Серафим, ему очень плохо

Вообще их дружбу сложно назвать нормальной. Они абсолютные противоположности. Одному абсолютно поебать на то что делают его близкие люди. Нет, вы не подумайте, на них ему не все равно. Их он любит. Но предпочитает заниматься своей жизнью и не забивать себе голову мыслями о чужих решениях. А Глеб чувствует будто он находится в вечной борьбе. С собой. Безусловно, он стал умнее и вырос в этих отношениях, в этой дружбе. Он на интуитивном уровне понимал настроение Симы и можно сказать считывал его. Но это постоянно разрушало Глеба. С каждым разом отдергивать себя от мысли что Сидорин его не любит было все труднее и труднее, с каждым новым днем без уведомлений от лучшего друга было больнее. Хотелось закричать о том что ему плохо, истерить и упасть на пол, разбивая колени, долго и непрерывно реветь. Хотелось написать что хуево. Хотелось попросить еще чаще называть его ласковыми прозвищами. Попросить побольше прикасаться к нему. Хочется избавится от боли и камня в груди, что заставляет сгибаться хрупкое нежное тельце каждый раз в порыве рыданий. Хотелось чтоб больше не было больно. Они не общались почти неделю. Переписывались в инстаграмме один раз минуты 3, и замолчали. Назойливые мысли забирались в светлую (лол, нет) и кудрявую голову и поедали изнутри, сжирая остатки адекватности. Желание ощутить крепкое плечо, на второе можно опереться и, при желании, поплакать, ощутить своего друга рядом, понять что он не один, становилось все больше и больше. И постепенно вытесняло из груди сердце. Было ощущение что он брошенный котенок, забившийся в угол, хотевший наполненности рядом. Уже давно было хуево Глебу, но при том Серафим человек очень скрытный, никогда свои чувства плохие не развернет, ему легче прожить одному, и придти опять свеженьким, Викторов не хотел забивать ему мозги своим нытьем. С поддержкой легче. Это ведь у многих так, да? Всем же хочется лечь на чужое плечо и уткнуться куда то в районе ключиц, долго плакать и обниматься, получая поцелуи в лоб? Серафиму видимо не хочется. Викторов сидит в свой комнате, нервно дрыгая ногой, держа в руке телефон. Было больно осознавать что Симе хотелось пойти и забухать со своими друзьями, чем провести время с Глебом. С его лучшим другом. Или уже не лучшим. Не, ладно бы просто пошел, о ревности и речи не было, но можно же хотя бы написать? Что нибудь совсем банально, просто показывающее факт заинтересованности. В груди становится тяжело, глаза заполняют соленые слезы. Было чертовски обидно. котенок, ты как мой любимый От сообщений следы покатились рекой, и Глеб не смог сдержать всхлипов и рыданий. Вот оно. Его любят, его помнят, он до сих пор нужен. привет симочка я хорошо как ты?