Ночь прекрасней дня

Стейси проснулась от того, что её мучила жажда. Она открыла глаза и поняла, что лежит, положив голову на плечо Джейма, который спал, прислонившись к стенке колодца. Его тело было неестественно горячим. С одной стороны, оно согревало девушку, потому что в колодце было прохладно, но с другой стороны, у него похоже от воспаления в мышцах в результате травм поднялась температура. Мокрые волосы, начинающие редеть у висков прилипли к лицу мужчины. Иссохшие губы и синяки вокруг глаз говорили о его, мягко говоря, не лучшем физическом состоянии. Ему нужна вода, Стейси тоже. Ее состояние было далеко не многим лучше. Она чувствовала, как ее язык опух во рту от отсутствия влаги. Голова от голода болела нещадно, ослабевшие конечности дрожали. А ещё хотелось в туалет, которого, естественно здесь не было. Живот уже сводило неприятным спазмом. Она начала лихорадочно ползать по колодцу и нашла в центре небольшое отверстие для стока воды. Она на знала, куда уйдет все, все, что она сейчас собиралась сделать, но это лучше, чем делать это прямо там, где они оба сидят. Ее «сокамерник» спал и к счастью ничего не видел. Стейси с облегчением застегнула комбинезон и посмотрела в ведро с водой. Ее оставалось ещё на пару глотков для нее и столько же для него. Она снова отжала несколько капель с уже изрядно потрёпанной губки и жадно сделала маленький глоток воды. Ей хотелось осушить все разом. Она понимала, что этого делать нельзя и от расстройства закусила губу в кровь. Ей так хотелось пить, что она отсосала кровь из своей же нижней губы и с наслаждением облизнулась. В этот момент она была наверняка похожа на зомби, ставшего вампиром. Джейм продолжал спать. Пусть спит. Ему нужны силы. Сколько они уже тут сидят? Вроде бы не больше суток. Или больше? А собачка? Жива ли она … Стейси тихонько присвистнула: - Золотце? Ты здесь? Сначала было тихо. Но спустя несколько секунд послышался характерный звук собачьих когтей, а затем над Стейси появилась белая кудрявая голова пуделя. Она заметила, что в зубах у собачки было что- то вытянутое и чёрное. И тут Стейси сообразила, что это был… шланг! Видно, собачка потихоньку, по капельке пила из него воду. Точно! Шланг! Она принялась расталкивать спящего мужчину. - Джейм! Джейм! Мы спасены! У нее шланг! У Золотце в зубах шланг с водой! Но Джейм резко дёрнулся от испуга так, что…опрокинул ведро с остатками воды. -Ах…- вскрикнула Стейси. - Чёрт! Черт! Зачем ты меня напугала?!- начал было Гамб, но почувствовал, как на его лицо упали капли прохладной воды. Хрипло дыша, Гамб поднялся на ноги и смог сделать несколько шагов. Его тело дрожало и плохо слушалось, очень болела рука. Но он хотел жить. И ещё больше- пить. - Брось, Золотце! Давай его мне!- его голос слегка изменился, утратив громкость и силу. Собачка оживилась, увидев и услышав своего хозяина. - Девочка, брось его мне… Давай! И пудель послушался, бросив конец шланга вниз, точно палочку в игре. Со шланга начала капать вода, которая все ещё находилась внутри в небольшом, но достаточном количестве, чтобы несколько капель им попало на лицо и языки. - Умница, Золотце!- Стейси от радости подпрыгнула. Они оба по очереди, встав на цыпочки начали высасывать воду из шланга. Не выдержав Джейм одной рукой потянул шланг на себя. Толстое, похожее на змею резиновое изделие начало скользить вниз и замерло где-то на уровне груди Гамба. - Смотри! Он дальше не идёт. Можно попробовать вылезти!- воскликнула Стейси. Глаза Гамба заблестели: - Ты хочешь выбраться, держась за шланг? - Да.- кивнула Стейси. Мужчина очень нервничал. Он все таки подсознательно боялся, что девушка может выбраться отсюда и в отместку бросить его одного гнить в этом колодце. - А я?? - Я попробую вылезти и вытащу тебя! Девушка сделала шаг к шлангу. - Я не смогу с одной рукой!- возразил Гамб. Стейси на секунду задумалась, но вдруг вспомнила про верёвку. Она взяла её, подошла к мужчине и начала обвивать верёвку вокруг его торса. - Эй! Что ты делаешь? Щекотно!- пробубнил Гамб. - Заткнись! Я хочу придумать, как вытащить тебя! Или ты собираешься здесь жить вечно?- с иронией ответила девушка, пытаясь завязать тугой узел у него на талии. Находясь так близко к нему она буквально ощущала его тепло, слышала его дыхание, но почему то боялась поднять на него глаза. Он смущал её, но она не могла и не хотела осознавать это. Тугая повязка из махрового полотенца немного мешала закрепить верёвку и ей приходилось изворачиваться, чтобы подсунуть её под забинтованную руку. В какой то момент она все же вскинула на него глаза и поняла, что он все это время не шевелился, потому что смотрел на неё … Голубые глаза, похожие на две селедочницы из под русых бровей были столь выразительны, что Стейси не могла долго выносить этот взгляд. - Рука сильно болит?- не найдя ничего другого, продолжая затягивать верёвку спросила она. Гамб уверенно ответил: - Уже меньше. А потом удивлённо добавил: -А тебя разве это беспокоит? Снова встретились голубые миндалевидные и круглые бирюзовые с желтыми вкраплениями глаза. - Да… - сама не зная, почему ответила девушка. - Ну вот, вроде готово.-сказала она, подергав за верёвку. Гамб молча наблюдал за ней. Она подошла к шлангу и, собрав последние силы, подпрыгнула, уцепившись за него. Мышцы за время сидения в колодце ослабли, держаться за скользкий резиновый шланг было трудно, но это их последняя возможность … Джейм с волнением смотрел, как его бывший «трофей» начал раскачиваться на шланге, точно акробатка на канате в цирке. Он был там только один раз, ещё мальчишкой, когда всех детей из приюта на День независимости повели в цирк. И его как раз впечатлили тогда именно канатоходцы. Точнее канатоходки- ярко накрашенные, невероятно гибкие и грациозные девушки с тонкой талией и сильными бедрами в блестящих купальниках. Он тогда ещё не понимал, что с ним происходит, когда его сердце забилось чаще, низ живота начало сводить, но как то приятно. А ночью, когда он увидел полуголых красавиц второй раз, во сне, он почувствовал, как его штаны намокли от какой-то липкой жидкости. Маленький Джейм очень тогда испугался и пошёл по темному коридору приюта к душевой, чтобы все застирать и поменять пижаму. Но в коридоре его встретил следящий за порядком воспитатель. В итоге мальчишку выдрали его же пижамными штанами на глазах у всех детей, которые естественно над ним смеялись и вспоминали об этом при каждом удобном случае. Гамб в целом ненавидел свое детство. Оно не приносило ему практически никаких положительных эмоций. Но редкие моменты, такие как тот поход в цирк или ещё более редкие воспоминания о его маме периодически всплывали в его памяти. И вот сейчас почему-то совершенно вроде бы непохожее зрелище, как растрёпанная, чумазая, измученная девушка, похожая скорее на ведьму из старых фильмов ужасов лезет по резиновому шлангу, заставило его вспомнить прекрасных циркачек и те времена, когда он ещё не успел стать тем, кем он был сейчас и ещё верил во что-то хорошее. Тем временем Стейси, упираясь дрожащими ногами в стену, всё же добралась до заветного края колодца. Судя по всему, она успела значительно сбросить вес, поскольку резиновый шланг выдержал её, даже нигде не порвавшись. С трудом встав на ноги возле края колодца она победно закричала: - Дааа! Я это сделала! Ее крик был похож на рев дикого зверя, в которого она точно бы превратилась, если бы несколько дней ещё просидела там. - Эээм, красотка! А про меня ты не забыла?- послышался голос Гамба. Он стоял и смотрел вверх, выжидающе щуря глаза. Ах, да! Стейси действительно про него слегка забыла, будучи опьяненной своей свободой. - Сейчас! Она увидела крюк на конце лебедки и начала спускать его в колодец. - Зацепи! - И без тебя понял!- буркнул Гамб. Одной рукой он пристегнул крюк к веревке и ей же ухватился за трос. Через минуту и он был наверху. Стоя друг напротив друга, они почему-то рассматривали себя так, как будто бы в первый раз видели. И вдруг оба неожиданно засмеялись. От усталости и смеха Гамб сел на песчаный пол рядом с колодцем. К нему тут же со счастливым лаем подбежала Золотце и, подпрыгнув, лизнула хозяина в нос. Он обнял ее одной рукой и начал целовать. Сама не зная почему, Стейси тоже кинулась к ним в объятия. Они смеялись как дети, гладя и тиская собаку, которая спасла им жизнь.