Болезнь

Воздух в тесной квартирке был пропитан запахом дезинфекции и несвежего кофе. Саня, с его широкими плечами, откинутыми на потертые подушки, больше походил на побежденного борца, чем на стоического полицейского, каким его все знали. Резкий кашель сотряс его тело. — Полегче, старина, — прощебетал Сенч, неловко похлопывая Саню по спине. Он сидел на краю кровати с кривой ухмылкой на лице, резко контрастирующей с мрачной атмосферой. -Разве ты не знаешь, что должен быть крутым? Ты полицейский, помнишь? Саня посмотрел на него, и в его обычно спокойных глазах промелькнуло что-то похожее на раздражение. — Это ты должен быть жестким и проницательным. Это я только что провел неделю в больнице, а не ты. Мужчина пренебрежительно махнул рукой. — Ах, подробности, подробности. Ты просто немного подзабыл, вот и все. Немного отдыха и ты очень скоро вернешься к поискам преступников. Его попытка пошутить провалилась с треском, единственным ответом был усталый вздох Сани. Сенчоус, как всегда оптимист, не поддался на уговоры. -Слушай, у меня есть идея получше. Как насчет того, чтобы приготовить тебе что-нибудь? По крайней мере я попробую. Саня, наконец, со стоном отвел взгляд от обшарпанного потолка. — Сенч, ты же сам помнишь что было в прошлый раз. Сенчоус надулся, его буйный нрав на мгновение угас. Он не стал бы лгать; он был глубоко обеспокоен судьбой Сани. Он и представить себе не мог, что ему придется заботиться о полицейском, не говоря уже о том, кто в буквальном смысле спас его жизнь. У него был талант попадать в неприятности, и Саня, законопослушный офицер, помог ему выпутаться из ситуации, которая легко могла привести его обратно за решетку. — Ладно, ладно, — пробормотал он, сдуваясь. — Может быть это не лучшая идея. Но скажи мне, чего ты хочешь? Ответа Сани, слабой улыбки, было достаточно, чтобы поднять настроение Сенчоусу. -Честно говоря, я бы, наверное, даже отведал чего нибудь из того что ты сделаешь прямо сейчас, просто чтобы послушать, как ты говоришь. Итак, в течение следующих нескольких дней Сенч превратился из печально известного беглеца в удивительно компетентного воспитателя. Он приносил Сане лекарства, читал ему сказки и даже отправился на местный рынок, чтобы купить идеальную буханку ржаного хлеба — единственное, что Саня был в состоянии переварить. Саня, поначалу скептически относившийся к намерениям Сенча, начал смягчаться. Он обнаружил, что наслаждается неожиданным общением. Сенчоус, несмотря на свою склонность шутить даже перед лицом невзгод, был на удивление внимательным и добрым. Он понимал, в отличие от многих других, одиночество полицейского это тяжелое бремя ответственности. Однажды вечером, когда солнце отбрасывало на комнату длинные тени, Саня оторвался от книги. — Знаешь, друг, — сказал он хриплым, но на удивление искренним голосом, — ты не так уж плох, как я думал. Сенчоус, застигнутый врасплох, поперхнулся чаем. Он уставился на Саню, и его обычное шутливое выражение сменилось неподдельным удивлением. — Правда? — Сумел выдавить он, широко раскрыв глаза. — Правда, — подтвердил Саня, и на его губах появилась редкая улыбка. — Знаешь, я тут подумал… Может, мы могли бы прогуляться, когда я полностью поправлюсь. Только мы вдвоем. Сенчоус, чувствуя, как его сердце наполняется теплом, которого он не испытывал уже много лет, согласился без колебаний. Он умел попадать в неприятности, но также неожиданно обрел друга, связь, возникшую из совместного переживания уязвимости и неожиданного сострадания. И когда он посмотрел на Саню, на его бледное лицо, но глаза которого были полны странной нежности, Сенч понял, что это не просто временный союз, а начало чего-то совершенно другого, чего-то настоящего. Возможно, они и не были самой подходящей парой, но они нашли что-то ценное посреди хаоса, дружбу, родившуюся в результате неожиданного спасения и еще более неожиданного проявления заботы.