Бесконечный акт дарения

Фиксай уже целый день ломал голову над подарком. Что ему вообще может понравиться? Точнее что он вообще может предложить? И главный вопрос: почему он отдувается за Линду? Ее крыса - ее проблемы. Но с другой стороны он мог держать язык за зубами, а не опрометчиво все рассказывать, пусть это и вышло случайно. Фиксай обреченно рухнул на кровать. Нужно думать по-другому. Если у него нет ценных вещей, то может пригодятся его умения? Фиксай сразу вспомнил Линду и истребитель, думаю Гарри такое может понравиться. Но план мигом провалился, стоило ему вспомнить, что транспорт одноместный, а учить его всему займет слишком много времени. А что могло бы порадовать его самого? Отпуск? Бамбуль? Лук Батун? Яблочный сок? Плавленный сыр?... Так стоп! Сейчас все это он, к сожалению, никак не достанет и врятли все вышеперечисленное понравится Гарри. А теперь он еще и проголодался и устал. Перевернувшись он уткнулся лицом в подушку. Ему запрещено засыпать в неположенное время, но он же ненадолго ведь? Всего на секундочку глазки прикроет, на пять минуточек приляжет, часик сна никому не навредит. Только он провалился в полудрему, как Норман через общую связь позвал его к себе. Фиксай с неохотой отлип от подушки и со злобой посмотрел на рацию встроенную прямо в стене. "Срочно явиться на мостик"... Интересно, в этот раз его "срочно" это действительно что-то серьезное или он опять пролил свой кофе, а может просто хочет передать ему управление кораблем. По его мнению, нет ничего плохого в том чтобы устраивать своей команде микроинфаркт, приписывая слово "срочно" к любой просьбе. Фиксай встал с кровати и тут же у него заболела голова. Черт, мигрень... Нужно на время перестать думать, а лучше действительно немного поспать. Хах, у Гарри наверняка с "перестать думать" проблем нет. Кстати о нем, интересно где он? Надеюсь он ничего опять не задумал... Парень вышел из своей комнаты и неспешно пошел на капитанский мостик. Как только он вышел из каюты, то заметил проходящего мимо Гарри. Он уже хотел зайти обратно, наплевав на всю срочность, но было уже поздно. — Привет, Фиксай, а я тоже к Норману иду, — парень сначала миловидно улыбался, но затем хитро ухмыльнулся и добавил — угадай зачем. — Надеюсь не о недавнем происшествии. — Почему ты, вообще, так об этом беспокоишься? Напомню, это "происшествие" не твое. Для чего ты так старательно пытаешься помочь всем и вся, милашка? Последнее слово было произнесено с ощутимым сарказмом, но Фиксай все равно немного смутился... Придурок. Он закатил глаза и ответил: — Ладно, можешь не отвечать. Плевать. И мне кстати не к Норману, я пошутил — парень быстро удалился подмигнув напоследок. Фиксай сначала даже и не понял что произошло, просто стоял в коридоре и смотрел на то место, где раньше стоял Гарри. Черт, как можно быть таким Необычным и эмоциональным идиотом? Но его мысли и втыкания прервал голос сверху: — Повторяю, первый помощник Фиксай, срочно явиться на капитанский мостик. Парень глубоко вздохнул и с досадой задумывшись о том зачем же он когда-то устроился на эту работу, поспешил в центр управления. В комнате прямо витало напряжение. Джессика старательно делала вид, что все хорошо, но Фиксай, своим профессиональным взглядом заметил как у нее трясутся руки. Сглотнув, он подошел к капитану. — На приветствие нет времени — Норман посмотрел на Фиксая, он был как никогда серьезен — я не стал объявлять по громкой связи, но у нас неисправность в реакторе. Он отвел взгляд, начав смотреть в космические пустоши. Черт, да как он может оставаться таким спокойным?! Еще и на управлении концентрироваться, пока он еле-еле держит лицо перед начальником, а не матерится на весь корабль. — Я не смогу вызвонить Марка, будь он неладен — он зло цыкнул и сильнее сжал руль — срочно беги вниз, проверь что там твориться. Датчики просто с ума сходят. — Поторопись, и если встретишь Марка, дай ему пинка от меня. Видимо Норман проявляет свой страх через агрессию, будь он на его месте, то давно бы уже избил весь экипаж и доломал корабль окончательно, хах, хотя он сейчас кажется и так близко к этому... Главное, успеть, главное успеть. Прямо сейчас от него зависят судьбы его сокомандников. Черт! Осознание ответственности слишком резко легло на его плечи, отчего он запнулся и чуть не упал. Наконец добежав, до реактора, он, опершись на колени начал восстанавливать дыхание, но закашлялся от дыма. Мгновенно он закрыл рукой лицо и осмотрел задымленное помещение. К сожалению или счастью он не инженер и ничего сделать не может. Отойдя подальше он нервно вздохнул и побежал обратно, доложить об обстановке. Адреналин постепенно сходил на нет, бежать становилось сложнее, а волна паники накрывала все сильнее. Еще и сигнализация, чудно. Надеюсь, по дороге никого не встретит, объяснять в чем дело – непосильная задача для его затуманенного разума и горящих легких. Пробегая мимо общей комнаты, Фиксай мельком заметил Гарри, пытающегося выбить дверь в комнату Марка. Одной проблемой меньше, отлично. Добежав до капитанского мостика, он уперся в закрытые двери. Это немного привело его в чувства, Фиксай хотел уже было постучать по стеклу, мол, что за херня, но быстро понял, что Джессике с Норманом явно не до него. — ...На слишком массивная, у нас не хватает тяги! — Норман, с таким усилием тянул руль на себя, что казалось, он вот вот отлетит. Хотя это, наверное, было бы меньшей из бед, по сравнению с, мать его, дымом! И похоже, токсичным дымом. Зажав нос рукой, он понял, что уже достаточно вдохнул, дыхательные пути были порядком раздражены. Наверное поэтому он так устал от пробежки по всему кораблю. Бежать за кислородными масками уже нет смысла, он все рано не успеет. Черт, он не собирался сегодня умирать, он еще многое в своей жизни не решил, даже какой подарок будет дарить Гарри (хотя, наверное, подарил бы...). О нет, началось, он начинает бредить. Последнее что ему хотелось, так это помирать с мыслями об этом придурке. Фиксай обессиленно начал сползать с дверей, прижимаясь к ледяному металлу, желая подольше остаться в сознании. Конечно, он знал, что это небезопасная работа, допускал мысль, что может случиться то что происходит прямо сейчас, но искренне верил, что его это не коснется. В такие моменты говорят, что вся жизнь проносится перед глазами, но он видел лишь тьму, свое вероятно, будущее. Не было даже особого сожаления, он не вспоминал маму, своих друзей, родную планету, лишь с досадой подмечал, что становится все жарче, а металл подо лбом совсем не остужает. — Мне страшно... — где-то далеко произнесла Джессика. — "Мне тоже" И провалился в небытие