджек хотела было что-то сказать, но закрыла рот и только кивнула. — Да, это будет сложно… — Рарити стиснула одно из передних копыт Эпплджек между своими собственными. Путы Эпплджек были грубыми и мозолистыми, результатом работы в саду и бесконечного труда под огромным небом. Рарити была нежной, изысканной, чопорной и корректной, но в ней были осторожные и нежные прикосновения, которые успокаивали дикое сердце её партнера. Это длилось всего секунду, но этого было достаточно. Рарити наклонилась ближе, в нескольких дюймах от Эпплджек, видя свое отражение в этих изумрудных глазах. — Даже сейчас, лежа здесь с тобой, больно осознавать, что завтра мне придется уезжать. Больно, Э-Эпплджек… Фасад Рарити начал трескаться, когда её слова задрожали. Два сильных передних копыта обвили её спину и успокаивающе погладили её. В то время как голос Рарити стал высоким, голос Эпплджек стал низким, пробиваясь сквозь её голосовые связки и нарушая тишину. — Ах... Ах, знаю, это больно. Слишком больно, Рарити. Это... — Это нечестно. Рарити всхлипнула, вытирая слезы. — Жизнь несправедлива, — сказала она, разочарованная тем, что простота оказалась не такой плоской и окончательной, как она думала. Она покачала головой, — Это несправедливо, Эпплджек. Но… знаешь что? — Ч-что? — спросила Эпплджек, глотая слезы. — Когда-нибудь… мы будем вместе. По-настоящему будем вместе, — поправила Рарити. Её уверенность росла, Рарити поменяла свои позиции и снова легла на Эпплджек. — Когда-нибудь — надеюсь, что очень, очень скоро — я вернусь в Понивилль, когда мой бизнес пойдет настолько хорошо, что я смогу снова обосноваться здесь. Когда мы будем готовы приступить… — Но теперь я готова. — Ты? — Да, — Эпплджек поцеловала Рарити в щеку и прошептала, — Ах, я готова быть с тобой, сахарок. Навсегда и всегда. Рарити просто смотрела на неё, потеряв дар речи. — Вот почему мне так больно, — объяснила Эпплджек, — Я пыталась поговорить об этом с другими пони — с нашими друзьями, с бабушкой, сеном, даже с Маком — но они относятся к этому так, будто в этом нет ничего страшного. Типа… Эпплджек застонала, нахмурив морду. — Ну и что, если мы расстанемся на какое-то время? Это не имеет большого значения. И если это такое большое дело, почему бы нам просто... не сдаться? Сердце Рарити упало. — Эпплджек… — Но разве это не самая глупая вещь? — Эпплджек выдавила глухой смех, — Разве это не самая глупая вещь — отказываться от чего-то только потому, что это больно, потому что это будет больно? Особенно когда… — Особенно когда что? — Особенно когда, — сказала Эпплджек, опустив веки, — ты знаешь, что это то, чего ты хотела больше всего на свете. Рарити начала изливаться, жарко краснея, но была прервана лаской её кобылы. Копыта, губы и языки соединены, шерсть, кератин и мышцы переплетаются. Они прилепились друг к другу — двое стали одним, неспособным быть разделенными. Искали не дистанцию, а интимную дистанцию. Когда они наконец оторвались, поднявшись из глубин своего океана, они больше не были фермером и модницей — Понивилль и Кантерлот встретились посередине. Они больше не были мечом и чашей, не были противоположностями друг друга, больше не беспокоясь о том, как им преодолеть ближайшие мили и часы, разделяющие их. Когда Рарити наконец прошептала в ответ слова: — Ты — то, чего я тоже всегда хотела. Расстояния больше не было. В тот момент они знали, что пути назад нет, нет споров, нет отступления. Тогда они знали, что дни, недели и месяцы были содержательными препятствиями, маленькими препятствиями для меньших пони с более слабыми сердцами и более слабой любовью. Эпплджек и Рарити поняли, что расстояние — всего лишь испытание, и что они пройдут его с честью. Лежа в копытах друг друга, две кобылы не боялись ни восхода солнца, ни чего-либо ещё. — Рарити? — Да, Эпплджек? Эпплджек уткнулась в неё носом и закрыла глаза. — Ах, я бы ждала тебя вечность. Рарити улыбнулась. — Тебе не обязательно, дорогая. — Я здесь, прямо сейчас.

* * *

Звёзды в Эквестрии сегодня были прекрасны. В ту ночь океаны превратились в пруды, реки — в ручьи, а горы склонились перед влюбленными, позволив им преодолеть расстояние. Понивилль и Кантерлот превратились в незначительные точки на карте. Время остановилось, когда Рарити выглянула в окно, крепко обнимая Свити Белль. Время не имело значения, когда Эпплджек в третий раз уложила Эппл Блум в постель, краем глаза увидев вторую падающую звезду. На расстоянии многих миль друг от друга две кобылы в тишине считали звезды и знали, хотя бы на мгновение, что смотрят на одну и ту же луну. И этого было достаточно.