Привидения старого замка

— Ну ты, конечно, хорош, Нольди… — протянул Слава, почти сразу после того, как дверь закрылась. — Ещё немного и он назначит тебя любимой женой. — Ой ли! С теми, кто по достоинству ценит хорошие манеры, не нужно даже особо стараться… Я был полностью потерян. Никто не стал спорить с хозяином. Да и сам я не стал, конечно, потому что от ванной веяло теплом, а мокрые липкие вещи хотелось сбросить как можно скорее. Но я понимал так же, что не могу. С шести лет мне, не считая медосмотров, не приходилось раздеваться перед другими людьми. И каждый раз даже сама мысль об этом вызывала что-то странное, вроде зуда… И ещё становилось жарко. Вообще-то я думал спросить об этом на том же осмотре, но так и не решился… А Нольди уже расстегивал рубашку. — Тоже мне, ценитель… Вам он вовсе не кажется странным? — зато Вася — нет. У него очень серьёзное лицо. И вообще-то, он прав. Виктор Иванович настолько приятный, что даже не верится. Так спешил нас принять. И ни слова не сказал про наш вид после рва… — Фу как грубо! — белое, гадкое, обнажённое плечо Нольди вызывало совсем странные чувства, за которые на фоне его возмущения казались особенно стыдными. — Скорее уж непонятым. На этой почве немудрено за столько лет немного сойти с ума… — Сойти с ума можно очень по-разному, — я бы подумал, что Слава ещё не решил, на чьей он стороне, если бы только он тоже не взялся раздеваться. Так у них это запросто выходит, как будто никого постороннего нет рядом. А мне даже смотреть на них неловко! — Во всяком случае, у нас нет причин его огорчать, пока все идёт так хорошо. Кстати, пока это не стало неловким, никто не хочет сделать каминг-аут? — небрежно прибавил Слава, так, словно все должны были понимать его. Я, конечно, изучал английский, но… — А куда выходить?.. — всё-таки спросил. На лице Славы появилось такое выражение, будто я из человека стал говорящим хомяком. А Нольди рассмеялся. Что ж, даже Женя говорит, что я слишком оторван от современной культуры. Но нет у меня времени на то, чтобы сидеть в интернете и узнавать значение… Мемов. Если это был он. И так куча полезной информации то и дело из головы вылетает! Но почему-то незнание шуток вызывает больше проблем, чем незнание правда важных вещей… — Не думал, что столь невинному мальчику разрешат ходить домой к незнакомому дяде одному. — Справедливости ради, не все раздеваются перед едва знакомыми людьми столь охотно, — только вот сам Вася, несмотря на свои слова, все-таки тоже начал. И оказался… Не совсем таким, каким я ожидал его увидеть. И теперь я остался один, среди почти несправедливо красивых… Стало как будто даже труднее дышать. Огромная ванная сузилась или… Я не знаю. Но мне одновременно хотелось отсюда бежать и стоять так… Бесконечно. Даже липкие вещи уже не так терзали, как мысль о том, чтобы показаться им теперь. — Это называется «подстраиваться под ситуацию». Боюсь представить, как нелегко тебе живётся, раз ты слышишь о столь элементарных вещах впервые! — я не знал, от чего мне больше стыдно: от его слов, или от его взгляда. Или от почти совсем снятой рубашки… — Меня некому отпускать, — сказал я, не зная, что ещё ответить. Это правда, из Академии я могу выйти, когда захочу. Это не значит, что меня не накажут, если я уйду не туда, самовольно и невовремя, но все-таки, заботиться о том, чтобы я не оказался в плохом месте, никто не станет. Вернее, наоборот, туда меня и отправят, ведь такова моя работа… И сейчас мне трудно себе напоминать, что все это ради таких, как они. Но это так. От расстройства я даже решился начать раздеваться, но даже мой жилет оказался против и пребольно проехал по пальцу! — Ну тогда ты точно должен знать все самые обидные обзывательства, — неожиданно заключил Слава. — А зачем нам сейчас ругаться? — он совсем сбил меня с толку. Не имел же он в виду, что мне следовало бы?.. Конечно, гадких слов я наслушался, настолько, что реагировать на «рыжего» почти не приходит в голову. — Я думал, мы будем работать вместе. — Конечно, поэтому следует оповестить наших коллег, что за косноязычие можно схлопотать в нос! — и снова я обманулся серьёзностью Васиного тона. Он разбежался и прыгнул в воду! Брызги так всплеснулись, что, наверное, намочили бы и меня, если бы только я без того не был полностью сырым. А на Нольди, видимо, он попал, судя по выражению лица… Слава же просто скривил губы. Пока они не смотрели, я хотя бы смог сбросить жилет, но тут Вася вынырнул и тут же взялся объяснять. — Наши цветочные феи имели ввиду, что если голые мальчики нравятся тебе не меньше, а то и больше голых девочек, проще будет признаться в этом сразу, во избежание недопонимания. Я совсем растерялся. В голове застучало. Нравятся?.. Да, нравятся. А голых девочек я и вовсе никогда не видел… Но почему это важно? Почему это плохо?.. Они теперь все разозлятся, если я скажу?.. — … потакать столь абсурдным капризам. Уйдя в эти мысли, я совсем потерял нить разговора. — Мне интересно, где ты увидел цветочных фей, но ещё больше, — прошипел Слава, почему-то сделавшись ещё более колючим и сердитым, чем раньше. — Зачем ты портишь воду, прыгая в неё так сразу после улицы. А в остальном… Что ж, да. Я определённо, предпочитаю мальчиков, хотя ты точно вне опасности. «Предпочитает»… Что все-таки это значит? Мне хотелось понять почти болезненно, почти мучительно. То, о чем я не подозревал вчера, в этот миг сделалось невыносимо важным. И под жгучим чёрным взглядом Славы об этом рассуждать было особенно сложно! — Что? Испугался, что ли? — зачем-то спросил он. Нет, мне не было страшно. Во всяком случае, не так, как бывает на опасных заданиях. Ничего такого, как будто, не могло бы случиться, но… — Нет… — выдавил я, на что он дёрнул плечами, как будто решив снова, что нет смысла со мной говорить. — Ты тоже. Давай скажи ещё что вы совсем не похожи… Рубашка совсем покинула Нольди, и он от того совсем обрёл вид… Беззащитно-изящный, будто зовущий других… — Ещё как скажу, — решительно огрызнулся Слава. — Рост и цвет волос могут считаться как признаки с малым количеством вариантов. — Нет, так не честно, я сам хочу посмотреть!.. — я даже не вполне верил тому, что видел. Нольди промелькнул перед глазами и в следующую секунду уже… Сдёрнул со Славы рубашку. А тому как будто все равно! — Ну смотри, — у него даже голос не дрожал, хотя щеки все-таки покраснели. — Можешь даже вечером заглянуть, чтобы изучить подробнее… — и это… Звучало как-то… Почему-то… Неприлично? — Молчи, а то я обижусь! — Нольди уже взялся и за его штаны. Я застыл, чувствуя, что вижу то, чего не должен видеть вообще никто. Что я сгораю. Что я… Ужасно хочу досмотреть до конца, хотя не представляю, каким он может быть. Но Слава зачем-то его остановил… — Ты точно обидишься, если продолжишь в том же духе. — Вы какие-то странные… — все что я смог выговорить, в надежде, что станет хоть немного понятнее. — Пока и правда похож, — но ни Нольди, ни Слава не считали нужным это объяснить. А от того, как коротко Нольди ткнул его ногтем в грудь, кричать почему-то хотелось мне. — Не странные, просто озабоченные… — Чем?.. — может быть, хотя бы Вася… — Да тем… Смотри, перегреешься, — и вот, последний шанс узнать, в чем тут дело, умер из-за вещей! — М… Я не понимаю, почему он сказал нам идти вместе… — признался я, наконец, сбросив надревшую водолазку. — Разве так долго выбрать комнату?.. — Должно быть, он перфекционист… Вполне типично для маньяков. Я попытался поймать Васин взгляд, чтобы понять, шутит ли он сейчас. Не смешно. И тем более, почему именно маньяки? Вася знает, что происходит?.. — Смотри, рыжий, не следуй дурному примеру, иди в душ. Когда Слава успел совсем раздеться?.. Только что он был в штанах, а теперь… И волосы распустил, и уводит куда-то Нольди! А я… А я… Пытаясь собраться с мыслями, я сбросил с себя кроссовки. Одежда-то ладно, а вот они будут сохнуть дня три, и после этого уже никогда не станут теми же. Жалко… Но сожалел я недолго. Потому что вдруг оказался схваченым за ноги! И совсем не с агентским писком жалобно уставился на Васю. Ну зачем, за что?.. И почему… В этом есть что-то приятное?.. — Василий, последствия разгребать будете полностью самостоятельно, — зачем-то пригрозил ему Слава. Но Вася его не слушал, потянул выше и… Мои штаны свалились. Слишком это было быстро, слишком рано, и я попытался их поднять… Но вместо этого!.. Снова утонул. Как будто и правда в кипятке! Так горячо, что я даже почти подскочил, но в воде такое не работает… Но как-то слишком скоро и чётко меня ухватили под подмышки и вытащили на поверхность, как мокрого котёнка. — Эх, я надеялся, что ты всё-таки умеешь плавать, хоть и паникёр! — Я умею… — из-за тепла как-то даже не было сил сказать это громче. И вообще, я сейчас сварюсь, определённо… — Я только падать не люблю… — Надо бы уже привыкнуть с твоим везением… — Вася деловито фыркнул, зачем-то пытаясь дотянуться до моих волос и будто бы рассматривая спину чуть внимательнее, чем требовалось. — Переставай глядеть на нас, как лось в свете фар, и жить станет проще, жить станет веселее, — откуда-то он достал шампунь. И решил, что моим волосам нужно полфлакона… — А вот не могу… — выдохнул я, надеясь, что пена не потечёт мне в рот. Кажется, Нольди и Славе было весело, но их я услышать не мог. — Да и чего веселиться?.. — нет, я точно знаю, что агенты не должны быть пессимистами. И тоже не пессимист. Но сейчас осень, холодно, а огромное здание старой Академии торжественно-мрачное… И хозяин… Потерял сына. Даже если просто в мире, все равно, потерял. — Мне кажется, это очень грустный дом. — Нечего ему быть весёлым, если люди пойдут сюда пугаться привидений, — буднично заключил Вася. Конечно. Так… логично, и всё равно не понятно. — К тому же, ты уверен, что у побега хозяйского сына не могло быть вполне себе веских причин? Не то, чтобы он мне и правда не нравился, но у чересчур приветливых по традиции больше всего скелетов в шкафу. Что ж, на уроках нам тоже такое говорили. Личное впечатление и симпатии вообще должны оставаться дома. И я даже решительно сдвинул брови, чтобы рассудить, но тут немилосердная пена попыталась затечь мне в глаз… Пришлось нырять. Несколько раз. И лишь когда мыло осталось красиво плавать пузырьками, я смог ответить. — Понимаю, только это все равно грустно. И… — я сбился, может потому, что наедине проще говорить правду. — А тебе, разве, не неудобно вот так, перед всеми?.. — хотя, зачем я спрашиваю?.. — Признайся мы все честно и откровенно, что нам неудобно, можно было бы рассуждать. А так… — удовлетворённо цокнув языком, он взялся за мочалку. — Могу приблизительно предположить, что наша принцесса начала стриптиз, чтобы показаться немного смелее. Гот… Ярослав, то есть, последовал её примеру, а дальше — или снимай штаны с ровным лицом, или… — он обошёл меня и взглянул в глаза почти с жалостью. — Тебе долго придётся доказывать им, что ты не верблюд. — Да ладно, путь думают, что хотят… — рассеянно вздохнул я. Гражданским, может, и лучше думать, что я верблюд. А вот мне просто непозволительно из всех одному быть неспособным!.. — Просто я… Не привык. И вообще… — смотреть туда было совсем неприлично, но я почти уверен, что… У них там даже волос не было!.. — И вообще об общественных банях слыхом не слыхивал! — Вася засмеялся. Мягко, совсем не так нервно и саркастично, как раньше… — Слышал, — и даже боялся, как бы миссию не придумали прямо в одной из таких. — Но не бывал. Просто я… Плохо выгляжу. Это не то, чем хотелось бы делиться. — Думаешь? По мне так… Совершенно обыкновенно, — он деловито поднял мой подбородок, чтобы намылить шею. Я невольно засмеялся, потому что в этом нашлось нечто невыносимо щекотное! — Вася!.. — дёргаться я не решился, чтобы не стать призраком утопленницы по сюжету. — Что «Вася»? Это я ещё загривок твой не трогал, там небось вообще осталось целое болото, — с каим-то едва уловимым удовлетворением проворчал он, прежде чем заняться моими плечами. — Но ты же вообще не должен… Я уверен, даже среди гражданских не принято вот так сразу отдавать себя заботам незнакомых мальчиков! Хотя если отбросить смущение, это даже приятно… И даже напоминает, напоминает совсем давние времена, когда папа… Ещё был рядом. — Сам ты будешь стесняться, гнездоватьмя в ванне и искать мыло, за которым не нужно наклоняться, ещё неделю, и в итоге благополучно простынешь, а заражаться от кого-то прежде, чем толком устроиться на работу, мне бы не хотелось, — он деловито намыливал мою грудь, больше походя на художника, пытающегося привести своё произведение в приличный вид, чем на мальчика, внезапно взявшегося мыть другого… Его слова меня почти убедили, пускай смутная мысль в голове голосом Калашникова намекала, что вовсе не должно быть для меня так трудно помыться самому. Но я правда не привык, а здесь, в этой огромной ванной, все такое красивое и новое, что совсем неловко трогать. Только вот… Ощущается эта Васина помощь слишком странно. Я даже не могу сидеть тихо! И, честное слово, это было бы гораздо заметнее, если бы тихо мог сидеть Нольди. Его смех разнёсся по ванной, подхваченный эхом, и чуть не заставил меня свалиться в воду вновь. Хотя, почему «чуть»? Положение спас только Вася, вовремя ухвативший меня за локоть. — Нольди! — а голос Славы стал ещё выше и тоньше. И, кажется… Они поссорились! Или хотя бы попытались… А я-то думал, что они нашли друг друга, хотя и очень-очень странным образом. Нольди же, удивительно ловко передвигавшийся по мокрому полу, остановился и оглянулся, будто чего-то ждал и одновременно желал продемонстрировать себя нам во всей изящной красе. — Видимо, кто-то оказался не таким смелым… — с ленивым весельем заключил Вася. — А для чего?.. — начал было я, но замолчал, увидев, как с острой стремительностью волка из сказок, Слава бежит к нему. Почему-то это было даже не страшно, а как-то… Так, что вдохнуть лишний раз стыдно. Но как только Слава оказался на расстоянии вытянутой руки, с места сорвался Нольди, звонко хохоча и петляя вокруг бассейна, словно и впрямь был феей и мог летать, не задевая ни чужой одежды, ни баночек, ни воды. И… О, я в это с трудом поверил! Не сумев остановиться после разбега, Слава… Тоже свалился к нам! Правда, тут же подскочил, встал в воде и теперь из волка превратившись в акулу, поспешил в сторону веселящегося Нольди. Похоже, с целью схватить за ногу… — С боевым крещением! — спокойно поздравил Славу Вася. — Отъебись, — почти безразлично отмахнулся Слава. Нольди же тем временем ходил по бортику явно намеренно, но сдаваться не собирался, то и дело ускользая перед самым Славиным носом. А я, опасаясь попасться ему на пути, попытался прижаться к одному из бортиков… И все было хорошо, пока Слава вдруг не ринулся в мою сторону. Я дернулся назад, царапая спину, и вдруг почувствовал, что ударил головой по чему-то мягкому и приятному… За ударом последовал негодующий писк, и нечто белое, почти сверкающее в искусственном свете полетело прямо в Славу. И тут же было «пожрано»… Вернее, заключено в объятия, с очень строгим видом и негодующими вздохами. Слава прижимал к себе Нольди совсем… Как потерянную, но очень любимую куклу. — И нечего носиться за мной, будто я похитил твою честь! — возмущённо мурлыкнул Нольди, нагло устраиваясь поудобнее в его объятиях. — И тебя… — с некоторой обречённостью вздохнул Вася. Слава что-то резко буркнул на ухо пойманной фее, но мне не удалось услышать. И я повернулся к Васе. Пока он отвлёкся, можно домыться самостоятельно, только вот сложно не отвлекаться на этих двоих… Они как… Они как… Как сумасшедшие влюбленные в бабушкином сериале. Фея отчего-то очень гордо фыркнула, а Вася бросил на меня косой взгляд, одновременно удивлённый и гордый, видимо, моей самостоятельностью. Я вздохнул. Мне очень хотелось спросить, зачем таким, как они, искать работу… Слишком уж беззаботные. Слишком уж ухоженные. Не похожие на остро нуждающихся детей. Разве что, нуждающихся в людях… Слишком уж жадно Слава прижимался носом к фееной шее. — Мы, вроде бы, пришли сюда мыться, а не снимать видео для другого вида заработка? — вопросительно протянул Вася, принявшийся наконец мылить свои волосы. — Не нравится, не смотри, любитель прыгать в чистую воду, — изменив голос на издевательский так, словно его обычного голоса было мало, отозвался Слава. — А вот с тебя, рыжий, мы скоро и правда начнём брать деньги. Я подскочил, ничего не понимая. — Но я… — Ладно-ладно, обучающий этап, так и быть, за полцены. — Курсы оргазма от звёзд вебкам-продакшена гота и принцессы! — вдруг нараспев продекламировал Вася, за что получил сноп брызгов в лицо от возмущённого Нольди, чуть не выпрыгнувшего из Славиных рук. — Да как ты смеешь?!. Впрочем, Слава даже сам был готов пожертвовать этими объятиями, чтобы начать водную битву с Васей, грозно сверкая глазами. На секунду я даже подумал, что это совсем несправедливо, вдвоём нападать на одного и тоже плеснул водой в их сторону. Хотя тут же пожалел. Нольди вдруг нырнул, и Вася, пытавшийся было убежать, с возмущённым криком ушёл под воду секунду спустя. На меня же обрушилась волна мести от Славы, в которой я чуть было не захлебнулся. Но… В какой-то мере от этих глупостей тяжёлая тёплая атмосфера улетучивалась, и я уже не чувствовал себя настолько свареным, так что, почти смеясь, я создал волну в ответ. Вася же продолжал отчаянную борьбу с Нольди, обернувшимся теперь русалкой, но то и дело недовольно выныривающим за глотком воздуха. В итоге, несмотря на явный проигрыш в скорости, сил у Васи оказалось побольше, и он, не прекращая боя, выплыл к ступенькам, ведущим на спасительную сушу. Но отпускать его, не получившим заслуженного, Слава не захотел, и забыв про меня, направил очень неприятный, яростный всплеск с тысячью капель, в его сторону. В долгу Вася не остался, и на верхней ступеньке отчаянно взрыл ногой воду, окатив и Славу, и меня, и Нольди, только что показавшего нос из воды и теперь как будто сердито выглядывающего из-под чёрного листа водяной лилии. Я закрыл лицо руками, чтобы спастись и не подавиться, а когда снова открыл его, Слава уже тоже выбрался на берег, и ничем хорошим это, кажется, не сулило. Вася уже вовсе куда-то исчез, а Нольди яростно набросился на меня, будто так надеясь отомстить ему. Это было немного сложнее, чем со Славой. Все-таки Нольди действительно был похож на принцессу… Но так же и на злую русалку, принявшую милое обличье только чтобы погубить моряков. И я ответил ему, хотя и совсем не с такой силой, с какой мог. Наградив меня разочарованным взглядом, он снова нырнул. Видимо, надеясь, таки раззадорить меня. Я снова вспомнил, за что меня ругали на экзамене. И, в конце концов, они все веселятся, и это всего лишь игра! Я затаился, ожидая, пока Нольди вынырнет… Но его присутствие заметили не мои глаза, а мои ноги. За которые вдруг нагло потянули! Я было схватился за бортик, и даже устоял бы, если бы вдруг струя воды откуда-то сзади не ударила мне в затылок. С громким бульком, я ушёл под воду, не успев даже зажмуриться. Вода, к счастью, была без хлорки, и… Я смог ухватить Нольди за руку, прежде, чем вынырнуть. Неизбежно вынырнув, Нольди с жалобным писком пытался вывернуться из моей руки, будто из хватки подводной змеи, пока и ему в затылок не угодила взявшаяся изниоткуда струя воды. — Отпусти принцессу, или я стреляю, — правда, не тоном рыцаря, а тоном разбойника, пообещал Слава и чем-то щёлкнул. Судя по звуку, поток воды изменился… И я отпустил почти невольно, но, обернувшись, все равно получил «выстрел» в грудь, отчего опять свалился в воду, но тонуть не стал. — Сдавайся, подлый бандит! — но точно такая же струя тут же прилетела Славе в ухо, пока Нольди хохотал, а эхо вторило ему. — Ни за что! — надо мной пролетела струя, конторая, судя по звуку, достигла Васи. — Я никогда не сдамся! В день, когда взял оружие в руки, я дал клятву не выпускать его из рук, пока все продажные законники не будут повержены! Надо же, какой текст… Я даже почувствовал ненадолго, что мне больше не весело, хотя сам Слава смеялся, совсем как злодей из глупого мультфильма, и явно был этим очень доволен. — Это кого ты назвал продажным?! — Васю это даже как-то слишком задело, и он ринулся к Славе с лейкой наголо. Но вдруг остановился, осознав, что вода из его оружия больше совсем не льётся. — Вас, Василий-оторви-и-брось… — напряжённо проговорил Слава, прежде чем, бросив свое «оружие» броситься в сторону… Нещадно хлещущего фонтана. За ним последовал и Вася, но фонтан был явно против, и воинственно окатил их то ли слишком холодной, то ли слишком горячей водой, не давая добраться даже на состояние вытянутой руки. Пока они отплевывались, попутно ругаясь, я тоже выбрался из воды. — Ну давай, ещё ты тут наебнись для полного счастья! Но Славу я слушать не собирался. Не сейчас. — Где-то здесь наверняка есть рычаг, чтобы перекрыть всю воду, на время. — Это наверняка одна из плиток, — лениво предположил Нольди, теперь хозяйничающий в бассейне. — В этом случае, умнее позвать на помощь здешних работников, — заметил Слава, но все-таки, как мне показалось, пока ещё стараясь найти самостоятельно. Я тоже искал. Красота красотой, но ведь должно же быть и обеспечение безопасности! Собственно, оно тут и было. И я… Ну просто как всегда!.. Запнулся о него так, что чуть сам же и не влетел в затихщий остаток крана животом. Хорошо, что Слава и Вася успели остановить. Во всяком случае, вода остановилась. Домывались куда спокойнее и тише, потому что за порчу такой красивой ванной перед хозяином было все-таки стыдно.