Клетка

Раскаты грома прозвучали совсем рядом. Селин вздрогнула, однако даже не отпрянула. Грянул сильный ливень, и вся ее одежда постепенно намокла. Несмотря на то, что совсем скоро ее светлое платье превратится в тряпку, которую придется несколько раз выжать, Селин шла вперед.  Слезы катились с ее лица, но девушка не тревожилась о том, что кто-то узнает об этой мелкой неприятности: ливень смоет все на своем пути, а гроза убьет тех, кто должен умереть.  Чувства сначала были такими жгучими и несмываемыми, как что-то липкое и твердое, как смола или канифоль, и люди боятся, что они останутся с ними навсегда, и от них нельзя будет очиститься. Однако, сейчас они все исчезли. Словно их и не было, растворились в воздухе. О присутствии этой невыносимой боли, которая резала сердце Селин все это время, напоминала легкость и ощущения пустоты, словно то, что тебя так долго беспокоило, наконец убрали.  Опять гроза. Может она унесла эту боль, что ей пришлось пережить за все это время.  За деревьями показался знакомый силуэт. Человек в черном плаще не торопясь, двигался к ней навстречу. Еще пару шагов, и Селин сможет рассмотреть его лицо. Эту бесчувственную ухмылку. Она принадлежит ему, она вещь, и с ней не стоит церемониться.  Темные глаза по прежнему блестели на его лице. Девушка остановилась. Это конец, и она сделает шаг навстречу ему.  Еще шаг, и она чувствует, что кто-то хватает ее за плечо. Хватка не сильная, но она с легкостью узнает ее. Ее нос едва улавливает аромат знакомого парфюма с запахом грейпфрута и мяты.  Девушка ахает, поворачивая голову. Ее сердце бьется быстро-быстро.  Она останавливается, и мужской силуэт в кустах тоже. Тот, кому изначально было нужно доверять. Но сейчас было поздно.  Ее самая большая ошибка была остаться с ним, и поверить не тому человеку.  Она поворачивается к нему. В темных глазах застыла боль и сожаление. Она пожалеет об этом. Селин говорит об этом вслух, но парень лишь качает головой. Его рука гладит ее по мокрым волосам, по промокшему платью, с такой нежностью и любовью, и от этого щемит сердце. Она окончательно сошла с ума.  —Не делай этого. —Испуганно шепчет девушка. Однако парень ее не слушает. Он не понимает всей опасности. Он убьет сначала его, потом ее, потому что она не слушала его. —Я просто не могу уйти. Мне безразлично все вокруг. Я хочу быть с тобой.  —И я. И я. —Пробормотала Селин, бросаясь в объятия парня, который держал ее так крепко, словно мог в любой момент потерять ее.                                  ***                          Играла веселая музыка. Селин всего на секунду прикрыла глаза, и вот, она уже в пустом зале, и ее тормошит за плечо ее куратор Жорж и по совместительству парень из совета обучающих, кто контролировал как все танцуют вальс.  Селин громко зевает, оглядываясь по сторонам. Какой же чувственный сон ей приносился. А особенно тот поцелуй с незнакомцем. Ах, будь у нее такое в жизни, она была бы на седьмом небе от счастья. Она бы с удовольствием повторила. Но вряд ли такой человек найдется. Она не помнит ни лица, ни голоса. Да даже запаха не помнит, хотя во сне ей казалось, что от него пахнет что-то вроде: «Bleu de Chanel». Они с подругой часто ходили по парфюмерным, и брызгали друг в друга мужскими духами, представляя, как их идеальный тип парня будет пахнуть так.     —Даже жалко было тебя будить. Такое мечтательное выражение лица. Почему засыпаешь?  —Опять мой напарник не пришел. У меня есть право поспать. Я уже устала учиться.  —Такова участь всех людей, кто учится в этом университете. В мое время я вообще не вылезал из-за учебников. У меня было почти по 90 баллов по всем предметам. —Вздохнул Жорж. Селин бросает раздраженный взгляд на парня. Он невыносим. Снова хвастается, хотя тема даже не шла о том, какие у кого оценки. —Ясно. А меня скоро может отчислят. —Огрызнулась Селин, и, взяв сумку, быстро помчалась в сторону выхода, под озадаченным взглядом бывшего отличника Жоржа. Селин редко огрызалась на других. Ей уже осточертело вся эта обстановка. Хотелось чего-то нового, помимо бесконечного сидения за ноутбуком и тетрадями. В этом году она пишет диплом, и ее одногруппники предложили символично станцевать вальс. Селин не знала, как выглядит ее напарник. Он был вообще из другой группы. Она писала ему, но тот был в сети месяц назад. Вот бы она танцевала вальс с тем парнем из сна.  У нее уже началась лекция, и Селин туда сильно опаздывала. Лекция была по самообороне, и непонятно зачем этот предмет существовал на последнем курсе, однако преподаватель по нему был молодым и требовательным. Селин не удалось пока что с ним столкнуться, так как семестр только начался.  Быстро прокравшись в лекционный зал с задней двери, девушка уселась на последнюю парту. На удивление, ряды были полны, и в основном именно студентками, которые перешептывались.  Увидев впереди знакомую спину друга и по совместительству соседа по съемной комнате, Селин устремилась туда. У Чонина была близорукость, и он садился на передние ряды.  Молодой преподаватель что-то писал на доске. Селин невольно уставилась на его красивый подкаченный силуэт. Понятно, почему посещениями балуют. Рубашка хорошо облегала рельефную спину, и была заправлена в обтягивающие брюки.  Тут было на что посмотреть.  Будто почувствовав, что на нее смотрят, преподаватель обернулся, и встретился взглядом с Селин. На ее щеках моментально вспыхнул румянец. Холодный взгляд задержался на ней не дольше пары секунд.  Селин подумала, что сейчас будут упреки по поводу ее опоздания, однако их не последовало. Мужчина продолжил вести пару.  —Я испугалась. —Селин села рядом с Чонином, который что-то строчил в тетради. —Думала сейчас меня выгонят.  —Ой, да всем все равно. Особенно господину Ли. Он еще ассистент. Он молодой и понимающий. —Чонин поправил очки.  Селин вновь посмотрела на преподавателя. На нем тоже были очки, но они сидели намного более провокационно.  —Ты прав. —Селин притянула к себе тетрадь, и принялась тоже писать лекцию. Господин Ли объяснял очень хорошо, но учеба никак не шла в мысли девушки.  От самообороны тут была всего доля, в основном, Ли приводил примеры преступлений, а затем рассказывал о том, как защищалась жертва и подробно разбирал. Все примеры он словно бы брал из головы, и было интересно, но дома было много проблем, долгов, и Селин неизвестно чего боялась. Еще этот сон оставлял после себя неплохой осадок. Ей бы очень хотелось вступить в отношения, но они никогда не увенчивались успехом.  —На этом все. Почитайте литературу, которую я вам дал, и напишите реферат на некоторые темы. Есть шанс получить дополнительные баллы. Если, конечно, тема достанется хорошая.  Все быстро разобрали предложенные темы, которые предложил ассистент.  —Стой! —Чонин ухватил Селин за толстовку в коридоре, когда та уже вышла из кабинета.  —Ай. Что такое? —Девушка обернулась на парня, который тревожно смотрел по сторонам.  —Ты не забыла?  —Да, сегодня я не приду ночевать. Спасибо, дорогой друг, что так рад видеть меня дома. —Саркастично сказала Селин. Их отношения с Чонином уже давно вышли за рамки дружбы. Они были друг другу как родные, целых четыре года прожив под одной крышей. Сначала они снимались очень скудное жилье, пока не устроились на работу. Селин могла бы жить с родителями, но она предпочитала бы не видеть квартиру, где в ванной порезал вены ее младший брат.  Родители были для девушки уже не крышей над головой, а напоминанием о том страшном дне, который она старалась забыть.  —Ты сама понимаешь.  —Только занимайся потише. А то соседи придут. —Напомнила девушка. —Тэин, да? Вы снова помирились?  —Это была глупость, а не ссора. —Улыбнулся Чонин, во все тридцать два. —Я пошел!  —Даже не спросил где я переночую. —Грустно пробормотала девушка. Но на этот счет у нее были планы. Она работала администратором информационно-архивного центра. Неоконченное юридическое образование ей в этом помогало.  —Студентка? —Окликнул ее ассистент. Девушка обернулась, вновь встречаясь взглядом с мужчиной. Так как это была последняя пара, за окном уже темнело, и его взгляд было немного зловещим. Хотя, может Селин показалось. —У вас незачет был по моему предмету в прошлом году?  Селин пробормотала что-то невнятное, вжав голову в плечи. Ей было некомфортно. Она не хотела, чтобы ее ругали за долги. Ее брата Питера тоже ругали родители…  —Чего? —Немного с раздражением переспросил господин Ли. Его уже начала раздражать медлительность этой девушки. Ему в принципе не симпатизировали люди, ведущие себя так.  —Да. —Селин осталась стоять, смотрев на господина Ли. Его четко очерченный подбородок дернулся, словно она ему не нравилась.  —Ясно. Надеюсь, в этом году не будет проблем. Я ваш семинарист. Не думайте, что будут поблажки. —Девушка прищурилась, глядя на преподавателя. У нее начала невольная просыпаться неприязнь к нему.  Но ответить она ничего не могла.  Селин была очень терпеливым человеком. Со всеми терпеливой и удобной. Если ее что-то не устраивало, она почти не показывала это.  Господина Ли это наоборот лишь только разозлило еще больше. Он увидел перед собой мямлю: человека, кто будет лицемерить и шаркать ножкой по паркету, в ожидании хорошего отношения. —Хорошо. —Покорно ответила девушка.  —Так и будете стоять? Вы мешаете мне пройти. Селин растерянно посмотрела на человека, силуэт которого постепенно размещался вдалеке коридора.  Что она сделала такое, чтобы грубить ей? Хотя, она уже привыкла, что она мало кому нравилась из-за своей нелюдимости и угрюмости.  Вздохнув, девушка покорно отправилась на работу.  Чонин в последнее время часто просил девушку не ночевать дома. И если девушка мешкалась, он негодовал. Привыкшие, что Селин всегда идет на уступки, никто из окружения девушки не ждал отказа от девушки.                                 *** Минхо пришел в офис уставший злой и голодный. Работа «под прикрытием» для детектива отнимала много сил и нервов. Преподавание было не его стезей, и он лишь ждал, когда наконец сможет перестать работать на этой работе.  Под конец дня он срывался на всех людей, и не мог ничего поделать со своей вспыльчивостью.  Он уже пожалел что сорвался на той бедной девушке, которая выглядела года на три младше своего возраста, и среди сверстников сильно выделялась, шарахаясь от каждого шороха. Пусть она и боится всего, Минхо тут не при чем. Может и не стоило ее еще больше пугать. Ли быстро раскаялся, надеясь потом подкрутить ей баллы, если еще не уволится.  Его младший помощник Хан Джисон уплетал пончики вместо того, чтобы работать над рабочим отчетом.  Минхо кашлянул у него прямо над ухом, и Хан чуть не свалился со стула.  —Думаешь, раз ешь это…—Минхо бросил красноречивый взгляд на ярко-розовые пончики с посыпкой. —То значит станешь настоящим полицейским? Не смеши мой пистолет. Пиши.  —Я уже все написал. —Жалобно сказал Джисон, увидев, что Минхо снова не в духе. —У меня маленький перерыв был. Вот, посмотри, в принтере лежит. Погоди, последняя страница допечатается! —Младший помощник обращался к нему на «ты», потому что за их работой была еще и долгая дружба. Хотя Ли и разделял работу и личную жизнь, Хану он позволял быть исключением.  Минхо присмотрелся, и увидел что на принтере лежит аккуратная стопочка новенького отчета.  —Ладно. Иди домой. —Зевнул Ли, махая рукой на Хана.  —Спасибо. Спасибо! Спасибо!!Оставить тебе пончики?  —Убери это мерзкое блюдо. —Покачал головой Минхо.  —О, ты у нас почтенный бублик? —Улыбнулся Хан. Он вздохнул, задумчиво притягивая к себе свое «денди-пальто» кротового цвета. —Я уже жду, когда можно будет прижать этого гада. Устал возиться с бумагами.  —Лучше бы ты молчал. —Возмущенно сказал Минхо, намекая на то, что он тут страдает больше всех.  Джисон испарился быстро, оставив Минхо с кучей бумаг. Они работали над этим делом целый год. И снова и снова Май загонял их в тупик, издеваясь над ними.  Прозвище  Май маньяк получил неспроста. Каждый год, в любой день мая совершалось жестокое ритуальное убийство. Уже четырнадцать лет подряд. Один и тот же почерк, похожие жертвы. В прошлый раз он крупно запорол это дело. Но в этот раз Минхо подошел к этому делу со всей серьезностью. Устроился туда, где по прогнозу психолога-криминалиста должно произойти следующее убийство.  По предположению, это был мужчина, так как женщина была не способна на такие жестокие убийства. Что было странно, жертвы были схожи: худощавого телосложения, среднего роста, однако пол был разным. И кто будет в этот раз: женщина или мужчина, Минхо не знал.  Отложив документы в стороны, Минхо расстегнул пуговицы от рукавов рубашки, приподнимая ткань до уровня локтя. Ему предстоит сделать большую работу, чтобы отметить некоторые точки на карте расследования. Спустя несколько часов болела шея и все тело ужасно затекло. Если бы Минхо не занимался в зале три раза в неделю он бы точно сошел с ума от такой сидячей работы. Этот год был полон ею, так что ему уже не терпелось выйти на этого маньяка. Он любил свою работу, а особенно любил отгадывать загадки. Он мог бы пойти домой, чтобы быть свежим к завтрашней первой паре, но Минхо не мог оставить все так. Ведь время поджимало, а весь год они брали мелкие дела, что оставить большое дело на потом. Как он мог потерять документы по тому, какой была первая жертва? Не то чтобы мужчина отличался сильным педантизмом, но у него был относительный порядок. И Минхо решился отлучиться в архивный центр, чтобы получить информацию о самой первой жертве.