успеть за двадцать лет

15.10.2016. Ева Дрожащими, то ли от холода, то ли от нервов, руками я несколько раз чиркаю зажигалкой, которая из-за сильного ветра не хочет работать. Меня это раздражает. С пятой попытки у меня всё же получается поджечь сигарету. Едкий дым приятно обжигает горло, кажется, что становится легче, но это лишь на пару секунд. В голову лезут какие-то непонятные мысли на счёт Йоста. Что это, ревность? Да ну бред же. Мы друзья. Лучшие друзья. Лучшие друзья, которые шутят про отношения. Лучшие друзья, которые шутят про отношения, и почему-то испытывает ревность, совсем не дружескую. Вернее не "испытывают", а "испытаваю". Я. Он вряд ли. Не могу говорить точно, но шанс, что я ему нравлюсь слишком мал. А он мне нравится? Да, как друг. "А если не обманывать саму себя?" кричит мой внутренний голос, но я его стараюсь не слушать. Всë теми же дрожащими пальцами вызываю такси до отеля. Куртка осталась в баре. Ничего, заберут, главное, что сумочка со мной. Иногда думаю, что совершаю совершенно глупые вещи: беру на танцпол сумку, которая очевидно будет мне мешать, а по итогу она оказывается как никогда кстати. Машина подъезжает на удивление быстро, я выкидываю окурок, который минуты две зачем-то крутила в руке, в мусорку и сажусь на заднее сиденье. За окнами автомобиля идëт лёгкий снег, который в середине октября является нормой, дует сильный ветер, из-за чего видимость дороги становится отвратительной, а бедных людей, идущих по тротуару, сносит. Казалось, что часть из них вот-вот улетит, как зонтики одуванчика, стоит на него подуть. Тишина в такси так сильно давила на уши, что я не выдержала и попросила водителя включить радио, хоть первую попавшуюся волну, не важно. Я чуть поёжилась и положив голову на боковое стекло, стала рассматривать всё вокруг, будто вижу мир впервые. Вот магазин одежды, который закрылся часа три назад, вот купол какого-то собора, весь покрытый тонким слоем снега, вот дама в шляпе и с собачкой на руках укрывается от ветра, стоя под одной из автобусных остановок. Провода тянутся через всю проезжую часть, загорождая и так чёрное небо. Далёкие огни домов и близкие огни уличных фонарей расплываются и тонут во тьме. Одинокая слеза скатилась по щеке и я чуть дернула головой, пытаясь больше повернуться к окну. Почему-то хотелось кричать от тянущего ощущения внутри грудной клетки. Что за бред? Полнейший бред. Реагировать так на то, что лучший друг, достаточно выпивший, обжимается с какой-то незнакомкой в медленном танце. Ну и пускай обжимается, его право, его желание. Я тут не при чëм, моя, не понятно откуда взявшаяся ревность, не при чëм. Перед глазами появляются слова, будто выделенные неоном, о влюблëнности. Я морщусь. "Любовь" слишком громкое слово для меня, для нас, для нашей ситуации. Детской ситуации. Бред. Любовь-это нейрохимическое наебалово. Жалкий выплеск гормонов. Любви не существует, это выдумка людьми для описания этого самого выброса. Это же так глупо. Мы думаем о человеке или видим его, в этот момент определëнные гормоны вырабатываются в организме. Но ведь когда мы о человеке не думаем, не видим его, гормоны не выплëскиваются, следовательно и так называемой "любви" нет. Хотя ладно, влюблëнность ещё не любовь, но тоже слишком рано. Я может быть в скором времени и признаюсь самой себе в том, что Йост мне нравится, но не больше. Машина приезжает по назначенному адресу. Отдаю деньги, выхожу на улицу. Вновь хочется курить, но я борюсь с этим желанием. Захожу в отель. Лифт, коридор, номер. Снимаю кеды, в темноте подхожу к тумбочке, включаю прикроватную лампу. Скидываю платье и иду в душ. Хочется свариться в кипятке и вместе с тем хочется встать под ледяную воду, чтобы отрезвить мысли. Выходя из ванной, слышу как кто-то стучит в дверь. Догадываюсь кто, поэтому не открываю. Не хочу никого видеть, не хочу видить его... Телефон разрывается от уведомлений. Ставлю будильник на девять и перевожу мобильный в режим полëта. Ночью сплю плохо, всë время ворочаюсь. Закрадывается непонятная тревога. Страх потерять друга. Я кажется по-тихоньку начинаю принимать факт возможной симпатии к другу и это пугает. Я понимаю, что с чувствами к нему будет тяжело. Всё время буду на что-то надеяться, ревновать, чувствовать жар от его прикосновений. Такой расклад меня не устраивает, не хочу, чтобы моя симпатия забрала у меня друга, ибо долго находиться в так называемой френдзоне не смогу. Надо отвлечься, переключить внимание на какого-нибудь красавчика. Чувствовать себя использованным-ощущение не из приятных. Особенно, если человек, поступивший так с тобой, был тебе интересен. Как бы ты не пытался забыть его, убедить себя, что тебе всё равно, ты возвращаешься к воспоминаниям. Часто воспоминания причиняют боль, особенно если они связаны с тем, с кем ты уже не имеешь ничего общего. Люди не редко оправдывают поступки своего партнёра, друга или родственника. Закрывают глаза на неприятные моменты, а всё лишь из-за положительных воспоминаний. Оправдывать придурка желания нет, но это вынужденная мера. Пытаться вернуть то, что уже было разрушено–глупо. Многие уверены, что всё можно изменить, что всё наладится, и пытаются взять всё в свои руки. Но это всё в руках, как дым. Ты не удержишь и не вернёшь. Лишь сделаешь себе хуже пропахнув копотью. Но меня это не особо волнует, плевать, что будет потом, главное, чтобы сейчас было легче. Я просто хочу сохранить дружбу с Йостом. Да. Это всë ради него. Ради нас. "Привет, Тео"–отправляю я сообщение старому знакомому и вновь перевожу телефон в режим полëта.