Вениссовская лихорадка
29 мая 2024 г., 02:19
— Анна! Если ты не смыслишь в такой элементарной работе, то хотя бы не мешайся под ногами!! — по коридору разносился гневный крик, когда одна из горничных со всей злобой отчитывала новенькую служанку; девочка случайно перевернула ведро с грязной водой, но тяжело винить ребенка, поскольку на самом деле вина лежала на плечах Бетт, что неосмотрительно передвигалась по коридорам и толкнула Анну.
Сама Анна была еще совсем юной и на вид довольно маленькой и хрупкой. Кристалл иногда казалось, что одно дуновения ветра и девочку просто унесет за стены поместья.
Анна искренне не любила крики и шум, из-за чего всегда старалась решить подобные конфликты побыстрее. Она низко кланялась пред Бетт и просила о прощении, обещая, что как можно скорее все уберет.
— Что здесь происходит? — данную картину застала вышеупомянутая Кристалл. На деле она понимала происходящее, исходя из того, что лицезрела пред собой, но вопрос сам слетел с уст.
— А вот и ты! Благодетельница ты наша! Кристалл, если ты решилась брать на себя такую ответственность, то, будь добра, следи за своей неуклюжей шавкой. Иначе.. — Бетт неторопливо подошла к горничной, неодобрительно заглядывая последней в глаза: — в этих владениях не будет ни твоей, ни ее ноги.
После столь угрожающей речи, Бетт покинула поле зрение девушек.
— Прости меня.. Прости, пожалуйста.. Мне очень жаль... — Анна невнятно бубнела себе под нос слова извинения, боясь даже поднять взор на Кристалл.
— Тебе не за что извиняться, милая. Я видела, что Бетт специально врезалась в тебя, чтобы инициировать очередной скандал на пустом месте. — девушка подошла к Анне, помогая той убирать грязь с пола. — Если честно, это я должна извиняться... Подобное поведение Бетт к тебе это моя вина. Она ненавидит меня с первого дня и видимо из-за этого решила срываться на тебе.
— Что? Но почему?
— Точных причин не знаю. Но о скверном характере Бетт говорят все, кому не лень. Не бери на свой счет, проблема явно в ней. — Кристалл доброжелательно улыбнулась девочке, уводя ту с места происшествия.
Данные слова заставили Анну задуматься; а ведь действительно — Бетт постоянно ругается с прислугой в доме. И зачастую ее жертвами становятся новенькие. Может, таким образом она пытается выстроить себе авторитет? Но явно не справляется, поскольку в конечном итоге, все ее недолюбливают.
От этих размышлений Анне даже стало ее как-то жаль. Но лишь до нового скандала с ней.
1
Прошло чуть меньше полугода как Анна ступила за порог поместья маркиза Бассетт. Ранней весной ее почти бездыханное тело у берега реки Ксарат нашла Кристалл. Когда ей удалось привести девочку в чувства, она узнала, что у нее нет дома, нет родных, нет куда вернуться, поэтому она не нашла решения лучше, как пристроить ее в маркизат. У самой Кристалл осталась лишь больная мать и она не хотела вешать на нее ответственность за ребенка. К тому же, маркиз и маркиза славились свой добротой и таким образом Анна могла сама себя обеспечивать, а Кристалл бы просто присматривала за девочкой и наставляла. Брать ребенка под свою ответственность было рискованно для нее, тем не менее Анна быстро училась и многим работникам нравилась. Кроме Бетт, конечно же. Но, если честно, Бетт никто не нравился, поэтому пытаться ей угодить, лишь себе дороже. Даже с ее присутствием, Анна чувствовала себя отлично здесь и была... счастлива? Временами ее одолевали кошмары прошлого, но Кристалл была всегда рядом. И пусть последняя не знала о том, что беспокоило девочку, она никогда не сердилась на ее частые приступы, а лишь крепко обнимала и пела сладкую колыбельную, отгоняющую дурные сны. Кристалл никогда не лезла с расспросами к Анне; она считала, что у нее нет права ковырять чужие раны и если девочка захочет поделиться своими проблемами, она несомненно выслушает ее. Но она не знала, как ей перестать тревожиться из-за того, что каждые свои выходные девочка уходит из поместья неизвестно куда и никогда не делиться своими приключениями. Она беспокоится, но ждет. Просто ожидает, ведь рано или поздно их уровень доверия ведь должен возрасти до таких подробностей.2
— ... и если добавить немного тертого корня Вилиасса, а потом тщательно перемешать... — высокая девушка с необычной внешностью стояла около стола, уверенно совмещая различные ингредиенты: лепестки старой розы, несколько видов лесных трав, ваниль, несколько веточек сырого дуба и корень Вилиасса: —... получится лекарство от чесотки! — ... Что? — рядом с ней на деревянном табурете сидела девочка, которая все это время увлеченно наблюдала за процессом, вплоть до упоминания того, для чего нужно это средство. — Что? В последнее время чесотка стала очень серьезной болезнью, поэтому лучше заранее перестраховаться. Пару раз примешь это снадобье и забудешь о чесотке на несколько лет вперед! — девушка рассказывала об этом с таким вдохновением, словно это лекарство от чумы. Хотя бесполезным его не назовешь. — Я просто думала... Мне казалось, это будет что-то поинтереснее. Сикири, я хочу изучать что-то более... масштабное! Девушка расстроенно выдохнула от таких слов с уст своей ученицы. Она пересыпала лекарство в миниатюрную колбу и оставила ее на столе. — Я прекрасно горжусь твоей тягой к знаниям, но, Левианна, любая учеба начинается с малого. Подобные мелочи помогут избежать тебе проблем и лучше понять, как работают различные ингредиенты в зельеварении. Мудрость и знания главные инструменты в магии. — Я понимаю... — Анна желала познать больше, но вечно куда-то спешила. Несмотря на то, что у нее было все время мира, она вечно боялась не догнать настоящее. Сикири печально взглянула на ребенка перед собой и доброжелательно потрепала девочку по макушке: — Я понимаю, почему ты так жаждешь узнать больше, но, дорогая, тебе ведь некуда спешить — времени у тебя предостаточно. Изучай все в комфортном для себя темпе. —... Ты права. Эти слова приободрили юную ученицу ведьмы и вдохновили к тому, чтобы поподробнее изучить то, как готовится лекарство от чесотки.3
В последние дни в поместье Бассетт было неспокойно. Госпожа Грисселль слегла с неизвестной болезнью, а все лекари лишь разводили руками. Симптомы не отличались от обычной простуды, но госпоже все никак не становилось лучше. Она увядала прямо на глазах. Спустя несколько недель ее организм не мог даже переварить кашу, пытаясь избавиться от пищи всевозможными неприятными способами. Женщина резко исхудала, ее болезненный вид заставлял впасть в отчаяние всех в маркизате. Мадам Грисселль обожали все, в том числе и юная горничная Анна, которой было просто невыносимо глядеть на то, как из госпожи исходит дух. Еще больнее было смотреть на то, как с каждым днем из-за переживаний блекла Кристалл. Она была личной горничной госпожи из-за чего прониклась особой связью к мадам. Ее недуги неспеша передавались и Кристалл. Анна более не могла выдерживать эту гнетущую атмосферу в поместье, посему в ближайший урок с Сикири решила узнать, возможно ли помочь мадам Грисселль. — Похоже на Вениссовскую лихорадку. — после нескольких минут размышлений это был вердикт ведьмы. — Вениссовская лихорадка? Что это? — Ну, Вениссовской ее назвали в честь ведьмы болезней — Вениссы. Вообще она никогда и не была ведьмой болезней. Данный титул Венисса получила как раз из-за этой лихорадки. Но для того, чтобы ставить точный диагноз мне нужно больше подробностей. — ведьма резво подошла к шкафу с различными книгами, пальцем проводя по корешкам в поисках определенного названия. Выудив с полки книгу на древнем языке, которого Анна не знала, она продолжала искать нужное упоминание той истории о Вениссе. — Мгм... Ты не замечала у своей госпожи пятен на конечностях? — Пятен? — вопросительный взгляд опустился на изучающее лицо ведьмы. — Я видела госпожу лишь мельком, не могу точно сказать. — Это пятна символизируют проклятие Вениссы. Вообще.. — Сикири ненадолго задумалась: — Наверное несправедливо называть Вениссу ведьмой болезней. Она скорее ведьма проклятий. Хотя, про болезни упоминают потому, что она не накладывала проклятия напрямую, а зачаровывала снадобья. Или может будет честно называть ее ведьмой ядов... — Сикири! Не важно, какой она была ведьмой, мне нужно знать как помочь госпоже! — Да, прости. В любом случае, для начала мне необходимо подтверждение того, что это именно Вениссовская лихорадка, а уже после я смогу приготовить лекарство. — Хорошо, я поняла! Я постараюсь узнать побольше о болезни! — Удачи, Левианна.4
Как только Анна вернулась домой, она застала тихо плачущую Кристалл, укутанную в одеяло. Девушка плакала тихо-тихо, лишь изредко подрагивали ее плечи и слабые вздохи разносились по помещению. Завидев подобную картину, у Анны сжалось сердце. Она неторопливо подошла к кровати девушки, аккуратно присаживаясь рядом. — Что случилось..? — девочка говорила шепотом, стараясь не испугать подругу. Однако, стоило горничной заслышать знакомый голосок, как она сразу подскочила, утирая слезы тыльной стороной ладони. — Ты уже вернулась! Добрый вечер, Анна. Как прошел твой день? Кристалл старалась соскочить с темы, натянув неудачную улыбку на лицо: ее глаза опухли от слез, а влажные следы на щеках раскрывали ее секреты. У Анны сердце кровью обливалось, видя свою спасительницу в таком состоянии. — Это из-за мадам Грисселль? Кристалл ничего не ответила, но этого молчания было более, чем достаточно, чтобы все понять. — Кристалл. Мне нужна твоя помощь. — девочка немного замялась; она пыталась понять, стоит ли спрашивать напрямую у личной горничной госпожи или стоит вызнать все собственными силами. Но спросить Кристалл было бы намного быстрее: — Ты... Не замечала на руках маркизы каких-либо...пятен? Этот вопрос застал Кристалл врасплох — ее глаза расширились, а в горле словно ком застрял. — Ее руки... Сначала этому не придавали значения, но с каждым днем, ее руки покрывались больше и больше этим пятном. Они выглядят так, словно... у нее обморожение? Я не уверена, однако... Понимаешь, за госпожой пристально наблюдают, ей покупают наилучшие лекарства, но... ничего не помогает. С каждым днем ей только хуже... Я ничего не понимаю... Чем больше Кристалл задумывалась над этим, тем мрачнее становилось ее лицо. И вот ее глаза снова наполнились слезами. — Анна.. Ты что-то знаешь? Ты знаешь, как помочь госпоже!? — ее отчаяние начало туманить разум, девушка пыталась ухватиться за любую возможность, пока еще есть время. Однако, Анну это лишь пугало. Но она все равно понимала, почему Кристалл так себя ведет. И разделяла с ней эту боль.5
— На ее руках синие пятна, как при обморожении. Ведьма задумчиво покачала головой. — Вот как... А ты лично видела? — толика сомнения чувствовалась в голосе Сикири, что Анна нашла немного оскорбительным. — Нет... Но видела Кристалл. Она мне рассказала об этом. А я ей верю. От таких слов ведьмино лицо странно искривилось в искреннем удивлении, что слегка сбило с толку Анну. Но эту тему никто из них никак не развил. — Не обижайся, Левианна, Вениссовская лихорадка сильный и серьезный недуг от которого есть лишь одно лекарство. Но нельзя его давать тому, кто в действительности не болеет. Я просто хотела убедиться наверняка, что буду делать лекарство, а не яд. От этих слов у Анны пробежали мурашки по коже, но она ни на секунду не сомневалась в словах Кристалл. А если Сикири говорит, что это признаки Вениссовской лихорадки, то и ей она всецело доверится. Ведь именно Сикири обучила свою ученицу моральному кодексу истинной ведьмы. — Главным ингредиентом противоядия является Цитриат. Но мне понадобится время, чтобы его достать. Приходи за лекарством на следующих выходных. — Надеюсь, что к этому времени еще будет кого спасать...5
Никто не должен был узнать о связи Анны с колдовством, поэтому у нее не было даже шанса ошибиться. Как Сикири и обещала, к следующему приходу Анны было изготовлено противоядие. Оставалось дело за малым: дать маркизе испить лекарство. Вот только подобраться к покоям госпожи незамеченным не представлялось возможности. Для обычного человека. Глубокой ночью, когда в покоях маркизы оставалась лишь одна служанка, Анна аккуратно пробралась внутрь, позволяя Авроре вдохнуть порошок сон-травы и, убедившись, что горничная крепко уснула, девочка подобралась к еле дышащей мадам Грисселль. Вид изнуренной госпожи заставил девочку искривиться в скорби и надежде, что все это было проделано не зря. Стоило убедиться, что лекарство попало внутрь госпожи, как след Анны просто растворился в покоях. А на следующее утро в поместье воцарилось счастье. Прошло около недели, а о тех страшных днях, когда мадам Грисселль беспомощно погибала, уже почти не вспоминали. Маркиз Бассетт продолжал беспокоиться о своей ненаглядной супруге и приказал продолжать внимательно наблюдать за состоянием мадам. Однако сама маркиза настоятельно убеждала всех, что она чувствует себя как никогда лучше. В это же время в поместье вернулся наследник и сад не успевал отдыхать от бесконечных чаепитий, поскольку лорд Дориан желал как можно чаще видеться с любимой матушкой. Особенно это время он начал ценить, когда осознал, насколько судьба беспощадна. Даже в воздухе чувствовалась эта нотка успокоения и радости, что злая участь обошла стороной.6
Ровно через восемь дней после поправки, маркиза Грисселль покинула этот мир. И никто так и не смог установить точную причину смерти. Поместье переживало наисильнейший траур и, казалось, что даже Богиня горевала от этой утраты, продолжая насылать на маркизат громовые тучи. — Я... Я не понимаю! Она же... Она была здорова! Не было пятен, она выглядела счастливой! О, Богиня..!! Это невыносимо.. Я.. Я убила маркизу.. — маленькая Анна свернулась калачиком на полу в ведьминой хижине, продолжая снова и снова винить себя в смерти маркизы: — Я была той, кто обнаружил ее тело. Нет! Тогда она была еще жива! Она... Она умерла у меня на руках... Это я виновата в ее смерти... Сикири была в полном замешательстве: она никак не могла понять, почему же скончалась маркиза, а еще сложнее ей было понять человеческое горе, которое так ясно отражалось на лице ее ученицы. — Нет... Левианна, ты не виновата. Ты сделала все, что было в твоих силах. Ты сделала даже больше, когда попросила меня создать лекарство. Она не могла умереть из-за него. Или из-за тебя. Ты не виновата. — Виновата! Ты же сказала, что если человек не болеет той чертовой лихорадкой, то лекарство становится ядом! Значит я ошиблась. Я своими руками заставила ее выпить яд! На эти утверждения не последовало ответа. Ведьма старалась обдумать все произошедшее, чтобы прийти к логическому решению. Что-то не складывалось, а они все никак не могла понять в чем именно причина. Однако, кажется, что все таки паззл сложился. — Погоди. Ты ведь сказала, что около недели маркиза чувствовала себя отлично. Значит все таки это была Вениссовскя лихорадка, ведь будь это что-то иное, от снадобья из Цитриата маркиза бы не дожила до утра. Но Цитриат очень сложная трава. Она была взращена первозданной ведьмой и ее целебные свойства распространяются на укрепления иммунитета. — Что ты хочешь этим сказать? — эти размышления натолкнули на неприятные мысли, после которых слезы иссохли. — Я упустила самое важное еще в начале... Вениссовскую лихорадку невозможно подхватить, прогуливаясь под дождем в прохладную погоду. Помнишь, я упоминала, что Венисса специализировалась на проклятиях, которые накладывала на снадобья? — Ближе к сути, Сикири. — В общем. Маркизу Грессилль кто-то убил преднамеренно. ... — Что? На лице девочки застыли различные эмоции: непонимание, досада, боль, злость и ненависть. Зачем кому-то убивать всеми любимую маркизу? Нет, подобные выпады не редкость в аристократии, но таким изощренным способом... — Венисса была прекрасным лекарем, спасающим жизни всеми возможными способами. Она создала целый сборник, посвященный тому, как нейтрализовать одну хворь другой. Она была истинным гением, который посвятил свою долгую жизнь на помощь другим. Но ты должна понимать, что эта самая долгая жизнь сулит ментальные проблемы. К концу своих дней она была душевно слаба, ее разум дал трещину и, как оказалось, Вениссовская лихорадка была единственным ее творением, которая никак не помогала организму бороться с болезнью. Это был настоящий яд, который мог лишь разрушать. И когда множество людей продолжало беспричинно умирать, другая ведьма — Цитриат — отдала свое божественное тело, ради того, чтобы вырастить противоядие. Другими словами Венисса и Цитриат это яд и противоядие. А значит маркизу отравили. — ... Вот значит как... Это были последние слова, которые разнеслись в ведьминской хижине. Анна сразу же покинула лес и вернулась в маркизат, желая узнать, кто виновен в этой смерти.7
— Зачем ты это сделала? — детские глаза более не искрились радостью. Они отражали лишь истинное опустошение. — Что сделала? Ты о чем? — Не прикидывайся, что не понимаешь меня, тварь. Зачем ты убила маркизу? — Что!? Ты маленькая паршивка! Кто тебе дал право раскидываться подобными обвинениями!? Забыла свое место, крыса!? — горничная пыталась накинуться на ребенка, но Анна без проблем парировала это нападение. — Прекращай это отвратительное представление и просто объясни, что тебе такого сделала наша госпожа, что ты решилась на такое жестокое убийство! Тебе не избежать наказания, поэтому хотя бы исповедуйся перед своей смертью. — Да кем ты себя возомнила, сука! У тебя нет доказательств, что я отравила госпожу, так что заткни свою пасть. — ... Ты дура? Хотя чего я спрашиваю. — от речей Бетт у Анны вырвался даже легкий смешок. До чего же эта недотепа была глупа: — Никто во всем маркизате не говорил о том, что госпожа была отравлена. Все списали на тяжелую болезнь. Я серьезно боялась настолько тупой маракуши? О, Богиня! Я была готова пытать тебя, пока ты не сознаешься, но ты выдала себя таким глупым способом! Мне даже немного обидно... — Пытать? — по комнате разнесся издевательский смех: — Да что такая малявка могла бы мне сделать? Побить меня своими крохотными ручонками? Этот надменный тон неприятно прошелся по слуху Анны, из-за чего она быстро вернулась в свое прошлое состояние с желанием узнать правду и отомстить. Более пустословить юная горничная не желала, поэтому решила ускорить процесс допроса. Девочка что-то торопливо прошептала себе под нос, после чего раздался щелчок. В этот же миг рука Бетт просто растворилась в воздухе и, после недоумения, последовал искренний крик боли. — Какого черта! Что ты сделала!? — Бетт не знала на чем сосредоточить внимание: на исчезнувшей руке или на хладнокровном взгляде Анны. — Если хочешь, чтобы я вернула тебе сраную руку — рассказывай. Бетт продолжала тихо скулить, обдумывая такое предложение со стороны девочки. Но особым умом эта служанка действительно не обладала. — Ты! Чертова ведьма! Да тебя сожгут, сукина дочь! А я буду в первом ряду наблюдать за тем, как ты будешь кричать от боли в огне! И снова послышался смешок. Анна ощущала жалость к Бетт, которая до сих пор не осознавала своего положения в этой ситуации. В последствии, следом за рукой, в воздухе растворилась нога горничной. Комнату окутала новая волна душераздирающего крика. — Я повторю еще раз, если ты не расслышала: хочешь жить — рассказывай зачем убила госпожу. — Аргх!... Я... — Бетт, у меня терпение не вечное. — Черт!.. Я.. Я любила Дориана!.. — Всем плевать на твои чувства. Ближе к сути, Бетт. —... Я несколько лет любила Дориана... И он... Он отвечал мне взаимностью!.. Мы часто проводили время вместе..! Но маркиза...! Она была против нашей любви, потому что я... я простолюдинка.. а она желала, чтобы у Дориана была подходящая статусу пассия... Изначально я хотела убить ее из ненависти.. Но потом поняла, что если устраню и маркиза, то Дориан займет место главы... И тогда мы будем вместе! — ... Мерзость. — Что!? Ты просто ребенок, который не понимает истинную любовь! У тебя нет права что-то говорить! — Значит ты и маркиза отравила? —... Нет... Не успела.. — Вот как.. — Теперь ты меня отпустишь? — в глазах девушки сверкнула надежда. Однако это был лишь блеск от ее слез. — Нет, подожди... — Что!? Ты же сказала, что отпустишь меня, если я все расскажу! — Где ты взяла яд? — Яд? Нет... Это не яд... На деле я не травила госпожу традиционным способом... Это было... проклятие... — И откуда ты узнала о проклятии? — Купила книгу... Она вся на каком-то древнем языке, но я сумела найти человека, который смог перевести... И который помог зачаровать любимый чай маркизы... — Удивлена, что ты умеешь читать. Но не суть. Где книга? — В моем ящике... Пока Бетт продолжала ерзать на полу от зудящей боли, Анна неторопливо подошла к полке, выдвигая ящик. Там действительно находилась книга. С таким же названием, что была в доме у Сикири, но с другой обложкой. В мгновении ока эта книга превратилась в пепел в руках Анны. — Что-ж... На этом мое расследование подошло к концу. Спасибо за сотрудничество. — Анна одарила Бетт теплой улыбкой, из-за которой последней подумалось, что весь этот кошмар закончен. — Теперь ты оставишь меня в покое? — Конечно. Это были последние слова, произнесенные в этой комнате. Тело Бетт растворилось в воздухе, оставляя после себя лишь ее одеяние, а Анна, как ни в чем не бывало, покинула помещение, довольная тем, что смогла хотя бы узнать мотив убийства. Пусть она все еще винила себя в том, что не смогла уберечь госпожу, тот факт, что ей удалось наказать преступника, приятно разливался по телу. Больше никто не знал о том, что в маркизате когда-либо работала горничная по имени Бетт.Эпилог
— Вас что-то беспокоит, мисс Лира? — пара детский глаз выглядывала из-за стола, за которым располагалась секретарша. Эта девочка постоянно ошивалась в зале ожидания, словно это была детская площадка. Но в обязанности мисс Лиры точно не входили услуги няньки. — Почему ты снова тут? — Мама уехала по делам и отправила на работу к папе. Но папа, кажется, тоже занят. — Ничего нового... — лицо Лиры скривилось в раздражении от того, что ее снова оставили с чужим ребенком. — Не хмурьтесь так, а то быстро состаритесь. — Не переживай, малышка, такое мне точно не грозит. — Всем грозит старость, не забывайтесь. — Ах, ты-! По помещению разнесся детский хохот. Девочка явно не намеревалась задеть мисс Лиру, но подкалывать секретаршу ей точно нравилось. Она всегда так забавно злилась. От такой честности девочке и любилась секретарша ее папы, ведь она никогда не скрывала своих истинных эмоций пред дочкой начальника. — Так и все же. Мисс Лира, в последнее время вы выглядите очень уставшей? Что-то случилось? На вопрос не сразу последовал ответ. — Просто уже некоторое время вспоминается то, что хочется забыть. — Ой, такая загадочная... — Да, ты-! Прояви уважение, я все же старше! — Старше кого? Мумий?? В зале ожидания повисла пауза. Мисс Лира явно задумалась над этим утверждением. — Нет, ну мумии точно старше меня. — Боже, мисс Лира! Я же пошутила! — А я нет. — Какая вы серьезная, жуть! — Да-да... Я вообще планировала пообедать, ты будешь что-то кушать, Крис?
