Я счастлив

      В последнее время с написанием песен у Джисона не вяжется. То настроение неподходящее, то вдохновения нет, а если и первое и второе на месте, уже усталость не позволяет даже глаза держать открытыми. Это раздражает, он видит, как мемберы тренируются, Чан и Чанбин тоже работают над песнями, а у Джисона ничего не получается.       Хан стал допоздна засиживаться в студии в надежде, что вот-вот придёт какая-то идея и текст польётся как ручей. Но это лишь приводит его к бессонницам. Теперь в обычные дни, когда он устал и хочет спать, сон никак не приходит к нему. Тогда он берёт телефон, открывая заметки, и через час-полтора закрывает их, так ничего не написав.       Это двойной удар по нему как по человеку и композитору. Он подрывает здоровье, тратя на сон по два-три часа, но это время ускользает впустую, потому что вдохновения нет никакого.       Он допустил мысль, что, возможно, ему нужно побыть одному, чтобы написать хорошую песню. Поэтому стал запираться в комнате или в студии, чтобы побыть в одиночестве, без лишних глаз и ушей, и тем самым немного отдаляясь от мемберов. Поначалу это ему помогало, но скорее причиной стал налаженный режим сна. Слова складывались в красивую рифму, а у строк было глубокое значение. Но и это длилось недолго. В попытке ухватиться за вдохновение, оставить свою музу на подольше рядом с собой, Джисон снова переставал спать, что возвращало его к ночам, проведённым впустую.       Хан стал отдаляться от группы ещё больше, не участвуя в их вечерних посиделках или походах в рестораны, чтобы вкусно покушать. Ребята списывали всё на трудный год. Он и правда был тяжёлым, их популярность росла, как и ответственность за то, что они делают. Было множество приглашений на мероприятия, разные шоу, премии. У них было по несколько камбэков с промежутком в несколько месяцев. Подготовки к ним, недели промоушенов, съёмки — всё это отнимало очень много сил у каждого в группе. Поэтому никто сильно не обижался на Джисона, не заставлял его, ведь понимали, что ему нужно время восстановиться. Но он никак не мог спокойно отдохнуть. Мысли о том, что у него не получается ничего написать, душили Хана, заставляли чувствовать себя бесполезным, будто он ничего не может сделать для группы.       В одну из бессонных ночей, когда он снова возвращался из студии поздно, решает немного прогуляться, развеяться. Под конец прогулки замёрз так, что пришлось идти быстрым шагом, чтобы поскорее оказаться в постели. Джисон не удивился, когда на следующий день у него болели горло и голова. Ещё проснувшись и увидев своё одеяло на полу, сразу понимает, что за сегодняшнюю ночь он точно мог простыть.

***

      — Хани? Привет! — Джисон снова сидит в студии, его кресло, кажется, уже приняло форму обычной позы Хана.       — Привет, Минхо-я. — он снимает наушники, которые ограждали его от посторонних звуков, улыбается и смотрит на Минхо. Они уже несколько месяцев не оставались наедине, только в присутствии ребят. Его хён был самым нежным и добрым человеком, которого он когда-либо встречал. Несмотря на его горячие, отточенные танцы на сцене, заставляющие фанатов восторженно верещать, Минхо всегда оставался его милым бойфрендом, который к тому же был зависим от объятий Джисона.       — Ты снова долго сидишь здесь, а сегодня у нас выходной. Я думал, мы могли бы провести его вместе, но в общежитии тебя не было. — он хихикает, видя выражение лица Хана. Тот совсем забыл, что сегодня менеджер объявил им выходной после тяжёлой недели. Он по привычке пришёл сюда, чтобы попытаться выдавить хоть крошку своего вдохновения на листок бумаги. — Поэтому я подумал, что ты снова торчишь тут, и вот, нашёл. — Минхо протягивает руку, чтобы мягко погладить Джисона по волосам. Сердца обоих трепещут, будто они снова вернулись во времена трейни, когда не могли оторвать взгляд друг от друга и успокоить собственный пульс. Кажется, они слишком долго не проводили время вместе.       — Я подумал, может, сегодня смогу написать что-нибудь. — он льнёт под тёплое прикосновение, прикрывая глаза. После жмурится, понимая, что в его голову ничего годного не пришло.       — А может, мы сегодня отдохнём? Ты хорошо поработал за всё это время, давай на один день забудем о работе? Мы могли бы посмотреть что-нибудь или сходить в новый ресторан. — Минхо аккуратно снимает наушники, оставляя их на столе, медленно забирается коленями на кресло, чтобы уместиться на чужих ногах и наконец-то обнять Джисона за шею. Он знает, что нелёгкий, что его вес давит на парня, но тот ещё давно заверил, что ему очень нравится чувствовать Минхо так близко. Хан обнимает его в ответ, скрещивая руки на пояснице и гладя ладонями по спине. — Ну-у? — тянет гласную, подгоняя с ответом.       — Наверное, можно. — он позволяет себе перестать думать о новом альбоме, песни для которого он должен написать.       — Хорошо, я рад. — Ли отстраняется, глядя прямо в глаза со всей нежностью и любовью, скользит руками по плечам и шее, останавливаясь на щеках. Он неожиданно сжимает ладони, отчего губы Джисона выпячиваются вперёд уточкой. Парень хмурится, не ожидая такого от возлюбленного, но его выражение лица только смешит Минхо. Он откидывает голову назад, громко смеясь и широко улыбаясь. Хан не может долго сердиться на него, его сердце тает от звонкого смеха и красивой улыбки с кроличьими зубами. Он расслабляет лицо, позволяя хёну делать с ним всё, что угодно. Вздыхает влюблённо, когда тот снова обращает свое внимание на него. Ли расслабляет руки, гладит кожу большими пальцами и мягко прижимается губами к каждой щеке, будто извиняясь. Это нежное касание заставляет что-то тёплое разлиться в груди. Минхо медленными поцелуями переходит к кончику носа, оставляя там несколько быстрых и игривых поцелуев, возвращается к щекам, чтобы по линии челюсти неспешно прийти к губам. Он целует сначала уголок, отстраняясь наблюдая за реакцией Джисона, потом другой, весело хмыкая, когда видит, что губы парня пытаются ухватиться за касание.       — Ну, хён, хватит дразниться, — Хан снова хмурится, желая получить настоящий поцелуй от возлюбленного, а тот его никак не даёт. Минхо тихо смеется и наклоняется, чтобы соединить их губы. Мягко прижимается, обводит языком сухие и искусанные губы, слушая чужой облегчённый вздох. Джисон прикусывает нижнюю губу, заставляя парня простонать. Они не борются за главенство в поцелуе, не делают его страстным и горячим, им просто хочется побыть рядом, напомнить друг другу о чувствах, передать их через прикосновения рук и губ.       Хан отстраняется, медленно целуя подбородок, скользя губами к шее. Руки на пояснице прижимают чужое тело ближе к собственному. Минхо хихикает от щекочущего дыхания, но не останавливает его. Джисон не оставляет отметин, им нельзя, да и самому хочется покрывать кожу возлюбленного мелкими, воздушными поцелуями, чтобы лишь невидимые следы от горячих касаний остались на коже. Он переходит к ключице, медленно проводя языком по ней. Его резко охватывает необъяснимое чувство любви к хёну, поэтому Хан утыкается носом в изгиб шеи. Оставляет там невесомые и частые поцелуи, чувствуя, как Минхо гладит его по макушке.       — Я скучал по тебе. — говорит тихо и целует куда-то в волосы. Этот момент кажется таким интимным, наполненным нежностью и их общей любовью.       — Я тоже. — Джисон поднимает голову, смотря на парня снизу вверх, и мимолетно прижимается к губам. — Ты придумал, что мы будем смотреть? — он игриво улыбается и щурит глаза, внутри радуясь, когда видит искорки счастья в любимых глазах.       В тот вечер у них было запланирован просмотр дорамы, но после первого поцелуя главных героев Минхо, блестя глазами, спросил: «Давай повторим?». И вечер фильмов превратился в вечер поцелуев и объятий.       Благодаря хёну, который следит за своим сном и питанием, Джисон смог поспать аж девять часов, чувствуя себя наконец-то выспавшимся.

***

      После того дня Хан снова не выходил из студии, но теперь у него было вдохновение. За пару дней он написал четыре хороших текста, которые понравились Чану и Чанбину, но самому Джисону они не казались идеальными. Да, они были хорошими, годными для альбома, но не дотягивали, будто там чего-то не хватает. Особый смысл есть, складные рифмы тоже, они подходили под яркие и динамичные демки, но Хану хотелось… больше чувств.       Он сидел и сверлил взглядом текст про долгое и упорное достижение цели. Песен с таким смыслом много, поэтому хотелось написать что-то особенное, что-то, связанное с любовью.       При мысли о любви в голове возник Минхо.       Его горячо любимый хён, причина появления сердечек в глазах Джисона. По всему телу растекалось приятное тепло от нежных объятий парня, а его поцелуи заставляли забывать, как дышать. Он испытывает к нему так много одновременно, что иногда слов не подобрать, чтобы описать свои чувства.       Джисон вспомнил, как они впервые остались наедине, будучи трейни, неловко и смущённо разговаривая. Сколько инфарктов от тактильного хёна он испытал на себе. Сколько слёз он пролил, когда Минхо, обняв его, шёпотом признавался в своей любви. Как Ли его потом успокаивал и в чужих икающих словах разобрал взаимный ответ. Он помнит, как они прятались от мемберов, чтобы мягко коснуться губ друг друга, пожелать хорошего дня и удачи.       Те самые чувства, которых ему не хватало в песне, ходили рядом с ним, жили под одной крышей, он мог их слышать, ощущать. Они приняли облик его любимого человека, ставшего его личной музой и дарившего ему горы вдохновения.       От тёплых воспоминаний о Минхо пальцы сами вцепились в ручку. Он долго зачёркивал, переписывал, вчитывался и отдавал тексту всего себя. Джисон признавался ему в любви, используя красивые эпитеты, рассказывал о своём первом и самом лучшем свидании, о нежных поцелуях от любви всей своей жизни, что делают его счастливым. Описывал, как сильно изменилась его жизнь, не представляемая теперь без этих чувств.       Он смотрит на текст и понимает, что это именно то, что ему нужно, то, чего так долго не хватало. Джисон обещает, что включит эту песню в новый альбом. Эти строки не могут остаться неуслышанными. Хан давно хотел признаться миру, как сильно любит Минхо, сколько всего тот вызывает в нем одним своим присутствием. И он это сделает, только в виде песни.       Джисон сегодня возвращается в общежитие раньше, чем обычно. У него прекрасное настроение, потому что наконец-то написан текст, который полностью удовлетворил его. И он идёт прямо к своему возлюбленному. Знает, что тот уже в тепле и уюте на кухне, потому что пару минут назад написал в общий чат, что приготовил вкусную пасту, и она будет ждать всех мемберов на плите.       Минхо — самый заботливый старший, и самый любимый человек Джисона.       Хан спешно снимает обувь, налетая на хёна в коридоре.       — Хани! — он удивляется, но сразу же раскрывает руки для объятий, чувствуя, как чужие ладони скользят по талии, сцепляясь на спине, и расслабленно выдыхает. Из-за обрушившегося на Джисона вдохновения и разных графиков они редко пересекались. Счастливый хён был самым прекрасным чудом света. Кажется, ради его улыбки Хан готов сделать всё, лишь бы тот никогда не грустил. — Ты сегодня рано. — он отстраняется от его шеи, оставляя мягкий поцелуй на щеке.       — Что не сделаешь ради любимых. — он игриво закатывает глаза и улыбается. Минхо смеётся, слабо толкая его в плечо, и медленно касается чужих губ. Джисон довольно жмурится и мычит, вызывая у Ли ещё одну порцию смеха.       — Эй, поцелуй ещё раз, это не считается. — по-детски канючит, смеша хёна ещё больше. Но тот быстро успокаивается и снова льнёт к любимым губам.       Минхо берёт его за руку и ведёт в спальню, весело хихикая с недовольного Хана, который хотел получить ещё порцию поцелуев. Они переодеваются в домашнюю одежду и валятся на кровать. Джисон раскрывает руки, чтобы Ли мог удобно уместиться на его груди, после обнимает его, притягивая за талию ближе. Они долго разговаривают, в красках описывая те дни, когда не могли быть вместе. Обсуждают расписание и следующие выходные, обдумывая, куда можно выбраться только им вдвоём и куда сходить с мемберами, чтобы вкусно поесть. Хан хотел рассказать о новой песне, которую посвятил Минхо, но услышал мирное сопение.       — Спи сладко. — шепчет и целует в макушку. Ли, словно чувствуя это сквозь сон, прижимается ближе, причмокивая губами. Джисон хмыкает, наслаждаясь тихим и размеренным дыханием Минхо. Позже он и сам засыпает, окружённый успокаивающей тишиной.       Утром он проснётся раньше хёна, сопящего ему в грудь. Джисон будет смотреть на него со всей своей любовью, желая поцеловать. Но, лёжа немного выше, чем старший, он может себе позволить только оставить поцелуй на лбу и в волосах. Под влиянием чувств Хан спустя долгое время напишет сообщение в баббл, чем обрадует фанатов. Расскажет о трудном времени, о новой песне, которую удачно написал, вспоминая лучшие события его жизни. О том, что сейчас ощущает настоящее счастье.       Отложив телефон, он посмотрит на проснувшегося Минхо, который сонно тянется вперёд, выпрашивая поцелуй, и Хан поймёт, что, да, он действительно очень счастлив.