Победа

— Прекрати, — Гром умоляет. — Прекрати, — повторяет чуть громче, ибо голоса собственного не слышит, но получается, кажется, ещё хуже, чем в первый раз. — Возьми меня. Давай! Тебе же нужен я, а не он. Что тебе нужно? Скажи, что тебе нужно. Деньги? У меня есть деньги. Идиот, ты чего хочешь этим добиться? Взрывами своими? Думаешь, что тебя не поймают? Поймают. Ну, убьешь ты меня, все равно ведь найдут. У нас ребята нормальные. Ты не сможешь прятаться вечно. Тик-так. — Это не последний теракт, — говорит Игорь, склонившись над ним. — Он найдет вас. Я не могу так рисковать. — Брось, — он скалится, потянув Грома за воротник куртки. — Idiot. Я найду его первым. Игорь закрывает глаза и позволяет себе забыться. Тик-так. Олег усмехается. Горько. От сладких речей Грома у него даже зубы сводит. Предсказуемый майоришка всё свёл к деньгам, понятия не имея, что у Волкова их столько в запасе, что хватит на всю оставшуюся жизнь. Ещё чуть-чуть и на колени встанет, стоит Олегу потянуть время. Эта мысль заводит его. Он в его руках. И сейчас принадлежит только ему. Волков может вертеть этим придурком, как посчитаете нужным, стоит только дёрнуть за нужные ниточки. Юля, Прокопенко, глуповатый напарник Дубин, жена того деда, ещё парочку коллег, пусть не столь близких, но всё же. И он. Олег может изводить его целую вечность. Методично, тонко, с упорством. Так что, от Грома и вовсе ничего не останется. Пустота. Он разрушит его жизнь. Уничтожит образ героя в глазах общественности, отберёт любимую работу, заберёт близких, а после не останется ничего, кроме самого Грома. Затем он убьёт его. Тик-так. — Деньги... Деньги? — спрашивает Олег. — Нет. Я же давал тебе шанс. Уволься с работы, — тянет он. — Но майор возомнил себя героем, напился, а после устроил разнос. И это наша доблестная полиция? Тик-так. Игорь глядит на время. Пять минут. Он закрывает глаза. Ему нужно подумать, ему нужно больше времени, чем есть. Ему нужно намного больше времени. Здесь так душно, что неумолимо хочется стянуть с себя всю одежду сейчас же. — Конечно. Проще дать денег, чем заняться решением проблемы, не так ли, господин Гром? Не это ли произошло с Гречкиным? Он убил девочку, а вы выпустили его из зала суда. В этом вся суть. Вы считаете, что деньги решают всё, но это не так. Сейчас они решают ровным счётом ничего, — Олег выделяет последнее слово. Тик-так. Три минуты, тридцать пять секунд. — У тебя был шанс. Уйди из полиции и всё закончится. Помнишь? Конечно, помнит. Ответил какой-то бред и сбросил звонок. Гордость взыграла так, что кислород перекрыла. Он не мог иначе, там вся его жизнь. Всё, что он делает на благо этого города. На благо близких ему людей. Так было. И так должно было продолжаться дальше. Гром не знает, как жить по-другому. Это всё, что осталось после отца. Это всё, что у него было от него. Теперь у него хотят забрать и это. Тик-так. — Я ведь думал, что дам тебе шанс. Из вежливости, конечно. Герой всё же. А потом посмотрел на вас и подумал, что спятил. Тик-так, майор Гром. Теперь всё в ваших руках. Дерзайте. — Уходи, — у Игоря больше ничего нет. Август умоляет, глядя ему прямо в глаза. Он не может. Попросту не может. Так не должно быть. — My light, уходи. У нас нет времени. Igor, please, you can't . Stop. Боже. Игорь не может дышать. — Всё кончилось. Нет. — Уходи. Ноги отказываются слушать. Он знает, что должен остаться. Он не может его оставить вот так. Тик-так. — Прости, — у него еле хватает мужества, чтобы произнести это. Он во всём виноват. Он поклялся, что защитит его. Поклялся, что ничего с ним не случится. Что он сможет защитить их всех. Прокопенко, тётю Лену, Дубина с Юлей. И Августа. Он сказал, что справляется, что это не является проблемой. Он всегда раньше справлялся в одиночку. Гром не должен был ошибиться. Он ведь попросту не мог это сделать. Не мог. Август только кивает в ответ. Олег Волков одерживает победу ровно через одну минуту и пять секунд.