Уроки под солнцем

Был июль. Жара невыносимая. Дань Хэн совсем недавно сдал переводные экзамены и теперь мог вольной птицей делать всё, что захочет, ведь начались каникулы. Правда делать он будет то же, что и в учебный год. Учиться. Не потому что он хочет быть лучшим в классе или знать программу наперёд, а просто потому что ему интересно. На самом деле это не совсем правда. Кроме учёбы Дань Хэн абсолютно точно проведёт кучу времени со своими друзьями, пусть и не в этой жуткой жаре. Одна из его подруг — Цзинлю, как и он не переносит эти яркие лучи солнца, именно поэтому их компания летом чаще всего гуляет либо по вечерам, либо проводит время вместе у кого-нибудь дома. Если они и выбираются на улицу днём, то обычно на речку, которая совсем близко к их городу. Яркое солнце ужасно грело его чёрные волосы. Была бы его воля, не высовывался бы из квартиры, но сегодня ему надо сходить в школу и взять книгу у преподавательницы по химии, она предложила отдать ему очень редкое учебное издание. Дань Хэн просто не мог сопротивляться, поэтому пошёл в школу, хотя не планировал возвращаться туда два месяца. Внутри было не очень-то и пусто. Детский лагерь, какие-то кружки — всё это было одним из летних развлечений. Дань Хэну надо было идти на третий этаж, в свой собственный класс, где ему оставался последний учебный год. Было душно, маленькие дети бегали по коридору. Вероятно, пытались воспользоваться каникулами по полной, потому что в учебное время не побегаешь. Несмотря на то, что в школе не особо много людей, Дань Хэн заметил, что коридоры начищены, как и окна. Эти места в постоянном режиме находились под присмотром администрации. Он добрался до своего этажа, где было совсем пусто — старшеклассников в детские лагеря не пускали, поэтому все уже наслаждались своими каникулами. Дань Хэн, даже не смотря в окна класса, открыл дверь. Непривычно было видеть класс пустым, а доску чистой. Он не обнаружил учительницы за столом, поэтому окинул класс взором. И нашёл там кое-кого другого. У Дань Хэна сразу внезапно забилось сердце. Вот вам и обычный летний день. Он даже и не думал, что встретит сегодня этого парня. Парня, который захватил сердца всех девчонок в их школе. И его сердце тоже. Пусть сам он не был девчонкой. Хулиган, который рубится на уроках в телефон, либо спит. Постоянно уставший и до ужаса ленивый, а ещё с красивыми золотыми глазами. Дань Хэн никогда не видел таких: даже был поражён тем, что подобные существуют. Всё это было о Келусе. Который завалил экзамены и именно поэтому, вероятно, находился здесь. Дополнительные занятия. Дань Хэн даже забыл об их существовании. Келус занимался привычным делом. Спал на парте, повернув голову как раз в сторону выхода из класса. Глаза его были закрыты. Да, точно, он же спал. Мысли совсем путаются при его виде. Дань Хэн думал о том, что ему стоит подождать на выходе из класса, ведь иначе он умрёт от напряжения. От этого прямого взгляда Келуса. Они никогда не виделись наедине, это всегда была толпа, где замкнутый Дань Хэн отыскивал свою звезду. И, в конце концов, это было одной большой глупостью. Дань Хэн считал это неразумным, абсолютно странным, но при этом его всё равно тянуло к Келусу. Вместо того, чтобы выйти, к Дань Хэну пришла ещё одна более идиотская идея. Ладно, не к нему. Ноги сами повели его. Он подошёл к парте соседнего ряда, аккуратно отодвинул стул и сел. Ничего ведь странного, да? Просто ждёт учительницу. Ещё мгновение, он уже повторяет позу Келуса и ложится. Сердце бьётся безумно, он сжимает губы. На улице шум, а Келус беззаботно лежит, пока у Дань Хэна напряжено всё тело. У Келуса будто выцветшие от солнца волосы. Пепельный цвет, такой мягкий… Небрежный и хаотичный, такой двойственный. Дань Хэн не врёт сам себе: он мечтал о том, как проводит по этим волосам много раз. Как целует их, как, может быть, моет или расчёсывает… Как путает в них пальцы, делая массирующие движения. Жутко смущает. Жутко. Жутко. Жутко. Келус чем-то притягивал к себе, и не только Дань Хэна. Он просто был… Обаятельным? Но не каким-то гиперактивным и шумным, а наоборот безразличным и порой саркастичным. Он вытворял безумные вещи с каменным лицом, а потом с усмешкой выслушивал упрёки. Да, сейчас бы Дань Хэн хотел лечь рядом с Келусом, пусть даже в такую жару. Обняться и не думать ни о чём, найти в нём свою тишину и покой. Но он понимал, что это несбыточные мечты. Дань Хэну никогда в жизни не хватит духу признаться. Он долго пытался принять тот факт, что влюблён, ссылаясь на всевозможные высказывания его собственного разума: «ты ведь его не знаешь». И вправду, Келус в голове Дань Хэна и в школе был лишь образом, как и многие ученики, но всё равно юноша не мог отделаться от своих трепетных чувств, которые порой распыляли его грудь хуже всякого солнца. Можно сказать, что солнцем был именно Келус. Дань Хэн закрыл глаза, попытался также насладиться этим летним беззаботным днём. Фоновый шум, душный ветер, запах парт и книг, а ещё дыхание Келуса, к которому он прислушался. От этого его собственные ресницы задрожали, это казалось таким интимным, таким странным. Дань Хэн чувствовал себя жутко неудобно и смущающе, но сцену эту прерывать не хотел. Полежит так минуту и выйдет из класса. Да. Точно. — Ты что влюбился в меня? Дань Хэн резко раскрывает глаза, разум ещё не до конца понял, что вообще произошло, но сердце стучало бешено. Ему показалось? Это сон? Галлюцинации? Как отмотать время назад? Какой ужас. Ужас. Ужас. — Что? — сиплым голосом спрашивает Дань Хэн. — Ну, шаришь, когда на тебя пялятся, пока ты спишь, то можно подумать, что чувак влюблён в тебя. Иначе зачем ещё? — Келус так и не поднялся, смотрел из-под своих бледных ресниц своими кошачьими глазами на Дань Хэна, пряча нижнюю часть лица в руках. Дань Хэн не знал что ответить, он вообще не планировал с Келусом говорить. Он даже не представлял как это будет! Да, представлял, как они спят в обнимку, но не это! Дань Хэн мысленно долбился головой об стол: разве это вообще влюблённость? Что это такое? Он не планировал говорить с Келусом или как? — Я не пялился, я просто прикрыл глаза здесь. — Ага, именно на этой парте, именно лицом ко мне. — Ты же спал, откуда такая уверенность в том, что я наблюдал за тобой? — Ха-ха! Вот и попался, отличник. Раз ты знаешь о том, что я не открывал глаз, значит реально пялился. — То есть ты не был уверен в своих словах?.. — Бинго! — Келус усмехнулся. Дань Хэн смутился, отвернул лицо к чертям собачьим и спрятал его в руках. Он думал о том, что произнёс поразительное количество фраз для своего умалишённого состояния. Лицо горело, ему казалось, что с него стекает уже десятый ручей пота. — Так что, Дань Хэн? У юноши будто что-то пыталось вырваться из груди, сердце задрожало. Келус впервые назвал его по имени. Чёрт, да они впервые говорили наедине! Сейчас он сделает какую-то глупость, абсолютно точно. — Занимайся учебниками, а не моим анализом, — смело, для смущённого до гроба, заявляет Дань Хэн, приподнимая глаза. Келус поднялся из-за парты, опасно приблизился к парте Дань Хэна и поставил руки по обе стороны его плеч. Юноша поднял голову на него. Снизу Келус выглядел иначе. Хотелось увидеть его под всеми ракурсами. Чёрт, он с ума сошёл. — Да ты ведь сам представитель вида «ходячий учебник». Так что, заняться тобой? — он готов был засмеяться. Дань Хэн думал о том, что эта сцена до ужаса странная, ещё хуже было то, что он не знал куда себя деть. Чёртов!.. Келус абсолютно точно издевался над ним, видел какую-то забаву. А глаза всё-таки красивые. — Пойдём на свидание? — просто говорит Келус. Что вообще происходит. — Твоя шутка зашла слишком далеко, — не выдерживает Дань Хэн. — Мы даже не знаем друг друга, — внезапно до него дошло осознание того, что над ним могут действительно издеваться ради минуты юмора. Келус был таким, да. — Свидания созданы для того, чтобы узнать друг друга, мистер ботан. Так что, хочешь в ботанический сад, Дань Хэн?

***

Он стоял около ботанического сада. В своих привычных очках, брюках и бело-зелёной футболке. Дань Хэн до сих пор не особо понимал что вообще произошло. Он помнил только то, как в полном оцепенении забрал учебник, вышел из школы, дошёл до дома, лёг на кровать и долго смотрел в потолок. Думал. Долго думал. А потом чуть не задушился подушкой. Серьёзно, Келус позвал его на свидание? Да Дань Хэн всегда считал это бредом, просто одной из грёз! Боже, а как же идиотски он вёл себя вчера! Это было кошмарно, так кошмарно, что Дань Хэн не сдержался и прямо сейчас спрятал руки в ладонях. Боже, ещё и ботанический сад. Почему именно он? Келус знал, что Дань Хэн увлекался химией и биологией? Но откуда? Профильной системы у них нет, только друзья обычно в курсе кто чем увлекается. Так откуда он? — Здаров, — говорит Келус, который подкрадывается сзади и кладёт руки на плечи Дань Хэна, от чего тот чуть ли не подпрыгивает. Первое, что он слышит после «здаров» это аромат духов. Резкий запах. Он бы охарактеризовал его как «типичный мужской одеколон, которым периодически пахло в лифте с утра». Только вот когда его аромат исходил от Келуса, то сводил Дань Хэна с ума. — А ты это чего без панамки или кепки? Дань Хэн не оборачивается, держится стойко. — А с чего ты взял, что должен был? — Ты выглядишь как тот, кто не любит появляться под солнцем. Кожа совсем бледная, у тебя то гемоглобин в норме? — Много у тебя познаний для двоечника, ты симулянт? — сегодня разговор определённо шёл легче. Дань Хэн медленно понимал то, что Келус обращал внимание на многие детали. Господи, зачем он вообще это всё творит, этот Келус? Поспорил? Просто скучно? — Нет, лентяй. Он наконец выходит к лицу Дань Хэна. — Так зачем ты меня позвал? — Ты спрашиваешь это тогда, когда уже пришёл сюда? — не сдерживает улыбки Келус. Дань Хэн и сам не замечает как улыбается. Совсем слабо. Как человек, который с социумом контактирует раз в сто лет и бывает это в школе. — Это какая-то тайна? — Ммм, нет, — Келус подходит ближе к нему, — ты просто мне нравишься. — Нравлюсь?.. Ты… В плане?.. — Ну в плане я на тебя тоже пялюсь, пока ты за партой сидишь. Дань Хэн не понимал какие эмоции должен был показать в данный момент. Произошло замыкание. Полное. — Интересные у тебя… — Подкаты, да. Я тот ещё обаяшка. Так что пойдём? — Нет-нет, стой! Как… Как ты можешь… Эм… Так просто. Взять и сказать? А… Обсудить? Ну… Я… Я не знаю, — мысли путались. Это резкое признание, это быстрота. Сердце стучалось как при аритмии. Что вообще произошло? Нет, не так это Дань Хэн представлял. Вообще никак он это не представлял! — А что обсуждать? Я влюбился в тебя, смысл скрывать? У меня одна жизнь и она коротка, в чем смысл скрывать, особенно когда оказалось, что мои чувства взаимны? Дань Хэн был в замешательстве. Да, возможно, это был тот самый Келус. Настоящий. Смотрит на жизнь с простотой и глубиной одновременно. Он лёгок. Он… Он понимает ценность мгновения. — Если ты хочешь конкретного объяснения, мистер отличник, то я бы называл это… Ммм… «Сирень». Дань Хэн не сразу понял в чём смысл. Сирень? Что «сирень»? А, стоп… — Ты… Разбираешься в языке цветов? — Заинтересовался, когда узнал, что тебе нравится. Нам же нужно что-то обсуждать. Или хочешь со мной турнир в доте обсуждать? Дань Хэн был поражён тому, что Келус заморочился настолько. Сирень… Сирень означала «первую любовь». И тут даже скорее ключевое слово «первую». Не может быть, Келус действительно впервые влюбился? И в Дань Хэна? Он старался держать лицо, как и всегда, но его румянец на жутко бледной коже абсолютно точно был прекрасно виден. — Если бы ты научил меня играть, я был бы не против, — молодец, Дань Хэн, это твоя самая смелая фраза. Тут Келус удивился. Дань Хэн впервые увидел, как тот слегка покраснел, как был немного выбит из колеи. И выглядело это так очаровательно. — Пойдём уже, — говорит Келус, протягивая руку. Дань Хэн с непониманием смотрит — Давай возьмёмся за руки. Или тебе такое не нравится? Если да, то всё в порядке, — искренне смотрит на него Келус и Дань Хэн думает, что, вероятно, совсем идиот, раз смущается из-за элементарного уважения к себе и своим личным границам. — Я просто удивился, — Дань Хэн протягивает руку, Келус берёт её и переплетает пальцы, от этих ощущений юноша хочет закрыть глаза и сбежать. — Знаешь, в отношениях есть ещё нечто более удивительное, надеюсь в обморок не упадёшь. — Умолкни, — не сдержался Дань Хэн, отвернув свой взгляд и отодвинув ладонью в лицо Келуса. Тот засмеялся. — Начнём с того, что мы не в отношениях. — Давай встречаться? — спокойно выдаёт Келус. -!!! Дань Хэн задрожал и Келус, вероятно, это почувствовал из-за переплетённых рук. — Я вижу ты привык решать проблемы мгновенно, — Дань Хэну казалось, что он наконец-то начал обретать смелость и ураган в груди немного поддавался контролю. — Давай хотя бы немного узнаем друг друга. — Ммм, конечно, но если что я знаю, что ты дружишь с учительницей Химеко и учителем Вельтом, близко общаешься с Инсином и Байхэн, а ещё вроде с тем… Да, точно, Цзин Юанем. И с вами в тусовке вроде как периодически Цзинлю. Не любишь сильно сладкое, любишь читать книги — коллекционируешь их, ложишься поздно, не особо любишь держать комнату в порядке. Так, что там ещё… А, по поводу твоего типажа!.. — Так, хватит. Ты сталкер? — возмущается Дань Хэн, но больше из-за того, что все эти фразы застали его врасплох. Но сам факт того, что Келус действительно изучал его каким-то образом, делал очень приятно сердцу. И Дань Хэн уже почти полностью убедил себя, что это не очередная шутка или спор. Келус наконец-то начал двигаться в сторону входа в оранжерею, утягивая за собой Дань Хэна. Так они проговорить тут могут весь день. — Я бы не назвал это сталкерством. Просто наблюдал за тобой в школе, слушал, что говорят твои друзья, пока находился рядом. Да и Химеко с Вельтом любят упоминать тебя. Так что никакого мошенничества. Да уж, тут Келус отлично постарался, в отличие от самого Дань Хэна. Даже как-то неловко стало. — Прости, я совершенно о тебе ничего не знаю, — честно признаётся он. Келус так открыт и откровенен, что и сам Дань Хэн хочет быть на волне с ним. — Ничего страшного, я тебе расскажу, — улыбается Келус и Дань Хэн решил, что жил свою жизнь определённо ради этого момента. — Взамен расскажешь мне о том, что находится в оранжерее. Я, честно сказать, все эти латинские названия вообще не понимаю. Дань Хэн кивнул. Это… Приятно, когда кто-то просит рассказать тебя о том, что тебе самому нравится. Особенно когда этот «кто-то» держит тебя за руку прямо сейчас. Хорошо… Пусть и неловко, но хорошо. Они вошли в оранжерею, людей было не так уж и много. В нос сразу ударил запах всевозможных растений. — Ммм… «Вересковые растения». Что это? — Они растут везде, кроме пустынь и степей, примечательны своим симбиозом с грибами. А ещё очень красиво цветут, их часто используют для украшения садов. Оранжерея действительно была окрашена во всевозможные цвета. Они начали идти по узкой тропинке, медленно рассматривая множество цветов. Они остановились перед цветными кустарниками. — Это Calluna vulgaris, самые типичные представители вересковых. Так и называются — верески. В конце определительные слова, дабы понять к какому сорту относятся, — объясняет Дань Хэн, пока Келус пытается засунуть нос в кустарники, дабы почувствовать прекрасный аромат, — не лезь, свалишься, — тянет его за футболку Дань Хэн. Они проходят по дороге, рассматривая объёмные кустарники. Это были самые разные растения, многие из которых Дань Хэн видел вживую впервые. Келус под боком без всякого стеснения пролезал прямо в кусты, либо совал нос прямо в бутоны, а потом чихал из-за пыльцы, которая была внутри. Да, невероятно. Келус выглядел глупо, но Дань Хэну нравилось это. Нравилось это поведение. Нравился Келус. Он не знал нравилось ли ему то, что он так быстро и откровенен в своих действиях… Но скорее да, чем нет. Для замкнутого Дань Хэна нужен именно такой человек. Тот, кто не будет медлить, тот кто открыто покажет свои чувства и эмоции. Ему кажется, что рядом с таким человеком будет спокойно. А пока Келус решил залезть в ванну, которая по каким-то причинам стояла в оранжерее. И попросил Дань Хэна сфоткать его. — Я просто тебе сразу показываю то, с чем тебе придётся жить, — ровно произносит он, как будто бы делает совершенно обычные вещи. Дань Хэн смущается от таких слов и невольно поджимает губы. Жить? Так далеко заглядывает? Нет, он просто шутит, его слова совершенно несерьёзны, но Дань Хэн всё равно странно ощущает себя. — Не бросай таких слов на ветер, — Дань Хэн делает фотографию, Келус сразу же суёт нос в экран телефона, дабы посмотреть как он там получился. Дань Хэн крайне удивлён тому, что их не выгнали из-за поведения кое-кого. Ладно, его ведь и в школе до сих пор держат… Дань Хэн, в прочем, не жалуется. — У тебя круто выходит фотографировать, — бросает Келус. — Серьёзно? Ты определил это по снимку на обычном смартфоне? — недоверчиво спрашивает Дань Хэн. — Ну, во-первых, заметно, что ты действительно профессионально занимаешься фотографией. Для того, чтобы сделать фотографию, ты рефлекторно потянулся к «кнопке фотоаппарата», вместо того, чтобы тыкнуть на экран. Ещё глаз один начал закрывать, а потом вовремя одумался. Ну и, в конце концов, свет на экране начал регулировать. Кому это вообще надо? Ну только если ты не инстаграмщик какой-то, а ты инстаграмщик, только вот лицо своё не палишь. Обычно природу фотографируешь, либо животных… Дань Хэн в шоке раскрыл свои глаза, совсем не скрывая своего удивления. — Ты сталкер? — спрашивает он. — Нет, всего лишь немного наблюдательности. И чужих разговоров, которые, по воле судьбы, оказывались рядом со мной, — улыбается Келус, похлопывая Дань Хэна по плечу. У Дань Хэна смешанные чувства. Так Келус… Давно влюблён? Иначе зачем он вообще всё это запоминал? И эта наблюдательность… Может она касается всех? — Ты так давно влюблён в меня? Келус задумчиво смотрит на него. — Здесь могла быть грустная история о том, что мы дружили в детстве, но ты забыл меня, но кому нужны эти клише? Да и не правда это, — увиливает от вопроса Келус, так в итоге и не дав внятный ответ. У Дань Хэна нет такой смелости, чтобы настоять на вопросе, поэтому они просто идут дальше. Они проходят в зону со вьющимися растениями, где встречают кучу клематисов: от горных сортов до обычных. Дань Хэн советует Келусу понюхать Clematis x triternata 'Rubromarginata', ведь тот пахнет марципаном. Это оказывается правдой и Келус кажется очень доволен тем, что встретил такой аромат. Правда после этого последовал вопрос «можно ли его съесть?», на что Дань Хэн промолчал и пошёл дальше. Они вышли из оранжереи в сад роз. Огромное количество цветов полем раскинулось перед ними и Дань Хэн, не сдерживая своего восторга, потянулся за телефоном, чтобы сделать фотографию. Здесь стоял необычайный свежий аромат, а сорта роз были самые разные. Келус удивлённо потащил Дань Хэна за рукав, шокировано указывая пальцем на розу, которая ни разу не была на неё похожа. Лепестки бледные, больше всего приближённые к лиловому цвету. На табличке значилось Super Dorothy, Дань Хэн видел этот сорт раньше, поэтому не был удивлён. Эта роза имела более частые и более короткие лепестки, помимо того, в отличии от элегантной стандартной розы, они были больше похожи на нечто легкомысленное. Дань Хэн провёл его среди этих лабиринтов, пытаясь выискать ещё один необычный сорт роз. Он назывался Max Graf и ещё больше отличался от других роз. Был похож на цветок, который обычно рисуют детсадовцы за неимением каких либо способностей. Только цвет был бледно-розовый, а не белый. В саду они обсудили то, что маме Келуса нравятся обычные красные розы, а матери Дань Хэна больше всего нравятся лилии. Келус сделал пари, что она такая же утончённая и грациозная, как её сын. От этого случайного (или не случайного?) комплимента у Дань Хэна в очередной раз загорелись щёки. Они долго бродили по саду. Здесь было мало людей и огромное количество пространства. И приятно пахло. А ещё из-за поливаек немного прохладой отдавало. Позже они прошли ещё по нескольким секциям, где увидели многолетники и лиственные кустарники. Дань Хэн увлечённо рассказывал, а Келус с ним будто бы на равне обсуждал те или иные растения. В конце концов подросток спросил: — Слушай, ты точно двоечник? Ты так много знаешь, но у тебя по биологии тройка натянутая. И только потому, что с двойкой тебя бы отчислили, а школе этого не надо. — Точно. Могу тебе дневник показать. Мне просто лень, я же говорил. И оценки эти не нужны. Поэтому такой результат. — А экзамены ты завалил?.. — Я пришёл и сдал пустой лист, потому что турнир в игре был. Иначе бы я опоздал, а из-за неявки все мозги бы вы… Ну ты понял. — И ты согласился из-за этого на летнюю школу? Келус пожал плечами, отведя взгляд на клён. Дань Хэн смотрел на него и думал о том, что Келус знает о нём многое. Даже слишком. Ну, для того, кто с ним практически и не общался. Вроде откровенен, крайне открыт, но у Дань Хэна такое ощущение, будто от него что-то скрывают. — Дань Хэн… — начинает Келус, нервно сжимая губы. Он впервые видит на его лице смешанные эмоции, сейчас Келус кажется словно живым. — Слушай, ты же мечтаешь стать врачом, да? Юноша кивает, не понимая к чему сейчас этот вопрос и как он вообще связан с летней школой и заваленными экзаменами. — Сделай это обязательно. Тебе лучше заботиться о здоровье людей, а не разрушать. Он перевёл взгляд на Дань Хэна. Глаза Келуса были по-особенному прекрасными под лучами солнца. Они были похожи на стекло, на витраж… Дань Хэн неотрывно смотрел на него, ощущая какое-то знакомое чувство. — Так когда ты влюбился в меня? — повторил свой вопрос Дань Хэн. Келус смотрел на него с… Печалью? Смятением? Дань Хэн не понимал, видел лишь то, как его глаза немного сузились — вероятно, от напряжения. Как брови опустились, как губы стали дрожать. — Не знаю, может в прошлой жизни? — усмехнулся он, абсолютно точно пошутив. Дань Хэн вздохнул, странное чувство пробило его сердце, прежде чем он подошёл к Келусу, который всё ещё выглядел странным и погружённым в себя и Дань Хэна одновременно. — Знаешь, не только ты можешь быть смелым. Тебе и не обязательно. Главное чтобы один из нас не терял надежды, пока другой находится в отчаянии. Так мы всегда сможем вытягивать друг друга. И Дань Хэн коснулся губ Келуса, чем ошарашил юношу. Тот застыл, Дань Хэн перестал слышать его дыхание. Честно сказать, юноша и сам не ожидал от себя такого смелого поступка, но… Он будто сделал это неосознанно и слова вырвались сами собой. Келус улыбнулся. — Да… В конце концов, это ты.