Выжившие

      Шелли собиралась пойти на французский квартал и спасти своего товарища. Она не верила, что Николас самовольно решил пойти и покончить со всем этим раз и навсегда. Он может пострадать, учитывая серьёзные травмы. Сама девушка не лучше выглядит, но всё равно она не позволит ему рисковать жизнью ради многих людей.       — Шотган, Вы куда? — спросила директриса Джанкер, увидев, как военная обирается уходить. — Помощь ещё не пришла.       — «Гоацин» ушёл, — говорит девушка. — Он хочет расправится со всем этим самостоятельно.       — Что?!       — Вам всем лучше уходить, — сказала Шелли. — Скоро придёт подкрепление, так что готовьтесь.       — Вам же нельзя напрягаться, — напомнил ей профессор Линг. — Вы понимаете, что этим рискуете остаться инвалидом на всю жизнь?       — А Вы понимаете, что своим бездействием я рискую потерять верного товарища и, в первую очередь, всё живое на Земле?! — не выдержала военная. — Откуда Вам знать, что лучше? Вы же не служили на фронте. Так чего Вы лезете не в свои дела?!       В помещении нависло напряжённое молчание.       — Всё-таки, она права, — прервал тишину один из учителей. — На кануне жизни многих людей. Не только тех, кого мы любим. Если мы будем сидеть без дела, то к ничему хорошему это не приведёт.       — Спасибо.       После этих слов Шелли покинула больницу, не забыв сказать, чтобы все быстро уходили, если они не вернутся. Без карты города французский квартал было не так легко найти. Во-первых, потому что военная здесь почти месяц, и точно не знает где находится этот квартал. А во-вторых, из-за того, что нога была в шине, бегать или перелазить через развалины домов было намного тяжелее, и каждая минута весит как золото; в любой момент может случится геноцид всего человечества.       Но Шелли волновало не это. Она переживала за жизнь товарища. Он хоть не так сильно пострадал при падении, но в любой момент его жизнь укротится до жалких несколько секунд. А ещё Николас признался ей в своих чувствах, на которых она так и не ответила. Вообще, он был военной безразличен, потому что они редко виделись в свободное время. Но недавние составили её смотреть на парня совершенно иначе; он был заботливым к ней, что со стороны могло казаться, что они были парой или супругами. Хоть они не так часто общались тогда, сейчас солдат чувствует некую привязанность к Кольту.       Наконец-то, Шелли нашла французский квартал. Здесь было много руин и обломков, однако трупов, на её удивление, не было. Разве что два тела мужчин лежали за разрушенной стеной. Примечательным было то, что один из них был в одних лишь трусах — видимо, Николас застрелил их и использовал форму как маскировку, дабы попасть внутрь. Военная делает тоже самое. Большое счастье, что одежда прятала её женское тело, и поэтому она спокойно шла искать убежище.       Через несколько минут поисков девушка встречается лицом к лицу с одним из террористов. Сымитировав мужской голос, она сказала, что поблизости никого не обнаружил, и может спокойно покинуть пост.       — Но если кто-нибудь проникнет, — угрожал террорист, — то будешь страдать также, как и солдат из «Амазонки». Так Крофт сказал.       — Не переживай, — уверяла лже-террорист. — Никого ближайшие шестьдесят минут не будет.       Когда мужчина ушёл, военная взялась искать своего товарища. Половина того, что с ним, её уже не устраивает. Его пытали? Как именно? Вырывали ногти? Ломали пальцы? Топили?! Любой вариант девушку не устраивал. Если с ним что-нибудь случится, то террористам не поздоровается.       Проходя мимо квартир и террористов, Шелли находит одно помещение, охвачена кромешной темнотой. Это показалось странным, ведь во дворе было светло, и через окна проходили солнечные лучи. Девушка заглянула в него, однако из-за темноты она ничего не видела. Даже когда дверь была открыта на распашку, комната не освещалась. Она медленно ступает на порог.       — Кто здесь?       Из темноты доносился охрипший знакомый голос. Военная достала фонарик и направила свет в сторону голоса. Внутри неё смешались чувства, когда под свет фонарика попал знакомый силуэт. Лицо Кольта было разбитым от постоянных ударов, одежда испачкана кровью, а руки были связанны за спину. Дышал парень тяжело, поэтому голос был хриплым. Кажется, он не узнал свою напарницу, поскольку та стояла в маске и свет не попадал на неё. Шелли взялась развязывать руки товарища и подняла его на ноги. Вернее, так она думала, пока Николас не упал и не зашипел от боли.       — Вот суки! — заметив отсутствие ноги, промолвила солдат. — Ничего, сейчас выберемся отсюда.       Она закинула одну руку парня себе через плечо и они медленно выходили из помещения. Из-за отсутствие одной ноги Николас не шёл, а подпрыгивал, поэтому они шли чуть медленнее. Девушка продумывала план, как же уничтожить ту адскую машину и тех, кто организовал это. Она была просто в ярости, что они так жестоко отнеслись и к детям, и к её товарищу. Настолько, что избиения им показались слишком мелкими, и решили его пытать таким звериным способом. Не люди, а животные. Даже Джек-Потрошитель кажется менее зверским — он хотя бы расчленял трупов, а не живых людей.       — Стой! — прохрипел Николас, когда они вышли наружу. — Мы должны вернутся.       — Ты сдурел, — выдохнула Шелли, осторожно посадив товарища на землю. — Тебя ноги лишили, а ты хочешь вернутся и умереть от их рук?       — Нужно уничтожить эту адскую машину, — стоял на своём товарищ. — Его нужно обезвредить, пока не поздно.       Над военными пролетает несколько военных вертолётов — подкрепление уже прибыло.       — Тебе нельзя возвращаться сюда, — сказала Шелли. — Ты не сможешь сбежать из их базы, как только оружие перестанет быть рабочей. Поэтому тебя заберут на базу и предоставят нужную помощь. А я…       — Я не уйду без тебя, — проговаривал Кольт, удерживая за край обломка здания, чтобы встать. — У тебя кость на ноге не зажила.       — А ты сам стал похож на пирата без ноги, — выпалила та. В этот момент к солдатам прибегают трое мужчин в военной форме, забрать своих товарищей из этого места. — Уводите «Гоацина», — приказала им девушка, словно она была капитаном отряда. — Ему медицинская помощь нужнее.       — Нет, я сказал, что не уйду без тебя! Шелли, пойдём!       — Напомни, что ты вчера говорил о своих чувствах?       Парень не успел ничего понять, о чём имела в виду военная, как тут же получил её первый и последний поцелуй в губы. Это был самый приятный момент за время пребывания здесь, в Новом Орлеане. Это и радовало, и огорчало солдата, ведь это означало их последнюю встречу.       — Я люблю тебя, — тихо прошептала девушка, после чего ушла назад на базу террористов, не обращая внимания на просьбы Николаса не идти туда. Сердце Шелли разрывалось. Она понимала, что они больше никогда не встретятся. А ведь у них могла бы быть долгая жизнь и, возможно, они бы были вместе. Если бы они работали сообща и пришли сюда вместе, то они покончили бы с терроризмом и реабилитировались несколько месяцев. А так и Кольту придётся лечится дольше, и Шелли окончит свою жизнь, защищая при этом множество жизней. Своим верным дробовиком солдат расстреливала противников, оставляя за собой кровавые следы до той машины, с целью уничтожить его.