Эстетика

— Ты что, правда всё это нарисовал? Спрашивает Гром, заходя в помещение. Картин здесь было очень много, причём, довольно ярких и красочных. — Да. А ты пришёл, чтобы картины увидеть? Не знал я, Игорь, что ты у нас такой эстет. Усмехается Серёжа. Но, по правде сказать, ему нравится, что он вообще сюда пришёл. После всех событий, после Призрака — Волкова… Между ними что-то было не так. Эта самая вещь упорно не желала сходиться в мозгу Разумовского. Вроде бы, всё так, как и было. Мент, который желал освободить Питер от кровожадного тирана. Разумовский, который мог и желал ему в этом помочь. Их тянуло друг к другу, и это было не отнять. И Гром тоже испытывал нечто подобное, раз пришёл сюда. Ценитель искусства, тоже мне. — Я пришёл, чтобы тебя поздравить. У меня есть кое-что специально для тебя. Оказывается, всё это время Игорь держал в руках бутылку виски. Сергей находит где-то стаканы, ставит их на импровизированный стол, которым служит коробка. Игорь намёк понимает, наливая туда алкоголь. — Официальное открытие у меня состоится только лишь завтра, так что я могу немного времени сегодня уделить и себе. Говорит он, несмело улыбаясь Игорю. Гром, при всём своём характере, кажется тоже не очень уверенным в собственных действиях. Весь вечер, который плавно так перетёк в ночь, они говорили. Просто так, не о чём и о многом одновременно. Пока не дошло дело до первого, такого несмелого поцелуя. А после и первой ночи, которую они провели, наслаждаясь каждой клеточкой друг друга. Чтобы утром, на официальном открытии, Гром смотрел на Разумовского, который говорил речь и гордился парнем. И тем, что он именно его.