Белые волосы

      Очередная ночь. Очередное подобие кровати. И очередная попытка решить свою проблему.       Спать на поле боя было легко: тело и мозг всегда были истощены, и поэтому снов не было. В поле подсолнухов, на удивление, тоже было легко: постоянная тревога от идеи, что он фактически спит посреди поля, не давала сильно проваливаться в грёзы и мечты. Но в городах всё обстояло по-другому... Там, где было наиболее "безопасно" (по мнению подсознания Отксо), мозг позволял себе разыграться и пускал раз за разом эти кошмары, не давая им закончиться.       Хороших снов, как понятно, никогда не было. Однако, мужчина за годы жизни нашёл способ справляться с этим: решением было придумывание своих снов самому. Лежать с закрытыми глазами и фантазировать что-то, что может быть лишь во снах, действительно иногда помогало, и истощать мозг таким образом было как минимум несложно.       Прямо сейчас Отксо лежал и упёр взгляд в пустоту, осознавая то, КАКИЕ мысли ему полезли, как только ему стоило начать фантазировать. За последние дни были много происшествий, но все их он смог переварить ранее, кроме совсем нескольких свежих.       С одной стороны, сейчас его беспокоил его стиль фехтования, ибо из-за роста его надо чуть-чуть поменять. С другой стороны, рост позволил взглянуть на некоторые вещи по-другому... И на некоторых личностей в том числе.       Происшествие на рынке заставило его испытать что-то не то. Отксо всегда легко мог отшутиться от подобной фразы или замечания, ему не было смысла реагировать так, как он тогда отреагировал — но почему-то будто просто захотелось.       Что вообще значит для него "быть бо́льшим фанатом"? Особенно в сторону, кхм, Сизой? Он не так часто восхищается кем-либо до такой степени — может сделать комплимент или приятное замечание, но не фанатеет же он по ней. Да, действительно, она имеет приятную простоту в характере, прекрасные идеи в бою и цели, неплохой вкус в одежде, чёткий говор, сильное тело, красивые белые... Волосы...       Отксо хмурится и затем накрывает предплечьем и без того закрытые глаза. С одной стороны, он хочет укрыться от окружающих ощущений ещё больше, чтобы отвлечься на темноту в глазах. С другой стороны, в этой самой темноте ему легче всего снова представить и вспомнить белые волосы.       — Храст, — ругается в тишину мужчина, прежде чем перевернуться на бок и вжать голову в подушку получше. Просыпающийся из-за кошмаров он никому не будет нужен, и пора начинать придумывать собственный сон, прежде чем всё это вольётся во что-то неприятное.       Свободное тренировочное поле. Достаточно большое, чтобы Отксо мог практиковаться, чем он и был занят. Рыцарь в полном обмундировании, кроме шлема, менял стойки, внимательно следил за своими движениями, и, самое главное, оттачивал свои удары. Ненадолго всплывает образ Алария, что некогда мог бы поспарринговаться с рыцарем, чтобы помочь... Но теперь приходилось опираться только на себя в этом плане.       Дано вдыхает поглубже, перехватывая меч и кладя палец на середину клинка, ближе к гарде. Он давно этого не делал.       "Звергхау," — меч разрезает воздух слева направо. Впрочем, почему он может опираться только на себя?       "Крампхау," — меч проносится лезвием вниз. В команде есть та, которая не хуже него знает, как пользоваться обычным оружием в ближнем бою.       "Щилхау," — меч под особым углом ударяет вперёд. Белые волосы...       Мужчина ненадолго останавливается. Он в спешке перехватывает меч за клинок.       "Мордхау!" — проносится в голове, прежде чем получившийся из меча клевец вонзается в землю, ещё немного закапываясь рукоятью. Рыцарь его отпускает и отходит назад, восстанавливая сбитое дыхание.       Оно сбилось не из-за нагрузки на тело. Только из-за нагрузки на эмоции.       "Нужно вытащить меч..." — Отксо подходит к оружию и кладёт ладони под гарду, пытаясь его вытянуть резким движением на себя. С одной стороны, грубая сила — его конёк. С другой стороны, всегда нужна техника, и он прекрасно видел одну особую боевую технику, или, что важнее, "боевое искусство".       Поверх ладоней рыцаря, что укрыты латными перчатками, ложатся невидимые и пушистые. Такие нежные, но сильные... Из-за спины видно кончики белейших волос. Чужой голос будто вот-вот собирается ворваться в эту фантазию.

"Мои песни знают, что ты сотворил."

      Отксо открывает глаза, приподнимаясь на локтях и отходя от фантазий, заменявших сон. Он смог "окошмарить" их под конец, но... Впервые у него такое, что он будто не согласен сам с собой. Всегда эти искусственные сны были тем, что он хотел, и против чего он не был — прогулка с собакой, спарринг с Аларием, истории от папы и мамы, всё это. Теперь же появилась та эмоция неловкости, доходящая до смущения, да и ещё накладываются попытки отрицать это. С одной стороны, он будто не имел и не имеет права проявлять такие эмоции. С другой стороны, он ведь заслужил, и ему, в конце концов, прият--       Отксо зажмуривается и ложится на живот. Он и она — два разных мира, и поэтому нужно об этом всём забыть. Тем более, что новый сон не заставит ждать.       Родные улицы Арабела. Мимо идёт патруль Пурпурных Драконов, которые кратко здороваются с вышестоящим по рангу. Стоит поднять взгляд наверх, и он видит в небе продолжение города, будто его отражение. Город бесконечно огромный, его края не видно и это заставляет голову кружиться от восхищения — невероятные постройки, добрые люди, белые волосы... Что? Так быстро?       Отксо оборачивается, видя снова кончики знакомых волос краем зрения. На необожжённом лице проступает улыбка, и ладонь Дано тянется к белым волосам, такие тёплые и прекрасные, такие успокаивающие и...

"Я вижу в тебе тьму."

      Мужчина сам разрушает эту фантазию, снова. Эти чувства, что в нём начинают появляться, не несут смысла — он знает прекрасно, что он никому не нужен с этим ожогом, кроме семьи. Недолго думая, он тут же жмурит глаза ещё сильнее, чтобы веки совсем устали, и укладывается сразу на спину. Усни, быстро!       Поле подсолнухов. Свет с неба слепит глаза, потому что светится будто бы всё небо целиком. Это заставляет мужчину невольно улыбнуться — то были одинокие времена, но что-то хорошее и в них тоже было. Он проходит к одному из очередных подсолнечников, наклоняясь к цветку и вдыхая поглубже запах.       Он немного щекочет нос. Щекочет так же, как щекотали бы... Волосы. Те самые, того самого цвета.       Дано оборачивается. Нет, он не видит ничего подобного рядом с собой, и улыбка немного сползает вниз.       Он начинает идти сквозь поле, отодвигая каждый цветок на своём пути. Шаг не быстрый, но было ясно, что что-то он ищет.       Отксо никогда не сдаётся. Хоть война, хоть уродство на остаток жизни, да даже если бы ему отрубили ногу, как Малсеру — он бы не сдался... Но мысли о ней всё-таки заставили его сдаться самому себе. Его логика сдаётся под натиском его чувств.       Отксо убирает один из больших подсолнухов. Всё-таки эти кошмары можно прекратить. Особенно если он попросит хорошей помощи от хорошей особы.       Отксо сминает очередной цветок ногой. Всё-таки различия в них не так велики, и этим "двум разным мирам" будет несложно вместе. В конце концов, живут они оба на Ториле.       Отксо вдыхает, прорываясь сквозь заросли подсолнечников. Всё-таки никто не мешает подпустить кого-то к себе так, чтобы эта "кто-то" была семьёй. Или даже ближе.       Отксо делает рывок, оказываясь в единственном маленьком участке поля, где не было ничего, что мешало бы свободно двигаться.       Блеск белых волос отдаёт лучом в глаза, и рыцарь с улыбкой морщится, подходя ближе. Латные перчатки сваливаются с его рук, ровно как и меховые сапоги, оставляя его босым и "уязвимым".       Одна ладонь аккуратно ложится на чужую талию. Другая аккуратно сплетает её пальцы с собственными. Он не самый лучший танцор, но своей ловкостью она точно сможет компенсировать сразу за них двоих.       С одной стороны, изо рта хочет вырваться невероятный поток сладких слов, которые хочется сказать ей реально, которые можно выплеснуть как стихотворение или картину. С другой стороны...

"Наслаждайся тишиной."