Неравные шансы

      Кате пришлось задержаться дома еще на день. Несмотря, на то, что симптомы болезни стремительно отступали, слабость во всем теле перевесила рабочий настрой.       Вторник был похож на спокойный выходной, который девушка позволила себе провести в кровати.       «Еще один день, чтобы перевести дух перед тем, как моя жизнь снова превратиться в пособие «Как из гадкого лебедя-секретаря стать главной вертихвосткой компании». Первым делом завтра пойду к Урядову выбивать себе кабинет. Дальше — посмотрим по обстоятельствам», — писала в дневнике Катя.       Ее ужасно мучила совесть из-за того, что она позволяла себе в последние дни: настойчивое внимание Андрея, менее настойчивое, но не менее приятное общество Александра. Что-то срочно нужно было решать и ставить точки в обоих линиях отношений, пока она сама не решит, как будет лучше для нее и чего, в сущности, сама она желает. — А ты уверена, что в вашем милом «Зималетто» сейчас нет вакансий? — спросил Зорькин, усаживаясь на край разложенного дивана девушки. — Может мне бы тоже понравилось, если бы половина совета директоров мне фрукты завозила всякий раз, как я простыну? — Мама проговорилась? — Катя испытала досаду от того, что мама рассказала Коле о произошедшем против ее воли. — Не вини ее. Она так тобой гордится. В отличае от меня, ее этот визит нисколечко не удивил. Ну, будешь отмалчиваться? Что у вас там происходит, Пушкарева? — Давай договоримся так: сначала я сама во всем разберусь, а потом уже поделюсь соображениями с тобой. Ты меня только больше можешь запутать, — быстро нашлась с ответом девушка.

***

— Добрый день, Андрей Палыч, — Пушкарева вошла в президентский кабинет и тут же с облегчением выдохнула — Жданов был не один. — Кира Юрьевна, здравствуйте! — Катерина Валерьевна! Как приятно видеть вас в добром здравии! — Андрей лучезарно улыбался, что не могло не бесить Киру. — Благодарю. Могу я забрать свои вещи? — В каком это смысле? — напрягся мужчина. — Я переговорила с Георгием Юричем, мне уже подготовили новый кабинет, — спокойно ответила Катя. — А что же так? — Вмешалась в разговор Кира. — Как же теперь ваша «команда мечты» будет работать? Непорядок, Андрей, — несмотря на саркастический тон, лицо Воропаевой сияло. — Кира! — Жданов бросил на невесту недовольный взгляд. — Конечно, Катерина Валерьевна, проходите.       Войдя в каморку и приступив к сборам, Катя заметила на столе новую открытку. Догадаться, кем она была оставлена было несложно.       «…Считаю дни до нашей встречи. Твой А» — и сердце снова предательски екнуло.       «Не раскисать, Пушкарева. Вещички в руки и на выход!», — сказала себе девушка и, забросив открытку в коробку к остальными вещами, поспешила уйти.

***

      Новый кабинет не многим отличался по размеру от предыдущего, но все же был светлее; там был кондиционер, а главное — окно, из которого открывался потрясающий вид на Москву. Несколько минут после переезда Пушкарева потратила на созерцание панорамы города. — Уютно тут у вас, — внезапно раздался за спиной у Кати голос Жданова. — Надеюсь, здесь будет работаться приятнее, — на ее плечах оказались его руки. — Да, спасибо за эту возможность, — ответила Катя и хотела уже отойти от мужчины, как руки на плечах сжались крепче. «Начинается», — с досадой подумала она. — Мне было как-то не по себе без вас. Целыми днями только и думал о тебе, — последнюю фразу Жданов шепотом выдохнул в ухо девушке и, крепче прижав ее к себе, начал покрывать ее шею поцелуями.       «Ну уж нет!», — решила Катя. — Андрей, остановись сейчас же! — она попыталась вырваться. — Я не шутила, когда говорила, что твоей любовницей я не стану.       Жданов вдруг убрал руки и отстранился от Кати. Она повернулась к нему лицом. — Неужели ты не видишь? Я с ума от тебя схожу! — начал мужчина. — Я все сказала. Прости, я многое пропустила, мне пора вернуться к работе, — не смотря больше на начальника, Катя уселась в новое кресло и погрузилась в бумаги.       Жданов окинул ее злобным взглядом и вышел.       Его начинали злить перемены, которые он отмечал в поведении Кати. К тому же, ее отказ сильно задевал его мужское самолюбие.       «Воропаев еще этот, чтоб его! Какой актер все-таки! Не знал бы в чем дело, решил бы, что он втюрился. Так смотрел на Катю у нее дома… М-да, соперником он оказался достойным. Еще чуть-чуть и Пушкарева точно ему поверит. А она! Тоже хороша! Любовницей быть не хочет, видите ли. Будто мне это больно нужно. Черт! Ну почему Малиновский так не вовремя в Прагу свалил. Даже обсудить не с кем», — думал Андрей нервно шагая в свой опустевший кабинет.

***

— Не помешаю? — послышался голос из открывшейся двери.       «Нет, ну это просто проходной двор! С утра Андрей! Потом женсовет еле выпроводила с их поздравлениями, а сейчас — он. Ну, конечно! Надо бы Локтевой напомнить об ее обязанности сидеть на своем месте и предупреждать о посетителях. Невозможно работать!», — с раздражением думала Катя. — Нет, что вы. Здравствуйте! — Здравствуйте, Катерина, — Воропаев загадочно улыбнувшись, вошел в кабинет и присел в кресло напротив Кати. — Все же сменили обстановку? Поздравляю! И как только вас начальник так далеко от себя отпустил? — С боем, — призналась девушка. — У вас что-то срочное?       Александра вопрос напряг. Он был уверен, что после их совместного времяпрепровождения, она перестанет держаться так отстраненно. — Да уж, — сказал мужчина, опустив взгляд на свои руки, — признаться, я ожидал более радушного приема, Катерина Валерьевна, — он тут же встал с кресла, намереваясь уйти. — Подождите, — вскочив со своего места, Катя обошла стол и, оказавшись рядом с Воропаевым, ухватила его за краешек рукава пиджака. — Простите, пожалуйста! Этот переезд! Никак не могу сосредоточиться на работе, все отвлекает. Мой резкий тон к вам отношения не имеет, — оправдывалась девушка, смотря на мужчину снизу вверх. — Раз на работе вы предпочитаете исключительно работать, — лицо Воропаева искривилось в уже привычной усмешке, — тогда предлагаю продолжить общение вне этих стен, — он опустил глаза на Катину руку все еще сжимавшую его пиджак. Пушкарева, проследив за его взглядом, тут же высвободила рукав. — Почему бы и нет? — она мягко улыбнулась. — Только вот, не знаю, когда смогу вырваться. Я пропустила довольно много, пока болела. Может быть на выходных? — спросила Катя и вдруг вспомнила их с Воропаевым прогулку — в горле пересохло. — Что же, я могу подождать до выходных. Мой номер вы знаете, — сказал Александр барханным голосом, а затем, перехватив руку Кати, нежно поцеловал тыльную сторону ее ладони и покинул кабинет.       Встретившись у лифтов со Ждановым, его приподнятое настроение тут же начало портиться. — Александр Юрич, балуете нас своими визитами в последнее время! Такая честь! — саркастически заметил Андрей. — Да вот, приходится. Уж очень не хочется, чтобы наше семейное дело разорилось. Что, Андрюш, решил все-таки сдаться, раз позволил помощнице сбежать от себя подальше? — ухмыльнулся Воропаев. — Что ты! Уже поздравил ее с переездом… Лично, — ответил Жданов. Не желая продолжать разговор он подмигнул Александру и направился в сторону мастерской.       «Да что я волнуюсь? Пушкарева теперь ближе к Кире, чем к Андрею. Он, хоть и олух, но приступить к активным действиям за стенкой от невесты не решится. Не решится ли? Так, спокойно. Она ведь предложила встретиться на выходных, значит планов нет. Как раз на работу отвлекаться не будет. Хотя… Она такая трудолюбивая, позвонит мне через неделю и то, при лучшем раскладе… Та-а-к, надо что-то придумать», — думал Александр, покидая «Зималетто».

***

      Рабочий день уже давно закончился. Катя успокоила родителей и осталась еще немного поработать, решив, что поесть, поспать и пожить она успеет и на выходных. — Как чувствовал, что вы еще здесь, — на пороге кабинета вновь стоял Александр. — Ехал домой, дай, думаю, проверю, как поживает самый главный трудоголик компании, — прошел и сел в кресло напротив Кати. — Не ожидала, что наше свидание состоится настолько скоро, — улыбнулась Пушкарева, отодвигая очередную папку с документами. — Как видите, на сегодня я еще не закончила, — она вздохнула. — Не буду тратить наше время на лекцию «Баланс рабочей и личной жизни», хорошо вас понимаю, поэтому смею предложить свою помощь. — Помощь? — Катя улыбнулась шире. — Маловероятно, что вам понравится должность моего ассистента. — Допустим, не ассистента, а доставщика. Как на счет ужина? Прямо не отрываясь от работы, — он выжидательно поднял бровь.       Катя и хотела бы отказаться, но за весь день она так ничего и не съела. — Вижу по голодным глазам, что попал в точку, — легко рассмеялся Воропаев. Он нагнулся и достал из принесенного пакета, незамеченного Пушкаревой, два одноразовых пластиковых контейнера и бутылку вина. — Сэндвичи? — А что вас удивляет? — Не думала, что Александр Воропаев может предпочесть высокой кухне фастфуд, — ответила Катя, чувствуя, в каком предвкушении находится ее желудок. — Но от вина я точно откажусь сегодня, иначе работу придется отложить. — Аргуме-е-ент. Ну, как скажете. Хотя… Оно отлично дополняет сэндвичи с ростбифом, — он лукаво улыбнулся.       Было решено расположиться за небольшим кофейным столиком в углу кабинета, так как разгребать рабочую поверхность от бумажных завалов реальным не представлялось.       Катя была такая голодная, что просто накинулась на еду. Как выглядит со стороны она осознала только заметив уставившегося на нее Александра, сдерживающего смех. — Вы простите, пожалуйста, не ела весь день, немного увлеклась, — оправдывалась девушка. — Понимаю, — ответил Александр. — Может все же вина?       Катя еле заметно кивнула в ответ и улыбнулась.       Разобравшись с сэндвичами, они сидели в креслах и болтали. У обоих возникло ощущение, что этих нескольких дней просто не было — разговор продолжился с того же места, на котором они остановились в прошлый раз.       «Кстати, о продолжении», — вдруг подумал Воропаев, пересел на край своего кресла и оказался совсем близко к девушке.       Катя, что-то увлеченно рассказывающая в этот момент, замолчала и начала разглядывать лицо мужчины.       Он почему-то стал выглядеть для нее иначе в последнее время: взгляд больше не колол своим холодом, губы все чаще улыбались, а не кривились. Эти перемены в нем ей нравились.       Александр начал медленно приближаться к Катиному лицу, впиваясь глазами в ее губы. Девушке вдруг стало жарко. Тяжело и нервно выдохнув, оставшееся до поцелуя расстояние она преодолела сама.       Такая инициатива Воропаева воодушевила. Двигаться дальше ему было некуда, поэтому он, взяв Катины руки в свои, мягко, но настойчиво потянул ее на себя. Девушка покорно подвинулась к нему ближе, еще и еще. В конце концов она уже сидела на его коленях, сама этого не заметив.       Воропаев постепенно углублял поцелуй, боясь ее спугнуть. Но вот ее руки сначала на его плечах, а потом и на шее сдерживаться никак не помогали.       Он вдруг резко придвинул Катю еще ближе к себе. Расстояния между ними больше не осталось. Кажется, они могли чувствовать сердцебиение друг друга.       Когда воздух в легких опустился до минимального значения, Катя отстранилась, подставляя под губы мужчины шею. Ощущения стали такими яркими, что удержаться от громкого вздоха не получилось. В ответ Александр одной рукой почти до боли сжал ее бедро, а второй притянул ее за шею, буквально впечатав в себя.       Катя опустила голову, мутным взглядом обвела лицо Воропаева и, кончиками пальцев запрокинув голову мужчины назад, начала сама покрывать его шею поцелуями. Его запах сводил с ума. Она нежно провела кончиком языка по его кадыку и в ответ услышала негромкий хрип. Начав смелее целовать его, Катя увлеклась и немного прикусила кожу, на что послышалось тихое шипение. — Прости, — виновато прошептала девушка.       От такого интимного и внезапного перехода на «ты», голова закружилась. Александр вновь втянул девушку в долгий и горячий поцелуй пока его руки властно изучали ее тело.       Нащупав пуговицы на рубашке мужчины, Катя машинально начала их расстегивать, не отдавая себе отчета в действиях.       Невзирая на то, что останавливаться ему совсем не хотелось, Александр, переступив через себя, оторвался от девушки. — Не думаю, что стоит сейчас продолжать, — хрипло прошептал мужчина.       Катя выдохнула и уронила голову ему на плечо.       Так просидели еще несколько минут, не проронив ни слова.

***

— Неужели мне придется поить тебя каждый раз перед тем, как поцеловать? — улыбаясь спросил Александр. Они сидели в машине уже у дома Пушкаревых. Воропаев мысленно праздновал маленькую победу — переход на неформальное обращение. — Я выпила сегодня всего один глоток вина, так что нет, не всегда, — Катя поглаживала руку Александра. — Но, возможно, придется кормить, — пошутила она. — Мне давно пора идти…       Воропаев перехватил ее за запястье и достаточно грубо притянул к себе, заставив Катю громко выдохнуть ему в губы.       Он снова начал целовать ее так жадно, что у девушки сперло дыхание от происходящего. Но поцелуй прекратился так же резко, как и начался. — Спокойной ночи, Катя, — прошептал он ей на ухо. — До встречи, — ответила она и потянулась к двери, чтобы открыть ее. — Только не провожай! — встревожилась девушка. — Я не готова сегодня отвечать на вопросы родителей.       Убедившись, что до подъезда Пушкарева добралась, Александр завел машину и уехал.

***

      Сидя в машине уже у своего дома, Воропаев все никак не мог решиться выйти.       Сегодняшний вечер заставлял его задуматься о том, о чем думать совсем не хотелось. Он прекрасно осознавал, что с ним происходит, но признаться себе в этом не мог.

***

      Несмотря на то, что поспать Кате удалось совсем недолго, проснулась она вполне бодрой и полной сил.       Войдя в свой кабинет, она на мгновение разрешила себе вспомнить вчерашний вечер и улыбнулась. Настроение было таким хорошим, что, казалось, испортить его ничто на свете не способно.              Лишний раз заговаривать со Ждановым совсем не хотелось, но Пушкаревой все же пришлось позвонить ему: работа есть работа. Трубку никто не взял, поэтому она обратилась за помощью к его секретарю. Наслушавшись хамства от Клочковой, Катя поняла, что придется ей идти самой в кабинет президента. Нужный отчет у себя она найти никак не могла.       Обыскав уже каждый закоулок когда-то своей каморки, девушка переключилась на стол президента. Отчет нужен был срочно, а ждать появления Андрея можно было долго.       После ее переезда порядок на этом столе наводить было некому, но все же среди десятков документов отыскался нужный.       Пушкарева тут же погрузилась в изучение цифр, машинально присаживаясь в самое ближайшее кресло — президентское. Увидев нужную ей информацию, она вернулась в реальность и уже собиралась уходить, как вдруг ногой что-то задела под столом. Нагнувшись, она обнаружила большой розовый пакет. Выглядел он открытым.       «Так, Пушкарева, остановись! Это тебя точно не касается!», — решила Катя, как ее взгляд вдруг упал на конверт с надписью «Инструкция», лежащий на самом верху.