Кто крадет вещи?

      Пропажа вещей у Ризли началась с мелочи вроде перчаток или носков. Впрочем, подобное становится лишь вопросом времени, когда начинаешь жить с омегой. Ризли читал об этом, когда они с Нёвиллетом только съехались, хотел иметь представление о том, что его может ждать. И тогда он решил, что украденные вещи — это не более чем приукрашивание действительности. Но вот он снова стоит перед шкафом без очередной пары носков и вдобавок без одного из галстуков. Ну ничего, через пару дней у герцога будет отгул; Меропид от его отсутствия не развалится, а поговорить с судьей стоило.

***

— Нёви? — из одежды пропали уже две рубашки, такими темпами омеге будет проще перебраться жить в шкаф Ризли. — Я вхожу.       Ризли приоткрыл дверь в комнату Нёвиллета. Обычно он сюда не заходит, уважая личные границы судьи, но ведь совсем скоро ему будет попросту нечего надеть! А ведь буквально позавчера он выловил Нёвиллета после работы и объяснил, что всю одежду брать не стоит; тот на это лишь кивнул и поспешил скрыться в ванной.       Омега лежал на кровати, соорудив из пары одеял что-то вроде бортиков, свернувшись посередине не хуже кошки и обнимая подушку с натянутой на нее чужой рубашкой. Мужчина осторожно подошел ближе, замечая под ним все свои остальные пропавшие вещи. Гнездование можно назвать милым процессом, но не когда тебя оставляют буквально без ничего. — Ох, месье Нёвиллет, — Ризли тихо вздохнул, с улыбкой присаживаясь на самый край кровати и аккуратно поглаживая светлую макушку.       Судья размеренно дышал, явно не собираясь просыпаться в ближайшее время. Альфа наклонился к нему и оставил два нежных поцелуя на виске, замирая и принюхиваясь. Сливовый запах был совсем слабым — через два-три дня он раскроется полностью, знаменуя начало течки. Ризли даже не стал пытаться забрать подушку из рук мужчины, вместо этого он прилег сзади, обнимая поперек живота и чуть тыкаясь губами в шею. — Ты скоро оставишь меня совсем голым, — прошептал он без капли раздражения.       Где-то через час Нёвиллет сонно замычал и перевернулся к герцогу лицом, а еще через несколько минут открыл глаза. Увидев кто перед ним, он тут же закрыл их и прижался к мужчине. — Который час? — Почти обед, — Ризли запустил ладонь в чужие волосы, слегка массируя кожу головы пальцами. — Имейте совесть, господин юдекс, еще чуть-чуть и вы оставите меня совсем без трусов.       Омега издал тихий смешок, выпуская из рук подушку. — Извини, мне было нужно для гнезда.       Герцог знал это и не имел ничего против, но ведь Нёвиллет действительно мог запросто снять с него последний клочок одежды, чтобы удовлетворить свои омежьи инстинкты. Ризли прижался губами к его лбу. — Мне взять выходные?       Нёвиллет чуть прикусил нижнюю губу, обдумывая. Судебные заседания он в любом случае перенесет, а что касается крепости Меропид… Если произойдет что-то действительно срочное, то Ризли придется отпустить. Хотя с нынешней дисциплиной в тюрьме, подобных ситуаций ждать не придется. — Если ты уверен, что они справятся без тебя, — ответил мужчина.       Ризли кивнул: он был уверен в своих людях, какие-то мелкие конфликты они спокойно смогут уладить и без его вмешательства. Он окинул взглядом кровать: сбившиеся одеяла по краям, две подушки (от одной, к слову, пахло одеколоном Ризли), его же смятая одежда и, неожиданно, небольшая мягкая игрушка в виде выдры, которую Ризли как-то подарил судье. Нёвиллет действительно соорудил вокруг себя вполне уютное гнездышко. Внимание вдруг привлек небольшой флакон с жидкостью на тумбе. — Я искал его вчера весь день, — со смехом сказал герцог, как только смог разглядеть знакомую этикетку.       Нёвиллет проследил за чужим взглядом — одеколон. Лицо судьи покрылось стыдливым румянцем; он даже не мог ничего сказать в свое оправдание, его омежья природа и потребность в запахе своего альфы рядом были сильнее него. — Прости, можешь забрать его. — Все нормально, пользуйся, если нужно, — нет, ну надо же, он стащил даже одеколон! — Я полежу с тобой еще немного и потом приготовлю тебе что-нибудь. Идет?       Нёвиллет кивнул и позволил Ризли заключить себя в объятия. Он сделал глубокий вдох: все же, запах парфюма и запах тела от одежды ни за что не смогут заменить запах самого альфы.