Гости, или жертвы обстоятельств...

…Размышляя о ироничном подтексте в описании людской же мифологии, я не заметила, что его клуб фанатов настольных игр оказался прямо перед нами. Пьер размял плечи и открыл дверь. — Пошли. Дверь возле меня поднялась вверх, выпустив меня наружу. А над входом в клуб была огромная вывеска в виде угловатого двуглавого орла. Он лишь отдалённо напоминал мне старые изображения герба Российской Империи и больше походил на нацистского орла. — Хм. Символично. — Мм? — Да я про вывеску. Пьер улыбнулся мне, поправив фуражку. Над козырьком у него был такой же орёл из серебра. — Это? Один из главных символов Империума Человечества из вселенной «Warhammer 40.000», Имперская Аквила. — И ты бывал в этой вселенной? Парень как-то странно усмехнулся. — Бывал ли?! Не-е. И вряд ли захотел бы побывать. Можно найти аж сорок тысяч причин отказаться от посещения этого ада. Но мысленно там побывать можно, и я многое помню о ней. Плюс, моё хобби пришлось по душе многим таким же странным людям, как я. — Многим, говоришь? А насколько многим? — Я считаю, достаточно, чтобы создать аж целый кафе-клуб вахоёбов… Ну, то есть, фанатов Вахи. Косплей и умелая актёрская игра приветствуются. Я бросила короткий взгляд на его верхнюю одежду. Кажется, именно это и называется у людей косплеем. Тогда почему мне кажется, что это не бутафорский костюмчик, а реальная военная форма, и, судя по его собственным словам, данная военная форма не только офицерская, но и родом прямиком из Вархаммера? Меня смутил мой собственный внешний вид, и я посмотрела на свою одежду. — Слушай, а я там чужеродно смотреться не буду? Просто… выгляжу, как обычный человек. — А ты линзы сними и клыки не прячь, тогда сойдёшь за свою. И не бойся, что будешь пугающе выглядеть, вахоёбы себе и пострашнее существ представить могут. Вампиром их не удивишь. Вот как. Увидел. Ла-адно… Я сняла линзы, маскирующие мой настоящий цвет глаз, и взглянула на него. Не испугался. Надо бы уже привыкнуть к тому, что у этого человека непорядок с инстинктом самосохранения. Я тоже чуть улыбнулась, не пряча клыки. Пьер улыбнулся радостнее. — Во! Идеальный косплей! Пошли, я пообещал своим, что скоро приду, хорош заставлять их ждать. И направился под Имперскую Аквилу. Я тихо вздохнула и пошла следом. Длинный коридор вывел нас в просторное помещение, в котором звучала электронная музыка вперемешку со звуками органа. Нечто, напоминающее не то пост-рок, не то готические мотивы. Разумеется, тут имелся и бар. Чтобы в Найт-Сити, да без бара? К нему прилагалось нечто вроде закусочной с парой десятков огромных столов, где кроме мест под еду были и места для уже упомянутых настольных игр. Мини-фигурки и причудливые трёхмерные проекторы вперемешку располагались везде, где только можно. Людей было и впрямь достаточно. Говор не перекрывал музыку, но иногда раздавались крайне раздражённые возгласы, когда кто-то кому-то проигрывал. И контингент тут был… Я думала, это Пьер может так странно выглядеть для местного города и людей. Я ошибалась. Он тут был как бы не самым опрятным, соразмерным и органичным, в отличие от некоторых… представителей человеческой расы. Только парой минут спустя, пока Пьер искал кого-то, до меня дошло, что это были так называемые «хаоситы», или люди, фанатеющие от сил Хаоса из Вахи. Ох… ну, конечно, и вонь была от фаната Бога Чумы… Это сопливое вонючее нечто и человеком назвать было сложно. У бара тем временем ошивался косплеер, вырядившийся натуральным клоуном, только с острыми ушами и со странной маской на поясе. Так же тут было некое собрание человеческих… э-э, «девушек», любивших объедаться стероидами, ночевать в качалке и носить на себе под два центнера металла в виде доспехов с кованными сиськами. Н-да уж, сама бы я в этот клуб точно не зашла. Я и просто-то людьми брезгую, но тут я видела таких фриков, каких ни разу на улице не видела. А я видела куда более уродливых… — Лорд-комиссар! Где вы были?! Басовитый голос одной из этих бабищ в силовой броне аж заставил меня вздрогнуть. Но Пьер, почти вернувшись ко мне, с плохо скрываемой улыбкой повернулся к громкой женщине. — Оставлял послание слугам Омниссии, ваше святейшество. Пришлось подключаться к Ноосфере. К нам подошла… подошёл… подошло ЭТО. Ростом под два с чем-то метра, в красных силовых доспехах с объёмным белым бюстом, с очень короткими волосами нечто. Почему-то седыми. Существо, отдалённо напоминающее человека, гневно раздувало ноздри. — Это не оправдание, лорд-комиссар! Наш Бог-Император звал вас на поля битвы Кадии, Калта и на саму Святую Терру! А вы опаздывать?! Пьер состроил недоумевающее выражение лица. — Разве звал? Так я ж там был уже! Вон, удерживал второй фронт против Чёрного Легиона, пока проклятый Архивраг пытался прорваться к великому Криду, а на Калте вовсю резал Несунов ебучих, пока господин Малкадор держал демонов во Дворце! Недоразумение размером со шкаф приподняло палец и открыло рот, чтоб возразить, да так и застыло на пару секунд. Потом повернулось в сторону дальнего стола, за которым… которым… где сидели две странные машины. Одна была похожа на помесь металлического краба с осьминогом, а вторая выглядела, как натуральный Тутанхамон, только железный, скелетообразный и со странным зеленоватым свечением промеж рёбер. Бабища повернулась к нам с крайне недовольной рожей и погрозила «лорду-комиссару» пальцем. — Смотрите у меня. А то узнаю, что вы со всякими там аэльдари шляетесь — Инквизиции сдам! Парень построжел: — Цыц! Инквизицию она мне тут собралась звать… С кем надо, с тем и шляюсь! И вообще, следите-ка лучше за полем боя на Макраге, а не то нурглиты вам там такого шороху наведут, сам Робут Гиллиман не разгребёт, когда проснётся! — Да ладно, прослежу! Скажите лучше, где там Сёстры Тишины, заждались мы их уже. — На Просперо до сих пор воюют. Кстати, а где администраторша? — Эта слаанешитская блядь? Со стороны двери за баром раздался голос порно-звезды: — Ты кого блядью назвала, рабыня трупа-на-троне?! Бабища вспыхнула на неё: — Не смей именовать Его этими презрительными кличками, поганая хаоситка! И-и… к нам вышла полная противоположность этого высоченного недоразумения. Вальяжной такой, манерной походкой, недораздетая шлюха с тонной косметики на лице и в куче разномастных украшений. Тем не менее… в этом наборе золота и каменьев мне не показалось, что у неё нет чувства вкуса. До нас долетела волна её парфюма, которым я бы, на её месте, облила поклонника Нургла. — Ой ли, милая моя фанатичка? Не напомнить ли мне, кто первым за Гогом Вандиром пошёл, а? — Завали ебало. — Ой, какие нехорошие словечки для образца благочестия. Ладно уж, не буду хулить вашего Ымператора. Только попробуй ещё раз меня проституткой обозвать, и я не удержусь, выскажу тебе всё, что думаю об Анафеме. Железный сисястый шкаф гордо вздёрнул нос, фыркнул и ушёл обратно к скоплению таких же бронебаб. А админша одарила Пьера такой нескромной улыбкой, что мне захотелось прямо здесь порвать её пополам. — И где ж вы всё-таки были, дорогой мой? Мой добрый друг Фулгрим уже скоро поимеет вашу оборону на… Но Пьер с покер-фейсом ей ответил: — За Императора. Всё напускное благодушие с неё как водой смыло, а тонна косметики как-то странно преобразилось, и перед нами была уже не шлюховатая смертная, а страшная (хоть и симпатичная) ведьмочка. — Не смей… Не смей, говорю тебе. Демонов на десятки планет натравлю! Покер-фейс едва ли изменился. Но уголки губ у Пьера приподнялись, и он чуть понизил голос: — Гидра доминатус. Ведьма тоже вспыхнула: — Сука! Су-ука! Урою!!! Ебучие пидоры! Крысы! Ублюдки! Бля, да сколько можно уже?! Пьер ей ответил: — А нехуй Люция Вечного мне на поле боя кидать. — Лорд-комиссар, ну бля, ну хватит уже! Третий раз подряд мне проигрываешь! Сколько можно этих грязных пидоров с мокрухой мне подсылать?! Мне что, теперь чтоб убирать ебучих альфачей, выпускать на волю всех моих ассасинов?! Стоп, что? Проигрывает? А-а, то-то я думаю, к чему весь этот театр. Но… я спросила у ведьмы: — Стоп, а чего ты так бомбишь, если выиграла третий раз подряд? Ведьма скрестила руки, приподняв свою почти полностью открытую грудь прямо под глаза Пьеру, и пробурчала, пока он, не скрывая, пялился на эти дойки: — Да с Альфа Легионом ты никогда не знаешь, что хуже — победить или проиграть. А у лорда-комиссара такие ебанутые мозги, что он прекрасно понимает все ходы ебучих альфачей… Она тоже заметила, что парень пялится на то, что и так выставлено всем напоказ, и вспылила на него, подшагнув чуть ближе: — …И знает, кобель, что я проиграю куда хуже, чем он сейчас, когда вся война закончится! Я едва сдержалась, чтоб не выпустить когти, когда она чуть ли не упала Пьеру на грудь своими сиськами. Но он кисло улыбнулся, сложив руки за спиной и отшагнув подальше назад. — Деточка, я тебя знаю — будешь пытаться меня соблазнить, и я тебе не только Альфу под нос кину, там Маска Сумерек у тебя из пизды на лыжах появится. Клоун в обтягивающем цветастом трико у бара удивлённо обернулся. Парень коротко на него глянул, приложив палец к губам. А ведьма обиженно надулась. — Сука. Ладно, комиссарчик, ладно… Так ты по делу, или так, проверить, как успехи в игре? О, перешла на деловой тон. Пьер слегка расслабился, и его улыбка стала искренней. Дружеской. — Да так, и по игре проверить, и… Он оглянулся на меня. — …И поговорить с этой очаровательной вампиршей. Ведьма обратно в шлюху не превратилась и удивлённо на меня глянула. — Оу? И кто она? Выглядит… вполне по-вампирски. — Некрон вроде тоже выглядит вполне по-некронски. Её глаза стали ещё более удивлёнными, она неверяще посмотрела на него, а потом снова на меня. До меня вдруг дошло, что это не косметика… Это её настоящее лицо… И она реально поверила в то, что я — настоящий вампир. Я посмотрела на неё совсем по-другому. Девушка при мне, не стесняясь, применяла натуральную магию! От неё и впрямь исходила аура, заставляющая мужиков стелиться перед этой роковой женщиной. Нечто подобное применяют мои собственные подруги, когда играют со смертными. И Пьер, разумеется, на её женские чары просто не реагировал. Однако наслаждение у него было написано на лице, когда он пялился на её сиськи… — И как же тебя зовут, дитя ночи? Я помолчала немного и спросила: — Прежде, чем я отвечу, скажи мне — ты реально пыталась его соблазнить, или это всё тоже элемент игры? Ведьма ухмыльнулась. — А что? Ревнуешь? — Нет, я не… Пьер и администраторша так выразительно переглянулись, что я поняла — да. Ревную. Ну, блин, не надо же так нагло при мне пытаться увести мужчину, который меня же сюда и пригласил! — Не волнуйся, милый клыкастик. Я давно уже не пытаюсь его соблазнить. Это действительно элемент игры, я же, как бы, поклоняюсь Слаанеш. Правда, по-странному, ведь удовольствий должно быть в меру… Парень тут же подколол: — Сказала женщина, способная насмерть заебать человека. Буквально. Ведьма закатила глаза. — …Ну, просто моё «в меру» — это человеческое «до смерти». Пьер тебе что, ничего об этом месте не рассказывал? Тут собраны все самые странные фрики в городе. Тут для полного комплекта только миролюбивого орка и доброго друкхари не хватает. Кстати, меня звать Моника. Она протянула мне руку. Кажется, украшений там стало меньше, чем мне казалось. Я немного успокоилась и пожала ей руку. — Крис. А что значит, самые странные? Тут что, не только забавным косплеем занимаются? — Ну, сама посуди, — я поклоняюсь Тёмному Принцу, божеству Хаоса, чья сфера — излишества и невоздержанность в любых удовольствиях. И я считаю, что удовольствий должно быть столько, сколько нужно, чтоб они тебе не надоели. Нечто совершенно несочетаемое, не находишь? И подобных противоположностей тут каждый второй, если не каждый первый. Я глянула на того, кого уже хотела назвать другом. — А Пьер? Моника усмехнулась. — О, он сам по себе — ходячее противоречие. Называет себя вернейшим последователем Омниссии, то есть, Бога-Машины, и при этом он себе даже телефона в голову не ставит. Если хочешь увидеть нормального адепта Механикус — посмотри вон туда… Она кивнула как раз на железного краба-осьминога в красном. — …Киберпсих, который пришёл лечиться от кибер-психоза к некрону. Собственно, некрон, который не считает людей чем-то вроде говна под ногами. Примитивными — да, но не низшими существами. А Пьер — наоборот, людей презирает и считает нас чуть ли не одноклеточными, при том, что сам человек. Я недоумённо на него глянула. Лицо у него приобрело крайне кислое выражение. — Представь себе, я от этого не в восторге. Изогнув бровь, я снова посмотрела на металлического фараона. Открыла рот, чтоб уточнить, реально ли это существо — то, о ком они говорят, и Пьер мне ответил раньше: — Да, это реальный некрон. Фаэрон, причём. Кстати, это и есть то самое опасное существо на всей этой планете на данный момент. И он… по счастливой случайности, реально не считает людей назойливыми насекомыми, а думает, что они когда-нибудь достигнут примерно того же, что и его вид, только без превращения в бездушных железяк. У него дома его сородичи его за одну такую мысль сперва на атомы разберут, а потом и сами атомы изуродуют так, что звезда родная не узнает. Я медленно спросила, начиная понимать, что… мне ещё ни разу не соврали. И что это тоже может быть правдой: — А-а что… он здесь… делает? Его дом — это… та самая Ваха, по которой тут все с ума сходят? — Ага… Пьер глянул на Монику. —…Так, Моньк, я пока пойду в туалет, ты отведи Крис в комнату для переговоров, и я вернусь. И пошёл прямиком по указателям, красноречиво говорящим о том, где находится туалет… и где он видел всех хаоситов скопом. Моника взяла меня за руку и потащила куда-то наверх, на второй этаж сего заведения. Я думала, что «комната для переговоров» — тоже какая-то кодовая формулировка, но нет. Это просто была… обычная комната. — Вот, Крис. Здесь Пьер обычно ночует, если Маки с ним ругается. — Я думала, это будет что-то… необычное. Кстати, Моника, можешь рассказать мне о нём? Она посмотрела на часы, непонятно как появившиеся у неё на руке. — Ну… вообще, у меня дел полно, я не просто так тут пост администратора занимаю. Но, кажется мне, ты не отстанешь… Я ей улыбнулась классической вампирской улыбкой. — …И не надейся отделаться коротеньким рассказом, смертная. Девушка слегка удивлённо посмотрела на мои клыки и усмехнулась. — Называть людей «смертными» — как бы моя фишка. Я ж как бы в Варпе обитаю, страшным запрещённым колдунством Хаоса пользуюсь, реальными демонами помыкаю. — Ты до сих пор думаешь, что клыки приклеены, а на глазах линзы? Линзы я сняла, чтоб за свою сойти. Могу когти ещё выпустить, если тебя это не убедило. — Да не, не надо. Игра игрой, но я прекрасно знаю, что наш мир — далеко не один, и, как оказывается, иногда и ВСЕЛЕННЫЕ могут быть не в единичном экземпляре… Вспомни египетского космического терминатора. Плюс… Она зажгла в руке лиловое пламя. Вот буквально. Приподняла ладонь, и там из ниоткуда появился сгусток огня неестественного цвета. Она улыбнулась, увидев мои приподнятые брови. —…Пьер распознал во мне пси-способности и научил ими пользоваться. Так что я вполне верю, что ты — реальный вампир. Я ведь тоже среди местных считаюсь чем-то сверхъестественным. Я заинтересованно хмыкнула, втянув клыки обратно. — И что же ты умеешь? И как Пьер понял, что ты — реальный маг? — Да я и сама не знала. Просто… несколько раз в моей жизни случалось попадать в разные банды Найт-Сити, иногда в хорошие, иногда в не очень, иногда меня хотели использовать, иногда хотели превратить меня в кибер-психа… И я всегда выбиралась. А потом случилось так, что Пьер и Маки взяли какой-то странный заказ на мою последнюю банду… ну, которая держала меня в плену. И там эти двое были будто два Ангела Смерти… Мне сразу вспомнился их поход к другой банде. — И как это было? Они просто шли вперёд, а вокруг все обсирались? — Хм, ну почти. Там они убивали. Легко и непринуждённо, словно бамбук резали, а не киборгов. И Пьер с этим своим револьвером… Тогда я не понимала, как он это делал. Он просто шёл, панки промахивались, а он будто уклонялся ещё до выстрелов, и… хэдшот, хэдшот, хэдшот, и так раз пятнадцать, не перезаряжая барабан. Как в видеоигре какой-то, да ещё и с читами. Ещё более читерной казалась Маки, потому что она реально как джедай какой-то бежала и махала своими страшными саблями, то кого-то пополам разрезая, то голову снося. А потом я сама попыталась сбежать, пока и мне не прилетело, и мне казалось, что я уже знаю, куда прилетит пуля или где взорвётся граната. Маки и мне чуть голову не снесла, и то случайно, но я знала, куда надо бежать, чтобы по мне не попали. — О-о, предвидение заработало? — Да оно всегда работало, с самого детства. А Пьер это заметил, и… я не увидела, где он окажется, когда наконец сбежала. — Он оказался у тебя прямо перед носом? Моника чуть не рассмеялась. — Да! Я с ним столкнулась! Думала уже, что убежала, а потом заруливаю за угол, и нате вам, вот он, ждёт меня. Я аж там подумала, что он время останавливает, но… Он привёл меня сюда, заговорил об идее создания этого клуба и рассказал мне о том, кто я. И что у меня не только способность к предвидению есть, но и остальные. Он ещё удивлялся, потому что этот мир живёт БЕЗ магии, а тут он нашёл меня. И ты бы знала, как это доходно — обводить лохов вокруг пальца, пользуясь натуральнейшими читами в реальности. А я просто… использую его уроки в магии, общаюсь с мёртвыми, прозреваю недалёкое будущее, гадаю по руке и на картах, и люди верят. Потому что я реально это делаю, а не наёбываю. — Это ты себя так рекламируешь? Ведьма смущённо улыбнулась, вновь скрестив руки на груди. Чёрт, как она это делает — поднимает сиськи прямо всем под нос? — Есть немного. Просто редко случается встретиться с таким же сверхъестественным существом, как я. Пока только Пьер, Маки и ты. И ещё этот египтянин, косплеющий терминатора. Я пока так и не поняла — он реально некрон, или просто шифруется. А Пьер не рассказывает. Но кое в чём он прав, и этот робот — единственное существо, которого он сам боится. Реально боится, и я не понимаю, почему. Но я всегда, когда эти двое встречаются, чую в мыслях Пьера страх... ***