***
–Заткнись ты уже! Заебал!–зло буркнул Вару, раздражëнный тем что ему заявил Пик. Направив взгляд в сторону, Петров сложил руки на груди, как вдруг его больно толкнули в плечо, а Пик сделал шаг вперёд. Кудрявый оказался прижат к стволу дерева. –О! Так это я тебя заебал?! Это ты сам загадочной улыбочкой отвечаешь девушкам, давая им надежду на то, что у вас что-то может получиться! И эта Элана постоянно вокруг тебя ошивается и глазки строит! Или ты и этого не замечаешь из-за своих очков?! –Ты чë, ревнуешь? И вообще, это мой характер! Если я улыбаюсь им или даже подмигиваю, это не значит, что я их люблю!–отстаивал своё Вару, хмурясь от злости. –Ты это им скажи! И что они только нашли в тебе...–не подумав ляпнул Пик, злостно смотря в сторону, а у Вару в ушах на пару секунд зазвучал громкий звон. Что они нашли в тебе? –Что? Ты что такое говоришь?! Неужели до сих пор после того идиотского спора на отношения, ты до сих пор играешь влюблëнного гея?!–рявкнул грубо Петров, хватая Пика за шиворот сильной хваткой и представляя вместо куска ткани горло парня. Глаза Семëнова округлились в непонимании. –Играть гея, говоришь?! Ты думаешь, что все эти годы я притворялся?!–его руки опасно сжались в кулаки, а на лице заходили желваки. –Да! Именно это я говорю! Ведь что ты мог найти во мне?! Я же самый обычный, сука!–прикрикнул Вару. Для него такое заявление было очень оскорбительно, учитывая то, каким самолюбием обладал кудрявый. –Я не это имел в виду, придурок! –О не-ет, ты это имел в виду! Не отмазывайся!–не унимался Вару, чуть ли уже не дрожа от злости.–Хотел порвать со мной, по этому придумал нелепую историю, что ты якобы меня ревнуешь, да?! Оскалившись, кулак Пика резко прилетел в пару сантиметров от лица Вару в ствол. Кудрявый едва заметно вздрогнул. –Я говорю правду! И ты блять знаешь это, но как обычно играешь с другими! Ты думаешь я не вижу эти воздушные поцелуи?! Или другие знаки внимания, а?! –Ха! Это простое баловство, не большее. Но такому тупоголовому как ты ведь не понять!–прикрикнул Петров и увидев, что между ними довольно маленькое расстояние, тут же презрительно оттолкнул Пика от себя, довольно сильным толчком в плечо.–И вообще, раз так, то катись к чëрту! Давай расстанемся!–но тут же опомнившись, следом выдал.–Или лучше давай разойдёмся на время! Чтобы я мог наконец-то свободно потрахаться с другими, а ты бы смог своей одной извилиной подумать и прийти к логичному выводу, умник.–пратароторил Вару в надежде вывести Пика из себя, что было довольно опрометчивым поступком. Ибо в следующую секунду он сильно ударил кулаком парня в щеку, и боль моментально пронзила это место. Вару, заскулив, сполз по стволу, но его тут же грубо схватили за зелёные локоны, не давая ему до конца упасть. Вцепившись в руку Пика, Вару обиженно и вместе с тем как-то зло завопил: –Отпусти мои волосы, сволочь ëбанная! Мне больно блять! Слышишь?! –Да мне насрать на твою боль! Для меня это вообще не так уж и важно, и да, хорошо, давай расстанемся! Уж больно нужен мне такой идиот, у которого с головой не всё норм!–Вару не веря поднял глаза на Пика, чувствуя как в груди всё болит от осколков разбитого сердца...***
–Вару! Вару, чëрт возьми! Проснись!–шептал обеспокоено Пик, не сильно теребя своего парня по плечу. Вару тут же вскочил, тяжело дыша и крепко, аж до побеления костяшек, сжимая одеяло. Во дворе лагеря было темно, видно ночь ещё не отступила, и другие ребята, которые жили с ними в одной комнате , сладко спали каждый в своих кроватях. Повернув голову в сторону, Петров увидел озадаченное лицо своего парня.–Хе-ей, что с тобой? Тебе кошмар приснился, да? Ты так дëргался и мычал... Тебя кто-то там напугал в твоём сне? Уж я то ему за это зад надеру.–заверил его Пик, пытаясь как-то приободрить кудрявого, и нежно улыбнулся уголками губ, но когда тронул поверхность ладони парня, обомлел, почувствовав как он дрожит.–Эй, Вару. Это был сон. Слышишь? Чтобы тебе не снилось, это нереально. Понима...–но докончить утешения не дал настойчивый поцелуй, которым кудрявый и заткнул Пика. Ему нужно было убедиться, что это точно его Пик, а не тот абьюзер, что приснился во сне. Или всё же кошмаре? Уже не важно. Крепко схватив его за предплечье, Петров даже не думал отпускать парня, лишь настойчивее целуя его. Сëменов сначала опешил, но потом мягко завёл руку на кудрявую макушку, приближая столь любимое веснушчатые лицо ближе к себе и даже не думая отстраняться. Кошмар Вару так и останется кошмаром, никогда не воплотившись в реальность...