Дядька.

- Дядька, я принёс покушать, - стучится в комнату Ичикава. Сегодня Кафка не вышел позавтракать, предупредил, что плохо себя чувствует. Вот и Рено решил ему помочь и приготовить полезный обед. Все-таки кушать-то надо, силушки прибавить, а потом, глядишь, и выздоровеет. Хотя с его-то формой кайдзю... Поразительно, что дядька вообще болеть может. По ту сторону двери молчат, ни единого звука. Так что Ичикава решается войти в комнату Кафки сам. Считай, живут вместе, квартиру снимают вдвоём, так что территория жилплощади тоже общая. Мда, а ведь всё из-за того, что квартиру Хибино снёс очередной кайдзю, а у Ичикавы и дома-то нормального не было, с тех пор как ушёл от родителей жил один по съёмным комнатам. А с Кафкой даже оказалось весело жить. Время быстро пролетает за хорошей компанией, особенно если вы увлекаетесь общим делом. Да уж, увлечением убийства кайдзю назовешь лишь с большой натяжкой, но что поделать, жизнь так сложилась. Они ведь об этом мечтали, вот и исполнились все грезы в благодарность за приложенные усилия. - Дядька? - Рено заглянул в тёмную комнату и с удивлением заметил, что его напарник спит. Широко раскинув конечности в стороны морской звёздочкой, полностью расслабленный и умиротворенный. Хороший, кажется, у него сон. Светловолосый вот не может заснуть который день. Ичикава сел вплотную на кровать Хибино и стал разглядывать мужчину. Для того, кто перешёл черту за тридцать, он очень хорошо сохранился. Да, черты лица простоваты, щетина растёт, да и брови смешные, а улыбка вообще отдельная тема для разговора. Она у дядьки всегда широкая, искренняя. По-другому Кафка не может. Всё делает от души, от самого сердца, наверное, поэтому притягивает к себе столько людей. Наверное поэтому притянул к себе Ичикаву. Прямой, простой, непосредственный, упрямый донельзя, но такой открытый и честный, что словно светится изнутри. А народ к этому свету тянется. Даже если этот свет принадлежит человеку, который превращается в кайдзю. Рено протягивает руку к лицу Кафки и почти невесомо касается его оба. Широкий и прохладный. Так и хочется поцеловать. Да уж, Ичикава Рено, ты влип. Влюбился в человека, который старше тебя на десяток лет, да ещё и в мужчину! Вот стыдоба... Конечно, современное общество более терпимо к однополым отношениям, но черт, Ичикава не знал, как отреагирует на его чувства сам Кафка. Он хоть парень простой и прямой, но со своими чувствами и мыслями. Вдруг Хибино его оттолкнет и тогда... Тогда Рено не знал, что делать. Наверное, вернётся обратно чистить остатки трупов кайдзю после битвы, а Кафка и дальше будет работать на передовом фронте и очищать мир от всяких тварей. Но тогда ведь Ичикаве будет совсем трудно без Кафки. Да и сам Кафка тоже пропадёт, он ведь совсем не умеет готовить. Рено до сих пор помнит, какой бардак был в каморке Хибино, когда тот впервые пригласил напарника к себе. Мусор, повсюду пластиковые бутылки и банки и, самое главное, упаковки от быстрорастворимой лапши. Это же просто гадость! Ичикава тогда долго отчитывал Кафку за свинарник в доме и мужчины весь вечер убирались в помещении. А потом Рено закупался продуктами и впервые приготовил для Хибино нормальный полноценный ужин. С тех пор повадились, что Ичикава каждый день готовит еду на двоих. Привык уже, да и рад каждый день видеть улыбку на лице любимого человека. Да, именно, любимого. Настолько любимого, что Рено уже не представлял свою жизнь без Кафки. Они ведь всё это начали вместе - вместе и должны закончить. - Ичикава? - Хибино проснулся от лёгких прикосновений на щеке и протёр глаза - Доброе утро, долго я спал? - Пару часов прошло, - Рено не смог сдержать улыбку, глядя на сонного напарника - Еда готова, пришёл разбудить. - Ох, здорово, - мужчина улыбнулся в ответ - Но я пока не хочу есть. - Что ты... Внезапно Ичикава почувствовал, как его тянут вперёд, а через мгновение очутился на тёплой груди Хибино. Дыхание мужчины было глубоким и размеренным и Рено почему-то не стал отстраняться, а наоборот, устроился поудобнее. Если хочет - пусть прогоняет, а Ичикава потом ничего не скажет и всё так же будет улыбаться напарнику каждый день. Правда улыбаться потом будет тяжело. Очень тяжело. - Ичикава, только не бей меня, пожалуйста, - мужчина зажмурился и резко выдохнул, собравшись, - В общем, ты имеешь право на меня злится и я тебя пойму, но... Ты мне нравишься! Очень сильно нравишься! Только не убивай меня, пожалуйста! - Кафка... - Рено заметил, как Хибино крепко сжал его в объятиях. Наверное, действительно боялся, что светловолосый его ударит. - Знаю, я староват для тебя и мне уже за тридцать, я долго думал, то есть это длится уже очень долго, - быстро стал тараторить Хибино - Я ни на что не гожусь кроме как кромсать кайдзю, но прошу тебя, прими мои чувства! Я ведь... Ичикава не стал дальше слушать мужчину, а просто слегка приподнялся и легонько поцеловал Кафку в губы. - Дядька, ты ведь мне тоже нравишься, - Рено почему-то захотел расплакаться. Голос уже дрожал, возле уголков глаз собрались слезы. Его не оттолкнули, его чувства приняли и дали возможность прорасти вглубь, раскрыться. Ему ответили взаимностью и полюбили в ответ. Это просто сон, а не реальность. Ичикава был по-настоящему счастлив. - Эй, не плачь, - Кафка притянул юношу к себе и теперь уже поцеловал по-настоящему. Глубоко, нежно, стараясь вложить все чувства и ласку. Руки мужчины плавно опустились к кромке домашних штанов и стянули их вниз, оголяя аккуратные, округлые ягодицы. Ичикава поплотнее прижался к Кафке, стараясь ощутить его всем телом. Рено пошире развёл ноги и сам стал раздевать теперь уже своего дядьку. Хотелось почувствовать его глубоко в себе. Хотелось полностью соединиться с ним в одно целое. Жаркие, плавные движения, стоны и вскрики, жадные и страстные поцелуи... Всё это было сегодня ночью. И всё это принесло за собой новый этап жизни для наших героев. Счастливый и полный любви.