Атомик харт РПГ

Каков твой ПУТь? Люди в халатах Так больно - Где моя жена? - прохрипел я из последних сил. — Подопытный ПС-3 все еще жив и способен говорить. Вероятность успеха может увеличиться. — Отлично, что хоть в этот раз нам доставили не труп. - Где моя жена? Боже, как больно. Вздох. — Где я? Холодное помещение. Холодный пол. — Что со мной? Огромный разрез хирургический проходил через всю мою грудь. — Моя рука! Из моей руки торчали небольшие провода и шевелились в разные стороны. Я дернулся, а столы и стулья опрокинуло. Шнуры из моей руки засветились и подобно змеям двигались в разные стороны. Специальным действием открыт навык Телекинез Ур 0 57% Система Путь приветствует Администратора Оценка характеристик Полимеризация 2 П1 нейрополимер «Восход-ПС» Маркировка 673, подвид 78 П2 экзополимер «Ленин» Маркировка 952, подвид 95 Ум 2 Телосложение 4 Синтезирован новый тип полимера Начата процедура интеграции. Интегрирован гравиполимер «Рюкзак» На сетчатку глаза выведены потенциально полезные предметы для сбора. Действительно, теперь разные колбочки были подсвечены красным. Ладно, что случилось. Что, черт возьми произошло? Где я? Было холодно… У больших шкафах до самого потолка оказались трупы. Много трупов. У каждого из них был модуль — Мысль. Такой начали раздавать гражданам в СССР. Эдакая замена телефона, телевизора, компьютера и еще позволяла управлять роботами напрямую. У меня тоже была такая. В конце концов я служил в спецназе до того как оказался здесь. Нам всегда предоставляли самые лучшие игрушки. Провода из моей руки дернулись, а из головы покойного вылетел модуль и жидкость. Теперь я еще стал мародером. Какой кошмар. Такое пренебрежение к телу собрата гражданина. Будучи бывшим военным и на моей работе мне много раз доводилось видеть трупы, но мы же не звери. К гражданам страны с нашей стороны всегда было особое отношение. Капиталисткие буржуазные ячейки и шпионы всегда не отличались моралью. Пленники, взрыватели мертвой руки… Мы не были на уровне Аргентума, там уж была элита из элит, но нас просто так тоже не дергали. Место ко времени нашего прибытия почти всегда было полно трупов. Обычные полицейские, временами гаишники, городской спецназ и даже новобранцы из казарм. Не поймите меня неправильно. Я не винил себя или государство в их смерти. Парни выполняли свой долг, им не хватало навыков вот они и померли. Однако было большое НО. Они выполнили свой долг, не справились, проиграли, но не сдались и сражались за Родину, за безопасность мирных граждан до самого конца. Проявить уважение к их покойным телам — это минимум, который они заслуживали. Я активировал полимонитор для чтения информации. — Власов Алексей Викторович. Приношу свои извинения за мой поступок. Я лично уведомлю руководство и ваших близких о моей ошибке. Покойтесь с миром. Чертова перчатка. Заслужить синюю метку в своей деле за столь неуважительный поступок… Офицеру не пристало допускать таких оплошностей. Пора разобраться в чем дело. Была ли эта ошибка? Меня отправили в морг после клинической смерти на операционном столе? Слова «пуля дура, штык молодец» пусть были архаичны и относились ко временам Империи, но все же мои сослуживцы тоже ловили случайную пулю. У меня хватало знаний в медицине для понимания — редко, очень редко, но такое может быть. При сортировке меня могли отнести к «черным», тем кого не спасти. Попробовали, но сердце остановилось. После направили в морг. Какой-нибудь из ингибиторов мог перезапустить мое сердце, и вот я очнулся. Хорошая история с которой всегда можно будет поделиться с сослуживцами, да и Катька будет счастлива. Может на пенсию уйти? Ну его этот спецназ. Давно пора заделать малыша, а то и двух. С моим послушным списком я не участковым буду, а начальником отдела в полиции или капитаном/майором в армии. Возьму на себя инструктаж и тренировки, зато больше пацанов домой вернется. Я сел за компьютер. Конечно, он был защищен паролем. Этого следовало ожидать. Враг рядом, а кому как не мне знать о его агентах в нашей Родине. Все по инструкции. Молодцы. На моей каталке тоже оказался небольшой чип с информацией. У врачей много пациентов, всех упомнить невозможно, бегать к стационарному компьютеру тоже не всегда возможно, а понимать чем болен пациент нужно. Нечаев Сергей Алексеевич. Поступил 28 января 1951 года. Подопытный П-3. Обширные повреждения головы и тела от взрыва мины. Ожоги второй степени по всему телу. Введены нейрополимеры для сохранения работоспособности мозга, добавлен модуль Восход. Интегрирована система ПУТь. Усиление костяного каркаса за счет сплава СПТ-4 Замена органов на имплантаты и донорство. Подопытный скончался 12 апреля 1951 года. Простите? Нет, я понимаю, подопытный… Ну, с учетом степени ранений и судя по фото я был трупаком. Одназначным. Развороченное тело, не хватало целых кусков мозга. Зла за опыты и попытки спасти себя не держу. Врачи боролись, но не спасли. Обычными методами тут уж точно не справится, вот и решили использовать экспериментальные. Истерик закатывать я не собирался по этому поводу. Хорошо, что хоть пытались спасти. За это молодцы мужики из Академии Сеченова. Символ в отчете дал однозначную информацию о том, где я. Наукоград. Центр науки и исследований всего Советского Союза, да и мира. Единственное, что не мог понять. Я по их мнению помер 12 апреля. Сегодня 28 мая. Я был трупом больше месяца? Как там может быть? Стоп, кто такая Катька? В комнату ворвался робот. Если раньше этого сюрреалистичное зрелище, да и никто бы не понял слова «робот», то в нынешнее время роботы все больше брали на себя простые работы. Все же цель СССР построить идеальное общество. Роботы будут работать, а люди заниматься интеллектуальной деятельностью и руководить. Дойти до конца будет сложно, но мы явно на правильном пути. — Робот, дай знать ответственному, что Нечаев Сергей Алексеевич пришел в себя. Не знаю как, но я жив. Из руки робота ВОВа, да будучи оперативником КГБ я разбирался в моделях, вырвался небольшой клинок. После робот без колебаний ринулся на меня. Почему? Уклоняться от него было довольно просто. Я не собирался его уничтожать, если не припрет совсем уж. Все же государственная собственность. Тем более машина то просто выполняла приказ. Не больше не меньше. Ах, ну да. Академия Сеченова. Объект стратегического значения. Святой Грааль инагентов по всему земному шару. А модуль Мысль у меня уничтожило взрывом. Новый трупу конечно не ставили. Понятно, жестянка приняла меня за преступника. Ладно, попробуем иначе. — Майор КГБ. Код доступа Анима — Четыре — Дробь — Лингвист — Оранжевый — Семнадцать. Деактивировать. ВОВа на мгновение остановился. — В доступе отказано, включен боевой режим. На теле робота засияли красные светодиоды. Болванка явно вызвала подкрепление. Это было проблемой само по себе, но больше смущал неработающий доступ. Я мог бы понять смену кода. Прошло много времени. Коды меняют, это нормально. Однако код прошел, но робот его не принял. Что тут творится? В морге, будем называть вещи своими именами, стало немного тесно после прибытия еще четверых роботов. Теперь ситуация стала серьезной. Моих навыков достаточно для противостояния одному, ну двум. Пятеро? Они покрошат меня в капусту. Странно, но роботы были испачканы кровью или краской краской. Надеюсь, краской. — Проклятье, ну ладно, черти, доигрались. Потом придется столько бумажек писать. Как я люблю эти докладные и пояснительные записки. Орудия конечно никакого не было под рукой. Скальпели и пилы не в счет. Ими повоевать не получится. Этот модуль ПУТь видимо отреагировал на мое желание. Тела каждого робота взлетели в воздух и с силой ударились о землю. Часть была уничтожена сразу, оставшихся я уже смог добить и сам. Собраны ресурсы Блин, это штука как насос собирает все вокруг себя. Ладно, потом разберемся. Я вышел из морга и понял, что все плохо. В коридорах валялись трупы врачей и солдат. Я приблизился к одному из них. Доктору вырвали сердце. Наверно один из роботов, тот с красной рукой. — Живой? Прячься, роботы близко. Тихий шепот от трупа. Галлюцинации? Блядь… — Сука! Ты зомби? — Нет, нейрополимер из модуля Мысли поддерживает функционирование мозга до сих пор. Обеспечивает мозг кислородом и является прекрасной средой для нейронных импульсов. Месяц… Месяц ожидания окончательной смерти. Крутая штука. Молодцы советские ученые. Я быстро взглянул на нашивку на халате. — Твой мать, ты меня испугал, товарищ Зетченко. Ладно, я не понимаю как так может быть, но могу ли я что-то сделать? — Ты… П-3. Как ты жив? Мы думали ты умер на столе. Я сам делал тебе вскрытие прямо перед нападением. — Да уж представь себе мое удивление проснуться в морге. Что происходит? — ПУТь. Или может Восход? Что спасло тебя? Не знаю. — Товарищ, можете объяснить, что происходит? — Роботы… Кто-то захватил модуль контроля над Коллективом 1.0. Кто-то включил им боевой режим. Они стали нападать на всех и игнорировать любые запросы. — Сука… Шпионы мать их, точно америкосы, ебаные буржуи. — Наверно. Мы так и не узнали. Связь заблокирована. Я успел узнать, что начали эвакуацию. Может быть за пределами есть группы выживших. Я так и не узнал. — Я понял. Я могу чем-то помочь, товарищ? — Как тебя зовут, П-3? — Нечаев Сергей Алексеевич. — Зетченко Николай Валерьевич. Товарищ Нечаев, я прошу прощения за все сотворенное нами. Мы творили зло, много зла, но для большего добра. От наших рук умерли сотни, но мы создали протезы, давшие вторую жизнь тысячам. Мы поступили не лучше с тобой. — Я майор КГБ. Я знаю, что такое творить зло во имя добра. — Убей меня, забери полимеры себе, но перед этим дать мне рассказать о тебе больше. У тебя могут быть потери памяти, часть твоего мозга была уничтожена к моменту доставки тела к нам. Нам пришлось заменить недостающее и мозговую жидкость на полимер. Мы вновь собрали тебе скелет и усилили его. Некоторые твои органы были заменены на донорские или имплантаты. У тебя есть необычные силы. Мы считали, ты мог бы получить нечеловеческие возможности. — Я могу двигать предметы с помощью силы мысли, хотя шнуры из моей руки странно начинают вести себя. — Хорошо, блестяще. — Моя перчатки собирает разные вещи, будто высасывает в себя. Модули Мысль из других трупов, части тел роботов. Проклятье, она хочет вытащить модуль у тебя. — Позволь ПУТи действовать так как ему нужно. Я не знаю всех подробностей эксперимента, но мы пытались создать нечто невозможное. — Я жив. Это главное. Если бы я умер и моя смерть помогла бы спасти других людей, я тоже был бы счастлив. — Спасибо. Позвольте мне умереть, товарищ Нечаев. Надеюсь, ты сможешь выбраться из этого беспорядка. Будучи оперативником КГБ мне не раз приходилось убивать людей. В основном предателей, шпионов или преступников. Никогда убивать не было так легко. Эта штука, просто вырвала модуль Мысль и превратила голову в кашу. Собраны ресурсы. — Ресурсы, мать его. Омерзительно было видеть эти строки по отношению к советскому гражданину. Хорошо, достаточно паники. Не хотелось заниматься мародерством, но выбора было немного. Я вернулся в морг. Внутри холодильников было много тел. У каждого с отвращением, но я забрал компоненты. Им уже не пригодится, а я мог выжить и спасти еще кого-нибудь. Я не какой-то зеленый юнец, чтобы позволить себе пребывать в иллюзиях. Тут произошла бойня, и кровь еще не закончила литься. В коридоре были еще тела. Можно ли их назвать живыми? Если я засуну их в холодильник будет больше шансов на сохранение их личности? Проклятье, нужно было спросить… В коридоре осталось еще пять тел докторов. Что ж пора двигаться. У одного из докторов просто отсутствовала голова. Ее будто срезали начисто, но где она? Роботам она не нужна. Хорошо, еще одна загадка. Второй доктор получил удар по голове. На всякий случай я прислушался, вдруг чудесный полимер способен и при таких повреждениях помочь, но нет. Шепоты были только со стороны остальных. — Приношу свои извинения. Даже не мысли, одного согласия было достаточно для захвата компонентов. Третьим, точнее третьей оказалась женщина. Перелом позвоночника и разрушение грудной клетки в обычных условиях гарантировали ее гибель, но я слышал шепот. — Товарищ Ильина, меня зовут Сергей, вы наверно меня знаете как П-3. — Ты жив? Как такое возможно? Твой мозг был мертв. Мы сделали все, но ничего не помогало. — Я очнулся в морге. Буквально час назад. Вы можете что-то рассказать о ситуации? Зетченко сказал, что кто то перехватил контроль над роботами. — Да, кто-то активировал боевой режим. Мы не были готовы. Мы не солдаты, мы ученые. Мы бежали, но нам не удалось спастись. — Я попытаюсь вырваться из комплекса, но мне нужно понять где мы. — Городская больница номер два. Подземный секретный комплекс. — Понятно, мы почти в центре города. Плохо, но ладно. Здесь есть какое-то оружие? — Охрана наверху. Из людей. Их убили первыми. Ударили в спину. Ты должен предупредить академика Сеченова. Коллектив 2.0 нельзя запускать! Или все будет только хуже. — Ясно. Ваше состояние… Товарищ Зетченко попросил прекратить его. Я могу перенести ваше тело в холодильник, это поможет вас спасти потом? — Наверно нет, не знаю. Холод может заморозить полимеры и тогда наступит окончательная смерть. Я хочу подождать. Присоединиться к Коллективу 2.0, увидеть будущее. — Я вас понял, Юлия Петровна. Я постараюсь привести помощь как можно скорее. Я пошел к следующему доктору. Рядом с ним лежал топор. Хоть какое-то оружие. Обнаружен инструмент. Возможно модификация. Стоимость… Улучшение режущей кромки. Создать? Я мысленно соглашаюсь, и шнуры начинают обрабатывать топор. Лезвие становится тоньше, но заметно острее. Какая все-таки странная штука этот ПУТь… — Кто вы? Вы пришли нас спасти? Я быстро осмотрел халат. — Прошу прощения, товарищ Сидоров, но нет. Меня зовут Нечаев Сергей Алексеевич. Вы меня можете знать как П-3. — Понятно, ты пришел убить нас за сотворенное нами? — У меня есть причины вас так ненавидеть? — А как же твоя жена? Впрочем, неважно. — Я женат? — Так ты не помнишь? Это многое объясняет. Видимо даже Восход не смог полностью восстановить твою память. — Мне не нравится ваша манера общения, товарищ. — А мне и без разницы. Я больше ничего не скажу. Вернись, П-3, как найдешь капсулу Воскресенье, после поговорим. — Меня зовут Сергей, не П-3. — Кем ты себя возомнил, П-3. Ты подопытная крыса, не больше ни меньше. Код омега-четыре-два-альфа-тетра-три. Ищи капсулу Воскресенье. Если от этого кода и был какой-то эффект, то я его не заметил. — Я вернусь позже. Без капсулы, но как найду способ получить ответы на свои вопросы. — Неужели Коллектив 1.0 настолько сломан, что даже кто-то вроде тебя способен отрицать приказы! Эта сволочь что-то там еще бормотала, но я уже не слушал. Мне нужно разобраться во всем. Понять, что происходит. После я буду делать выводы. Одна новость о том, что я был женат. Боже как болит голова. Перед глазами мелькали образы красивой блондинки. Дома, в ресторане, в душе, в постели… Я так и не помнил ее. Нет, достаточно пока. Мне нужно понять, как поступить. — Юлия Петровна, можете предоставить ваш доступ к компьютеру? — Ты еще здесь? Ладно, во внутреннем кармане халата должна быть карточка. Она обеспечит доступ. Карточка нашлась. Хоть здесь не было проблем. Я вернулся в морг и запустил компьютер. Смерти, смерти, смерти, смерти и еще больше смертей. Много пациентов со множественными инсультами в мозгу. Несколько были больны каким-то странными болезнями с неизвестными названиями. Их относили к категориям А, Б, В и Г. Моих знаний не хватало, чтобы разобраться в статистических данных, но трупов было слишком много. Сотни. Это здание было перевалочным пунктом перед отправкой в Академию Последствий. Знал бы я еще что это. У меня хотя бы была карта больницы. Лекарства лишними не бывают. В тяжелые времена оружие, еда и лекарства самые надежные друзья. Нечаев Сергей Алексеевич Возраст 28 лет Категория здоровья А Аллергенов нет Болезней нет… Ничего нового. Меня действительно отправили на стол, только мозг отказал. После в морг, а дальше записи прерываются. Наверно как раз и началось восстание роботов. Жаль, но компьютер морга содержал слишком мало информации. Пора было прочесать больницу. *** (предполагается знакомство с ситуацией снаружи, недописано) Осада Наукограда продолжалась уже больше месяца. К городу стягивалась армия, но после первых провалов руководство не стремилось идти на еще один штурм. Пока основной стратегией было сдерживание, как и сокрытие происходящей трагедии. *** Подземный комплекс был полон холодильников. Больше трупов, больше информации, которая была бесполезна для меня. ПУТь обеспечил мне идеальную память, так что я позволил себе почитать все записи. Возможно позже у меня получится разобраться. Благо я нашел местный буфет. Роботов не интересовала еда, зато я был рад перекусить как человек. Булочки с кремом и горячий чай. Идеально. Болванчики не были сами по себе проблемой. На весь комплекс оказалось всего три десятка. Дверь на верхние этажи была открыта, но я пока туда не решался лезть. Я общался с докторами. Многие просили передать весть родным. Некоторые дали свои коды доступа. Очень многие просили их добить. От некоторых я слышал оскорбления и смесь, не свойственную настоящему коммунисту. Обилие привилегий возвысило их эго. Ученые стали считать себя новыми дворянами при СССР. Очередная ошибка со стороны правительства. Ларионова Наталья Владимировна. Девушка что-то знала, но не хотела выдавать секреты. Она лично знала мою жену, даже слышала обо мне от нее. Умная сука, мать ее. И не такие начинали говорить. Из оговорок я понял. Я работал с Академией и жил в пригороде. У меня была жена, которая устроилась и каким-то чудом попала в секретари самому Сеченову. Были ли у них шуры муры? Я не идиот, судя по намекам, то да. Жаль, но я даже не испытываю злости. Мне обидно, меня оскорбляет такое поведение со стороны жены. Такие поступки ожидаемы от буржуев, а не от коммунистов. Однако мне было безразлично. Я не знал о жене и ничего к ней не чувствовал. С точки зрения гордости меня оскорбило поведение, но это лишь условность. Меня больше смущало отсутствие каких-либо воспоминаний о последних годах моей жизни. Я точно знал о своем статусе оперативника КГБ. Я был уверен о некой девушке, хотя попытки ее вспомнить вызывали мигрень. Но детали, детали! Деталей не было. Не было воспоминаний о рутинных днях службы. Не было памяти об общении с другими людьми. Какие приказы я выполнял? Кем были мои друзья? Есть ли у меня родственники. Хорошо, где-то в комплексах должна быть информация. Я найду ее. Жгутики из моей руки подобно змея будто злобно зашипели. Доступно расширение навыка Телекинез Увеличение области применения Я разрешил. Я думал, что собрал много нейрополимера и нейромодулей, но почти все закончились для развития навыка. Зато. Во всей комнате поднялся каждый легкий предмет без особого напряжения. Отлично, теперь стоит подумать смогу ли я усилить свой топор. Он почти не наносил урона телам роботов, кроме суставов, вот их отрывать он вполне годился. Доступно улучшение режущей кромки Применить? Жгутики сноровисто приступили к манипуляциям топором. Для пробы я решил ударить по алюминиевому столу, и к моему удивлению оружие срезало часть стола, будто его и не было. Отлично, теперь можно выйти в большой мир. Лестница, как прозаично. Стоит мне подняться и я покину условную безопасность подземного комплекса. И только черт знает, что меня там ждет? Десятки роботов? Ответы на мои вопросы? Хочу ли я в свете недавних сомнений знать о своей прошлой жизни? Ладно, нечего терять время. Я медленно и тихо поднимался по лестнице. Говорят у страха глаза велики, но иметь не самый лучший опыт настоящих операций только усиливают мой страх. В коридоре никого не оказалось. К моему удивлению даже трупов. Говорящие трупы… Лучше не думать об этом пока. У роботов был слух, точнее, понятное дело, аппаратура для восприятия звуков. Если роботы перешли в боевой режим, то они могли меня услышать. С другой стороны я шумел достаточно, пока был внизу. Так что вряд ли здесь… Опыт. Опыт, сука, не пропьешь! Лезвие из руки нового робота ВОВа пронеслось буквально в миллиметрах от головы. Все же ПУТь отличная штука! Пока летело лезвие, я успел оценить ситуацию и понять - робот повернет клинок. Даже так едва успел увернуться от размашистого второго удара. Роботы не люди, они не колеблются и не тормозят. И мне не стоило лезть к такому в ближний бой. Это модель явно отличалась не только цветом одежды. Гораздо более быстрый, чудовищная скорость реакции, после моей единственной попытки парировать его атаку… Скажем так чувствительность рукам вернулась не сразу. Больше я такой ошибки не совершал.