Неравные шансы

      В «Зималетто» все шло своим чередом, копания понемногу готовила к выпуску новую коллекцию.       Воропаева Андрей так ни разу и не видел со дня их сокровенного разговора в конференц-зале, вот уже две недели как. В какой-то момент Жданов вообще решил, что пари — это глупая шутка, в которую он поверил, как ребенок. Со временем он совсем расслабился и даже думать забыл о споре.       Катерина оказалась невероятного ума девушкой. Она усердно работала, вносила гениальные, по мнению Андрея, коррективы в планы развития производства, умело сокращала бюджет, сохраняя средства для развития предприятия. Пушкарева стала неотъемлемой частью рабочей жизни компании, повсеместно являясь спутницей Андрея, что перестало кого-либо удивлять.       Кира такому положению дел рада не была. Ее раздирало изнутри какое-то чувство, похожее на ревность. Но как только она думала об этом, тут же начинала смеяться над собой, вспоминая, как выглядит вторая секретарша Андрея. Но все же Пушкарева ее напрягала. Жданов неустанно рассказывал невесте то о том, как Катя помогла ему разрешить очередную, практически невыполнимую задачу, то, как Пушкарева, разумно сократив текущие расходы, помогла увеличить бюджет на ткани для новой коллекции. Киру бесил такой восторг Андрея в адрес секретарши. Ведь это именно она, а не Пушкарева проголосовала за него на собрании, и сейчас он — президент только благодаря ей.       Поэтому внезапный звонок Катерины на ее личный мобильник в день большого футбольного матча Жданова взбесил Киру окончательно. — С кем ты так «любезно» разговариваешь? — Да Пушкарева эта, в каждой бочке затычка, — ответила брату Кира, со злостью зажимая кнопку сброса звонка. — И часто она тебе вот так названивает? — Еще, чего не хватало! В первый и, очень надеюсь, в последний раз! — не успокаивалась Воропаева. — Господи, Кира, твоя одержимость Ждановым тебя погубит! Как ты можешь игнорировать человека, который работает на благо твоей же компании, на которую тебе одной из первых не должно быть все равно!       Мобильник опять запиликал. — Что, снова Пушкарева?       Кира молча отвернулась от брата. — Дай сюда! — Александр резким движением вырвал из рук сестры аппарат и нажал «принять». — Слушаю, — гаркнул он. — Алло, — растерялась Катя. — А я могу услышать Киру Юрьевну? — Можете считать, что сегодня я — ее секретарь. В чем дело, Екатерина Валерьевна? — Воропаев злобно уставился на сестру, которая снова повернула к нему голову и внимательно слушала разговор. — Дело в том, что мне нужен Андрей Палыч. Я знаю, что он занят, но он срочно должен подписать договор. Именно сейчас, чтобы мы успели передать его в банк до закрытия, иначе… —Так, я понял, — прервал этот скоростной поток Александр, — думаю, что лучшим решением будет вам подъехать сюда и в перерыве выловить вашего начальника, записывайте адрес…       Кира в шоке вытаращила глаза на брата. Продиктовав координаты, тот скинул звонок: — Что ты так на меня смотришь? — Ты что, позвал это пугало сюда? А ты не думал, как это отразится на имидже Андрея? — Вот на что мне порядочно плевать, так это на его имидж. Кира, это работа. Ты можешь относиться к сотрудникам, как захочешь, но будь добра проявлять уважение, когда дело касается важных вопросов. — Вот уж не знала, что ты так переживаешь за Андрея. — Я за компанию переживаю. И если есть шанс, что твой женишок ее не просрет, то вот он, — Александр протянул трубку ее владелице, — она, кажется, башковитая. Может и не позволит Жданову развалить фирму. — Сначала Андрей восторгается этой Катей, теперь ты ей дифирамбы поешь. Великоле-е-епно, — Кира продолжала раздражаться. — Все, хватит. Успокоишься, тогда поговорим, — Александр покинул трибуну и пошел в сторону курилки, по пути предупредив охрану о скором приезде госпожи Пушкаревой.       «Зачем я вообще решил «налаживать отношения» с сестрами на этом гребаном матче. Кира просто ревнивая идиотка!», — думал Александр, делая очередную затяжку. Он уже минут 20 пытался уговорить себя пойти обратно. Может быть даже извиниться за излишнюю резкость.       Все же вернувшись, он с удивлением понял, что продолжать конфликт Кира не намерена. Она предпочла сделать вид, что того разговора не было и общалась с ним вполне буднично.       После перерыва в матче Александр вдруг заметил девушку, в которой он узнал Пушкареву, сиротливо стоящую сбоку от трибун. Он решил, что это отличная возможность снова сбежать от сестер, которые в очередной за сегодня раз перешли на обсуждение предстоящего бракосочетания. — Все удачно? — спросил Воропаев, подойдя к Катерине со спины.       Девушка вздрогнула от неожиданности. — Д…да… Здравствуйте, Александр Юрич, спасибо большое за помощь!       В ее глазах было столько по-щенячьи искренней благодарности, что язвить в ответ у Александра просто язык не повернулся. Он решил скрыть свою растерянность за сигаретой.       Какое-то время они молчали, наблюдая за матчем. Вдруг Воропаев поймал на себе встревоженный взгляд Жданова. Тот, видимо, только сейчас заметил, что у его помощницы образовалась компания. Засмотрелся на столько, что чуть не пропустил удачную передачу от Малиновского.       Александр тут же вспомнил про спор и решил больше позлить Андрея, чем перейти к активным действиям. Пушкарева вводила его в ступор, он совершенно не понимал, с какой стороны к ней вообще можно подступиться. Выглядеть идиотом Воропаев очень не любил, поэтому решил позволить Жданову самому разобраться с этим пари, самому себя подставить, и дело с концом. Но сейчас внимание Андрея к их «паре» начало возбуждать в нем интерес соперника. — Катерина Валерьевна, вы, наверное, замерзли. Не хотите выпить чего-нибудь горячего, пока ждёте? Здесь на удивление хороший кофе, — Воропаев бросил все силы, чтобы его хищный оскал стал похож на человеческую улыбку.       Пушкарева замялась. Она совершенно не ожидала подобного от Воропаева и не понимала, как вообще правильно себя вести в подобной ситуации. Но то ли от поездки на «кабриолете» курьера, то ли от нервов, ее била мелкая дрожь, что-то теплое явно могло ей помочь прийти в себя. — Что же вы ответите? — Воропаев поднял одну бровь, ожидая ответа. Его начало забавлять оцепенение, нападающее на это существо всякий раз, как он задает ей вопрос. — Ну же, Катерина, я вас не съем. Сегодня.       Ему стоило большого труда не рассмеяться от выражения лица девушки, которая будто бы всерьез восприняла последнюю фразу. — Пожалуй, от кофе я не откажусь.       Александр затушил сигарету, небрежно бросил окурок в урну и посмотрел на Жданова, который, в перерывах между пасами, сверлил «парочку» глазами. Одной рукой Воропаев указал Кате направление, а второй — легко коснулся спины девушки.       Кажется, когда они уходили с поля, Жданову в голову прилетел мяч. Но Александр не был в этом уверен.       Кофе действительно оказался неплохим. А главное — горячим. Катя грелась, держа кружу двумя руками, сидя за одним из столиков в баре клуба. Александр сидел напротив, наслаждаясь своим чаем и продолжая разглядывать девушку.       Что-то в ней было такое интересное, но вот только что? Дело в старомодной одежде? Может быть. В нелепых очках? Возможно. Но было что-то еще, что ускользало от взгляда Воропаева. — Александр Юрич, почему вы на меня так смотрите? — неуверенно спросила Пушкарева. — Вы — очень интересный экземпляр. — Экземпляр? — Катя чуть не подавилась глотком кофе. — И как же это вас занесло в модный дом? — Все просто. Мне нужна была работа. — Ну и где же, позвольте спросить, в этом городе выпускают таких экономически подкованных секретарей? — В МГУ, на экономическом факультете. — Надо же! А вам не кажется, что секретарь — это как-то мелковато для вас? — Но ведь нужно с чего-то начинать, — осторожно ответила Пушкарева, крепче впиваясь руками в свою чашку. Под испытующим взглядом этого человека ей было совсем неуютно. — Вот ты где, дядька! — голос Кристины, казалось бы, прогремел в безлюдном холле. — А мы с Кирочкой тебя везде ищем. — Что такое? Матч наконец-то закончился? — Воропаев обернулся на голос сестры. — Да! Наши победили! Это было потрясающе! Ой, здрасти, я — Кристина Воропаева, — девушка встала возле Кати и протянула ей руку для пожатия. — Здравствуйте, Кристина Юрьевна… — Кристина, это же секретарь Андрея — Катерина Валерьевна Пушкарева. Ну и память у тебя! — сказал Александр. — Где Кира? — А Кирочка ждет Андрюшу у раздевалки.       «Интересно, это нормально начинать сопереживать Жданову? Кирина мания все контролировать иногда просто невыносима. Да, бедный Андрюшенька: в комплекте с президентским креслом шел еще и маниакальный контроль.», — размышлял Александр, пока Кристина заново знакомилась с Пушкаревой. — Саша, ну наконец-то! Мы с Кристиной тебя везде искали! А ты тут…чаи гоняешь, — послышался голос Киры. — Катенька, спасибо, что дождались! — следом подошел и Андрей.       Кира неприлично громко цокнула и закатила глаза. За что получила сразу два укоризненных взгляда — от жениха и от брата. — Господа, спасибо всем за поддержку, — продолжил Андрей кланяясь Воропаевым, — но нам с Катей уже пора на переговоры. Дела, дела.       Катя резко вскочила со своего стула и направилась в сторону Жданова. Александр успел отметить, с каким рвением Пушкарева выполняет свои обязанности.       «Интере-е-есно. Она так скачет потому, что ответственная или потому, что влюбленная?», — пронеслось в голове Александра. Второе предположение заставило его схватить запястье пробегающей мимо секретарши и невесомо коснуться губами тыльной стороны ее ладони. Катя словила новый приступ столбняка. Впрочем, как и все присутствующие. — Д… До свидания, Александр Юрич, — кивнула мужчине Катя, — Кира Юрьевна, Кристина Юрьевна, всего хорошего, — и понеслась дальше навстречу Жданову. — Это ты меня так побесить решил? — тут же накинулась Кира. — А в чем дело, Кирюш? По-моему это очень милая девочка, — вставила Кристина. — Эта «милая девочка» крутит нами, как хочет, — снова завелась младшая сестра. — Кира, да хватит тебе, — отмахнулся Александр, вставая со стула. — Поехали уже отсюда.

***

      Когда в перерыве между таймами Андрей увидел Пушкареву у входа в раздевалку, то сначала подумал, что ему успели сильно ударить по голове, раз ему повсюду мерещится секретарша. Узнав, в чем дело он по-настоящему был поражен верностью и настойчивостью этой девушки. Отдав поручение курьеру — доставить в срочном порядке документы в банк, он решил «наградить» Пушкареву, а заодно и облегчить себе жизнь, пригласив ее присоединиться к деловым переговорам после матча.       Но сразу же об этом пожалел, когда увидел, как Воропаев уводит ее, как выяснилось позже, пить кофе.       «Тоже мне, ловелас. Хотя с его стороны это умный ход. Катя у нас такая, к ней надо постепенно привыкать.», — размышлял Жданов, попутно представляя, о чем могли вести беседу секретарша и акционер. — Андрей Палыч, — Катерина уже некоторое время ждала ответ на свой вопрос, который Жданов, очевидно, пропустил мимо ушей. — Да? Вы что-то говорили? — Я спросила, как давно вы играете в футбол, — повторять вопрос ей явно было неловко. — Я? Да, считай, всю жизнь. — Интересный спорт. Вот мой папа просто обожает футбол…       Но Андрей снова задумался о своем и пропустил «интереснейший» рассказ секретарши о своем отце.       «Надо что-то решать. А вдруг они договорились о свидании? Хотя нет, не стал бы Сашка так сразу в лоб действовать. Или стал бы? Черт пойми что, Жданов. О чем ты думаешь вообще? Надо что-то придумать, причем быстро. Я не могу отдать Воропаеву компанию. Ни за что. Что же делать…», — Жданов силился выработать план действий всю оставшуюся дорогу до ресторана.

***

      И снова, уже в который раз за сегодняшний день, Пушкарева поразила Андрея своими талантами. Она так грамотно провела переговоры, что, казалось, участие в них Малиновского и Жданова не требовалось в принципе. — Катерина Валерьевна, — обратился он к девушке, не отрываясь от дороги, — я хотел бы назначить вас своим личным помощником, так сказать, повысить.       Катя некоторое время молчала. А когда молчание начало прерываться на тихие всхлипы, Жданов все же повернул к ней голову. — Катя, вы плачете? В чем дело?       Женские слезы Жданов терпеть не мог. Ему с лихвой хватало Воропаевой, рыдавшей по любому мало-мальски весомому поводу, но в сложившейся ситуации он сам себе напомнил, что лучше негодование сдержать.       Пушкарева в ответ что-то неразборчиво хныкала. Понять, что она хочет сказать было просто невозможно. Андрей припарковал машину на обочине и повернулся к девушке всем телом. — Катя, успокойтесь пожалуйста, — начал Жданов тихим голосом. Поняв, что это совсем не меняет ситуацию он перешел на крик: — Да успокойтесь вы наконец!       Пушкарева примолкла и подняла заплаканные глаза на начальника. — Катерина Валерьевна, почему вы плачете? — попытался скрыть раздражение за участием мужчина. — П…Про…простите, Андрей Па…Па… Палыч, я… Я…       «Да договори ты уже это предложение, господи, что за…чудо», — думал Андрей, ожидая хоть какой-то внятный ответ. — Я просто не ожидала. Это… Это так… — … Неожиданно, я понял, — закончил за нее Жданов, возвращая транспортное средство в поток машин. — Плакать-то зачем? Новости же вроде хорошие. К тому же, не уверен, что изменится что-то кроме зарплаты. Разве что, вам придется чаще бывать со мной на переговорах.       Со стороны пассажира снова послышались всхлипы.       «Господи ты боже мой!», — раздражался Андрей, пытаясь найти в машине хоть что-то похожее на платок. — Вот, держите, Кать, она чистая. И прекратите, пожалуйста, плакать. Помощнику президента компании не пристало иметь красные глаза, — он протянул девушке многоразовую салфетку для протирания пыли. — Х…Хорошо, — только и ответила девушка, утирая глаза оранжевой тряпочкой.       До Катиного дома доехали молча.