Каникулы

— Ами, не отставай! — дети носятся по улицам, как угорелые. Впрочем, Айно способна их понять. С наступлением лета резко отключается желание сидеть дома. Поэтому она удобно расположилась в тени огромной сирени, неспешно перелистывая страницы какого-то исторического романа и наблюдая за скачущими по огромной лужайке детьми, с весёлыми воплями поскальзывающимися на крутых поворотах.       Сирень цвела тяжёлыми, насыщенными маслянистым мягким запахом, розоватыми гроздями. Айно сдвигает на нос солнцезащитные очки и поднимает голову от книги, когда рядом с ней к стволу дерева изящно прислоняется плечо её супруга. С парой стаканов ледяного мохито. Она благодарно кивает, принимая напиток и с выражением блаженства на лице делает глоток.       Сирень роняет ей на колено махровый цветок. Дэвин расслабленно щурится, глядя на налетающих друг на друга школьников, почувствовавших вкус каникул. Стеклянный стакан оттягивает руку, выскальзывает тающей льдинкой. — Помнишь, как мы её сажали? — вдруг спрашивает, зачёсывая со лба волосы ладонью, Айно. — Забудешь такое, — фыркает мужчина, с грацией настоящего дикого кота поворачивая к ней голову, — Мы полдня искали нужный сорт, потом смотрели подходящие саженцы, потом ты решала, на какой стороне лужайки ты хочешь видеть эту сирень… Я уже думал, легче просто стойку установить с гамаком и навесом от солнца. — Ни капли не жалею, — мохито обжигает зубы холодом, заставляя поморщиться, — Чувствуешь, как пахнет восхитительно?       Дерево живёт у них относительно недолго, но Айно не дала бы ему меньше пятнадцати лет навскидку. Цветок она вкладывает между страниц романа, откладывая его в сторону. — Восхитительно, — соглашается Дэвин. И тут перед самым носом объявляются дети.       Она не знает, по какой причине все четверо готовы часами лежать головами у неё на коленях и слушать, как они с мужем играют в их любимую детективную игру «опиши подозреваемого и преступление в котором его обвиняют, а потом попытайся его отмазать». — Тебе хорошо? — спрашивает её как-то вечером после очередного возвращения к этой теме Дэвин. Она с удивлением прислушивается к своим ощущениям и неуверенно кивает, — Ну тогда тебе и не нужно ничего знать. Порой достаточно только этого.       Сейчас Ами что-то щебечет про потрясающую сирень и предлагает помочь засадить саженцами весь двор, Джастин легко укладывается в тени и тянет руку к забытому роману, Кацу пытается составить досье на подозреваемого в лучших традициях мозгового штурма, а Ван просто возится со своим Одином, с нежностью производя тренировку робота. — Какое прекрасное время — каникулы, — мечтательно тянет он, — Можно со спокойной совестью спасать мир! — Как будто вы не занимались этим весь учебный год, — хмыкает в стакан с растаявшим льдом Айрон, — Я, например, точно запомнил, что из-за подготовки к паре операций вы пропустили контрольную по… Айно, какому предмету? — По алгебре, — женщина сосредоточенно плетёт косички Ами, — Я всё-таки думаю, что каникулы нам даны для отдыха. Ну, пока внезапно снова опасность не нагрянет. А насчёт совести ты не беспокойся, — подмигивает она заинтересованно прислушивающимся детям, — Ещё пару лет, и ты о ней даже и не вспомнишь. Останется только воспоминанием о беспорядке в тетрадях и кривом почерке. — У меня хороший почерк! — тут же возмущается Ван. — Я знаю, — улыбается Айно. — Это у неё плохой, — добивает контрольным её муж, — Пойду, принесу мороженого. Тебе налить ещё мохито?

***

— Напомни, почему с ними сидим именно мы? — устало вздыхает Айно, падая на скамеечку в торговом центре. — Потому что сейчас — наша очередь.       Дети носятся по улицам как угорелые, Айно уже это запомнила. — После этого месяца я имею все шансы стать великолепной скаковой лошадью, — тяжело дыша после очередного забега на стадионе, сообщает она. Айрон только молча подаёт ей пол-литровую бутылку с водой. — Скорее, верблюдом, — убирает он ей за ухо прядь из растрепавшейся косы, — Отдохни пока. Волейбол, думаю, от нашей замены игроков, не сильно станет хуже.       С учётом того, как оглушительно в полном восторге вопят дети, наблюдая за тем, как мелькает мяч у Дэвина в руках, Айно соглашается с ним. Совершенно не станет хуже.       Сейчас она мысленно благословляет Джона Ямано, который придумал для детей потрясающих воображение маленьких роботов. Именно на них, увидя ринги где-то среди автоматов с играми, отвлекаются гиперактивные школьники.       В ближайший час от своих боёв они точно не отойдут. Айно только вытягивает ноги и удобно укладывает голову на плече у Дэвина, как слышит знакомые интонации. — Ну надо же! Какими судьбами? — во все тридцать два улыбается Ханс Гордон. — И тебе привет, ходячий кошмар средней школы, — улыбается — боже, она до сих пор не может поверить, что Дэвин умеет шутить — Айрон, — Да вот, детей сторожим, — он кивает в сторону сгрудившихся у рингов ребят. — А ты без Сендо сегодня? — проницательно замечает женщина. Тот только отмахивается. — У него курсы какие-то. Месяц будет учиться ещё. Так что мне даже позадираться не с кем, — иногда невозможно даже понять, правда ли Гордон расстроен, или просто проверяет свои актёрские таланты. Айно, на всякий случай, решает поверить.       Гордона замечает Кацу и тот быстро испаряется в направлении интересной тренировки, вновь оставляя Айронов наедине друг с другом. — Может быть, в «города»? — зевая, предлагает она. — Кто начинает? — Допустим, ты. — Хм. Что скажешь насчёт… Джакарта. — О, по Индии пошли, — в её голосе прорезается азарт, — Аддис-Абеба. Всегда хотела в Африку.       Каникулы у детей становятся каникулами и для взрослых, с нежностью думает Дэвин, по маршруту «городов», такому запутанному в их личном мире, отправляя фантазию. Вот уже Ами с упорством естествоиспытателя пытается заставить Пандору незаметно стащить перо из хвоста у райской птицы, Айно увлекает мальчишек к ритуальному костру, высотой до небес, сам он пристёгивает к лыжным ботинкам крепления и отправляется на покорение горной трассы… — Мир спасать они захотели, — неожиданно фыркает он себе под нос, — Ещё и в каникулы. Знаешь что? — М-м? — Пусть Мини Затмение прогреет. Смотаемся с ребятами на пару дней в горы, а? — Отличная идея! — сразу загорается женщина, — Всегда мечтала сводить их в настоящий поход! А потом… А потом мороженое всем. — Ну, это можно и сейчас устроить! — авторитетно утверждает непонятно в какой момент явившийся Джастин, — Потому что на каникулах принято объедаться мороженым и смотреть по утрам детективные сериалы.       Айно хохочет, совсем не сдерживаясь, а потом думает, что действительно, Джастин-то прав. И Ами, которая откуда-то достала брошку, похожую на веточку сирени и аккуратно приколола её к блузке, тоже потрясающе права. — Как считаете, на каникулах можно заниматься посадкой деревьев? — лукаво сощурившись, интересуется она. — Ну разумеется — можно! — отвечает ей Гордон. — И даже нужно, — кивает, сжимая в кулаке Одина, Ван, — Но сначала надо пообедать. А то вся сирень будет на один цвет. А так ведь никакого удовольствия. И каникулы, получается, впустую…