Жить по новой

— Ну же, Элви, мы уже почти на вершине!  С этими словами Кенни с младенцем на руках взобрался на заснеженный холм и замер. Следом за ним прибежала и маленькая Клементина. — Мы правда это сделали! - разинув рот, вдруг воскликнул Кенни. В трёх ста футах от них стояли высокие железные стены, за которыми поднимались клубы дыма - по ту сторону забора явно кипела жизнь. От одного только взгляда на расстраивающийся город внутри у обоих по телу пробежали мурашки. Они не могли поверить, что наконец добрались. — Уверен, что это оно? - оборачиваясь на Кенни, спросила Клементина. — Огромная стена черт знает где? Да брось! Это определенно то, что мы ищем. - учитывая все те тяжелые проведенные дни в пути, что им пришлось пережить, Кенни был готов поверить во что угодно. - Ну и чего же мы ждем? Бежим скорее! Но им не позволили сделать и пары шагов. Послышался выстрел, и снег под ногами рассекла пуля. Они тут же отступили назад. — Стойте там, где стоите. - с ними говорил женский голос из громкоговорителя у главных ворот.  Клементина недоверчиво нахмурилась. Она всё крепче сжимала в кармане пистолет. — Всё в порядке. - поспешил успокоить её Кенни. - Просто делай то, что она велит.  Клементина молча подняла руки. — Бросьте оружие. - снова заговорил голос. Они переглянулись и без слов поняли друг друга. Рука Клементины полезла в карман куртки, достала из него пистолет и бросила на землю.  — Подойдите к воротам. Кенни прибавил шагу, уже мысленно предвкушая вкус еды и мягкость постелей, что им предоставят, пока Клементина шла следом.  Когда они дошли до стены, женщина с винтовкой, что раздавала указания, уже ждала на помосте: — Привет, я Эдит.  — Меня зовут Кенни, а это Клементина и… Элвин младший.  Глядя на младенца в руках Кенни, Эдит непроизвольно расплылась в улыбке: — Что за прелестный малыш! — Да, Эй-Джей просто чудо. - улыбнувшись в ответ, согласился Кенни. - Так… это Веллингтон, правильно? Что нам нужно сделать, чтобы войти? На последнем слове лицо Эдит исказилось.  — Что ж, мне жаль это говорить, но… - она виновато почесала затылок и скинула на землю сумку с припасами. - Здесь еда, вода, медикаменты. Должно хватить на первое время. — Какого хрена?! Вы что нас прогоняете?! После всего того, что мы пережили! — К сожалению, наша община пока не может позволить себе принимать новых людей. Возможно через несколько месяцев… — Да вы издеваетесь! - голос Кенни наполнился прежней усталостью и раздражением. Его единственный луч надежды и тот был жестоко погашен. - У меня на руках двое маленьких детей, которым не место снаружи! — И я это прекрасно понимаю, однако… Но Кенни даже не думал сдаваться - он хватался за любую возможность. — Не хотите брать меня, так возьмите хотя бы детей! Пожалуйста!  — Кенни! - воскликнула Клементина. — Это всего лишь маленькая девочка и младенец! - всё импульсивнее продолжал тот. - Им нужно не так много места, да и едят они меньше любого взрослого! Послушайте, я лишь хочу их обезопасить! Им ведь не выжить здесь! Прошу!… Кенни говорил от души. Он всем сердцем любил Клементину и Эй-Джея и меньше всего хотел, чтобы они пострадали. А учитывая их образ жизни, такой расклад был вероятнее всего. Как итог уговоры подействовали на Эдит, и ей всё-таки удалось упросить начальство оставить детей. Но только их. — Кенни, это неправильно! - в отчаянии воскликнула Клементина. - Мы не можем уйти без тебя! — Ещё как можете. - он передал ей Эй-Джея, взял за плечи и посмотрел в глаза. - Это ваш шанс на нормальную жизнь, понимаешь? А я не смогу её вам обеспечить, если вы останетесь со мной. Черт, да я даже себе её гарантировать не в состоянии! Не после всего того, что было… — Нет! Ты не можешь так с нами поступить!… - по щекам Клементины уже ручьем текли слёзы. - Просто взять и оставить… — Я знаю, как тебе тяжело, но это единственный выход для вас обоих. Самый лучший выход, если уж честно… Кенни и сам не заметил, как глаза были на мокром месте. Ему было ни чуть не легче. — Пожалуйста, Клем, просто в последний раз сделай то, о чем я тебя прошу… Подумай об Эй-Джее… И она согласилась. Сквозь слёзы, обиды и боль, но Клементина приняла решение остаться с Эй-Джеем в Веллингтоне. Ради их же безопасности. Это было больно и страшно для них обоих. Но уже вскоре Кенни забрал сумку с припасами, сброшенную Эдит, утёр постыдные слёзы и без оглядки побрел прочь. Пару раз остановился, но так и не обернулся. Не позволил себе передумать. Сказать, что Кенни ни разу об этом не пожалел, значило бы соврать. Клементина и Эй-Джей были для него последним лучиком света, последней надеждой, последней соломинкой, удерживающей Кенни на плаву. Без них его жизнь ощущалась даже хуже, чем в первые дни, когда он потерял Дака и Катю. А такие банальные вещи, как прием пищи и самооборона от ходячих, давались ему всё сложнее. Он всё чаще срывался из-за пустяков, стал туго соображать. Не проходило и дня, чтобы Кенни не мучился от мигреней и бесконечных навязчивых мыслей, так или иначе сводящихся к одному. Он чувствовал, как силы покидают его. Поначалу казалось, что виной всему старость: как-никак возраст берёт своё. Но неужели такой, как Кенни, ушел бы из жизни в жалкие пятьдесят просто потому, что устал? Эта мысль не укладывалась у него в голове. Он сам себя не узнавал. Вот и сейчас, сидя в вонючем старом фургоне, окружённом ходячими и без единого пути к отступлению, Кенни зарядил револьвер последним патроном. Он заставлял себя придумать план или хотя бы подняться на ноги, но всё было бестолку. Тело его больше не слушалось. Вдруг одно из окон фургона треснуло под весом ходячих и звонко разбилось. — Ну же, сукин ты сын!… - в отчаянии крикнул Кенни. Он не мог поверить, что это конец. Кенни не хотел умирать такой жалкой смертью после всего того ада, через который прошёл. Один из ходячих с подбитыми ногами перелез через разбитое окно и уже полз к Кенни. Дрожащими руками он направил на него револьвер с одним единственным патроном. «Сколько можно бежать от судьбы и оттягивать неизбежное?» - эта мысль на секунду остановила Кенни и даже заставила опустить оружие. Он подумал о Кате и Даке. Что бы они сказали, глядя на то, как Кенни сдаётся? Его взгляд потускнел. У него не осталось сил даже на раскаяния.  «Я просто хочу увидеть вас снова…» Но стоило ходячему наброситься на него, как рука Кенни сама спустила курок. От громкого выстрела в ушах у него зазвенело. Пуля вошла ходячему глубоко в череп, и он упал замертво. Кенни выругался и попытался поднять с себя труп, но не смог. Сил всё так же не было. Ну и зачем тогда Кенни его пристрелил? Не этот, так другой ходячий скоро залезет и прикончит его. Лучше бы оставил последнюю пулю для себя. Так хотя бы смерть была достойнее, нежели становиться одним из них… Кенни со звоном уронил пустой револьвер, закрыл глаза и уже приготовился принять свою судьбу.  Вместо этого комнату залил дневной свет. Кенни поморщился, уже подумав, что конец близок, но открыв глаза, увидел над собой люк. Оттуда на него смотрела взрослая коротко стриженная женщина. Она не раздумывая, спустилась в фургон и принялась поднимать его: — Идемте! Нужно уходить! Скорее! Кенни поглядел на женщину, не веря своим глазам. Он попытался встать, но даже с её помощью ничего не вышло.  — Не могу… — Всё вы можете! Просто поднажмите! - не сдавалась та. На крыше фургона послышались шаги, и через секунду в открытый люк свалился перерубленный пополам труп ходячего. Следом за ним заглянула девушка с окровавленным топором наперевес.  — Не знаю, как долго мы ещё продержимся! - она с негодованием поглядела на Кенни. - Это что, твой знакомый? — Да, только что познакомились! Теперь помоги мне его поднять!  Но её слова встретили ярое противостояние. — Ты сама то себя слышишь? Нельзя тащить к нам хрен знает кого! Особенно… этого! Кенни открыл было рот, чтобы ответить ей колкостью, но сил хватило только на вялое: — Да пошла ты!… — Мона, прошу! Он истощен и ему нужна наша помощь! - умоляющим тоном сказала женщина.  Но Мона была непреклонна: — У нас и так достаточно народа, который надо защищать! Мы ведь даже его совсем не знаем! — А если бы кто-то оставил Джейса так умирать? Её слова заставили Мону замолчать в нерешительности. Она нахмурилась. Замок входной двери не выдержал и слетел под весом ходячих. Толпа повалила внутрь фургона. В конце концов Мона, хоть и нехотя, помогла затащить Кенни на крышу.  — Уходите! Я догоню! - через плечо бросила она, всадив топор в ближайшего ходячего.  Пока Мона сдерживала толпу, они рывком спрыгнули на землю и двинулись в сторону привязанных к столбу лошадей.  — Как мне вас называть? - между делом спросил Кенни. Она улыбнулась и на щеках у неё появились ямочки: — Эльза. А вы? — Кеннет, можно просто Кенни. — Приготовьтесь, толпа ходячих уже на подходе! - крикнула Мона, седлая лошадь и помогая Эльзе взобраться следом.  Она с опаской посмотрела на Кенни: — Вы ведь сможете доехать сами?   — Ещё как сможет! - вмешалась Мона, указывая на винтовку у себя за спиной. - А если что-то вдруг пойдет не так… — Да понял я! Понял! Справлюсь. - Кенни с трудом взобрался на лошадь. Мона в последний раз смерила его недоверчивым взглядом, и они двинулись.