У нас осталось (всего) полчаса

– Матела,твоя задница заставляет мой член улыбаться! Порко ехидно посмеивается, глядя на то, как Олли кряхтя пытается выудить из-под завалов их многочисленных прожиток свой бас. В их временной студии царит настоящий хаос: Сантери налажал со сроками, а потому отель, в который они весело направлялись своей дружной компанией, просто отказался их принять, именно поэтому в экстренном порядке им пришлось завалиться в далеко не самые роскошные, зато свободные апартаменты, недалеко от центра Праги. Большой диван в довольно просторной гостинной казался совсем крошечным в сравнении со всем багажом парней: чемоданы, кейсы и даже огромные пакеты вавилонской башней занимали четверть комнаты и знатно выбешивали Олли, никогда в жизни не терпевшего беспорядка. Йоонасу же досталось лучшее место, с которого это чудное зрелище раскрывалось со всех сторон: сидя на спинке дивана, он интенсивно болтал ногами, отстукивая тяжелыми ботинками понятную ему одному мелодию. – Иди….нахуй…Порко…, - Олли отчаянно кряхтя на карачках полз в самую гущу завалов, на ощупь стараясь определить то, на что натыкалась рука. -Фи, как грубо! -Да лучше б…помог…ЕСТЬ! Абсолютная победа. Бас таки поддается, и с широчайшей улыбкой Олли падает на спину, победно поднимая блестящий чехол над собой. Нарочито медленно и громко хлопая в ладоши, Йоонас спрыгивает с дивана и опускается на корточки рядом с Матела, пару раз шутливо тыкая его пальцем в бок. - Кто мой герой? Кто-о-о?! -Ауч, щекотно!!- Олли заливается смехом и спешно откладывает бас в сторону, сжимаясь в оборонительный калач, пытаясь противостоять щекотной "пытке". Порко подобная оборона лишь еще больше раззадоривает: перекидывая ногу через басиста, он довольно устраивается на чужих бедрах и вплотную наклоняясь к съежившемуся Матела нежно зарывается носом в его кудри. - Попался, - Йоонас осторожно убирает кудряшки Олли с лица и трется носом о нос басиста. Олли расслабляется, его ямочки на щеках всё еще улыбаются озорными ямками, голубые глаза влюбленно сверкают, а руки трепетно зарываются во всегда растрепанные кучеряшки гитариста. -Будто бы я против, - шепчет Матела и нетерпеливо подается навстречу, утягивая Порко в практически невинный поцелуй. -Наша пожилая женатая пара опять предаётся страсти в рабочие часы! Занятые друг другом гитаристы упускают момент, когда в их интимное пространство врывается внезапный гость. Едва переступая через порог комнаты Нико корчит иронично драматическую мордашку, и снимая с себя шляпу театрально прижимает ее к груди, широкими шагами направляясь к дивану. Олли стонет, пряча лицо в ладонях и безуспешно скрытно пытается выползти из-под начинающего смеяться Йоонаса. Гитарист не препятствует попыткам любовника выбраться из-под него и шустро вскакивая на ноги, протягивает басисту руку и поднимает его следом за собой. -Что бы ты там себе не надумал, - Олли чопорно принимается отряхиваться, стыдливо упирая взгляд в пол, - Всё не то чем кажется. -Да ну?-с губ Нико не слезает улыбка, и он заговорчески переводит взгляд с одного гитариста на другого, - Удиви же меня, Олли. Олли хмурится, недовольно косится на широченую улыбку Порко, мысленно надеется на то, что однажды у Йоонаса треснет ебало, заводит руки назад и беспечно произносит: -В этом рестлинге победа была за мной, у Йона не было ни шанса. -Разумеется, - Нико примирительно вскидывает руки, - У Йона не было ни шанса ощутить твой член в себе. Порко и Моиланен синхронно складываются пополам от смеха и, отбивая кулачки, заполняют комнату крякающим хохотом. Олли чувствует как уши вспыхивают алым стыдом, а желание позвонить матерям обоих и пожаловаться на то, что их дети балуются, растет в геометрической прогрессии. Недовольно сложив руки перед собой, Матела бурча передразнивает хохот каждого и начинает невнятно причитать, недовольно щурясь в сторону друзей. –Ладно мы пойдем подышим, - отсмеявшись, Йоонас нежно приобнимает за талию всё еще недовольно сопящего Олли и подталкивает его к выходу, - Я покурю, а он ебало завалит, – хихикает гитарист и под страдальческий стон Матела, выскальзывает за дверь, легко скользя ладонью по пояснице басиста, напоследок звонко шлепая его по ягодице. Нико усмехается, поднимая руку в знаке сойки-пересмешницы, и кидает молчаливый респект Олли, выглядящему как…как человек, контуженный долгими и счастливыми отношениями с Йоонасом Порко. – Не помирай, Матела, после смерти Порко в любом случае заберет тебя из твоего милого рая в свой порочный ад. – Ужасно, но я всё еще почему-то люблю вас обоих, хоть вы и конченные дегенераты, - поджимая губы, Олли плечом толкает дверь и выходит в коридор, слыша за спиной заливающегося гиеной Нико.

***

Йоонас медленно затягивается, ощущая как горячий дым проникает в горло. Вообще ему не нравится курить - он бы с удовольствием просто посасывал фильтр малинового чапмана, слизывая с него сладкий привкус, но количество доступных шуток про то что Порко нравится сосать и так превысило все пробные версии, поэтому (парни скинулись и оформили пожизненную подписку) он занимался активной имитацией деятельности загадочного курильщика. Дверь на общий балкон тихонько отворяется, и тихие шаги останавливаются за спиной. – Курение убивает, - крепкие руки нежно обхватывают талию Порко. -Ароматы грязных носков тоже, но хер мы в ближайшее время почистим автобус. Вредный, но такой родной. Олли утыкается носом в шею Порко, оставляя на ней неловкий поцелуй. Сигарета в руке Порко тухнет и щелчком отправляется точно вниз на голову случайного прохожего. Йоонас аккуратно перехватывает родные руки, и оставляет на них несколько легких поцелуев, массируя пальцами чужие костяшки. День неумолимо подходит к концу, алое закатное солнце окрашивает небосклон в розовую вату, лениво движущуюся в неспешном хороводе. -Вот что ты за человек, Порко: ни говна, ни ложки. Йоонас хрипло смеется, чуть склоняя голову к Олли, щекоча его щеку копной пушистых волос. -Еще чего скажешь? - он аккуратно разворачивается лицом к басисту, ласково беря его щеки в свои ладони. Олли неловко фыркает пытаясь сдуть кудрявую прядь, нагло залезшую в их укромное интимное пространство. -Нико уже тут, скоро и остальные подтянутся...У нас осталось всего полчаса на то, чтобы побыть вместе, - Олли тяжело вздыхает и смотрит в ярко-голубые глаза любовника. Они чаруют, завораживают, заставляют сердце пропускать несколько ударов, и Олли кажется, что он тонет. Бесконечно тонет в их глубокой синиве. -У нас, Матела, осталась целая жизнь. Йоонас не дает Олли возможности возразить и, несмотря на скептический взгляд и приоткрытые в ироническом возражении губы, он подается навстречу и быстрым движением аккуратно утягивает любовника в длинный, трепетный поцелуй. Поцелуй длиною в жизнь.