Bittersweet

      Иногда мы начинаем что-то новое даже не замечая этого. Новый день, новый месяц, новый год, каждую секунду происходят события, ведущие к переменам. Каждую секунду мы совершаем выборы, которые приводят туда, где мы есть, делают нас теми, кто мы на самом деле. Меняемся мы, наше окружение, наше будущее и даже наша судьба. Все это в наших руках и вы не представляете к каким изменениям может привести один день…

***

С того момента как министерство магии узнало о возвращении Волдеморта, от Гарри не отлипали журналисты. Его фотографии были на первых полосах всех журналов, с мрачными заголовками «Тот-Кого-Нельзя-Называть вернулся!». Конечно, тот факт, что теперь весь мир знает о возвращении Волдеморта и может подготовиться к войне, обнадеживал. Но с самой смерти Сириуса, ему не давали остаться одному, постоянное внимание, прикованные взгляды, это не было для него в новинку, но когда человек скорбит, ему просто нужно время… Времени у него не было. Впрочем, как и у всех остальных. После битвы в отделе Тайн все знали о возвращении Сами-Знаете-Кого, поэтому нападения участились, пожиратели не боялись показать себя миру, наоборот, это стало их новой целью — запугать. И у них определенно это получалось. В последнее время на небе, затянутом тучами, все чаще стал появляться череп с выползающей из него змеей. Последователи Темного Лорда нападали на магловские города, совсем недавно разрушили целый мост с людьми в самом центре Лондона, было несколько пострадавших. Также были нападения на Гринготс. На днях пожиратели напали на лавку Оливандера, его похитили. Говорят были взрывы, оно и видно — на Косой Аллее теперь только обугленные остатки магазина волшебных палочек. Гарри, Рон и Гермиона не верили, что это возможно. Они бродили по тому, это даже нельзя было больше назвать зданием, что осталось от лавки Оливандера. Это казалось чем-то нереальным, что то, что встречало их так давно на этом пути, еще детьми, наивными и такими взволнованными, то, что открыло им путь в волшебный мир, туда, где они сейчас, было так жестоко и беспощадно уничтожено. Они забрели сюда, пока делали покупки к новому учебному году. Гарри приехал в Нору не на много позже Гермионы. Он рассказал о новом учителе, который, по словам Дамблдора, будет учить их в Хогвартсе только благодаря самому Гарри. Рассказал о том, что профессор Слизнорт учил его мать и почти все семейство Блэков. Рон и Гермиона, в свою очередь, рассказали ему про опасения родителей некоторых учеников. Они боялись, что Дамблдор не достаточно силен, чтобы защитить их детей, что Гарри совершенно не понимал, ведь именно Дамблдор — тот кого боится Волдеморт, тот кто может ему противостоять. В любом случае сейчас все казалось таким бессмысленным. — Гарри, — Рон нахмурился, глядя в окно, привлекая внимание друзей, — смотри, Драко с мамочкой как-то подозрительно озираются. Драко в черном брючном костюме выглядел безупречно, как всегда, не считая его взволнованное выражение лица, точно такое же как у его матери. Они были очень похожи, даже в мимике, одинаково сведенные брови, сомкнутые от напряжения губы и ледяные глаза с проблеском страха. Он пришли в магазин «Горбин и Беркс», проследовав за Малфоями по узким, грязным и весьма зловещим улочкам. Там были еще какие-то люди, выглядели они не очень дружелюбно. Драко рассматривал шкаф, достаточно необычный и скорее всего волшебный, он выглядел так знакомо. Внезапно, Гермиона была готова поклясться, в окне мелькнуло лицо человека, которого она видела на объявлении о розыске пока шла сюда, Фернир Сивый, кажется. Но времени рассматривать не было, нельзя было чтобы их заметили. — Так что Драко делал с тем странным шкафом? И кто были все эти люди? — Гарри сосредоточенно смотрел то на Рона, то на Гермиону, сидя в купе Хогвартс — экспресса, — Как вы не понимаете, это была церемония посвящения. — Прекрати, Гарри, я знаю к чему ты ведешь. — Гермиона замотала головой. — Он теперь… — Гарри помедлил, напарываясь на устало-сердитый взгляд Гермионы, и почувствовал себя маленьким ребенком, несущим несусветный бред. Но это была правда, он был уверен. Становление Драко пожирателем смерти было самым логичным доя него исходом. — один из них. — Из кого? — спросил Рон. — Гарри думает, что Драко Малфой, отныне пожиратель смерти. — отчеканила Гермиона, снисходительно улыбнувшись. — Ха! Да ты сбрендил! — Рон будто почувствовал скептический настрой подруги. — Зачем сам знаешь кому этот жлоб Малфой? — А что Драко делал в «Горбин и Беркс»? Мебель подискивал? — Гарри усмехнулся. — Хотел купить что-нибудь зловещее… — не отступал Рон. —Слушай, его отец — пожиратель смерти, все одно к одному. Гермиона своими глазами все видела. — сказал Гарри указывая на подругу, которая до этого разговора, пыталась почитать. — Я уже сказала, я не знаю, что я видела… — она не знала почему, но отказывалась верить в то, что говорит Гарри. То ли потому что это противоречило её логике, то ли потому что то, что Драко стал пожирателем смерти значило бы что темные силы с каждой минутой становятся все ближе и сильнее, что в Хогвартсе больше не безопасно. Ей не хотелось этого признавать. Нет, Гермиона знает Драко с детства, хоть не очень хорошо, но они росли в стенах Хогвартса вместе. Он заносчивый, высокомерный, язвительный нахал, но он не злой. Не может быть. Он ребенок, он бы не стал пожирателем — Пойду прогуляюсь. — Гарри прервал молчание короткой фразой, поднялся с места и, взяв что-то с полки, вышел в коридор. Вроде это была мантия-невидимка.

***

— Что это было? — Расслабьтесь, мальчики, наверное первокурсники балуются. Гарри кинул в вагон Слизерина порошок мгновенной тьмы из магазина близнецов Уизли. Накинув мантию-невидимку, он залез на полку для багажа над сидением Драко. — Ну же, Драко, сядь, скоро будем в Хогвартсе. — Пэнси приняла метку сразу после Драко, она восприняла это иначе, чем он. Она была так горда. Теперь она чувствовала себя лучше других, и не так как все другие слизеринцы, по словам всех пожирателей, они были самым привилегированным классом. Высшей ступенью, им можно было все. Со дня на день к их ногам упал бы весь волшебный мир. Драко не разделял её точку зрения. После принятия метки его преследовала бессонница, навязчивые мысли, паранойя и постоянный страх. Он совсем не ощущал этой самой вседозволенности, наоборот, теперь нужно было контролировать каждый свой шаг, чтобы угодить Ему . Увы некоторые юные пожиратели не разделяли его точку зрения, поэтому в целях безопасности приходилось молчать. Например, Крэбб и Гойл придерживались мнения Пэнси, вероятно потому что хотели трахнуть её, хотя ниже пояса у них было не больше, чем в голове. Забини и Нотт.  Они понимали. Блейз вступил в ряды пожирателей, чтобы защитить мать, на которую давило общество. Он говорил, что лучше обречет себя на смерть и прислуживание Темному Лорду, чем потеряет мать. А Нотт… Его заставил отец, продал Темному Лорду за его милость и терпимость. Отец у Тео был редкостный говнюк. Он пропил и проиграл половину их состояния, поэтому и ушла его мать. Ему был год, когда её убил Темный Лорд. Это не подействовало хорошо на его отца. Убитый горем и безысходностью, разгневанный Нотт-старший часто срывался на сыне. — Точно не хочешь перейти в другой вагон? Драко сел на свое кресло возле Тео, откинувшись на спинку. — Хогвартс, жалкое подобие школы, — Драко любил Хогвартс, не многие это знали, но в связи с последними событиями ему искренне не хотелось туда. Только не в таких обстоятельствах, — я скорее бы сбросился с башни чем проучился там еще два года. — Что ты имеешь ввиду? — нахмурилась Пэнси. — Через год ему вряд ли придется тратить свое время на уроки. — улыбнулся Тео, хлопая Малфоя по плечу. Блейз поддержал его маленькое веселье. — Смешно вам? Мне не особо. — нахмурившись, Драко перевел взгляд на полку над ним. Что-то привлекло его внимание, Драко сощурился. Багаж шевельнулся. Если это Поттер со своей мантией невидимкой… Блядь, да конечно это Поттер, кому еще понадобилось бы подслушивать его разговор?  Поезд прибыл в Хогвартс. — А где Гарри? — огляделась Гермиона, выходя из купе. — Наверное уже на платформе. Идем. — Рон развернулся и направился к выходу. Последний раз оглянувшись, Гермиона заметила в соседнем вагоне Малфоя. Он сидел нахмурившись, словно пытался что-то понять. Когда последние слизеринцы вышли из вагона он встал, доставая багаж с полки. Встретившись с ней взглядом, будто почувствовав, что кто-то наблюдает, он подошел к двери в вагон и, захлопнув её, задернул жалюзи. Гермиона нахмурилась. Нет, он раздражающий до жути, но не злой.

***

Внимание Гермионы привлек Драко, вошедший в Большой зал. Он ведь был последним, кто оставался в поезде. Нет, определенно что-то случилось с Гарри, он никогда просто так не пропадает. — Не волнуйся, скоро он объявится, — сказал Рон, жадно поглощая десерт. — Прекрати лопать, сколько можно?! — Гермиона несколько раз, со всей силы, ударила Рона книгой по плечу. Сейчас не то время, чтобы так беспечно себя вести. — Твой лучший друг пропал! — Успакойся! Он у тебя за спиной. И правда Гарри шел рядом с Полумной, держа у носа окровавленный платок. — У него снова кровь. Почему он снова в крови? — сказала Джинни, будто озвучивая мысли всех присутствующих. — На этот раз кровь его. Когда Гарри сел за стол они обменялись парой слов, Джинни вытерла кровь с носа Гарри, перекинувшись с ним весьма интересными взглядами, что конечно не осталось незамеченным Гермионой. Она знала, что Джинни была без ума от Гарри еще с первого курса, когда он спас ее в Тайной Комнате. Ну а Гарри до недавних пор относился к ней как к младшей сестре. Видимо он что-то пересмотрел, после того как у младшей Уизли завязались отношения с Дином Томасом. Гермиона мягко улыбнулась. После того как Дамблдор представил всем нового учителя зельеварения — профессора Слизнорта и объявил, что Снегг будет вести ЗОТИ, по залу заметались многозначительные взгляды студентов. Дамблдор рассказал всем про Тома Реддла, оставив весьма сложную и беспокойную тему для размышлений на ночь. Драко не спал почти всю ночь. — Кошмары? — тихо произнес голос Тео с соседней кровати. Тишина. — Мне тоже снятся. — Всем они снятся, Тео. — Блейз перевернулся на другой бок. — Лучше иди спи, быть серьезным тебе не идет. — Это ты от своей мамочки нахватался? — в голосе Тео послышалась мгривая улыбка, — Она наоборот, хвалила меня за глубокую душу и мудрость. — он намеренно растягивал слова, садясь на кровати. — Ты побольше её слушай, Джейн совсем видимо отчаялась, после смерти её седьмого мужа. — Блейз провел рукой по лицу, отворачиваясь от Тео лицом к окну. — Не сегодня. — Драко вглядывался в потолок, размышляя, пытаясь упорядочить мысли вертевшиеся в его голове, пытаясь не сойти с ума. — Думаешь о словах Дамблдора? — Забини повернул голову на него, —Слушай, Драко… — Блейз не успел договорить, наверное очередную очень умную мысль. — С чего бы? — повисла тишина, и Драко понял как глупо было оправдываться. — В любом случае, что это меняет? Темный Лорд с каждым днем все сильнее, и ему плевать знали ли люди Тома Реддла. Они знали, знают и будут знать лорда Волдеморта… — Не произноси этого имени. — холодно сказал Забини. Эта смена тона резанула слух. — Почему нет, Блейз? Чем мы хуже Поттера? Он направо и налево кричит его имя. Идиот. — выплюнул Драко, садясь на кровати. — Чем мы хуже Поттера? Мы пожиратели, забыл? Пешки. А он Гарри Поттер. Он последняя надежда волшебного мира.— исправил его Тео. В голосе слышалась усмешка, но скорее нервная. — Он наша последняя надежда. — Оо, Тео, я очень рад, что ты признал свои чувства к Поттеру, поздравляю! — Малфой ядовито ухмыльнулся. — Серьезно, Нотт, ты вообще себя слышишь? Поттер — спаситель всего мира. Бред! Он дурак не имеющий никаких представлений о планах Темного Лорда. Все молятся на него, как будто он сам Мерлин и победит Его одним взглядом. А он всего-лишь жалкий сопляк, который только и может, что обрекать всех вокруг себя на смерть. Но может быть, если хоть на долю секунды допустить, что он может победить Сами-Знаете-Кого, то скажите мне, что он будет делать когда умрет Дамблдор — величайший волшебник нашего времени, единственный, кого Он боится? Потому что он умрет, и я ничего не могу с этим поделать. — Драко громко вздохнул, завершая свою мини-речь. Последовала недолгая пауза. — Мы не можем. — Блейз нарушил тишину уже более спокойным голосом, чем ранее. — Мы в одной лодке, Драко, не забывай. — Но это мое задание. — больше никому было нечего сказать, по крайней мере, так решил Драко, — Приятных вам кошмаров.

***

Утром Гермиона отправилась на урок зальеварения на целых 30 минут раньше, чтобы уж точно не опоздать и оставить у профессора Слизнорта хорошее впечатление. Она искренне надеялась, что то, что рассказывал о нем Гарри — правда, и он действительно в разы добрее Снейпа. Профессор Слизнорт учил великих людей, возможно, его уроки будут действительно полезными. Бам. Гермиона влетела в чью-то спину, не заметив человека за чтением. В нос врезался приятный аромат, это было что-то похожее на то как пахнет лес после дождя, только с горьковато-сладкими нотками. Она не сразу заметила, что из рук этого парня выпали книги. Видимо она шла достаточно быстро. — Годрик, простите меня! — воскликнула Гермиона, обходя парня, собирающего с пола учебники за шестой курс. — Мне очень жаль… Малфой. — ей показалось, что она даже отступила на шаг назад. Весьма неожиданная и не очень желанная встреча с самого утра. — Гренджер. — губы Драко скривились в такой ядовитой ухмылке, что её фамилия прозвучала почти как оскорбление. — От Поттера воздушно-капельным передалось? — он помотал перед её лицом пальцем, указывая на глаза. — Или ты настолько зазубрилась, что дальше своих книжек ничего не видишь? — Перестань, Малфой. — Кстати как его нос? Видел его в Большом зале вчера, выглядел он неважно. — изобразил заинтересованность Драко, сведя брови в невинном жесте. Выглядело бы достаточно правдоподобно, не последуй за этим жестом очередная нахальная ухмылка. И не знай Гермиона, что именно Драко вчера в поезде подпортил Гарри нос. Это подло и жестоко, честно с каждым днем её мнение о слизеринце становится все хуже. — Не веди себя как ребенок! — рассержено сказала Гермиона, хмурясь. — А подслушивать чужие разговоры — ой как по-взрослому. — Драко покачал головой из стороны в сторону. — Я не оправдываю Гарри, но и тебе… — Неинтересно. — бросил Малфой через плечо, отдаляясь от нее. Ему было так приятно, что хотя бы что-то остается по-прежнему. Когда Драко скрылся из вида, Гермиона заметила на полу оборванный кусок пергамента. Видимо он выпал из книги слизеринца. Гермиона нахмурилась, всматриваясь в пергамент. На нем красивым, аккуратным почерком было выведено: Бессонница, паранойя, реалистичные сны, головная боль, чрезмерная усталость, апатия.

***

С начала урока прошло совсем немного времени, как в класс залетели Гарри и Рон. Странно, они не записывались на зельеварение в этом году. Как впрочем и Малфой, стоящий в паре шагов от нее с Забини и Гойлом. Стоит признать, Гермиону насторожило то, что было написано на бумажке, но вспоминая его утреннее высокомерие, она была уверенна, что с Драко все более чем в порядке. Профессор Слизнорт рассказал студентам о зелье удачи — Феликс Фелицис, пообещав дать флакончик этого зелья, взамен на хорошо приготовленный напиток живой смерти. Который, кстати, Мерлин знает как получил Гарри. — Он выглядит иначе, вы не думаете? — Гермиона прервала весьма бурное обсуждение прошедшего урока, идя с друзьями по коридору, — Драко? Почти больным. — она еще вчера в Большом зале заметила то каким он выглядел… поникшим. А сегодня на зельеварении он облажался с зельем, хотя был лучшим в классе предыдущие пять лет, даже лучше Гермионы. — С каких пор тебя это волнует? —фыркнул Гарри. Гермиона повела плечом. — Меня не волнует… — Просто его папочка — пожиратель смерти — провалил задание  Волдеморта, разнес половину Министерства, а потом его засадили в Азкабан, возможно все бы испытывали некий стресс. — Рон пошатнулся, Малфой толкнул его плечом, идя вместе с Забини по коридору. Смерив их всех высокомерным взглядом через плечо, он продолжил путь. — Посмотри на него. Такой же заносчивый и злобный. С ним все в порядке. — пробубнил Рон, потирая плечо. — Что-то определенно изменилось в нем, Гермиона, но это не то, о чем ты говоришь. — Гарри, прекрати! — Грейнджер устало вздохнула. — Да как вы не видите, все же на это указывает! Он шатался с матерью и пожирателями смерти в подозрительных переулках, постоянно ходит весь такой мрачный.. — Гарри, ты высасываешь из пальца… — Нет, Гермиона, это вы не видите! Как он отреагировал, когда я подслушал их разговор? — Гарри остановился и развернулся лицом к друзьям. — Он говорил, что через год учиться ему и не понадобится… — Любого бы это разозлило, Малфой просто более вспыль.. — Гарри и Гермиона перебивали каждую фразу друг друга. — Ты что сейчас серьезно защищаешь Малфоя?! — Гарри перешел на крик, но слава Мерлину, в коридоре было пусто. — Что? — в тишине раздался почти шепот  Гермионы, — Гарри, ты себя слышишь? Я защищаю Малфоя? — А что ты делаешь? — Гарри, ты… — Ладно, все! Позже поговорим. — бросил Гарри и скрылся в кабинете Дамблдора. — Ха! Отлично! Я иду в библиотеку! — Гермиона вздернула подбородок и, развернувшись, почти побежала по коридору. — Гарри! Гермиона? — Рон стоял на месте не зная куда податься. Тут друг скрылся на лестнице в кабинет директора. — Гермиона, постой! — Позже поговорим! — крикнула Гермиона не оборачиваясь.  — Но… — Рон не оставлял попыток нагнать подругу. — Я сказала поговорим позже, Рональд! — Гермиона обернулась лишь на секунду, чтобы кинуть на Рона такой взгляд от которого его сердце ушло в пятки, и продолжила идти в библиотеку. Кстати зачем ей надо в библиотеку? Впрочем, если Гермиона оказывалась в библиотеке, скучать ей не приходилось. Она написала эссе по истории магии, прочитала пару параграфов по ЗОТИ, присмотрела себе книгу, для внеклассного чтения и уже складывала книги в сумку, как из нее выпал смятый листок. — Бессонница, паранойя, реалистичные сны, головная боль, чрезмерная усталость, апатия… — Гермиона шепотом прочитала надпись на записке Малфоя. Гарри наверное уже вернулся в гостиную, а видеть его сейчас гриффиндорке не хотелось, поэтому она пролистала пару книг по колдомедицине и сделала вывод, что все написанное на пергаменте Драко вызвано не чем иным, как сильным стрессом. Видимо Рон был прав, Малфой действительно много переживал за последние месяцы, многочисленные суды, заключение Люциуса Малфоя в Азкабан, критика со стороны прессы, нападки на их семью. Гермиона закрыла последнюю книгу и, поставив ее на полку, все-таки отправилась в гостиную факультета.  Уже на седьмом этаже, она столкнулась с Малфоем. — Опять ты. — равнодушно фыркнул он, крутя в руке зеленое яблоко. — Поверь, я тоже не жажду постоянных встреч с тобой. — Гермиона тут же нахмурилась. — Странно, я думал, это твое единственное развлечение, помимо торчания в библиотеке. — ядовито ответил Драко. — Знаешь ли, я дружу с Гарри Поттером, моя жизнь какая угодно, но не скучная! — возразила Гермиона, на что Драко только хмыкнул. Он обошел её и направился к лестнице, когда она опомнилась. — Драко! Стой, подожди. — он медленно развернулся и, изогнув бровь, начал наблюдать за тем, как она подходит к нему, копошась в своей сумке. — Это… выпало у тебя сегодня утром. — она протянула ему какой-то кусок пергамента. Когда он понял, что это, то резко вырвал записку из ее рук и зло сверкнул глазами. — Слушай, я подумала… — Правда? — эта записка... Это была одна из немногих вещей которая поддерживала его рассудок на протяжении вот уже двух месяцев. Он записывал что с ним происходит, чтобы отслеживать свое состояние. Это не болезнь, он проверял, никак нельзя избавиться от всех симптомов зельями или заклинаниями, если уйдут одни, другие усилятся. Это просто было что-то личное. Доказательство, что с ним не все еще кончено. А она сует в это свой гриффиндорский нос. — Есть одна методика у маглов, попробуй окружить себя запахом чего-то успокаивающего. Лаванда, например, или жасмин, еще может помочь цитрус. — о да, он чувствовал как от нее воняло цитрусом. Он бы сказал, что ему нравится этот запах, если бы не знал кому он принадлежит. — Засунь свои вонючие магловские методики подальше! — сказал Драко отворачиваясь. — Если не послушаешь, может стать только хуже! — Гермиона следовала за ним. — Заткнись нахер! — Драко, я расскажу мадам Помфри и тебя упекут в Мунго! — Грейнджер по-детски топнула ногой и замерла. — Ты серьезно? — он с насмешкой обернулся, — Ты мне что, угрожаешь? Ты? Угрожаешь мне, Грейнджер? — черт, как же его это веселило. — Давай дальше, мне становится интересно! — Драко, это не смешно! Так можно и с ума сойти! — то ли потому что Гермиона была истинной гриффиндоркой, то ли потому что ожидание войны как-то сказалось на её комплексе спасателя, но она отчаянно жаждала ему помочь. — Я сойду с ума если ты от меня прямо сейчас не отвяжешься, Грейнджер! — Я знаю, должно быть на тебя очень сильно влияет положение твоего отца, — Драко мгновенно изменился в лице, только вот Гермиона продолжала говорить, — то что он пожиратель, —сжав кулаки, он направился в её сторону и она вжалась в стену, но почему-то все равно продолжала говорить, — Наверное это очень ударило по тебе, суд, все эти газеты. — Заткни свой поганый рот, Грейнджер! — подойдя к ней почти вплотную и оперевшись рукой о стену, он выставил вперед палец, — Не смей говорить о моей семье. Ты нихера не знаешь! — повторял Драко сжимая челюсти. Нет, хера с два она будет говорить о его отце. От него очень вкусно пахло хвоей, сладкой мятой и чем-то еще. Чем-то горьким. Цитрус. У него на шее был кулон с оранжевым наполнением. На ее лице отразилось понимание. — Ты уже пробовал… — она перевела взгляд на него. Малфой смотрел на нее, сердито, но изучающе. — Не суй свой нос в чужие дела, Грейнджер. — Драко оттолкнулся от стены и направился к лестнице. На этот раз она его не остановила.

***

Поднявшись по лестнице, он встал напротив стены и представил её. Выручай комнату. Он узнал как она работает, когда вылавливал группу фанатов Поттера в прошлом году. Она появляется только тогда, когда человеку очень нужна её помощь. Драко была нужна. Умирать ему не хотелось. А это был единственный вариант.