Мы встретимся в мае

Ласковый закат окутывает город нежными оттенками розового, оранжевого и сиреневого, создавая великолепное умиротворенное зрелище. Небо кажется распахнутым ковром из пастельных оттенков, плавно переходящих друг в друга. Солнце, уходящее за горизонт, окрашивает облака в яркие цвета, словно кистью художника, так что даже крики на детской площадке и беспрерывное жужжание бензокосы не мешают Руслану наслаждаться этим вечером. Он замирает вместе с деревьями и цветами, поющими птицами и едва колеблющимся воздухом. Последний весенний месяц придает всему особую загадочную атмосферу, заставляя его романтизировать обычное курение на балконе. На мгновение птицы прекращают свое чириканье, а ветер перестает играть листьями деревьев. Тишина и спокойствие наполняют собой все вокруг, замедляют ход времени, пока Тушенцов находится в экстазе от полного единения с природой. Небо из персикового постепенно переходит в палитру насыщенного рыжего и красного цветов. Руслан вспоминает одного рыжего, который, как и он, сейчас находится в Питере. Илья перебрался на новую квартиру пару недель назад, но возможность вырваться из Москвы представилась только вчера. Поэтому, подсуетившись и купив билет на "Сапсан", он в считанные часы добрался до друга. Настроение сидеть дома и втыкать в одну точку резко пропадает. Илья звал его с собой гулять, но Руслан отказался и остался лежать на диване, печатая в телефоне тексты к песням из нового альбома. Теперь же от скуки не спасают ни тонкие вишневые сигареты, ни мысли о предстоящем туре и выходе крутого контента на ютуб, поэтому он принимает решение прогуляться до ближайшего магазина за энергетиком, чтобы хоть как-то скрасить надвигающуюся душную ночь. Этот район довольно оживленный, квартира расположена недалеко от центра, и Руслан снова невольно вспоминает, что Кашин тоже переехал. Он не спрашивал у Ильи новый адрес, потому что ему вообщем-то все равно, но из чистого любопытства хотел бы узнать где и как поживает старый знакомый. В магазине Тушенцов берёт обожаемый им флеш, после чего еще долго стоит на крыльце, не зная, что делать: возвращаться домой или все-таки погулять по вечернему городу. Он не хочет никому писать и что-то предлагать, поэтому отправляется в мини-путешествие один. Ностальгия по временам бурной молодости захватывает с головой, когда из проезжающей мимо машины слышится громкое: —Чёрный пистолет, эй! Чёрный пистолет, эй! Руслан переносится почти на четыре года назад, когда они вместе с Комковым, Ноилзом и Даней ехали в караоке, и Кашин орал песню во всю глотку, стуча пальцами в такт по рулю. Потом они, развалившись на диване, в унисон завывали Круга, Руки Вверх и дружно материли гиперактивного Андрея. Тогда еще не было неприятного осадка на душе и всего этого пиздеца с обидами на стримах, подколами друзей и просто придурков, лезущих в его личную жизнь. Мир был проще, и они тоже. Веселились вовсю, старательно продумывали каким сделают клип к Мемам 4, когда поедут в тур по городам с таким же уникальным названием — "Мемы". Всё это кануло в Лету, но Тушенцов не имеет привычки жалеть о прошлом. Только не о Дане. О нём он хочет оставить в памяти самое лучшее, что их связывало все эти года: от первого сообщения с предложением сделать биты до финальной ссоры, поставившей крест на их дальнейшем общении. Разве только была надежда в самом начале, что молчаливая точка и значок *пользователь вас заблокировал* внезапно сменятся запятой и снова запустят процесс бесконечного веселья, хайпа, совместного творчества. Руслану даже становится смешно: столько охуенных треков и клипов потеряно из-за бараньего упрямства обоих. Увы, ничего из того, о чём он мечтал, не сбылось. Судьба — штука непредсказуемая, делает всё наперекор твоим планам, и хоть Руслан не фаталист, но верит, что это было к лучшему. Или отчаянно хочет верить. Он не замечает, как оказывается на Невском проспекте, ноги несут его вперёд, а сердце судорожно ёкает, когда вдалеке виднеется до боли знакомый шпиль. Руслан доходит до пересечения улиц, ныряя в огромную арку справа. За шесть лет ничего не изменилось. Будто впервые, как и тогда, они с Даней приперлись на Дворцовую площадь снимать дисс-пародию на Флеша и Лизера. Прыгали возле Александровской колонны, и Кашин страшно ругался, роняя очередную неподкуренную сигарету на землю. Ну, Флеш у них уже есть — Тушенцов смотрит на недопитую банку в руке, ухмыляясь дурацкому каламбуру — осталось найти ещё двоих. Руслан фоткается на фоне колонны с энергетиком и заливает селфи в телегу. Все же иногда напоминать о себе другим полезно. Реакции со скоростью света сыплются под постом, благо комментарии закрыты. Зато в тиктоке наверняка начнётся новая эра обсуждений и воспоминаний о временах, когда половине подписчиков и десяти лет не было. Решает, что если что-то делать, то до конца, поэтому быстро вводит в строке поиска название канала Кашина. Опубликованный несколько минут назад кружок заставляет застыть его на месте. Даня, в излюбленных жёлтых очках, несётся на самокате по тому же самому проспекту, где Тушенцов недавно проходил. Майский вечер манит и околдовывает, толкая Руслана на безрассудные поступки, поэтому долго не думая, он вприпрыжку выбегает с площади, желая хоть краем глаза урвать фигуру летящего навстречу Кашина. Другим глазом он пересматривает пост, пытаясь определить как скоро рыжий здесь появится, если вообще доедет до конца улицы, а не свернёт в какой-нибудь переулок. "С такой хуйни и начинается сталкерство", — неожиданно проскакивает в мыслях, но Руслан отгоняет это от себя. Ему просто интересно. И чуточку волнительно. Учитывая, что они реально нигде не пересекались вживую, а ходить на концерты к Дане — признак долбоеба. Только если тот сам позовёт. Хотя скорее собор в Барселоне достроится, чем Его Величество удостоит Руслана сообщением. Несмотря на позднее время, в городе достаточно светло, и Тушенцов растерянно вертит головой, не допуская варианта, что они могли разминуться. Не сегодня. Если уж это знаки Вселенной, то он их принял, обработал и понял. Возможно, понял не до конца, потому что в следующее мгновение Руслан слышит чей-то испуганный крик, а земля уходит из-под ног, твердо и больно принимая парня в свои объятия. Не менее больно на него падает тяжёлая туша, придавливая к нагревшемуся за день асфальту. —Ебаный пиздец, — чужое дыхание ерошит волосы на затылке, и тело невольно напрягается. Этот голос он узнает из тысячи. Да уж, не так Руслан представлял себе их первую встречу спустя столько времени. Но чего можно было ожидать от убийственного комбо Кашина и самоката, плюс добавить к этому собственную тупость и незрячесть, и получится коктейль из неловкого ДТП на тротуаре. —Бля, ты как, живой? — Кашин наконец отлепляется и встаёт на ноги, переворачивая парня на спину. Три, два, один... Вот оно. Жалко телефон отлетел в сторону, и Руслан не может запечатлеть на камеру эту фантастически отпадающую челюсть. Как так, не узнал его сразу. Лёгкую обиду перекрывают выкатывающиеся из орбит глаза: это совершенно точно того стоило. Через силу на разбитых губах появляется издевательская улыбочка. —Вот это нихуя себе встреча. Полный error404 в лице Дани, смотрящего на него одновременно виновато, негодующе и шокированно. Тушенцову надоедает лежать, к тому же проходящие мимо люди уже косо смотрят на них, порываясь подойти помочь. Он пытается опереться на руки и приподняться, но шипит от резкой боли во всём теле, и валится обратно. Кашин моментально отмирает, замешательство во взгляде сменяется сосредоточенностью. —Давай, возьми меня за руку, — говорит он, видимо откладывая разбирательства на потом. — А теперь обопрись на плечо. Так они встают нелепо, чуть ли не в обнимку, прямо посреди Невского. Руслан утыкается лбом в пространство между плечом и шеей, всем корпусом наваливаясь на Даню. Картина маслом. Хоть сейчас пилить эдиты и писать фанфики. —Тебе надо в больницу, — Кашин скептически осматривает разодранные ладони, разбитые колени и сбитое лицо. —А чё, может сразу в полицию? Заяву на тебя накатаю за неосторожность на дороге и превышение скорости, — язвит Руслан в ответ. — Нахуй, я никуда не поеду. —Не выебывайся, еблан, по сторонам даже на тротуаре смотреть нужно, а не своей тупой башкой крутить, — Даня раздражённо огрызается, но кажется, говорит больше по привычке, чем с агрессией. Руслан прикусывает язык: сам же его искал. Вот и нашёл. Так что правда, нечего выебываться. —Похуй, я домой, — выдавливает из себя. После такого феерического воссоединения ему остаётся только вернуться в квартиру к Илье и собирать ноющее от боли тело по частям. —И далеко собрался? — интересуется рыжий, придерживая за талию еле стоящего на ногах Руслана. — Потерпи, я сейчас такси вызову. Они ждут недолго. Даня тем временем собирает их разбросанные вещи, отдаёт Руслану его разъебанный телефон. —Пиздец, только вчера стекло поменял, — вздыхает Тушенцов. —Я все верну. —Как-нибудь обойдусь, — Кашин обиженно сопит и разворачивается к подъехавшему автомобилю. Едут молча. Руслан залипает в окно на проносящиеся мимо здания, пока Даня что-то напряженно листает в телеге. Ситуация сюр, и ощущение дикости происходящего не покидает его. Питер — город чудес. Вот уж точно, не успел приехать, как его чуть не укокошил бывший друг. А сейчас они вместе едут к нему домой. Точнее к Илье, но кого это волнует. —Решил посетить памятные места? — неожиданно спрашивает Даня, поворачивая экран телефона к нему, и Руслан тупо смотрит на свою же фотку, сделанную полчаса назад. —А почему бы и нет? Как видишь, не зря, — шутит он, и Кашин вдруг смеётся. Так легко и заразительно, что Руслан сам начинает улыбаться. —Теперь все будут думать, что это я тебя отпиздил. —Пускай че хотят думают. Но если что, то мой кулак к твоим услугам. Водитель тормозит возле подъезда, и Даня сует ему пятитысячную купюру, выталкивая Руслана из машины. Двигаться становится сложнее, кровавая корка покрывает колени, на ногах не видно живого места из-за царапин и ссадин, левую часть лица печет так, будто её отрезали и пришили обратно без анестезии. —Аптечка дома есть? — спрашивает Даня, перехватывая Руслана поперёк груди. —Не знаю, должна быть, — отвечает Руслан, надеясь, что Илья еще гуляет. Объяснить ему свой внешний вид и появление в его квартире питерской шушеры будет трудно. Они поднимаются на лифте, и Тушенцов через силу вываливается в прихожую. Даня почти на руках тащит его в ванную и включает свет, оставляя дверь открытой. —Снимай шорты и садись на бортик, — командует Кашин, быстро перебирая нужные склянки в шкафчике. —Прям так сразу? — хитро щурится Руслан, но не спорит, стягивая грязную одежду. —Еблан, — коротко вздыхает Даня, поворачиваясь к нему, и опускается на колени. Найденная перекись водорода приводит Тушенцова в чувство, пока рыжий терпеливо обрабатывает его ноги. —Сука, подуй, — скулит Руслан, удерживая себя от того, чтобы не свалиться в ванную, подальше от неприятного жжения. —Я тебе тут не хуй сосу, потерпишь, — ворчит Даня, но спустя пару секунд убирает ватку и осторожно дует. —Интересное сравнение, — через боль скалится парень. —И заткнись, пожалуйста, — Кашин заканчивает с низом и поднимается выше, переходя к ладоням. Насколько может, аккуратно перематывает их бинтами, все так же поливая перекисью. —Сейчас будет больно, —предупреждает перед тем как приподнять чужой подбородок и смочить новую ватку. —А до этого, блять, щекотно было, — злится Руслан, но послушно замирает, стараясь не дышать, когда Даня почти нежно касается стесанной щеки. Боль уходит на второй план, вместо этого в животе скручивается тугой узел и судя по ощущениям это либо заворот кишок, либо бабочки. Тушенцов не знает, что из этого хуже. Чужие пальцы крепче сжимают подбородок, а ватка смещается к приоткрытым губам — сердце делает кульбит, Руслану становится тяжело дышать. —Ты как? — тихо, едва слышно спрашивает Даня прямо в губы, пока у Тушенцова заканчивается кислород и темнеет в глазах. Вкус твоих губ особенно сладок в мае. Руслан внезапно вытаскивает эту блевотную ванильную строчку из недр памяти, и думает, что подсказки лучше он сейчас не найдёт. —Нормально, — отвечает на выдохе и тянется к лицу напротив. Поцелуй получается смазанным и точно не сладким, скорее горько-кислым, со вкусом перекиси и флеша. Даня никак не реагирует, но и не отстраняется, вдавливает пальцы в подбородок так, что точно останутся следы. —Сорян, не знаю, чт...— Руслан прерывает момент первым, сожалеюще поднимая взгляд, но не успевает договорить, как Даня стремительно утягивает его обратно, смещая руку с лица на затылок. Незаметно вернувшийся Илья выходит из квартиры, молясь всем богам, чтобы входная дверь не хлопнула.