Летние истории Конохи

Летний фестиваль… Не думал, что когда-нибудь в своей жизни я снова попаду на фестиваль. Последний раз я ходил на него также с Наруто и Сакурой, когда мы ещё были командой, да и большого восторга он у меня тогда не вызвал. Я даже не помню, зачем вообще соглашался на это. Хотя воспоминания о тех временах раздражения не вызывают. Конечно, это не сравнить с тем, как мы ходили на праздники всей семьёй, и как Итачи тащил меня, сонного и сытого, на спине до самого дома. Возможно, присоединиться к команде я соглашался, подсознательно желая вновь пережить те светлые чувства? Ведь я считал тогда, что скорее всего погибну через несколько лет, когда исполню свое предназначение и отомщу. И вот теперь мы опять вместе, на той же площади. Вокруг витают знакомые запахи уличной еды, и отовсюду раздаются до боли знакомые звуки — детский смех, праздничная музыка и шум толпы. Оказавшись здесь, я чувствую себя странно, ведь ещё месяц назад был твёрдо уверен, что меня казнят или оставят в тюрьме на всю жизнь. Однако мои друзья вновь пришли мне на выручку и сейчас стоят рядом, как ни в чём не бывало, словно и не было между нами этих лет ненависти и отчуждения. Сколько же в них внутренней силы и веры в добро? И если отношению Наруто я не был особо удивлён — этот усуратонкачи в своей наивности и вере во всё хорошее убежал далеко вперед ото всех знакомых мне людей, то Сакура имеет полное право ненавидеть меня, после всего, что я совершил… Но она оказалась настолько сильной и стойкой, что вместо этого стоит сейчас напротив, робко улыбаясь и нервно теребя рукава юкаты . Довольно необычно видеть напарницу в таком женственном образе, ей даже идёт — словно передо мной не грозная куноичи с самым сильным ударом в Стране Огня, а обычная хрупкая девушка, скромная и беззащитная. Я уже и забыл, когда в последний раз видел празднично одетую женщину, и в памяти неожиданно всплыли образы из детства — высокие темноволосые девушки и женщины, с символом клана Учиха на спине. В силу своего возраста тех времён, я уже и не помню, кто это был — может быть, тётушки или кузины? Тогда они все казались мне очень взрослыми; помню лишь, как рассматривал их замысловатые причёски и сравнивал с распущенными волосами мамы — хоть она и закручивала их на праздник в непонятные мне фигурки, дома она почти никогда их не собирала. Так мне нравилось больше, и для чего во время праздника они все вертели на голове разные причудливые штуки я не понимал. Длинные и свободные волосы намного лучше! — Вот видишь, Саске, я же говорил — нормально всё будет, даттебайо, — низко прохрипел Наруто, положив мне руку на плечо. — Никто на тебя косо не смотрит, камнями не забрасывает, всё путём! Пойдёмте вкусного чё-нибудь поищем, Сакура-чан? — Конечно, Наруто, — мягко улыбнулась Сакура, вставая сбоку от Узумаки, так, что он оказался в центре. — Идём? Мы отправились по главной улице, освещённой праздничными фонарями, и, продолжая ощущать аппетитные ароматы свежеприготовленной еды, я был согласен с Наруто — устоять невозможно, и желудок упорно напоминает, что обед был довольно давно. Да и чем ещё заниматься на празднике? Вот в детстве отец всегда покупал мне что-нибудь вкусненькое, хоть мама и предлагала разные сладости, но такое не по мне, и привить мне любовь к сладкому не смог даже Итачи, сам большой любитель подобного. Я же с удовольствием лакомился якитори или такояки, набивая полный живот. Интересно, изменились ли они на вкус? Ведь я давно не пробовал ничего похожего, да и приготовленная и съеденная на улице еда ощущается по-другому, нежели домашние блюда. Люди вокруг вели себя очень весело и расслабленно, дети бегали и резвились, иногда врезаясь в зазевавшихся взрослых, а сами взрослые увлечённо болтали друг с другом. Что ж, это определённо лучше, чем если бы все обращали на нас внимание — героев войны, спасших мир, и одного помилованного международного преступника. Возможно, они просто нас не узнают в праздничной одежде? — Сакура-сан, я так рад тебя видеть! Наруто-кун, Саске-кун! — заорал неизвестно откуда выросший перед нами Рок Ли. Первый раз вижу это чудака без его привычного, странного зелёного костюма, хотя его юката точно такого же цвета. Что-то в этом мире остаётся постоянным… — Привет, Ли-сан, — мило улыбнулась Сакура, а я лишь приветственно кивнул. — Ты один здесь? Может хочешь погулять с нами? — Я бы с радостью, Сакура-сан, — продолжал он вопить на всю площадь, — но мы там ловим золотых рыбок с Гай-сенсеем и Тен-Тен. Приглашаю вас присоединиться к нашей компании! — Да мы ищем где бы пожрать, потом, может, найдём тебя, — ответил Наруто, словно прочитав мои мысли. Не надо нам в компанию ещё одного громкого и неугомонного члена, нам и втроём неплохо, хотя Сакура, кажется, расстроилась. Какая-то она сегодня ненормально тихая и задумчивая, странно… Неужели ей настолько неприятно находиться со мной в одной компании, и она была бы рада разбавить её даже кем-то вроде Ли? Хотя, возможно, они теперь друзья, я ведь не в курсе. Так что же я, получается, здесь лишний и мешаю ей общаться с товарищами? — О, тайяки! — выкрикнул Наруто. — Будет кто? Я угощаю! — Да, мне с сыром! — ответила Сакура, вскользь взглянув на меня. — Тоже, — буркнул я, соглашаясь только для одного — мне захотелось подтвердить свою догадку, оставшись с Сакурой наедине. Как я и думал, она не сказала мне ни единого слова, отрешённо рассматривая проходящий мимо народ и одаривая знакомых приветственной дружественной улыбкой. Я же сам тоже не знал, что сказать, ну не спрашивать же у неё напрямую? Да и почему меня это стало так сильно заботить? Сакура имеет полное право относиться ко мне подобным образом, всё справедливо, и чудо, что она вообще заступилась за меня, когда решалась моя дальнейшая судьба! Кажется, я не вправе требовать большего, но такое подчёркнуто отстранённое отношение противно пилило мои нервы, будто мне не хватало её навязчивости. Или я что же, соскучился по этому? Почему-то в её присутствии меня окутывают детские воспоминания и приятные ощущения тепла и семейного уюта. Возможно, они перемешиваются с витающим в воздухе ощущением спокойствия и мирной жизни, поэтому Сакура действует на меня так? Мои размышления были прерваны вернувшимся Узумаки, который заботливо держал в руках целый пакет горячих и ароматных пирожков на любой вкус. — Вот, решил взять побольше и разных, пойдёмте где-нибудь на лавочке поедим, а то мне держать так неудобно, не привык ещё к новой руке, — прокряхтел он. — А ты разрабатывай, делай упражнения, как я тебя учила, — поучительно воскликнула Сакура. — Удержишь пакет, всё нормально? Может помочь? — Да не парься, Сакура-чан, конечно, удержу, тебайо, — довольно оскалился он, припустив к только что освободившейся лавочке на всех парах. — О, привет, Сакура! Какая ты сегодня красивая, согласен, Акамару? — перед нами неожиданно оказался ещё один знакомый, верхом на своём огромном лохматом чудище. И этот теперь будет набиваться в нашу компанию? И Наруто уже ушёл — придётся мне самому его отвадить? — Привет, Киба! — тут же оживилась Сакура и подошла поближе, чтобы потрепать пса по голове. — Привет, Акамару! А ты с каждым днём всё пушистее! — усмехнулась она, а тот принялся ласково облизывать её ладонь, зажмурив и без того вечно прикрытые глаза. — Гуляете? — сверкнул фирменной клыкастой улыбкой Инузука. — Может, с нами? Мы там с командой отдыхаем, скоро конкурсы всякие начнутся! — Спасибо, Киба, но мы собирались поесть, — ответила Сакура, — если что, потом найдём вас, — улыбнулась она. Вот так-то лучше! А Сакура прямо сдружилась с таким количеством парней… определённо, я много чего пропустил. Хотя чему удивляться? Они вместе учились, потом ходили на миссии, а самое главное, сражались плечом к плечу на той ужасной войне, а это сближает. Удивительно, какими все остались счастливыми и беззаботными, несмотря на пережитые испытания. Неужели война не ожесточила людей и не превратила их в обозлённых, наполненных ненавистью и жаждой мести чудовищ? Или, может быть, это я просто не видел, как живут люди, и смотрел на мир через призму собственного горя и злости? Но теперь я обязан это выяснить, я должен узнать правду и открыть, наконец, глаза на всё это, должен понять причину такого поведения и узнать, где же люди берут силы, чтобы несмотря ни на что продолжать радоваться и жить полной жизнью. Я не хочу больше погружаться в то болото, которое затянуло меня однажды, ведь не факт, что мне удастся снова спастись, и не факт, что мои близкие, хоть их совсем немного, не пострадают из-за меня. История не должна повториться, а опасных людей, ненавидящих меня, по всему миру достаточно, я уверен! Сакура направилась в сторону занятой Наруто лавочки, и я последовал за ней. Было очевидно, что когда мы остаёмся наедине, она становится напряжённой и какой-то поникшей… Сразу опускает плечи и словно уменьшается в размерах. — Ну, пойдёмте посмотрим теперь, чё тут интересненького есть, — подскочил со своего места Узумаки, когда слопал почти в одно лицо все купленные пирожки, и мы пошли гулять дальше. — Ты, кстати чем планируешь заниматься теперь, Саске? Вернёшься в команду? Быть капитанами нам пока не дадут, экзамены мы с тобой так и не сдали, хоть я типа уже и чуунин, — хохотнул он, поворачиваясь в мою сторону. — Отправлюсь в путешествие, — задумчиво проговорил я. — Хочу посмотреть, как изменился мир шиноби… — Осторожно, Сакура-чан, — выпалил Наруто, хватая за локоть неожиданно споткнувшуюся напарницу. — Камень что ли попался под ноги? Ты чего? — Всё нормально, Наруто, — сухо проговорила она, — спасибо, я просто оступилась. Ребят, вы идите пока, я догоню… — дрожащим голосом добавила Сакура и мгновенно развернулась в противоположную сторону от нас, переходя практически на бег. — Ушиблась что ли сильно? Хотя не похоже, бежит резво... Ты чё-то брякнул опять, теме? Обидел, Сакуру-чан? — угрожающие протянул нахмурившийся Узумаки. — Тц, нет конечно, когда? — прикрыв глаза, отрезал я и мысленно начал перебирать в уме своё сегодняшнее поведение. Да ничего я ей вообще не говорил, с чего такие мысли? Мало ли, что могло случиться, хотя вариантов никаких придумать я не мог, и в сердце неприятно саднило, что причина такого поведения во мне. После моих слов о путешествии Сакура потеряла равновесие, может, это её так удивило? — Проверю, — бросил я мимоходом и направился на поиски напарницы. Долго искать не пришлось, и вдалеке от основного праздника, на берегу реки я нашёл Сакуру, которая стояла в одиночестве, опустив голову, и дрожала. Замерзла? Нет, подойдя ближе, я услышал, что она плачет. Тихо, почти неслышно, но плачет. Услышав или почувствовав моё приближение, Сакура спешно начала протирать глаза, но не поворачивалась, а продолжала стоять и смотреть на воду. — Сакура, — осторожно позвал я, остановившись практически у неё за спиной. — Я скоро вернусь, Саске-кун, — пробормотала она, старательно скрывая подрагивающий голос. — Что случилось? — не выдержал я, разворачивая за плечо и уставившись на её заплаканное лицо. Мне вмиг стало так жаль её — маленькую, хрупкую и беззащитную, что захотелось немедленно обнять и утешить, потому как теперь я был однозначно уверен, что плачет она из-за меня. Опять. В который уже раз… Сакура внимательно смотрела мне в глаза и сжимала кулаки, очевидно сдерживаясь оттого, чтобы вывалить на меня сейчас всё, что её гложет. Она тяжело дышала через нос, но губы её дрожали и глаза вновь наполнились слезами, когда она не удержалась и вцепилась в рубашку на моей груди так, что материал затрещал в её кулаках. — Ты уходишь, — прошептала она, периодически всхлипывая, — ты опять бросаешь нас. Мы так старались… а ты опять уходишь… — она опустила голову и продолжила беззвучно плакать, не прекращая стискивать мою одежду, кажется, не вполне осознанно. Я лишь молча стоял и смотрел, не в силах сказать хоть что-нибудь. Да и что я мог сказать? Да, я ухожу. Но сейчас, стоя рядом с Сакурой так близко и ощущая тепло её тела, я понимал, что уходить мне совсем не хочется. Моя эгоистичная часть шептала на ухо, что я никому ничем не обязан и волен делать всё, что мне угодно, да вот только хотелось мне лишь одного — и дальше вот так стоять здесь с Сакурой наедине, только чтобы она не плакала, а улыбалась для меня, как раньше. Но я должен уйти! Я обязан разобраться в себе, очистить свой разум и сердце от скопившейся в них за долгие годы черноты, чтобы не запачкать светлый образ этой дорогой для меня девушки! А что если это конец? Что если после этого она окончательно охладеет ко мне? Ведь я не единственный в её окружении, и у Сакуры могут просто-напросто закончиться силы и терпение ждать меня… Да, только что озарившее мою голову решение эгоистично, самоуверенно, жестоко и просто ужасно, но я понял, что должен дать Сакуре надежду. Должен показать, что ей придётся потерпеть ещё немного, ведь именно сегодня, проникшись атмосферой этого чудесного праздника и вспоминая свою семью, я, наконец, осознал, чего мне не хватает, и что, а точнее кто, может сделать меня счастливым. — Сакура, я вернусь, — пробормотал я, осторожно приподнимая её лицо за подбородок и вынуждая посмотреть мне в глаза. — Дождись меня, я вернусь, — повторил я уже увереннее, рассчитывая, что она поймёт мой посыл в этих коротких фразах. Я решительно прижал Сакуру к себе, опустив голову на её мягкую розовую макушку. В ответ она зарыдала ещё сильнее, но крепко обняла меня в ответ — она всё поняла.

*=*

Деревня давно уже спит, но я знаю, что где-то на окраине, в маленькой квартире на втором этаже меня ждёт одна прекрасная зеленоглазая девушка. Главное мне пробраться незамеченным, ведь согласно моим скупым перепискам с Наруто, я путешествую далеко от Конохи и не имею возможности вырваться к нему на день рождения. Насколько же опрометчивым и самонадеянным было моё решение в тот вечер, когда я решил дать Сакуре обещание вернуться и посчитал, что спокойно уйду на пару лет! После того, что случилось между нами тогда, можно было догадаться, что эта девушка не покинет моих мыслей ни на миг, и спокойно скитаться по разным странам мне не суждено. Почти через два месяца я уже стоял на пороге квартиры Сакуры, отчаянно сжимаемый её маленькими, сильными руками, и жадно целовал и обнимал её в ответ. Да, часто появляться в деревне я не могу. Да, сообщать об этом кому бы то ни было не стоит, хотя кто-то знает наверняка, и лишь делают вид, что не замечают моих визитов. Возможно, потом, когда-нибудь мы с Сакурой раскроем добе наш маленький секрет, но сейчас я не собираюсь отвлекаться на эти дурацкие мысли. Времени у меня всего лишь одна ночь, даже её половина, и потратить это время я собираюсь уж точно не на репетицию извинений перед Узумаки. Знакомый дом, знакомый балкон, условный тройной стук в окно… — Я дома, Сакура…