Семь цветов лета

В тесной комнате было темно и жарко. Стены и низкий потолок как будто сжимались с каждой секундой всё сильнее и давили на уставшую голову. Чонин отложил в сторону толстую потрёпанную книгу, которую пытался прочитать уже полчаса, и вскочил со своего неудобного скрипучего стула. Парень сходил в ванную и умыл лицо ледяной водой. Стало немного легче. Учебный год закончился уже почти неделю назад. Чонин сдал последние экзамены, получил табель успеваемости от учителя и был успешно переведён в последний класс старшей школы. Последнее лето перед выпускным годом все ученики проводили по-разному: кто-то готовился к предстоящим итоговым экзаменам, кто-то развлекался на полую катушку, но были и такие, как Чонин, которые не знали, чем себя занять на летних каникулах. Да, это странно прозвучит, но он совершенно разучился отдыхать. Парень совсем отвык от отдыха и забыл, что он вообще делал раньше вне учёбы. Этот год очень трудно ему дался. Чтобы во всём успевать, Чонин был вынужден, не останавливаясь, каждый день усердно трудиться. Он настолько привык к такому бешеному темпу жизни, что невольно растерялся, когда ему пришлось замедлиться. Чонин пробовал отвлечься: читал книгу, играл в компьютерные игры и смотрел фильмы. Но разум уплывал после нескольких прочитанных строк, пальцы слишком медленно и неуклюже двигались по клавишам клавиатуры, а просмотр сериалов не приносил никакого удовольствия. Всё это было совершенно не то. Вот если бы можно было встретиться с друзьями и погулять по городу… Сходить вместе в парк развлечений. Поесть мороженного. Покататься на скейте. Но у Чонина не было друзей. Все, с кем он хотя бы немного общался раньше, скрылись за горизонтом из-за его, как они выражались, «скучности и зацикленности на уроках». По их мнению, Чонин был слишком правильным. Его перфекционизм восхищал и пугал одновременно. Но почему бы ему не сходить погулять одному? Разве для того, чтобы просто пройтись по улице, нужны компаньоны? Сегодня выдался на редкость жаркий и солнечный день, поэтому, спасаясь от палящего солнца, Чонин зашёл в магазин и купил себе мороженое. Скитаясь по бесконечному торговому центру, парень понял, что и это тоже не приносит ему удовольствия. Покупки бесполезных вещей сейчас его совершенно не радовали. Он снова вышел на улицу, собираясь сделать небольшой кружочек по парку и вернуться домой. Под тенью деревьев тяжёлая духота отступала, поэтому прогулка начала казаться более приятной, чем прежде. На дорожке, куда забрёл Чонин, людей практически не было. Только редкие прохожие иногда появлялись из-за поворота и также бесследно исчезали. Рассеянное внимание Чонина внезапно привлекла необычная картина: на отдалённой от дорожки лавочке сидела одинокая девушка и что-то рисовала в своём альбоме. Она периодически отрывала расфокусированный взгляд от листа бумаги и смотрела вдаль, как будто сквозь предметы и мимо проходящих людей. Чонину внезапно очень захотелось увидеть, что же нарисовано в её альбоме. Парень бесшумно присел на другую сторону лавочки и искоса посмотрел на девушку. По виду она была его ровесницей. Её вдохновлённое лицо привлекло к себе внимательный взгляд Чонина. Ему понравилось наблюдать за тем, как её тёмные глаза широко открываются, когда она смотрит вдаль, и прищуриваются, когда девушка возвращается к рисунку. На листе бумаги у неё был набросок аллеи парка, которую она видела перед собой. — Вы хотите что-то спросить? — вдруг поинтересовалась девушка, не глядя на парня. Её мелодичный голос заставил Чонина очнуться от раздумий и перевести на неё взгляд. — Нет. Я просто наблюдал за тем, как Вы рисуете. — Вам понравилось? — она с улыбкой развернулась к нему, останавливая свою руку, которая выводила линии на листе. — Да. — Хотите, я Вас нарисую? — Меня?.. — растерянно переспросил Чонин. — Да. У Вас очень интересные глаза… — задумчиво проговорила девушка, окидывая профессиональным взглядом его лицо. — Ну так что, уделите мне немного времени? — Хорошо, я согласен. Она перевернула страницу и быстрыми штрихами начала делать набросок его лица. Чонина впервые кто-то рисовал. Для него было в новинку постоянно чувствовать на себе беглые внимательные взгляды. Это ощущение показалось немного странным, но довольно приятным. Чонин старался не двигаться, чтобы не сместить художнице ракурс, но сам тоже исподтишка рассматривал её. Девушка была поглощена процессом и сама не замечала, как постоянно поправляет выбивающиеся из причёски пряди чёрных волос и потирает кончик носа обратной стороной карандаша. Она непрерывно рисовала около получаса. Всё это время между ними не прозвучало ни одного слова, но эта странная тишина была приятной. Когда Чонин почувствовал, как затекает тело, и уже был готов сдвинуться с места, девушка вдруг отложила карандаш в сторону и с улыбкой показала получившийся портрет. — Вот и готово. Как Вам? Чонин внимательно рассмотрел каждую деталь изображения и восхитился схожестью нарисованного лица с его собственным. Он будто смотрел в чёрно-белое зеркало. — Мне… очень нравится, — охрипшим от долгого молчания голосом проговорил парень и поспешно откашлялся. — Я рада. Давайте я подпишу на обратной стороне и подарю Вам. Как Вас зовут? — Ян Чонин. — «Загадочному Ян Чонину от Чон Гарам», — пробормотала она себе под нос, подписывая лист, и вырвала его из альбома. — Спасибо Вам большое за то, что позировали для меня. Мало кто соглашается побыть моей моделью, поэтому приходится рисовать пейзажи. Это Вам. Ну а мне пора. До свидания. Гарам поспешно собрала вещи в тканевый рюкзак с нарисованными на нём цветами и пошла по тропинке в сторону выхода из парка. Чонин рассеянно за ней наблюдал, сжимая в руке тонкий лист бумаги. Только когда её фигурка скрылась за поворотом, парень будто бы очнулся и побежал за ней. Гарам шла неспешно, поэтому догнать её не составило большого труда. — Подождите! — крикнул Чонин, останавливаясь рядом с ней и переводя сбившееся дыхание. — Что такое? — с интересом обернулась девушка. — У Вас есть сейчас свободное время? Я хотел чем-нибудь Вас угостить. — Думаю, полчасика найдётся, — широко улыбаясь, ответила она. — Давай перейдём на «ты». У нас наверняка небольшая разница в возрасте. Чонин только кивнул и поспешил вслед за девушкой по направлению к кафе. Из многочисленных заведений на шумной улице они выбрали маленькую уютную кофейню. Гарам сразу поспешила занять небольшой столик у окна, чтобы можно было беспрепятственно наблюдать за проезжающими автомобилями и проходящими мимо людьми. Чонин заказал айс-американо, а Гарам — глясе. Они несколько минут пили кофе в молчании. Гарам перевела взгляд от окна на Чонина и начала разговор: — Учишься в школе? Я права? — Да. Перешёл в выпускной класс. А ты? — Я закончила школу в этом году. Собираюсь поступать на изобразительное искусство. Ну ты, наверное, уже догадался об этом, — усмехнулась она. — Ты всегда знала, кем хочешь стать? — На самом деле нет. Я увлеклась рисованием пару лет назад и только тогда поняла, что хочу связать с этим свою профессию. У тебя трудности с выбором специальности? — проницательно заметила Гарам. — Да… В следующем году уже выпускаться, а я всё ещё не знаю, куда мне поступать. Понимаю, что нужны хорошие результаты. Только вот куда их потом приложить? — Не волнуйся сильно. С этим сталкиваются многие. У тебя впереди целое лето и ещё один учебный год. Ты обязательно найдёшь решение. Хочешь, я тебе помогу? — Не отказался бы от взгляда со стороны и совета. — Тогда дай мне свой номер. С завтрашнего дня начинается наша экспресс-операция «Найди талант». Гарам и Чонин обменялись контактами, допили кофе и вышли на улицу. За оживлённой интересной беседой они прошли несколько кварталов и незаметно для себя опять вышли к парку, в котором встретились. — Уже поздно. Где ты живёшь? Я тебя провожу. — Вообще-то далековато… Но ладно, если ты хочешь, — улыбнулась девушка. Они не стали ехать на автобусе, а решили прогуляться пешком. Путь до её дома был действительно неблизкий, но ребята как будто не замечали расстояния и времени. Познакомившись только сегодня утром, они ощущали сильное единение, будто знали друг друга уже кучу лет. — Вот мы и пришли, — с сожалением в голосе сказала Гарам, останавливаясь возле своего дома. — Кстати, портрет лучше хранить в тёмном месте, тогда он не выгорит на солнце. — Приму к сведению, — кивнул Чонин. — До завтра? — До завтра, нуна.