Потерянные в руинах

Однажды я шёл, и там, где я проходил царило безмолвие. Этот тихий жуткий край в глухой тайге, ни людей, ни зверей на пути я не встречал. Тайга как по мне будто забытый край, а хозяева этого края - это многолетние деревья. *** И вот иду я и тут… Голоса и смех вперемешку и при этом холодные, устрашающие, но были и ласковые, спокойные, хитрые, а вмести и с ними трель флейты. И эта трель меня так заворожила, и я пошёл на её звуки, не думая о том, что там и голоса, и смех, мне было всё равно, мне хотелось слышать только её прекрасную и душевную мелодию. Я иду всё быстрее и быстрее и вдруг… Я вижу в десяти метрах от меня есть кто-то, кто играл на флейте, оказалось, что это не очередная слуховая галлюцинация, как это бывает у меня, особенно после этого переезда сюда, в этот, богом забытый край. Этот, кто-то сидел на пне и играл, он был один, а кто тогда говорил и смеялся? Не я же! Очертание этого незнакомца не напоминали не животного не человека, скорее всё вместе, я не мог разобрать, но одно я разобрал наверняка, голова была не человеческая, и это всё что я заметил. Очень обидно, а хотелось бы узнать больше, но вдруг он заметил меня и уже я собрался бежать, а незнакомец исчез. Чудеса, а я и моргнуть не успел, показалось подумал я и побрёл домой. Дома была мама, она смотрела телевизор (свой любимый сериал, не пропускала ни одной серии, сидит и не оторвать). Папа на работе (новая работа, много хлопот, вернётся по всему поздно, я спать уже буду). Я зашёл на кухню, съел бутерброд и пошёл в комнату, готовится к первому дню в новой школе. Страшно… Ведь я новенький, да ещё и очкарик, эх, сложно будет влиться в новый коллектив. *** На следующее утром я встал, весь сонный, почти всю ночь меня мучила бессонница. Встав с кровати поплёлся в ванну, умылся…, на кухне я съел бутерброд и, одевшись, я пошёл в школу. На улице было ещё темно, а поскольку я жил чуть ли не в лесу, то идти было куда страшнее, чем моим сверстникам из посёлка, в котором они живут, и в отличии от меня, которому путь освещает луна да звёзды, им дорогу до школы освещали фонари. И пока я шел с надеждой «хотя бы добраться до просёлочной дороги, и не заблудиться в этом лесу», ведь в этой пуще можно и впрямь заблудиться. И пока я шёл, лес начал расступаться, и просёлочная дорога становилась всё ближе и ближе, ко мне. И вот она дорога ведущая меня по посёлку в школу, словно та, что выложена золотыми кирпичами к изумрудному городу. И уже идя по посёлку я перебегал от фонаря к фонарю, как будто это могло спасти меня от темноты и теней, которые в ней крались и шептали, что-то такое что ведомо только им и никому более. Но мне почему-то казалось, что они шептали что-то вроде… «смотри какой очкарик, а вы знали, что он таблетки пьёт?» И вторая вслед за ней… «слышал у него с головушкой проблемы.» Вот что я подумал, но это было четно, ведь возможно это всего лишь моя разыгравшаяся фантазия. Думая об этом я и не заметил, как пришёл к школе. Обычная русская школа ничего не обычного в ней не было. Изменилось лишь то что она стала какой-то враждебной чужой что ли. Когда я впервые сюда приходил тут было тихо и светло, а может даже повлияло то что тогда я всего лишь за учебниками ходил? Может быть и так конечно, но одно мне не даёт покоя, я новенький как меня примут одноклассники?