Локдаун

Мирослав почувствовал, как кровь стынет в его жилах при виде Аллена, такого спокойного, беззаботного. Этот хладнокровный подлец узнал его, но просто не подал виду, в этом не приходилось сомневаться совершенно. Он очень бережно поставил Лену на землю и сделал шаг навстречу волшебнику, доброжелательно улыбаясь. В глазах Аллена было кристальное спокойствие и скрытая, видимся одному лишь Мирославу значительная угроза. Волшебник даже сквозь пелену действия наркотиков испытывал сильную дисфорию лишь от того, что увидел Аллена воочию, живого, здорового и процветающего. Прошли долгие годы, успело произойти так много всего, Мирослав больше не мыслил этого ангела как реальную фигуру, для него он перешёл в разряд глубинного, крайне важного воспоминания, формирующего коренные мировоззрения. Волшебник испытал колоссальное потрясение от этой встречи. Он впал в глухой безотчетный шок, переходящий в постепенно нарастающую панику. Спустя столь продолжительный период времени, они встретились после того, как однажды обменялись взглядами. Их первая встреча была краткой, зрительный контакт продлился всего несколько секунд, но произвёл на обоих неизгладимое впечатление, не померкнувшее даже по прошествии стольких лет. Мирослав помнил эти несколько секунд так четко, как не помнил ни что иное. Тем страшным вечером они стояли и смотрели друг на друга, практически издалека, но того расстояния в быстро сгущающихся сумерках было достаточно для того, чтобы Мирослав мог разглядеть каждую, даже самую маленькую капельку крови на лице ангела, только что убившего своего соперника. Мирослав до острой, сводящей зубы боли четко помнил выражение лица Аллена в ту ночь. Он был растерян, напуган, но в то же время чудовищно зол. Он потерял контроль, это было самым пугающим из всего прочего. Они оба сильно изменились за прошедшие годы. Аллен стал силён, влиятелен, харизматичен и обаятелен, он получил свое причитавшееся по наследству звание, но и сам достиг больших высот в военном деле. Он был уважаем, уверен в себе, смел. Мирослав же потерял мать, в подростковом возрасте он остался один и был вынужден работать на заводе в Хейденштадте, но даже не для того, чтобы оплачивать дорогостоящее образование, а для того, чтобы просто иметь элементарные средства к существованию. На время жительства в ангельской столице ему пришлось оставить обучение, ведь денег на его оплату не было, нужно было скопить минимальную финансовую подушку на случай увольнения, которое не заставило себя долго ждать. На оружейном заводе больше не было места для волшебника — самоучки, который не проявлял к работе никакого рвения. Не смотря на дефицит кадров Мирослав был уволен, ему не стоило позволять себе смелых высказываний, критикующих новые движения сегрегационной политики власти ангельской державы. Мирослав переехал в захолустный городок на окраине демонической державы вблизи границы и стал там работать на литейном заводе, чтобы собрать средства на переезд. Работа была тяжёлой и вредной, приходилось не спать ночами чтобы готовиться к поступлению в университет. Волшебнику приходилось преодолевать тяжкие препятствия даже для получения базового уровня образования. Сейчас он открыл крошечную кофейню и работал в полную силу, чтобы ее содержать. Бизнес был убыточным, приходилось ограничивать себя максимально, иногда перебиваясь продажей морфия старой клиентской базе. Ему не удалось добиться больших высот, однако он по крайней мере пытался, вопреки проблемам с образованием, трудоустройством и заработком устроить себе ту жизнь, которую хотел, тихую, скучную, будничную. Аллену не приходилось сталкиваться с такой жизнью, его воспитали лучшие учителя в академии и жестокость постоянных войн. Он получил образование на высшем уровне, никогда не испытывал финансовых трудностей и не спорил с властью. Его политическая и военная карьера складывались легко и успешно, отличная репутация известного имени, харизма и покладистость играли рыцарю на пользу. Аллена любила власть, он вращался в кругах высокопоставленных граждан, был послушен, никогда не подавал повода усомниться в своей преданности царю. Мирослав не завидовал ему, он не хотел такой жизни для себя, но чувствовал несправедливость судьбы касательно счастливой реализации этого циничного ангела. Тот умел вести себя мило и покорно, исполнять любой каприз своих хозяев, как породистая собака, которая может быть доброй, если не натравить её на того несчастного, который вздумает тебе не угодить. Аллен от природы был умен. Ему удалось очень быстро усвоить, что если он будет послушным и не расстроит хозяев, его приласкают и станут любить. Видеть, как Аллен процветает было невыносимо для Мирослава. Этот мерзавец был на дорогой породистой лошади, в идеальном костюме, отглаженном и накрахмаленном, с аккуратно расчесанными и собранными волосами, гладко выбритый, стильно одетый и безмерно обаятельный. — Меня зовут Аллен Жерар Депардье, рад знакомству. — рыцарь приятно улыбнулся, протягивая волшебнику для рукопожатия широкую ладонь, изрубленную старыми шрамами от ведения боев. — Не наслышан о вас и хотел бы познакомиться ближе. Мирославу на мгновение стало неловко и стыдно за свой неряшливый внешний вид: отросшую щетину, спутанные волосы, мятую одежду и вечно забрызганные грязью сапоги. Его взяла бессильная злость на Аллена, но пришлось пожать предоставленную руку. Узкая маленькая ладонь волшебника с тощими кривыми пальцами неприятно утонула в чужой большой теплой ладони. Это не было похоже на равное мужское рукопожатие, скорее на акт объявления психологической войны. — Я Мирослав. — недружелюбно проговорил волшебник, отбирая руку назад. Аллен был сильно выше его и это усложняло разговор. Мирослава раздражал сам факт явного физического превосходства Жерара над ним, это моментально отменяло любую возможность дружеской коммуникации между ними, как бы Депардье ни старался. К слову, его то абсолютно устраивала позиция изначального лидерства, он вскоре оставил попытки ведения дружелюбного разговора, наткнувшись на баррикаду презрения. — У вас есть фамилия? — спросил Аллен спокойно, но с еле различимой издёвкой. — Или нет? — У меня нет фамилии, я сирота. — процедил Мирослав сквозь зубы, недовольно скрещивая руки на увешанной амулетами груди. Он встал в стойку, готовый отвечать на новые подколы максимально достойно. — О, это так печально. — проговорил ангел с наигранной грустью. — Чем вы занимаетесь в жизни? — Я хозяин кофейни «Лавандовое поле». Аллен позволил себе снисходительную улыбочку и бросил на Хелену, ласкающую его коня посмеивающийся взгляд. — Такое дело вне всяких сомнений достойно уважения, вы такой интересный человек, Мирослав. — А что насчёт вас, господин Депардье? — с плохо скрываемым раздражением выдал Мирослав. — Я руководитель государственного отряда воздушных сил ангельской державы, подразделение асов, такая профессия, как лётчики — снайперы вам знакома? Так же я занимаюсь дипломатией на данный момент. Приезд в Вальдемар — это часть моей работы. Вы можете называть меня просто Аллен, чтобы нас было комфортнее взаимодействовать в будущем. — Это очень цепляет, Аллен, ваша жизни так разнообразна. — Да, это правда. — Аллен беззлобно усмехнулся, поправляя воротник костюма. — Постоянные перемены имеют как положительную, так и отрицательную стороны. Мирослав крепко сжал зубы. Его начинало раздражать все: от приветливой улыбки ангела, до его идеально начищенных сапог практически без единой пылинки. Волшебник был готов придраться ко всему, от размера обуви и до того, что Жерар в отличие от него побрился. Конечно, он ведь не хочет уколоть Хелену щетиной. Мирослав чувствовал, что уже очень скоро начнёт сердито пыхтеть, как недовольный ёж, в поисках новых изъянов Депардье. Морфий не во время ударил в мозг туманной волной эйфории и волшебника повело в сторону. Он успел сохранить равновесие, однако Аллен все заметил сразу. — Боже, вы так плохо выглядите, Мирослав, совсем не стоите на ногах. Вы что, пили? — голос ангела был сочувствующим, но Мирослав видел его презрительную мудацкую ухмылочку. — Я трезв, просто немного устал под конец дня. — раздражительно бросил волшебник, потирая переносицу и пододвигая, очки к глазам. — О, вы поладили! — между ними возникла Хелена, которую Аллен тотчас приобнял за плечи. — Я так рада, может, нам стоит прогуляться? — У меня есть идея получше, милая Лена, Мирослав, хотите развеяться? — рыцарь мило улыбнулся, дотрагиваясь до мягких кудрей девушки. Он делал всё исключительно для нее, Мирослав по прежнему не представлял для него ни интереса, ни реальной угрозы. — Мне уже страшно, что ты задумал? — Хелена тепло улыбнулась и на душе Мирослава стало только беспокойнее. — Один мой знакомый демон устраивает вечеринку этой ночью, он будет очень рад видеть всех нас. За одно отметим наше знакомство, Мирослав. — Это отличная идея, Аллен, я никогда не бывала на подобных мероприятиях. — Можешь не волноваться, я буду оберегать тебя и доставлю домой до рассвета, чтобы маменька не хватилась в самый неподходящий момент. — Депардье нежно взглянул на девушку, погладил большим пальцем её плечо под тонкой тканью платья. — А что скажешь ты, Мирослав? — Не в силах отказаться от такой приятной компании я принимаю твоё приглашение. Волшебнику просто физически было необходимо замутнить своё сознание алкоголем, а лучше хорошими наркотиками, чтобы не переваривать эту ситуацию. К тому же оставить Хелену с ним наедине он никак не мог себе позволить. Оставалось только надеяться на то, что Жерар не потеряет контроль снова, ведь в таком случае Мирослав не сможет сделать с ним решительно ничего. Он будет в этой ситуации полностью бессилен.