Ты - мой

Марат бежит мимо клеток и контейнеров на улице. Если он споткнется, то потеряет секунды драгоценного времени и получит от всех, кому не лень. Вот он перепрыгивает какие-то бревна, воляющиеся на территории их бродячего цирка, а через несколько секунд протискивается между двумя вагончиками, изгибая спину и становясь на цыпочки. Он безбожно опаздывает на очень важное собрание, где будет директор их цирка. Странный человек, которого боятся почти все. Не боится только Вова Адидас, да сам Марат (по крайней мере он уверен, что получается делать вид, что не боится). На самом деле Марат часто косячит и получает обычно от их клоунов - Зимы и Турбо и от человека, которого Марат безгранично уважает, от их силача - Адидаса. Сам темноволосый тут работает "на побегушках", выполняя абсолютно разную работу. В пять он играл роль мальчика, которого вызывают из зала для фокуса или ещё чего-то. В семь, когда смог дотянуться до выключателя, включал и выключал свет в нужные моменты и убирался в зале после представления. В восемь он второй раз в жизни увидел Кащея - директора их цирка, который показал и рассказал о нечестных людях, насильниках и алкашах, и с тех пор его работой стало лазать по карманам. Он помнит то, когда его первый раз поймали и за ухо отвели к Кащею, а он показательно на глазах у "обворованного" хорошенько вдарил Марату, а потом, без лишних глаз и ушей, рассказал что делать в таких случаях. С десяти лет его брали в разные цирковые номера: к силачу, чтобы тот его подкидывал и ловил, к клоунам, чтобы он выполнял роль "нормального", к фокуснику, чтобы тот его распиливал и тому подобное. В тринадцать он устраивал шоу мыльных пузырей и шоу с огнём. С четырнадцати его брали в несколько номеров на одном шоу, а иногда гоняли ещё и в перерывах развлекать публику танцами под разную музыку. А сейчас ему шестнадцать, а он по-прежнему никогда не выступал с серьёзным номером. Может это и к лучшему, и так устает как уличная обшарпанная собака. Он залетает в крытую часть цирка,именно тут должно быть собрание, тут оно и оказалось. Здесь стояли уже все работники и артисты, даже клетки с животными стояли не так далеко, создавая впечатление, что даже они слушают и один Марат такой плохой. Он подошёл поближе к этому сборищу и встал сзади всех, чтобы если спросили где он был, он смог бы сказать что его просто не было видно. - Мелкий, ты ахуел? - темноволосому дали затрещину - Ты где шатался? А если бы Кащей был здесь? Это его снова отчитыват Адидас Вова. Их силач и авторитет для мальчика. Старший, сколько себя помнил Марат, всегда помогал ребёнку и объяснял самые простые истины. Марат безумно любил его, как родителя. Что-то родное было в этом Вове, притягательное. - А чё? Не пришёл он ещё? - мимо пролетел Турбо, но за секунду обернулся и прокричал: "Шухер". Видимо Кащей сам опоздал, значит Марат будет жить и не пойдёт на корм цирковым зверям! - Пацаны, здарова! - Кащей встал на выступ на арене - На этом вашем выступлении присутствовал очень уважаемый человек и ему понравилось как всё прошло! Вы понравились ему! - по рядам прошлись радостные крики, которые Кащей смог сдержать следующим высказыванием - И теперь мы с вами едем на нашу родину в Казань! Если и там наше выступление понравится уважаемым людям, то мы заживем кучеряво! Теперь крики радости сдержать не удалось. Не понятно чему больше радовались: перспективе денег или поездке в родной город, откуда они и начали свой путь. Вот только Марат не знает как он оказался в цирке и кто его родители, но он рад за пацанов. Мальчика ущипнули за бок, это Вова. - Слышь, малой, может и тебе роль перепадет! - старший потрепал по коротким черным волосам Марата.                               *** Через день они уже разобрали арену и сложили весь реквизит. Вечером сели на поезд. Ехали, как обычно, в товарных вагонах, вот только сегодня Марату разрешили ехать в вагоне со старшими. Зима и Турбо силели в одном углу у входа и ели яблоки, обсуждая что-то своё на повышенных тонах. Эти двое всегда ссорятся, но все равно всегда вместе. В другом углу у входа сидели Кащей и Вова. К ним Марат и пристроился, сел рядом с Вовой. А последний с директором что-то обсуждал, что-то отдаленное от их работы и цирка. Кажется, что-то из их детства. Марат не слушает. По обыкновению в вагонах ночью холодно и поэтому они всегда берут с собой пледы. Два пледа (на одном спят, другим укрываются) на двух человек. Но Марат остался без хотя-бы одного пледа, потому что в прошлый их переезд пледы сдуло, а на новые денег нет. Все сидят у стены, операясь на неё спинами, а Марат жмется с Вове, от котрого исходит хоть какое-то тепло. - Малой, а ты чё без пледа? - кажется Вове не удобно, поэтому Марат отодвигается от него и чувствует ещё больший холод. Ни кофта, ни штаны не спасают. Только бы не заболеть, а то потом накажут. - Да видимо забыл где-то.. - за правду наверное по голове не погладят, да и тем более тут Кащей рядом. - Маратка, садись между нами с Кащеем, не так холодоно будет. - сидеть рядом с Никитой, было бы слишком смущающе. Было бы просто слишком. - Да мне нормально, тут вовсе не холодно. - Малой, пиздеть няньке своей можешь, а мне нельзя, - Вова завозмущался на слово "нянька" - падай к нам, у тебя вон зубы трясутся. Мальчик поднимается на ноги и садиться между двумя мужчинами, а его накрывают пледом. Кажется, что теперь, сидя рядом с Никитой, ему стало жарко и кровь прилила к лицу слишком быстро. Старший стал вызывать какие-то странные чувства, которые стыдно признать. Смущение и необъяснимое желание касаться его.                               *** Ближе к ночи Вова лёг и уснул, поэтому теперь прижиматься было возможно только к Кащею, который говорил сейчас только с Маратом и только шёпотом. Этот шёпот заставлял что-то в животе подростка завязываться, делать круги, смущенно прятать глаза и кусать холодные губы. Он не слышит что говорит старший, он только улавливает хриплые нотки из его уст. - Мелочь, ты слушаешь? - за бок директор придвинул мальчика ближе к себе, после поднимая подбородок ребёнка, чтобы видеть все эмоции, которые вызовут следующие слова. - М? - Марат посмотрел на мужчину - Да, я просто.. Вообщем слушаю. - Ты будешь выступать со своим акробатическим номером. - директор шептал слова, утыкаясь своим лбом в лоб слушающего - Ты будешь его выполнять один. Свой первый серьёзный номер. В карих глазах напротив плесали черти со спичками, зажигая внутри все органы мальчика. Хочется кричать от радости и бегать, но все спят, поэтому Марат больно прикусывает нижнюю губу и улыбается так по-детски и так красиво. - Да ты чё? Не гонишь? - глаза широко распахнуты и губы приоткрыты. - Правда? - Нет, блять, поржать решил! Конечно правда. Несколько мгновений они сидят в тишине, смотря друг на друга, пока руки мальчика не тянутся к мужчине и не обнимают его. - Я рад.. - долго так просидеть не позволяло смущение, поэтому Марат быстро отстранился, всё также смотря на директора. - Спи, чертенок, завтра выгружаться рано будем. - мужчина наклоняется к губам подростка и быстро целует их. Скорее даже просто прикасается, но и это смутило мальчика до безобразия, заставляя резко развернуться и лечь.                               *** Выгрузились без особых происшествий, только Зима с Турбо поцапались и всё. Шатер тоже установили нормально. Всем раздали роли, а у Марата появился вопрос о том, как он должен выступать, если он вообще ничего не умеет в акробатике. Через день выяснилось, что тренировать его будет Кащей. - Здарова, черть! Готов страдать? - Почему страдать? - Потому что тренировать и ставить номер буду я. Скакать будешь под "Фаина". - Да я ж, так-то, не акробат. Ничё не умею, если что. Я шоу завалю. - Понимаю, понимаю, нужна выгода. - мужчина ненадолго замолчал - Давай так: ты нормально выступаешь, а я тебе правду о твоих родителях и откуда ты здесь появился? - глаза мальчика напротив заблестели от интереса. - Замётано!                               *** На следующий день они приступили к постановке. Вообще сам Марат будет выступать в костюме востока, ему это кажется странным, но выбора нет, номер он запомнил. Сначала играет просто музыка и ничего нет, а примерно на четырнадцатой секунде Марат просто выбегает из-за кулис и бежит по кругу на арене, махая руками, а потом сразу с разбега делает курбет через спину. Этим трюком он оказывается на середине арены и на тридцатой секунде делает вид, что распрыгивается, а когда наконец настаёт нужный момент в музыке он резко садиться на шпагат, а сразу после на выдохе в песне делает лягскач. Дальше, как Марат обозвал эти движения, шаманские танцы: он должен красиво вращать руками и делать так, чтобы на костюме всё звинело. Потом вообще чуть ли не танец на коленях и снова лягскач, после чего фляг и курбет. Затем снова оказывается на середине арены, а после танец заканчивается. Сказать, что не получалось ничего, вообще не сказать ни слова. Марат не умеет делать большинство движений и должен научиться в ближайшие сроки. Ему обещали информацию о родителях и его загадочном появлении здесь поэтому он тренируется всё время. Он последний раз разговаривал с Вовой до постановки номера, а это неделю назад. Раньше они виделись каждый день, а сейчас Марат уже даже начинает скучать, но упорно делает нужные элементы, а потом приходит в вагончик и падает спать. Теперь подросток проводит с Кащеем почти весь день и каждый раз узнает его по новому. Тот странный поцелуй в вагоне он старается не вспоминать. И вместо раздумий тренируется, до того, пока не валится с ног. - Чертенок, генеральный прогон в костюмах, а ты ещё здесь! Быстро переодеваться! - Это пиздец какой-то, у меня всё болит.. - мальчик распластался на арене звездой с закрытыми глазами. - Тц..- мужчина подхватил пацана на руки и поташил в свой вагончик, где хранился костюм. - Нииикиитааа. Ни-ки-та. Никиточка. - подросток ластился к шее и лицу старшего, чувствая себя пушинкой в его руках. - Ты чё, бухой? - директор открыл дверь в свой вагончик, и сразу же после того как зашёл, закрыл. - Нееет, мне может просто хорошо! - темноволосый трогает кудряшки на голове старшего, когда тот скидывает его с себя на кровать, а после достаёт из шкафа костюм. - Давай, одевайся и на прогон. - мужчина вышел, а Марат кажется разочаровался от такого холода со стороны директора.                               *** Во время генерального прогона всё прошло хорошо и после Марат ушёл к себе в вагончик. Он лежал на кровати до сих пор в костюме, потому что снять его было довольно затруднительно из-за лент, завязанных сзади. Подросток думает о завтрашнем выступлении, о Кащее, о том, что тот расскажет после него о родителях. Так много мыслей, что кажется будто это они пригвоздили темноволосого к кровати. Он только нашёл в себе силы встать с кровати, как в вагончик зашёл Кащей. - Ну всё? Отошёл? Нормально себя чувствуешь? - мужчина вплотную подходит к мальчику, стоящему возле стола, всё больше напирая на него и заставляя младшего сесть на этот самый стол. - Я видел, как ты на меня смотришь. Я всё знаю. Долго ещё молчать будем? - мужчина смотрит в упор, как подросток тянется к его губам и слегка кивает, криво улыбаясь и давая понять, что он вовсе не против. В следующую секунду неумелые губы слегка задевают сухие уста Кащея, пробуя что-то сделать. Тогда инициативу в свои руки берёт старший, посасывая нижнюю губу подростка, параллельно распутывая ленты сзади костюма. А после резко отстраняясь. - Чё? Не целовался никогда? - Да с кем, бля? - он прячет глаза, не смея поднять взгляд. - Я рад, что буду первым. Ну тогда спи, чертенок. С костюмом я помог. - тепло пропадает вместе с мужчиной, который вышел из вагончика. А Марат заливается краской.                               *** Начинается номер Марата, он отсчитывает четырнадцать секунд и выбегает, зная каждый свой следующий шаг. Бежит и машет руками всем сидящим на арене. Три шага в право, курбет, пять прыжков с перерывами и шпагат. Резкий выпад и лягскач. Начинаются иностранные слова и Марат вращает руками и двигает бедрами. Пять секунд после и он оббегает арену на коленях, оказываясь в середине. Фляг, курбет, середина, стойка, уход. Оказываясь за кулисами он чувствует, как громко дышит и как сильно стучит его сердце чуть ли не в горле. Перед глазами всё плывёт, а сфокусировать зрение получается не с первого раза. Когда это наконец случается он видит перед собой Вову. - Вова, я смог! Я выступил с собственным номером! Ебать! - мальчик влетает в старшего, крепко обнимая того. Эмоции переполняют. Он наконец-то после долгих лет сделал что-то действительно значимое. Может быть теперь он не будет никому не нужным? - Ты молодец, Маратик, это было ахуенно..- на лице старшего застыла какая-то грустная улыбка, заставляющая младшего насторожиться. Он где-то сплоховал.. Снова облажался. - Ты чего? - на ум приходят тысячи вариантов своих ошибок - Бля, я что-то не так сделал? - Что? - Суворов недоумевает от такого предположение, а после хватает младшего за плечи, встряхивая. - Нет! Ты всё сделал замечательно, даже слишком! - его резко перебили. - Тогда что не так? - карие глаза смотрят с надеждой на то, что дело не в нём. - Ответь, ты договаривался с Кащеем о том, что он расскажет тебе о родителях? - старший прикусил нижнюю губу от нервов, пригвоздив темноволосого к полу взглядом. Из-за этого последний лишь слабо кивнул, до сих пор ничего не понимая. - Просто дело в том.. - ноздри силача раздуваются от того, как резко он втягивает воздух через нос - Просто знай, что я всегда хотел тебе добра, договор? - Вован, чё такое? - младший вырывается из объятий, теперь уже грозно смотря на собеседника от непонимания. - Всё, я пошёл, у меня сейчас выход! - мужчина последний раз посмотрел на хмурого акробата и ушёл.                               *** Кащей не попадался на глаза весь день. Это, конечно, понятно, он директор цирка, а сегодня было выступление. Ему надо следить за всем. Но куда он делся после? Марат не стал забивать свою голову эти вопросом и решил ждать. Половину вечера он помогал разносить реквизит и убираться на арене. А потом просто пошёл к себе. Он был счастлив и доволен, поэтому позволил себе такую роскошь, как переодеться, поесть и ни-че-го не делать. Ну разве что ждать директора. Ближе к ночи надоело слепо надеяться, и он пошёл в вагончик к Кащею, мало ли хозяин цирка там. Как никак он обещал рассказать. После стука Марат открывает двери и видит Никиту, сидящего за столом в алкоголичке и штанах. - О-па, Маратка, заходи, заходи! - мужчина достаёт еще один табурет из-под стола - Я тебя ждал, мелочь. Подросток садиться и принюхивается. Несёт перегаром. - Ты чё, пил? - мальчик кривится, хотя и давно привык к такому запаху. - Меня уважаемые люди пригласили, им отказывать нельзя. - Ну ахуеть теперь. - Мы отмечали то, что нам прибавляют зарплату. - сильно мальчика это не порадовало, может быть потому что он ждал другого - И нового человека в нашем цирке.. - Это всё, конечно, хорошо, но..Ты обещал рассказать про родителей! - мужчина тяжело вздыхает. - Ну да, обещал.. - старший собирался с силами - Мы с Вованом с детства знакомы. Я до десяти с батей-наркоманом жил, а потом он сдох, а я в цирк этот работать пошёл. А Адидас с родителями жил. Они у него твари те ещё, он белого света не видел. Родаки его только в школу и на кружки отпускали, за косяки хуячили, а он, как со мной познакомился, сбегать от них начал. Их это взбесило и они его сдать решили в как его там? Детский дом! А он от них удрал и тоже лет в одиннадцать в цирк этот же работать пошёл. Лет через восемь директор цирка сдох, мне и Адидасу тогда по восемнадцать стукнуло. И, короче, меня вместо старика того назначили, а Вовка узнал, что у него брат младший появился. И ночью он брательника своего выкрал. Ну тоесть тебя. - Кащей поднимает голову и смотрит на мальчика, который не отводит взгляд от стола. Несколько минут они сидят в тишине. - Я брат Вовы? - подросток поднимает глаза на старшего, который поднимает Марата и несёт на кровать. - Да.. - ещё несколько минут они просто лежат, обнимаясь. - А какая у меня фамилия? - мальчик утыкается носом в грудь Кащея, почти засыпая. - Пока что Суворов, но когда-нибудь возьмёшь мою.