I
6 августа 2024 г., 11:44
Примечания:
Редактура ещë проводится.
По правде говоря, он не хотел называть их первую встречу «ошибкой». Она была прекрасна, несмотря на старую корчму, в которой они встретились, холодный вечер ранней осени и пару пьянчуг, которые знатно подпортили тогда настроение.
В тот раз он не хотел никого видеть, было желание лишь поесть да завалиться в кровать (неудобную, жëсткую, но кровать), прямо не снимая чёрного дорожного плаща. Последние несколько проведëнных в дороге дней давали о себе знать усталостью и лëгким дискомфортом во всëм теле, так что попавшаяся на пути деревенька была очень кстати. Не очень большая, но с корчмой, хоть и старой на вид. А Вэйюю больше и не надо было.
В ожидании своей еды, он сел за свободный стол у окна, игнорируя косые взгляды с шепотками, и увидел его. В дальнем углу зала сидел человек, который никак не вписывался в это место: одежда светлая, на вид лëгкая и явно дорогая. Даже плащ белоснежный. Фигура тонкая, элегантная. Аристократичная. Жаль, лицо было капюшоном закрыто и с такого расстояния рассмотреть его не представлялось возможным. На столе же находился только стакан с вином, судя по цвету.
Пока Вэйюй рассматривал незнакомца, шёпот за соседним столом усилился, переходя в громкий разговор, а после какой-то пьянчуга вскочил, продолжая вести диалог со своим окружением в виде двух мужиков. Простые крестьяне, одеждой и внешностью непримечательные, разве что у вскочившего был шрам через левый глаз, далёкие от этикета и высокой культуры, вели спор, который, похоже, касался самого ведьмака.
— Так я вам говорю: таким выродкам не место в нашей деревне!
Его собеседники были согласны, это читалось по их взглядам в сторону мутанта, однако так открыто об этом не заявляли и неохотно пытались утихомирить разбушевавшегося друга, а тот ни в какую не хотел садится.
— Да этот богопротивный на нашу деревню беду накличет! Нам проблем мало?
— Сейчас по твою голову проблемы будут, мать твою. Сядь уже.
Вот только пьянчуга оттолкнул от себя одного из компаньонов и с фразой «Я вам сейчас покажу, как с такими обращаться надо!» двинулся к Мо Вэйюю, слегка пошатываясь. Вступать в конфликт не хотелось совсем, особенно, когда это грозит лишением ночлега. Но хозяина не видно, он, вроде, в погреб ушёл, так что преподать урок этому чокнутому Мо успел бы, а с другой стороны людей немного, наложить аксий дело пары секунд, вот только, пока Вэйюй предавался размышлениям, незнакомец в белом подал голос:
— Уважаемый, если Вам так хочется затеять драку, то прошу выйти на улицу. Не надо портить вечер другим.
— Тебя забыл спросить, что мне и где делать! Сиди там в углу и не высовывайся! — крестьянин был изрядно выпивший: покачивался, на ногах держался еле-еле, а говорил запинаясь. В момент, когда он хотел схватить ведьмака за плечо, Мо уже был готов выполнить привычное движение рукой и обездвижить пьяницу несложным захватом, однако перед его лицом мелькнули белые ткани, а со стороны пьяницы послышался вскрик, и в считанные секунды тот оказался на полу.
— Ты что творишь! Думаешь, помог сыну старосты и теперь честных людей избивать можешь?!
— У нас с вами разнится представление о честном человеке.
Капюшон с головы слетел, открывая вид сперва на чёрные длинные волосы, собранные в высокий хвост элегантной золотой заколкой в виде ивовой лозы, а после — на лицо. Кожа бледная, молочная, скулы острые, глаза вытянутые, нос прямой, губы тонкие, аккуратные, а на аккуратных ушках вдобавок виднелись маленькие золотые серьги. От открывшегося вида ведьмак даже потерял дар речи. Человек перед ним походил на эльфа: высокий, стройный, красивый, разве что уши заострёнными не были. И на этого богоподобного какой-то пьяница из захолустья замахивается. Ну уж такого Мо Жань допустить не мог, что вынудило его встать.
— Лучше послушай его совет и сгинь с глаз моих, — одной рукой ведьмак перехватил удар, а другой всё же наложил аксий. Конечно же, пьяница повиновался, это, в свою очередь, возмутило друзей крестьянина.
— Он… Он… Он околдовал Гослава! — свалился со стула один из посетителей.
— Покажем ему!
Видят Боги, Мо Жань хотел этого избежать, но, похоже, ему придётся сегодня испачкать руки в крови. Вот только хозяин корчмы вернулся раньше, чем драка началась.
— Вы что тут устроили?! А ну пошли вон! Пьянчуги проклятые…
Объяснения Мо Вэйюя он слушать не стал, так что ведьмака всё же грубо вышвырнули за порог, не вернув оплаты, а ведь взял вдвойне! Мол, Мо Жань — нелюдь! А на территории Редании к ним ныне отношение не очень-то положительное. Но более поразительным было то, что красавца в белом выставили тоже, хотя, по наблюдениям ведьмака, таких господ всюду холили и лелеяли, ведь те могли отсыпать знатное количество крон. Но для размышлений времени нашлось немного — следовало придумать, где можно было бы переночевать.
Вэйюй встал и отряхнул штаны от песка, сзади доносились проклятья в его сторону от пьянчуг, а слева от него пытался подняться обладатель белых одежд. Первым делом Мо Жань подошёл к нему.
— Спасибо за то, что вступились, но это того не стоило, — сказал ведьмак, помогая человеку встать.
— Не принимайте на свой счёт, просто раздражает подобное поведение, — ответил он, прокашлявшись. Видимо, песок в рот попал, но даже так он выглядел восхитительно. А аромат яблоневого цвета, который теперь не перекрывали запахом дешëвого алкоголя и теперь в котором чувствовались нотки и других трав, буквально заставлял слюнки пускать.
— Но всё же. Можно узнать Ваше имя? — в ином случае Мо Вэйюй бы не любезничал, но с этим человеком хотелось. Хотелось произвести впечатление не на бесчувственного охотника на чудовищ, а простого порядочного человека, что было странным для Мо.
— Можете звать меня Чу Ваньнин.
— А титул?
— Титул? У меня его нет.
«Этот красавец — безродный? Да быть того не может! Хотя это объясняет отношение к нему среди крестьян… А если от него отреклись? Но за что тогда? Не пойму… Да и не моё это дело…» — Мо Жань настолько сильно погрузился в свои мысли, что не сразу понял, что Чу Ваньнин задаёт ему вопрос.
— С Вами всё в порядке? — с недоверием спросил Ваньнин.
— А, да. Я Мо Жань, — улыбнулся ведьмак. — Приятно познакомиться.
— Взаимно…
По лицу Чу Ваньнина было сложно сказать, о чём он думал, но болях недоверия ощущалась ярко. Сомнений, на кого оно направленно, у Вэйюя не возникло: пьяницы к тому моменту уже разошлись. И вряд ли у него получится обратить данное обстоятельство в сложившейся ситуации. Следовало попытать удачу завтра, но внутри что-то грызло и твердило: «Завтра уже шанса не будет». Однако сейчас особо вариантов не было, да и проблема с ночлегом всё ещё не решена.
— Ладно… Вынужден с Вами проститься, уважаемый Чу Ваньнин. Из-за этой передряги я остался без ночлега, — неловко почесал затылок Мо Жань, — Вы не знаете, есть поблизости другая деревня с постоялым двором? Желательно, недорогим.
Собеседник на пару секунд задумался и сказал:
— К западу отсюда есть река. Если идти по течению, то Вы должны прийти к рыбацкой деревне около озера. Но до неё пол дня пути на лошади… — на лицо Ваньнина легла тень сомнения.
— Да, далековато… Но спасибо. — Вэйюй двинулся в сторону стойла, где пребывала одна единственная лошадь. Гордый вороной конь с именем Бугуй был верным спутником в скитаниях Мо, без которого нельзя было бы представить путешествия ведьмака. Потрепав гриву лошади, Мо Жань начал снаряжать коня в дорогу. Ночка предстояла долгая.
Обладатель белых одежд всё ещё стоял в раздумьях, когда ведьмак уже собирался выезжать со двора. Но Мо Жаня всë же окликнули:
— Подождите! — Чу Ваньнин мялся и ему явно было неловко, хоть по лицу того сказать было и нельзя. — Не знаю, будет ли это уместно, но ты мог бы переночевать у меня. Возможно, если бы я не вмешался и не привлëк столько внимания, конфликт с Гославом удалось бы решить более мирно. Императорских покоев я не предоставлю, но место для сна найду.
— Хорошо, я согласен! — улыбнулся ведьмак, спрыгивая с лошади. На самом деле, он перестал вникать в слова уже после предложения переночевать в доме Чу и всë остальное время благодарил богов за встречу с этим красавцем. Но не говорить же ему самому об этом, верно?
— И где твой дом находится?
— Дальше к лесу.
— Отлично! Веди!
Дорога предстояла недлинная, так что было принято решение преодолеть данное растояние пешком. Мужчины шли бок о бок, а Бугуй не спеша брëл следом. Путь был не особо долгим, но достаточно продолжительным для того, чтоб узнать друг друга поближе. Как оказалось, сам Чу Ваньнин поселился в деревне не так давно: всего месяц назад. Да и произошло это спонтанно, а до того момента мужчина странствовал, нигде надолго не задерживаясь. Он немного разбирался в травах (до великого алхимика было далеко, но какую-то хворь вылечить мог), да так совпало, что его прибытие попало на болезнь сынишки старосты. Своего травника у них уже не было: тот перебрался в город, а простые крестьяне слабо разбирались в особенностях работы со многими ингредиентами. Ваньнин же не мог пройти мимо болеющего мальчика, так и задержался сперва на неделю, пока парнишку на ноги не поставил, после и девушка какая-то захворала, пришлось остаться на ещë одну неделю. А потом и определили Чу в дом прошлого травника. Тот отшельником был, в деревне появлялся только по делам, вот и дом от других в стороне.
Вэйюй же вспомнил историю, после которой среди своих знакомых прослыл «Наступающим на бессмертных». Ситуация тогда вышла забавная, так что рассказать еë Мо Жаню показалось отличной идеей.
— Выслеживали мы тогда с моим другом стаю фледеров. Они повадились набеги устраивать на поместье тамошнего барона. Поблизости оказался склеп, где предков барона хоронили. Он под землю уходил, добротный такой. Да вот за ним давно не ухаживали. Ну так я и провалился в логово этих тварей. Вот фледеру подо мной и не повезло напороться на меч. Мне тоже сложно пришлось — их там тьма развелась. Но отделался парой шрамов, так что повезло.
На протяжении всего рассказа Чу Ваньнин не перебивал и задумчиво слушал. На лице его до сих пор читалось напряжение. Он был так близко, но мыслями так далеко, и Мо Вэйюй это чувствовал. Ведьмак коснулся пальцев спутника, возвращая того в реальность.
— Так с твоим другом что произошло? — чуть заторможено продолжил разговор мужчина, отдëргивая руку. Это немного огорчило Мо.
— Да живой, — отмахнулся ведьмак, переводя свой взгляд наверх. — Небо сегодня особенно красивое…
Резкая смена темы немного отрезвила Ваньнина, и он поднял взгляд, смотря наверх. Небо и правда выглядело волшебно. Ни единого облачка, яркие звëзды словно жемчуженки, рассыпанные по чëрной скатерти, и такая яркая луна… И почему Чу раньше не замечал этого?
— И правда…
Мо Жань обрадовался, увидев возникшие искры во взгляде собеседника. Хотелось сказать, что глаза Чу Ваньнина в сто раз очаровательнее этого неба и звёзд. Но нельзя. Вэйюй не мог понять природу возникшего влечения и подобных желаний. Нет, он не был бесчувственной тварью, коими обычно и считали ведьмаков. Ему были симпатичны и некоторые девушки, и парни. Да взять даже Ши Мэя — тогда ещё подростка, что учился в школе ведьмаков с Мо. Жань был твёрдо убеждён в том, что влюблён в Ши Минцзина, но те взращëнные годами восхищение и привязанность даже в подмётки не годятся тем чувствам, что вспыхивали в груди при взгляде на Ваньнина. А ведь знает он его от силы час!
Другое такое золотце найти было невозможно, Вэйюй в этом уверен: добрый, тихий и до невозможного прекрасный. Немного скрытный и неразговорчивый (ну объяснить это было возможно — люди редко доверяли ведьмакам с первого взгляда, даже вернее сказать «никогда»), но Мо Жань надеялся это исправить. Наверняка в округе найдëтся пара другая чудовищ, так что ведьмак планировал чуть-чуть попользоваться гостеприимством и задержаться у Ваньнина на несколько дней. Но это планы, а пока Мо Жань наслаждался обществом этого прекрасного человека.
— В теме созвездий я осведамлëн плохо, но кое-что помню из рассказов матушки. Вон то скопление звëзд, которое на ковш похоже, — Мо указал рукой на небо, — на моëм родном языке называется Бэйдоу. А звезда в основании «ручки» — Юйхэн.
— Красиво звучит.
— Твоë имя тоже красивое. Откуда ты родом? — не прекращал ведьмак попыток узнать о своëм спутнике побольше: имя звучало и правда необычно для этих земель.
— Я сколько себя помню всегда путешествовал. Сперва с дедом, после уже один. Он говорил, что мы с востока. Но больше ни слова, — пожал плечами Чу.
Спрашивать, что произошло с дедом, было бессмысленно — Мо это понимал. Но почему тот даже не сказал, откуда Ваньнин родом? Люди старшего поколения дорожат корнями, даже если большую часть своей жизни проводят в путешествиях. «Может, и правда дворянин? Если от него отреклись, а дед вступился и попал под горячую руку, то это объясняет умалчивание. Правды узнать не получится в любом случае, раз он не помнит…» — мысли о происхождении сокровища перед ним всё не давали Вэйюю покоя. Не хотелось обнаружить, что это сын какой-нибудь очень важной шишки при императорском дворе, за которого могут и казнить.
— И где ты уже бывал?
— Во многих местах на самом деле, но не думаю, что ты захочешь слушать.
— С чего ты взял? Я с удовольствием послушаю.
О своих путешествиях Ваньнин рассказывал с упоением и намного раскрепощëнней. Про природу и достоинства Туссента Чу вещал с особым трепетом, выделяя и теплоту климата края вина. А вот холод травник, по всей видимости, не жаловал. Даже сейчас в плаще он ëжился лишь от небольшого дуновения ветра. Первым же делом по приходу нужно будет Ваньнина обогреть. И достать ему более тëплый плащ в обозримом будущем.
В такой атмосфере они и дошли до места жительства лекаря. Домик и правда оказался небольшим, чуть покосившимся, но на вид приемлемым для проживания. Рядом была небольшая пристройка. Возможно, стойло, которым Чу Ваньнин не пользовался. По крайней мере, это решало вопрос о пребывании Бугуя.
В доме был лëгкий беспорядок (хотя «лëгким» назвать его было тяжело, несмотря на все старания ведьмака): на столе, что встречал в прихожей, были разложены травы и стояла одинокая, почти догоревшая свечка, которую сразу Мо Жань поджëг игни, на полу расположились коробки со всякими склянками и какие-то мешки, около стены стояла лавка, также усыпанная разными вещами, в дальнем углу таз на небольшом столике и медное зеркало, а рядом бочка с водой. На полках расположились книги, баночки с разными порошками, ступки с пестиками и слой пыли. Справа была небольшая печка, над которой, судя по всему, сушились пучки трав, а сбоку находился проход во вторую комнату. Там картина особо не отличалась: всë те же мешки, ящики. Сундук, по всей видимости, с вещами, кровать и без того небольшая, так ещë и усыпанная книгами. С противоположной стороны от входа в спальню был проход в, как Мо предполагал, купальню, но заходить туда Вэйюй пока не стал. И всë пропахло цветами яблони.
— Прошу прощения за беспорядок. Гостей у меня не бывает, а вещи от предыдущего жильца я перебрать ещë не успел.
— Да не страшно, всë хорошо, — ведьмак снял со спины мечи и оставил их в ближайшем свободном углу.
— Я пока воду нагрею.
— Да, а я с Бугуем разберусь.
Конь стоял около пристройки, тихонько пощипывая травку, и никуда уходить не собирался. Необходимо было снять седло и упряжь со шпорами. А также привязать четвероногого друга, на всякий случай. Ведро для воды тоже нашлось, старое, но целое. Заняло это всë времени не так много, но предостаточно, чтоб нагреть воду для купания.
Когда Мо Жань вернулся в дом, свечи были зажжены во всех комнатах; в прихожей старая свечка сменилась новой, а в печи потрескивали дрова, от чего в доме стало намного теплее. Хозяин дома же стоял около печки, травы, что сушились, были перемещены на стол, а Чу Ваньнин склонился над небольшой кострюлькой. Не снимая плаща, он уже старался приготовить кашу. Та немного подгорела, по витающему в помещении дымку, но такой жест заботы трогал до глубины души.
— Ты уже вернулся? Вода готова. Ужин тоже. Почти.
Мыться первым пошëл Мо Жань на правах гостя. За шуточное предложение присоединиться в ведьмака полетели угрозы о выселении вместе со связкой вербены. К счастью, после купания его всë же за дверь не выставили, на столе даже стояла чеплашка с пшеной кашей. Вот только лишь одна, и предназначена она хозяину или гостю — непонятно. В спальне кровать уже была расчищена, книги же расположились на полу. Самого Ваньнина в доме не оказалось. Во дворе под яблоней нашлась пропажа, собирающая бутоны с дерева в небольшой мешочек. Зрелище необыкновенное: лицо расслаблено, чёрные волосы, развевающиеся на ветру, поблёскивали под луной серебром, а белые одежды походили на крылья самого нежного мотылька. Опадающий яблоневый цвет лишь добавлял изящности открывшейся картине. А эти глаза? Мо Вэйюй был почему-то уверен, что не найдёт подобного ни в одном из миров.
— Ваньнин, а ты знал, что красотой можешь сравниться с богами?
— Шутка не смешная, Мо Жань. Каша на столе, кровать готова.
— А ты где спать будешь?
— Тебя это беспокоить не должно, — он даже не отвлëкся…
— Но меня это беспокоит.
Чу Ваньнин развернулся, смотря своими пришуренными глазами на Мо Вэйюя.
— Не волнуйся. Я всë равно хотел разобраться сегодня с травами и спать, скорее всего, не лягу.
— Так дело тоже не пойдëт! Тебе нужно же отдыхать.
— Я не устал.
— А миска с кашей почему одна?
— Да какое тебе до меня дело?! — не выдержал и вспыхнул Ваньнин. — Мы знакомы пару часов, какая тебе разница, сколько я сплю и ем? Тебе не пришло в голову, что я уже поел, а выспался ещë днëм?
— Ладно, я понял. Пойду спать. Не буду больше беспокоить.
Сегодня Вэйюй вынужден отступить. Но это не значило, что он не попытается завтра. В комнате ведьмак снял плащ, сапоги, свою кожанную куртку и штаны, оставаясь в рубахе и нижнем белье. Пришлось, конечно, подумать, куда можно пристроить одежду, но задача это была несложная. Кровать была небольшая, но вполне себе мягкая и удобная. В этот момент Мо Жань ещë раз поблагодарил богов за встречу с золотцем. А секунда соприкосновения головы с подушкой из сознания ведьмака выпархнула вместе с сознанием.
Первый день их знакомства не задался, но были и свои плюсы. Вэйюй узнал немного о прошлом Чу, о его пристрастиях к путешествиям, однако вечерняя ссора красок не добавляла. Останавливаться на этом Мо Жань не собирался. Хотелось, чтобы это чудо доверилось, впустило в свою жизнь, позволило быть рядом. Пока Ваньнин явно не собирался ему доверять, вот только это не конец.
***
Утро началось с солнца, криков петухов и вновь подгоревшей каши на столе, но на этот раз ещё и пересоленной (но жаловаться Мо Жань не собирался). Владелец дома опять в этом самом доме отсутствовал, как и во дворе. Послеобычных утренних дел и рутиного ухода за конëм в виде кормления и смены воды, пришлось возвращаться в деревню и поспрашивать жителей. Те же сказали, что Чу Ваньнин каждое утро уходит в лес восполнять запас трав, правда, куда он их тратит, они сами не знают. Ну раз он занят своими делами, пора бы и Мо Вэйюю браться за работу. Было необходимо восполнить часть ингредиентов для элексиров и масел, а то заканчивалось уже практически всë. Коня в этот раз ведьмак оставил в пристройке, далеко уходить он не планировал, а если есть возможность дать лошади нормально отдохнуть после долгой дороги, то почему бы и не прогуляться пешком? В лесу было свежо, тихо и спокойно. Где-то в дали журчал ручей, кряхтели гнильцы, а за спиной позвякивал стальной меч. Аромат тоже стоял восхитительный. За это Мо Жаню и нравилась его работа — чудная атмосфера, частые риски, которые будоражили кровь, постоянные путешествия, хотя его никогда и не спрашивали. В школу ведьмаков он попал не по своей воле: хозяйка детского дома наняла ведьмака, чтоб тот разобрался с нечестью, что повадилась детей пугать по ночам. Как оказалось, то был прибожек — существо проказливое, но чаще всего безвредное. Вот только оплату ведьмак взял всë равно высокую — одного из воспитанников, а поскольку Мо Вэйюя особо не жаловали в приюте, то и выбор пал на него. В школе было не так плохо, как он ожидал. Тренеровки были суровыми, но это и в сравнение с отношением к нему в приюте не шло. Тем более тут у него появились какие-никакие друзья: Сюэ Мэн — приëмный сын наставника школы, и Ши Мэй — такой же сирота, разве что старше Мо Жаня на пару лет. К счастью, все трое успешно прошли испытания и неоднократно ходили вместе на заказы. Втроëм всяко было проще, чем поодиночке, да и веселее, хотя Сюэ Мэн сильно раздражал периодами. Именно с ним Мо ходил тогда на фледеров и даже рад, что тогда был именно Сюэ Цзымин. Вëл он себя иногда, конечно, как индюк напыщенный, но в беде не бросал никогда. Давно же они не собирались вместе… Надо будет исправить. Скоро зимовка, так что это будет хороший повод собраться под одной крышей. К полудню Мо Жаня умотали трупоеды. Количество плохо захороненых трупов животных поражало. Хотелось бы их осмотреть — ну не может столько скота умереть в такие короткие сроки, чтоб запах гнили ещë не разил на всю округу — да только гнильцы знатно потрепали тела, что делало их изучение затруднительным. И как только Чу Ваньнин так спокойно ходит в лес? Он же на вид такой хрупкий! Странной была и находока, на которую Вэйюй наткнулся к концу своей прогулки. Небольшая постройка, однозначно нежилая, но крепкая и запертая на ключ. Без окон, метра три на три, посреди леса. Можно было бы предположить, что это чей-то тайник, однако место небезопасное, вокруг то и дело шастают гнильцы, а следы у входа свежие. От силы час назад кто-то открывал дверь, даже запах остался. Едва уловимый, перебиваемый травами, но остался. В нынешних условиях стоило проверить, всë ли хорошо с человеком. Тем более, что за помощь можно выручить отнюдь не лишнюю пару монет. След вëл на запад к ручью, а дальше обрывался. Других улик не было, так что миниатюрное расследование «Кому принадлежит тайник?» закончилось, хотя получить пару лишних крон хотелось. Следов крови не было, тревогу бить причин не было, а в какую сторону пошëл хозяин этой странной постройки — непонятно. Следовало возвращаться в деревню, может, Чу Ваньнин тоже вернулся, тем более гнëзд гнильцов не наблюдалось более, так что совесть Мо Жаня чиста. В этот раз удача была на стороне ведьмака и хозяин дома был на месте — усердно перетирающий травы и такой же прекрасный в своих белых одеждах. Теперь плаща на нëм не было и одеяния можно было рассмотреть во всей красе: белоснежная рубашка с расклешенными и присборенными у манжет рукавами, светлые узкие брюки с высокой посадкой, которые во всей красе демонстрировали длинные элегантные ноги, на бедре же была закреплена небольшая сумка, а к поясу прикреплены золотистая цепочка и уже знакомый мешочек с цветами яблони. И как такой человек мог оказаться в этой деревеньке? Вэйюй не переставал удивляться. — Здравствуй. Как прогулка? — не отвлекаясь от своего дела спросил Ваньнин. Его холодность хоть и обижала местами, но как же будоражила. В своей голове Мо представлял яркую палитру эмоций на этом лице: и нескрываемый восторг, и безудержную печаль, и даже пламенную страсть, но пока это всë было лишь мечтами да фантазиями. — Неплохо. Трав набрал. Разгромил пару гнëзд гнильцов. Ты, кстати, не знаешь, откуда столько трупов скота? — меч отправился в тот же угол, где находился серебряный, а сам ведьмак присел на стул за столом. Даже невооружëнным взглядом было видно, как напряглись плечи Чу Ваньнина. Это было хоть и подозрительно, но, может, ему просто не приятна подобная тема? — Нет, не знаю. Я к скоту отношения не имею. — При этом в лесу куча трупоедов, а кто-то так спокойно по нему разгуливает. Ты аккуратней за травами ходи, ладно? — Мо Жань очень хотел, чтоб человек перед ним был в безопасности, а не беспечно шастал по логовам чудовищ. — Я благодарен за заботу, но это по прежнему не твоë дело, — всë ещё холодно, но уже мягче чем вчера. Вероятно, в прошлый раз его просто настигла накопленная за день усталость. — Так когда ты собираешься отправляться? — Ваньнин пересыпал порошок в небольшую баночку, и отошëл к углу, где стоял таз с водой, чтоб вымыть руки. — Ты не представляешь, как я устал... Ты же не выгонишь уставшего гостя на улицу? Взгляд раскосых глаз говорил о том, что уловка Вэйюя не удалась, но тему отъезда Чу больше не поднимал. — Голоден? — Не откажусь. Но давай в этот раз я что-нибудь приготовлю. — Тебя не устраивает, как готовлю я? — Нет! Что ты! — замахал руками ведьмак, — Меня всë устраивает. Просто предложил. Ты же наверняка тоже устал. — Ладно, ты прав, — вздохнул травник, — Только не спали ничего! — сразу же пригрозил Чу. После чего Ваньнин ушëл в спальню, оставляя Вэйюю простор для творчества. В ящиках нашлась крупа, соль и перец, а также сахар, которого, что удивительно, было в обилии. Кастрюля, к счастью, в этом хаосе тоже отыскалась. Приготовить кашу с перцем труда ведьмаку не составило, а вот разобрать хаос с травами до этого было затруднительно. Сам травник всë это время сидел в комнате и читал. Приятная и уединëнная атмосфера. Обед не предвещал ничего плохого. Вот только Мо Жань не учëл одного момента и очень распередивался, когда Чу Ваньнин начал кашлять. — Ваньнин! Что-то не так? — подорвался ведьмак с места. — Да, да... Кхм... Всë хорошо. Ты добавил перец, верно? — ведьмак неловко кивнул, — Я не переношу острое, — Чу Ваньнин отодвинул миску и встал из-за стола, не говоря более ни слова. — Подожди! — травник ожидаемо обернулся, — Какие блюда тебе по вкусу? Ваньнин задумался и ответил: — Сладкие. Это объясняло такие непозволительные запасы сахара для простого лекаря. Но это также значило, что кашу придëтся готовить новую, чем ведьмак незамедлительно и занялся. На этот раз Чу Ваньнин остался в комнате и наблюдал за процессом. Мо Жань не ожидал подобного поступка со стороны травника, так что даже несколько раз чуть не оплошал, когда взгляд цепляясь за фигуру в белом. Однако и так еда получилась хорошей, на взгляд ведьмака. На новую порцию Ваньнин смотрел скептично, но ложку взял. — Кхм, это... Приемлемо. Признаю, готовишь ты лучше моего, — такие простые слова со стороны Чу, а так грели душу Вэйюя, что тот не смог сдержать улыбки. — Рад, что тебе понравилось, — Мо Жань взглянул в окно. Солнце уже ушло из зенита и полуденная жара начала идти на спад. — Может прогуляемся? Или у тебя ещë дела есть? — решил попытать удачу ведьмак. — Неотложных дел у меня нет. Но чем обосновано желание уставшего ведьмака прогуляться? — в голосе слышалась еле уловимая насмешка. — Надо овощи купить. Нельзя же питаться только сладкой кашей. Да и мясо требуется. — Я питаюсь не только сладкой кашей, — сложил руки на груди Чу Ваньнин. — А так и не скажешь. — Пф... Ладно. Давай пройдëмся, — Ваньнин встал и вышел из дома. Он был не доволен, для данного понимания даже не нужно было быть экспертом. Придëтся подумать, чем можно будет его задобрить. После полудня жизнь в деревне вновь закипела: большинство собирались обратно в поля, дети, что ещë не могли помогать родителям, резвились на улице, а старики сидели на лавочках, наблюдая за младшим поколением. Крестьяне, которые не работали в поле, занимались своими огородами и скотом. Во дворе одного из домов как раз фигуристая женщина склонилась над ровными грядками, собирая довольно богатый урожай. — Хозяюшка, не могли бы вы продать нам немного овощей? — облокотился Мо Жань на невысокий забор, обножая свою умопомрачительную улыбку. Ваньнин же отошëл в сторону, наблюдая за ведьмаком. Крестьянка поднялась и посмотрела на пришедших, а вот следующего еë поступка Мо Жань не ожидал. — Так это ты тот мутант, который моего мужа околдовал! А ну пошëл отсюда! — расскричалась женщина. — Да Вы не так поняли... — Пошëл отсюда, а то вилы достану! — не стала слушать крестьянка, а в ведьмака полетел не очень симпатичный редис. К счастью, Мо Жань смог уклониться и быстро уйти. Чу Ваньнин, наблюдавший за всей сценой, тихо посмеивался, прикрывая рот ладонью. Судя по тому, что травник заранее отошëл от Вэйюя, он догадывался о возможной реакции крестьянки. Но за вид улыбающегося Ваньнина Мо Жань быстро его простил. — Я тебя не предупредил? Это дом Гослава. — Я уже заметил. — Здесь все торгуются только между собой, а приезжим продают втридорога. Так что купить что-то по нормальной цене у тебя не выйдет, — пренебрежительно махнул рукой травник. — А у тебя? — А я не приезжий только в доме старосты. Раз в месяц он передаëт мне немного овощей и яиц, если повезëт. — А ты ещë не успел своим огородом обзавестись? — Я в делах хозяйственных не слишком сведущ, на самом деле. У меня огород не протянет и пары дней. Ведьмак понятливо кивнул и более тему продовольствия не поднимал. Раз добыть овощей для ужина не удастся, то и не страшно. Мо Вэйюй переживал и более суровые времена. Люди на улицах сторонились не только Мо Жаня, но и Чу Ваньнина, что было немного странным. Старушки перешëптывались, а молодые провожали косыми взглядами. — Тебя тут не жалуют, — прокомментировал ситуацию Мо, на что Чу лишь безразлично пожал плечами, — Не думал уехать? Ваньнин ненадолго остановился и задумался: — Раньше думал и даже собирался, но этим людям необходим был тогда хотя бы травник. Я не мог их оставить, как бы они ко мне не относились. Да и куда? Подобные бескорыстие и доброта не каждый день встречаются, а это в очередной раз подтверждало, что Ваньнин достоин звания золотца. С каждым мгновением рядом с ним в Мо Жане всë больше и больше разгоралось желание прожить с этим человеком оставшееся из отведëнного ему времени. Даже несмотря на то, что знал он лекаря от силы день. Это не отменяло того, что Чу Ваньнин — прекрасный человек, возможно, один из лучших, что видел Мо. Вечерело, солнце начинало свой путь к горизонту, а на улицах холодало, когда люд засуетился, хотя работы были уже закончены. Крестьяне стремились ко въезду в деревню, переговариваясь между собой. Ну и как же можно было не поддаться соблазну посмотреть, что же там такое? Ваньнин же никак не реагировал на возбуждëнных людей, но против желания ведьмака ничего не высказал. На небольшой площади столпился народ вокруг повозки. Не сложно было догадаться, что это торговец. Только он мог произвести подобный фурор среди жителей деревни на краю света. Все крестьяне наперебой галдели: некоторые между собой обсуждали товары, другие узнавали о наличии необходимых им вещей или ценах. Какое прекрасное совпадение. Приезд торговца — это отличная возможность приобрести подарок для Чу Ваньнина, но хотелось сделать сюрприз, а через такую толпу незаметно проскользнуть не получится. Придëтся вернуться чуть позже. — Пойдëм домой или тебе что-то нужно? — Мо Жань посмотрел на Ваньнина, а тот думал не долго. — Я хочу посмотреть кое-что, так что я останусь. Если не хочешь стоять — можешь идти, я не держу. Мо Жань кивнул, но остался рядом. Оставлять своë золотце ведьмак не собирался. Да и спешить ему некуда. Толпа достаточно скоро начала расходится и ведьмак с травником смогли подойти ближе. Чу Ваньнин пошëл вперëд, так что Мо Жань не слышал, что именно он искал. Однако, судя по разочарованному вздоху, искомого в наличии не было, так что травник быстро вернулся к Вэйюю. — Пойдëм домой. — Ты иди, я догоню, — упустить такую возможность он не мог: когда торговец прибудет в следующий раз, никто не знает. Гарантий, что у этого найдëтся что-то подходящее, нет, но попытаться стоит. Ваньнин кивнул и неспеша, элегантной походкой направился в сторону своего жилища. Мо Жань же подошëл к торговцу. — У вас не найдëтся тëплого плаща? Желательно белого. — Секундочку, — человек начал рыться в повозке, вскоре выуживая белый плащ из плотной ткани, по краям обрамлëнный мехом, — Отличный экземпляр! Ткань качественная, мех дикого зайца. Согревает даже зимой на Скеллиге. Не пожалеете о приобретении. А в добавок, могу предоставить два прекраснейших кулона с рубинами на серебряной цепочке для вас и вашей дамы сердца, если таковая имеется. Звучало это и правда заманчиво, но и цена была соответствующая. Шестьдесят крон за подобное удовольствие. Да и кулоны выглядели симпатично, а один из них прекрасно бы смотрелся на тонкой шее Чу Ваньнина, да вот стоили они по двадцать крон за каждый. Итого выходило это всë в сто крон, что сравнимо со стоимостью отличной лошади. Если в ближайшее время нашëлся б хороший заказ, то подобные траты можно было бы назвать приемлемыми. Однако такового на горизонте ещë не намечалось... А если смотреть с другой стороны, то пока что Мо Жань не так уж и обременëн вопросами финансов, ну и в ближайшее займëтся поиском подходящего заказа. В общем, желание сделать приятно золотцу выиграло в этой нелëгкой борьбе сомнений. В дом Ваньнина Мо Жань возвращался в приподнятом настроении ближе к закату. Задержался он рядом с доской объявлений, выискивая среди записок с руганью хоть намëк на возможный заказ. Но неудачные поиски ничеюуть не расстроили Вэйюя. Ведьмак уже предвкушал момент вручения подарка, так что на лице сияла улыбка. Ваньнин вновь стоял около печи, готовя в очередной раз кашу. На лице его читалось беспокойство. Что-то терзало мысли травника, но пока Мо Жань не мог и предположить, что именно. Свëрток из плаща и одного кулона (второй ведьмак уже спрятал у себя под одеждой над медальоном с изображением сокола) отправился на лавку, а сам Мо подошëл ближе к Чу Ваньнину. — Что-то случилось? — Нет, с чего ты взял, что что-то произошло? — в своей излюбленной манере, не оборачиваясь, спросил травник. — Ты просто такой серьëзный, — уловив вопросительный взгляд, Мо продолжил, — Обычно лицо у тебя расслаблено, а сейчас ты выглядишь очень напряжëнным. — Просто думаю. Завтра с утра я опять уйду за травами, так что меня не будет. — Может я поставлю тебе компанию? — ведьмак сел за стол, наблюдая за красавцем. — Нет, не стоит. Я прекрасно справлюсь сам. Мо Жань пожал плечами и положил голову на сложенные руки. Взгляд упал на лавочку, на которой всë ещë покоился подарок для Ваньнина. Вспомнив про плащ с кулоном, ведьмак оживился, поднимаясь из-за стола. — Совсем забыл. Я же подготовил для тебя сюрприз, — спрятал Мо Жань подарок за спиной, пока Чу Ваньнин разворачивался. — И какой же? — с некоторым недоверием спросил Чу, на что ему в ответ Мо Вэйюй протянул плащ и кулон на нëм с довольнейшей улыбкой. Сперва в глазах Ваньнина промелткнуло неверие, которое очень быстро сменилось смятением. — Спасибо, но я не могу принять столь дорогой подарок... — А я не приму отказа. Твой плащ слишком тонкий. Скоро уже зима, я не могу допустить, чтоб ты мëрз. А кулон мне за бесценок достался, — соврал Мо Жань. Чу с осторожностью протянул руку к украшению, но резко еë отдëрнул и взялся уже двумя за плащ. Движение малость странное, но Вэйюй предпочëл проигнорировать это. Мало ли, какие у кого особенности? — Я... Я уберу всë пока. До холодов ещë время есть, боюсь испортить. Присмотри за ужином, пожалуйста. Ведьмак кивнул, занимая место травника. В доме царила спокойная атмосфера, позволяющая немного подумать о скором будущем. В ближайшее время Мо Жань должен будет уже отправляться дальше на восток. Нужно было успеть добраться до Пика Сышэн до первого снега, иначе Вэйюю зимовку проводить придëтся в каком-нибудь городе, что сильно ударит по кошельку. С выпадением снега пройти по горам в сторону крепости было практически невозможно, а рисковать конëм не хотелось, так что надо было готовиться к отъезду, восполнить запасы воды и провизии. Завтра нужно будет этим заняться. Вскоре ведьмак и травник сели ужинать, а после Чу намеревался вновь отравиться к яблоне, однако Мо Жань настоял на своей компании, так что направились к дереву вдвоëм. Хотя, стоит заметить, Ваньнин не сильно то и сопротивлялся. Скорее, поворчал для вида, но более против ничего не сказал. — Высыпи по дороге старые бутоны, пожалуйста, — снял Чу мешочек с пояса и вручил его Мо Вэйюю. Тот кивнул и послушно проследовал за лекарем. Сегодняшний вечер выдался более тëплым чем предыдущий, что не могло не радовать. Да и сбор бутонов в четыре руки занял не так уж и много времени. Для сна час был ранний, и Мо Жань предложил ненадолго задержаться на улице и посидеть вместе под деревом, раз уж погода выдалась наудивленее тëплой для осени. — Ваньнин, я всë хотел спросить... Зачем тебе эти цветы? Чу смерил ведьмака непонимающим взглядом, но всë же ответил: — Большинство лекарственных трав имеют не самый приятный аромат, уж ты то должен понимать. А этот сорт яблонь имеет очень сильный аромат, который прекрасно перебивает большинство запахов. Мо Жань кивнул, удовлетворëнное любопытство отступило и осталось нарастающее напряжение в груди. Цветы были не единственной темой, которую хотел сегодня поднять ведьмак, но подходящих слов не находилось. Разве же это нормально: хотеть забрать с собой человека, с которым знаком лишь пару дней? Это же абсурд! Однако такие мысли уже поселились, Мо Вэйюю оставалось только найти в себе силы предложить данную авантюру золотцу. Чу Ваньнин же слепцом не был и ясно видел, что что-то явно не даëт покоя ведьмаку. И разговор первым начал, непосредственно, травник: — Может, ты уже скажешь, о чëм ты так усердно думаешь, что даже я без всех ваших мутаций отчëтливо слышу, как у тебя извилины шевелятся? — это замечание с лëгкой колкостью отрезвило Мо Жаня в достаточной степени, чтоб он всë же решился озвучить своë предложение. — Ваньнин, я скоро должен буду уехать и хотел предложить... — Мо Жань немного замялся, но, взглянув на заинтересованное лицо лекаря, продолжил, — Ты не хочешь поехать со мной? Данное предложение ввело Чу Ваньнина в ступор. Мо даже испугался реакции травника и сразу начал оправдываться со своей ослепительной улыбкой на губах: — Неважно, забудь. Было глупо с моей стороны предлагать подобное... — Успокойся, — прозвучало это твëрдо, но голос Ваньнина всë ещë немного дрожал. Не послушать его было невозможно, так что Мо Вэйюю оставалось только замолчать. Чу Ваньнин перевëл взгляд на свои руки, в которых держал мешочек с цветами яблони, слегка хмурясь. — Честно, я не понимаю, почему ты это предложил, но давай... — небольшая заминка после этого тихого "давай" вселяла в ведьмака надежду на положительный ответ, которая вскоре рухнула, —Давай обсудим это завтра. После Ваньнин вздохнул и прикрыл глаза. Уходить он не собирался, что немного радовало Вэйюя. И всë же чëткого отказа не прозвучало, так что на сердце немного поутихло. Вскоре, наблюдая за восходящей луной, Мо Жань почувствовал тяжесть на плече. Как оказалось, Ваньнин сочëл Вэйюя отличной подушкой и заснул на нëм. Из вечно напряжëнное лицо расслабилось, морщинки около глаз разгладились. Травник тихо посапывал, иногда вздрагивая, возможно, от наступающего холода. Такого Ваньнина нельзя было оставлять на улице, так что ведьмак аккуратно поднял своë золотце и направился в дом. Положив лекаря на кровать, где тот сразу принял позу эмбриона, Мо поспешил разжечь огонь в печи, поскольку тот за время их отсутствия потух и в помещении заметно похолодало. После ведьмак сам начал готовиться ко сну: сходил, проверил Бугуя, по возвращении снял свои вещи, вновь оставаясь в рубахе и белье, и знакомым образом сложил их на сундук. А вот куда лечь самому ведьмаку — вопрос хороший. Мест для сна, не считая захламлëнной небольшой скамьи в соседней комнате, больше не было, но и ложиться с золотцем Вэйюй не спешил. Мало ли, как отреагирует Чу Ваньнин? Проснëться лицом к лицу с Мо Жанем и всë, конец тому хрупкому доверию, что начало складываться. Вариант провести ночь на улице, однако, ведьмака не устроил, так что за неимением ничего другого Мо Жань медленно, стараясь не разбудить, устроился рядом с травником. Чу Ваньнин слегка дëрнулся, но не проснулся. Места было мало, ввиду чего Вэйюй был вынужден прижаться к лекарю и поразился. Золотце было очень холодным! Будто остывающий труп. И дрожал. Первым же порывом Мо было обнять Ваньнина, но ведьмак быстро отказался от этой идеи. Он поправил накидку травника, после развернулся, взял с сундука свой плащ и накрыл Чу ещë и им. Лекарь немного расслабился, так что свой долг Мо Жань посчитал выполненным и спокойно заснул.***
Новый день начался с настойчивого стука в дверь. Вторая половина кровати постели была пуста и уже остыла, плащ покоится на своëм обладателе, а дверь открывать никто не спешил, отчего напрашивался вывод о том, что Чу Ваньнин, по своему обкновению, уже ушëл за травами. Поэтому ведьмаку всë же пришлось встать с кровати, спешно надеть штаны и открыть дверь. На пороге стоял мужичок, одетый в светло-голубую рубаху, что выглядело чуть лучше крестьянских одежд, с короткой седой бородкой и тëмно-коричневыми глазами. — Добрый день. Если вы к Чу Ваньнину, то его нет... — но не успел Мо Вэйюй закончить, как его перебили. — Доброе утро. Я как раз к вам, мастер ведьмак. Я староста деревни. Не могли бы мы поговорить? — А, конечно. Подождите немного. После этого Вэйюй скрылся в доме, а через пару минут староста и уже окончательно одетый Мо Жань сидели за столом. — Так о чëм же вы хотели поговорить? — У нас в деревне завелось какое-то чудище около месяца назад, может, меньше. В первые дни мелкий скот грызло, а после на крупный переключилось! На всю деревню коровы три осталось. — А с какой периодичностью нападает это чудище? — Раз в несколько дней. Сейчас вот самый большой перерыв был — четыре дня. Даже надеялись, что оно само ушло. А сегодня с утра опять корова мëртвая. "Это объясняет обилие трупов в лесу... Похоже, яма для скота просто переполнилась. Им ничего не оставалось, как выносить трупы в лес... " — подумал Мо Жань. — Ну до меня и дошли слухи, что в деревню ведьмак приехал да у Ваньнина остановился, — продолжал староста, — Вы возьмëтесь за наше чудище, мастер ведьмак? — Зависит от того, сколько вы готовы заплатить. — Сто двадцать крон подойдëт? — Сто сорок. — Сжальтесь, мастер ведьмак. Времена сейчас тяжëлые, деревня у нас небольшая. Давайте хоть сто тридцать. Я больше с людей не соберу. — Сто тридцать пять. — Хорошо, — вздохнул деревенский, — Придëтся доложить из своего кармана, но эта бестия за месяц уже нас извела. — Договорились. Сегодняшний труп коровы уже вынесли в лес? — Ещë не успели. Я как узнал, так к вам пошëл, а мужики только телегу начинали готовить, а дело это у них далеко не быстрое. — Хорошо. Надо бы осмотреть тело. Старичок согласился проводить Мо Жаня до места. По пути староста рассказал, что человеческих жертв не было и свидетелей тоже. Тварь действовала очень аккуратно, явно разумная. Более ничего полезного из слов старика ведьмак узнать не смог. Небо сегодня было затянуто тучами, а в воздухе чувствовалась сырость. Ближе к обеду или даже вечеру стоило ожидать дождя, что немного огорчало. Вскоре они дошли до хлева у одного из домов, где и содержали хозяева скот. Мужики, о которых говорил староста, всë ещë разгребали телегу. Видимо, с вечера приготовились ехать утром в поле, а тут такая напасть. Запах гнили был, но не такой сильный, а это говорило о том, что трупу несколько часов. Корова лежала недалеко от других, по виду, убитая скотина была самой старой. На теле виднелись следы когтей, схожие с теми, что были на земле. Также была разорвана шея, а сама скотина обескровленна. Не было ни единого сомнения в том, что это один из высших вампиров. Слишком умная тварь для низшего. А вот вид ещë был не ясен. На теле других отметин не было, а вот следы на земле вели за дом, где постепенно принимали форму человеческих ног и после скрывались в траве. — Размер мужской, соответственно это не альп и не брукса... А носфераты в подобной местности обычно не селяться... — бормотал Мо Жань, осмартивая следы, — остаëтся катакан... Странно, что он предпочëл животную диету. Не встречал ещë вампиров, которые предпочли бы кровь животных человеческой. Поблизости от места, где обрывались следы ведьмак ничего не нашëл, так что вернулся в хлев с намерением ещë раз осмотреть помещение и труп. Как оказалось, не зря. На краях ран были остатки трав и мха. Улика никудышная, но хоть что-то. К хлеву вампир подобрался спрыгнув с крыши дома, так что зацепок, с какой стороны тварь пришла, не было. На вопрос, кто живëт в этом доме, староста просто указал на напряжëнную женщину, которая сидела на лавочке под окном. По словам старика, это была жена одного из крестьян, что труп убирали. Как звали еë, Мо не запомнил, да и ничего полезного она не сказала. Еë муж, к слову, тоже. Таким образом след обрывался, а ждать следующего нападения нужно было слишком долго. Единственной зацепкой были травы со мхом и примесью земли. Болот поблизасти Мо Жань не видел, что подтвердили местные, значит укрывается вампир либо в пещере где-то неподалёку, либо в одном из домов в погребе. Но поскольку из приезжих был только Ваньнин, а его кандидатуру Мо Жань сам отбросил сразу же, поскольку медальон рядом с ним молчал, то оставалось поискать по окрестностям пещеры или развалины, в которых могла поселиться бестия. — Здесь есть поблизости какие-нибудь развалины или пещеры? — обратился Мо Жань к старосте, который на протяжении всего этого времени стоял и внимательно следил за действиями Вэйюя. — Не знаю, мастер ведьмак. С этим вопросом вам бы обратиться к нашему охотнику, он весь ближайший лес обошëл. Если уж кто в деревне и знает о таких местах, то только он. Или можете у Чу Ваньнина спросить. От тоже много времени в лесу проводит. — Хорошо. А где искать вашего охотника? — конечно, МО Жань не собирался отправляться к нему раньше разговора с Ваньнином. А там, возможно, и на прогулку получиться вытащить. Не очень то романтичную и, вполне вероятно, опасную, но и Вэйюй не простой крестьянин. — Его дом последний перед дорогой до Ваньнина. Вы его узнаете, — добродушно улыбнулся старик, — Вы идите. А я всë же останусь тут. Мо Жань кивнул и выдвинулся в сторону дома. Помимо поиска логова стоило подготовить ещë и масло с элексирами, которые и так были на вес золота в нынешних реалях. Как не крути, а вампиры — твари опасные. Так что дел было предостаточно. Травник домой к моменту возвращения ведьмака ещë не пришëл, так что Мо Жань занялся приготовлением масла. Использовать для этого посуду Ваньнина Вэйюй не рискнул. Сходил до своих сумок, что до сих пор лежали в стойле и достал котелок и мешочки с травами и другими ингредиентами. После ведьмак вернулся в дом, закинул собачьего сала и поставил котëл на огонь, измельчил травы и также отправил их к салу. Вполне себе привычные действия. Вскоре субстанция закипела и Мо Жань перелил еë в небольшой сосуд. Флакон он пока оставил в сторону, а сам занялся приготовлением элексиров. К этому времени домой вернулся Ваньнин, но зайдя в помещение он сразу закашлялся. — Чем так пахнет?! — между приступами задал вопрос травник. — О, ты вернулся, — развернулся Вэйюй в сторону двери, отвлекаясь от приготовления, — Пахнет, наверное, масло. У него достаточно резкий запах, прости, — неловко, но всë же мило улыбнулся Мо, а после вновь вернулся к работе над элексирами. — Ясно. Кхм... — всë ещë пытался оправиться от кашля лекарь, однако получалось у него это не очень. — Кстати, у вас тут вампир завëлся. Ты не знаешь, есть ли где-нибудь в окрестностях пещеры или развалины? При упоминании вампира взгляд Ваньнина потемнел, а лицо стало напряжëнным. Видимо, тварь ему тоже не приятна. — Есть пара пещер. Развалин я не видел, я хожу по определëнным тропам, так что мог просто не наткнуться, — с небольшой заминкой ответил Чу. — Понятно. Сможешь провести к тем местам, которые знаешь? — Ваньнин кивнул, — Тогда я закончу с элексирами и можем выдвигаться. Работа над зельем заняла, как и всегда, предостаточно времени, за которое Чу Ваньнин успел даже разобрать часть вещей, что остались от прошлого хозяина дома. Хотя, скорее, занимался он этим, чтоб заполнить паузу, которая из-за вчерашнего предложения Мо Жаня стремительно приближалась к неловкой. Это напряжение можно было заметить невооружённым глазом, почувствовать каждым волоском на теле. И Мо Жань всецело понимал, что вина за сложившуюся ситуацию лежит на нëм. А ведь мог придержаться язык за зубами! Отмахнуться. Да соврать, в конце концов. Но нет, он сказал правду, и теперь Ваньнин его избегает. Хотя сейчас уже ничего не исправить, а времени на самообичевание нет. Через три часа приготовления были завершены и ведьмак, взяв элексиры и серебряный меч, смазанный маслом, вместе с травником выдвинулся в лес. Сначала по пути никто разговор начинать не хотел, так и шли в молчании под шелест травы и листвы. Вдали вновь слышалось журчание ручья и щебетание ещë не улетевших птиц. Обыденные лесные пейзажи. Первая точка из маршрута оказалась небольшой расщелиной в горе без единого следа пребывания хоть единого живого существа, так что на дольше, чем на пару минут, путники там не задержались и продолжили поиски. Время тянулось до удивительного долго. Тучи на небе всë сгущались, что предвещало дождь в течение нескольких часов. А поскольку Ваньнин холод нет любил, то управиться с этим обходом необходимо было как можно быстрее. Вот только идти в тишине Мо Жаню очень скоро надоело. Он сейчас не выслеживает хитроумную тварь и не в одиночестве. Так почему бы и не поговорить? Тем более, что тема для разговора была и обсудить еë, рано или поздно, им придëтся. — Ваньнин, давай поговорим. Ходить нам долго... — попытал удачу Мо Вэйюй. — Мо Жань, не сейчас, — постарался быстро остудить пыл ведьмака травник. — Но ты подумал о моëм предложении? — Я же сказал, не сейчас, — более твëрдо ответил Чу. — Ваньнин, мне кажется, что мы всë же должны это обсудить. — Что обсудить? Что ты, как последний идиот, предложил человеку, с которым пару дней знаком, всë бросить и уехать с тобой? Или то, что я, как почти такой же дурак, едва ли не согласился? — не выдержал лекарь, вспыхивая, а после резко замолк, осознавая, что сболтнул лишнего. — Ты хотел согласиться? — не поверил Вэйюй, что логично. Сложно поверить в то, что твой идеал почти был согласен бросить всë ради тебя. Была лишь одна загвоздка, что отрезвляла — пресловутое "почти". — Неважно, хотел или нет. Это противоречит здравому смыслу, — вздохнул Ваньнин, — Я не могу с тобой уехать. — Почему? — Я уже говорил Мо Жань. Я нужен этим людям. Пусть они меня не принимают, но больше им помочь некому. Ты же ведьмак, ты должен меня понять. И Мо Жань понимал. Понимал до боли в сжатых кулаках. Он то ведьмак — жалкое отродье, мутант, созданный для уничтожения чудовищ. Но ведь Чу Ваньнин — невинное создание, прелестнейший человек, с добрым сердцем. Чем он мог заслужить плавки в спину? И более того, как он может так легко простить им это? Вэйюя связывали негласный кодекс ведьмаков, что запрещал брать заказы и убивать людей по прихоти (хотя, будь на то воля Мо Жаня, многие бы уже расстались с жизнью). Конечно, и из этого правила нашлись исключения в виде ведьмаков Школы Кота, но это уже не касалось самого Мо. Как бы там не было, ведьмак очень хотел переубедить травника. Чу Ваньнин достоин лучшего, чем эта забытая многими деревня. Конечно, это самое "лучшее" Мо Жань обеспечить не мог, но и оставлять это дело так он не хотел, однако Золотце свой выбор сделало и изменить его, увы, Вэйюю удастся едва ли. Между тем путники приблизились ко второй пещере и вот она уже была с сюрпризом: внутри ведьмак обнаружил труп человека. Отчего тот умер, сказать было уже сложно (телу было около недели, даже удивительно, что трупоеды до него не добрались), но, судя по находящемуся там фисштеху, скончаться он мог и от передозировки. Но внутри вновь не оказалось и следа вампира. — Ты его знал? — спросил Мо Жань, указывая на тело. — Нет, он не из деревенских, — ответил Чу, осмотрев тело. — Ясно, — хмыкнул ведьмак, — Иди пока, я тело сожгу. Меньше всего Вэйюю хотелось, чтоб по округе начал расхаживать неупокоенный дух. А поскольку запах от горящего трупа был далëк от цветочков, Мо Жань предпочëл сжечь его в отсутствие Чу Ваньнина. Тем более, что времени на это ушло не много. Более пещер в округе Чу Ваньнин не знал, так что пришлось возвращаться домой. К тому времени уже начал накапывать дождь, небо стало тëмным и тяжëлым. Темп ходьбы ведьмаку и травнику пришлось увеличить, поскольку промокнуть никто не хотел. К счастью, им повезло дойти до дома вполне сухими, а вскоре после их возвращения пошëл ливень. — Да... Повезло нам, Ваньнин. Сейчас бы промокли до нитки, — посмеялся Мо Жань, да только на его собеседнике лица не было. Ваньнин был темнее тучи, что сейчас проливала свои слëзы за окном. С самого выхода на лицо Чу упала тень, а между бровей залегла складка напряжения. Такое состояние друга Вэйюй списывать на потенциальное чувство опасности, ведь ведьмак сразу сказал, что они идут искать логово вампира, но тогда возвращение домой должно было принести облегчение, однако этого не случилось. Казалось, что пребывание в доме, наоборот, напрягало лекаря. Но, помимо явного негодования Ваньнина, была другая, более важная насущная проблема — логово кровопийцы они так и не нашли. Если верить Ваньнину, то поблизости более пещер не было. Это вводило в ступор. Где ещë мог укрыться вампир? Смотря в окно на собирающиеся на земле мелкие ручейки, Мо Вэйюй вдруг вспомнил о загадочной постройке в лесу. Место не сильно удалëнное, но и труднодоступное из-за обилия трупоедов. Хороший вариант укрытия, несмотря на малые размеры. — Ваньнин, я вчера наткнулся на странную постройку в лесу. Ты не знаешь, кому она может принадлежать? Чу Ваньнин, что сидел всë это время за столом напротив Вэйюя и раскладывал травы в свете фонаря, что нашëлся среди вещей в доме, для их дальнейшей сушки, резко поднял голову, смотря на ведьмака. В его глазах бестнуло что-то недоброе. — Ты этого знать не хочешь, Мо Жань, — твëрже и холоднее обычного ответил травник. Это было немного неожиданно для ведьмака. До этого если лекарь и держал расстояние в общении, то его лицо было скорее напряжëнным, а в этот раз на его лице разве что оскала звериного не хватало, настолько он был недоволен этим вопросом. — Ты чего, Ваньнин? Чу будто опомнился. Встряхнул головой и резко вскочил, смотря в пустоту. — Прости, я... Мне надо отойти. Травник покрыл рот рукой и поспешил удалиться из дома. Остановить его Мо Жань не успел; он ранее не замечал такой прыткости в Ваньнине. Схватив со стола фонарь, ведьмак выбежал вслед за лекарем. Однако на улице Ваньнина уже не было. Следы уже начал размывать дождь, но они всë ещë были различимы и вели в лес. Чу сильно плутал, стремясь, по всей видимости, запутать след, только получалось у него это не особо. Может, из-за спешки, а, может, ранее ему и не приходилось это делать. На крики Мо Жань он не отзывался, что усугубляло ситуацию — в такой дождь гулять по лесу не лучшая идея. Вскоре отпечатки привели Вэйюя к той самой постройке, о которой он спрашивал, однако в этот раз дверь была нараспашку. Замок же валялся на траве вместе с креплением, будто его сорвали в порыве злости, а на самой двери были соответствующие отметины, и сделал подобное явно не человек. Так что, перед тем как войти, ведьмак обнажил меч. Внутри ничего примечательного не оказалось. Ни единого признака, что эта постройка могла для чего-то использоваться. Однако нашлась лестница, что вела в погреб, а вот внизу уже картина обстояла интересней. Пол и стены были в царапинах, виднелтсь пятна засохшей крови как относительно свежие, так и уже довольно старые. В углу расположен был уже потрëпанный временем матрас с тонким одеялом, рядом же лежала пара опрокинутых вëдер, напротив открытый сундук, полный белых тканей с красными въевшимися пятнами. Взяв одну из вещей, Мо Жань обнаружил рубашку, очень похожую на те, что обычно носил Ваньнин. Странное совпадение фактов, что указывало на то, что именно Чу был тем вампиром, но кое-что оставалось для ведьмака неясным. Почему медальон не дрожал рядом с Ваньнином? Да и Бугуй вëл себя очень спокойно, что могло бы послужить опровержением данной теории. Но пока Вэйюй не найдëт травника, правды он не узнает, а лекаря, что странно, в помещении не было. Следы из грязи обрывались ещë на первом этаже, но и отпечатков, которые говорили бы, что Чу выходил, не было. Он должен быть здесь. Никаких проходов более не наблюдалось, медальон молчал, а значит, магических артефактов, с помощью которых можно было бы переместиться, тоже не было. Внезапно из одного угла послышался еле уловимый шорох. И Мо его пропустил бы, если бы только не гробовой тишина, что царила в подвале. Что-то не видимое человеческим глазом пыталось незаметно проскочить к выходу, только оно не у что способностей ведьмака, что дождался, когда шорохи приблизится на достаточное расстояние, и одним резким движением ударил мечом по области, где должны были находится ноги монстра. Раздался стон боли, и катакан (а это был именно он, Мо Вэйюй не сомневался) упал на пол. Действие невидимости прошло, так что Мо Жань увидел лицо своего противника и замер. Он не мог поверить своим глазам. Он не хотел в это верить! Перед ним лежал Чу Ваньнин. Ваньнин, которого Мо Жань своими руками только что ранил. В голове ведмака что-то сломалось. Тем временем лекарь провëл рукой по ране, после пробуя кровь на вкус, будто хотел убедиться в еë реальности. После раздался вздох и на Мо Жаня взглянули тëмные глаза. — Давай, убей меня. Я не буду сопротивляться, — слишком спокойно, так быть не должно. Это неправильно. Мо Жань не привык к такому. — Ваньнин... Не говори ерунды, я не могу тебя убить! — звон. Мо Жань не вынес тяжести меча, окроплëнного кровью Чу, а следом и сам упал на колени. — Можешь. У тебя заказ. Я понимал, на что шëл, когда давал тебе кров. Мо Вэйюй боролся с желанием заткнуть уши, дабы не показаться Ваньнину ребëнком. Как не хотелось падать в его глазах. Даже в такой ситуации. — Давай я... Я помогу тебе встать и... И мы пойдëм домой, хорошо? — появившийся ком в горле не давал говорить без запинки, взгляд метался от прикрытых глаз Ваньнина к ране на ноге, на сердце камень лëг, а руки предательски подрагивали, но это не помешало Мо Жаню помочь лекарю подняться. — По дороге всë обсудим, только больше не говори так... — шептал ведьмак. Удивительно, но вампир и слова в ответ не проронил, покорно принял помощь и поднялся с Мо Жанем на первый этаж. Наверху всë ещë шëл дождь, а ночь полностью вступила в свои владения. Дверь домика всë так же оставалась открытой, и через неë проникал холодный ветер, от которого Чу поëжился. — Видимо, дождь не скоро закончиться... Как насчëт переждать здесь? — взглянул Вэйюй на улицу и после перевëл взгляд на вампира, что встал у одной из стен, а в ответ травник пожал плечами, — Что же, тогда садись, — Мо прикрыл дверь, поставил фонарь и сам опустился на деревянный пол. Чу Ваньнин не спешил присоединяться к ведьмаку, но вскоре подошëл чуть ближе и аккуратно присел, стараясь не беспокоить рану. От внимательного взгляда лекаря не укрылись ни бегающие глаза, ни перебирающие край кожанной куртки пальцы, ни общее напряжение Мо Жаня. Тот явно хотел поговорить, но, по всей видимости, не мог подобрать нужных слов. Так что около десяти минут они провели в молчании, которое всë же прервал ведьмак. — Так... Почему ты пьëшь кровь животных? — осторожно начал Вэйюй. — У меня никогда не было цели навредить людям, но питаться как-то надо... Пришлось приходить к альтернативе. От животной крови энергия восстанавливается хуже, способности слабее, но этого достаточно, чтоб продолжать существовать в здравом уме, не бросаясь на первого встречного, — Чу понимал, какие вопросы будет задавать Мо, поэтому ответил на них заранее. — Похоже, поэтому медальон и не дрожал рядом с тобой... — Возможно. Этого я знать не могу. — Только вот почему Бугуй тебя не почуял... — ответом Мо Жаню стал мешочек, который Чу отвязал от пояса и продемонстрировал. Тот самый, в котором лекарь хранил бутоны яблони, — Ааа... Теперь ясно. Мо Жань вновь замялся. Вопросы оставались, но не все из них были уместны сейчас, не все из них должны были быть озвучены Ваньнину и не все из них должны были даже родиться в голове Вэйюя. Но они появлялись и жужжали в голове, словно мухи. И один всë же вырвался на свободу. — Почему ты не сказал? — до ужаса глупый и наивный вопрос. — А сам как думаешь? — с еле уловимой усмешкой парировал Чу. И правда, почему же вампир не сказал ведьмаку о том, что он вампир? Несуразица какая-то. Мо Жаь поспешил опустить взгляд, осознавая, какую глупость он спросил. Но, тем не менее, тяжесть в груди никуда не пропала. — Я понимаю твоë нежелание меня убивать, но это твоя работа, — продолжил меж тем Чу, — И даже если бы ты знал, это ничего не изменило бы. — Ошибаешься. Я бы отказался от заказа! — И что бы о тебе подумали, дурачок? — впервые Чу Ваньнин улыбнулся. Так нежно и тепло, что всë происходящее в миг стало незначительным, а это мгновение хотелось продлить до конца жизни. — Неважно, но ты бы был цел и в безопасности. Взгляд травника вновь похолодел и на лицо вернулась была серьëзность: — Ты и сам понимаешь, что это не так. Я чудовище, а ты охотник на этих самых чудовищ. И ты такой не один. Я никогда не буду в безопасности. — Но ты можешь поехать со мной. — В школу ведьмаков? Ты и сам понимаешь, что мне там не место. Мо Вэйюй был с этим не согласен. Что-то внутри неустанно твердило о том, что место Золотца рядом с Мо Жанем и нигде иначе. Вот только как это объяснить самому Чу? — Я покину деревню сегодня, — пренебрежительно бросил травник, поднимаясь и подходя к двери, а следом тяжко вздохнул, — Жаль, конечно, уезжать, но мне более места нет и здесь. Вэйюй подскочил почти сразу, хватая на ходу фонарь, однако вампир уже вышел на улицу. Недавно высохший плащ вновь начал намокать, как и прекрасные волосы Чу. Не отходя далеко от входа, Ваньнин остановился и обернулся. — Пожалуйста, не ищи меня. Прощай. Это было последним, что он услышал от Чу Ваньнина, а после тот исчез. Буквально растворился в воздухе, используя невидимость. Мо Жань даже не успел ухватьться за край его плаща. Следы быстро удалялись от него, плутали, уходили в траву, а вскоре Мо и вовсе их потерял. Предполагая, что вампир отправился за вещами, ведьмак поспешил к дому травника, но ни его, ни вещей уже не было. Даже намëка на его присутствие. Вэйюй потратил около часа, чтоб найти хоть крошечные вещицу, которая напоминала бы о Ваньнине, но безрезультатно. Всë, что оставалось Мо Жаню — осесть на пол и сожалеть, что ведьмаки не способны плакать. Будь это не так, он бы разревелся, как маленький ребëнок. Однако в реальности ему пришлось довольствоваться лишь чувством отчаяния и потери, будто из него что-то вырвали. На следующий день рано утром он покинул деревню, не сообщая об этом никому. Аванс он не брал, возвращать было нечего, работа не выполнена, так что причин видится со старостой не было, как и желания. Так что Мо Жань продолжил свой путь к Пику Сышен, а там он уже решит, как он будет искать Чу Ваньнина.
Примечания:
Тут будут истории, новости и факты от меня: https://t.me/memuaryobychnogopisaki
Если захотите подкинуть грешному на чай: 2200700915810831 Т-Банк
