Парадокс времени

Раньше: После изнурительной тренировки, мужчина и двое его сыновей, близнецов удобно разместились под деревом. — А теперь, сыны мои, минутка истории. Как вам известно, с тех самых пор, как Первый Мастер Кружитцу даровал нашим предкам, первым Мастерам Времени силу стихии, она течёт в ваших венах и, чтобы нести это бремя, в роду близнецы рождаются каждое поколение, чтобы гармонично разделять и властвовать прошлым, настоящим и будущим. Как думаете, что происходит с силами времени, когда в роду нет близнецов? — Стихия предается каким-то другим близнецам? — предложил более младший. — Совсем что-ли? Ты, что его не слушал? Сила времени в нашей крови с момента появления времени и материи, от неё нужно отказаться, чтобы она могла перейти кому-то еще. Никто не откажется от власти. Дурак... Может, сила стихии пропускает это поколение? — Ахах, ты сам себя послушай, а ещё говоришь, что я дурак. — Вы оба отчасти правы и не правы, оба варианта имеют право на жизнь. — твёрдо сказал отец детей. — Однако во всех правилах бывают исключения. За всю историю лишь однажды, стихия времени предпочла выбрать своим вместилищем одного человеке. — Как? – У этого человека стало четыре руки? — Ты знаешь кого-то из своих предков, у кого было четыре руки? — отец и по совместительству наставник юных мастеров начинал потихоньку выходить из себя их не серьёзностью, не усидчевостью, их постоянной болтовнёй. —Конечно удобно, когда направления времени разделены между двумя людьми, но когда такого не происходит, Мастер должен научиться пользоваться каждой частью времени и управлять ими. Ваша... предыдущий Мастер Времени был именно этим исключением из правил. Ему было сложно, и физически, и эмоционально. Никто не понимал, как это тяжело, никто не мог объяснить, научить, как справляться с такой силой, как подчинить её. Это сломало его. Поэтому Вы должны быть сильнее...ваша мать была слаба, а потому её с нами нет. — Не смей так говорить о ней! Она была сильная! Самая лучшая! — подорвался с места старший из близнецов. Он очень любил её и до сих пор не отпустил, не смирился с этой потерей. Младший прикусив губу просто наблюдал и мысленно поддерживал брата. — Не достаточно! Иначе она была бы сейчас тут, а не на кладбище! Сила важнейший аргумент. Вы унаследовали самую сильную из стихий. Станьте непобедимы, тогда вы сможете управлять целым миром. Не разочаруйте меня. — На сильного всегда найдётся кто-то сильнее. Бегущее стадо антилом задавит любого льва... — тихо, словно про себя, говорит младший намекая, что если даже вся сила мира будет в одних руках, этого будет недостаточно против количественного превосходства. — Поэтому сильнейшими должны быть ВЫ! Двое уже не один. Обуздайте дарованную вам силу. Поднимитесь на самый верх. Знайте, власть над временем. Власть надо всем! (... и даже смертью?) ••• Настоящее: На ниндзя обрушилась волна, целая гора из противников, но большинство были просто людьми и улетали в нокаут с первого, максимум второго удара, более опытные, которых тоже было не мало, приносили много неприятностей, но защитники города хорошо справлялись со своей ролью и не позволяли другим вмешиваться в самое важное сражение. Акрониксу было тяжело против вернувшегося более жестокого и решительного Лорда Гармадона, пусть он и легко уклонялся от сгустков энергии разрушения, которые либо испарялись за его спиной либо попадали в кого-то стоящего за ним, клинком времени не всегда была возможность воспользоваться, хотя бы потому что он требовал перезарядки, и в это время приходилось парировать выпады четырёх рук соперника и они были чудовищно сильными. Кулаки наполненные энергией разрушения при попадании не в цель, разрушали всё к чему прикасались, будь это стены, решетка камеры, пол, человек, Лорд не сдерживался. Брюнету стало не по себе, когда он представил, что Ллойду предстоит сражение против такой мощи. Хотя он знает, Ллойд не из робкого десятка. Он верит в его. Он справится! И вот, наконец, время настало, клинок времени полностью заряжен, Акроникс хочет воспользоваться им, наводит на цель и выпускает пузырь замедления, но слишком рано, Гармадон умудряется изчезнуть из-под атаки и поля зрения брюнета, секундное отвлечение на поиск четырехрукого стоило ему сильного удара правой верхней рукой в лицо. Он теряется. Второй удар верхней левой возвращает его в настоящее. И он чувствует хруст, боль и кровь, и как его начинают беспощадно избивать с обеих сторон, выбивая дух. Стоило ему только задуматься над обороной или бегством, как он снова стоит перед Гармадоном. Не веря, он пару раз моргает, чтобы удостовериться в увиденном и быстрым движением скользнул большим пальцем под разбитым носом, но там нет ни крови, ни боли. Затем он переводит взгляд на не полностью заряженный клинок. « Так ещё не время?»— Он интуитивно отпрыгивает назад, в тот самый момент, когда Гармадон наносит удар в то место, где секунду назад находился он. Выпад не попадает в цель, что не останавливает Повелителя тьмы. Рыча он бросается на Акроникса махая кулаками, у которого голова занятя уже не им. Брюнет на автомате уклоняется от подсознательно знакомых ударов Лорда Гармалона и краем глаз следит, за боем брата и Ллойда. Последний готовится совершить подножку, уронить Кракса на лопатки, но в глазах старшего читается готовность к этому, стойка предназначена для контор мер. Акроникс все понял, но он не может долго отвлекаться от своего боя с Гармадоном. Посмотрев на своего оппонетна он видит, он помнит этот удар, который дизориентирует его и сломает переносицу. Отследив замах с последующим выпадом он перехватывает руку и уводит её в сторону от своего лица, затем заведя удерживаемую руку за спину, толкает его ногой в поясницу, выигрывая себе время, чтобы направить на него клинок, полностью к этому времени заряженный и заключить недавно воскрешенного в слоу-мо пузырь. После удачного захвата Лорда Гармадона, мужчина со всех ног бросается на помощь к Ллойду, который в этот момент уже не в выгодной для себя позиции. Кракс провел свой манёвр и поставил Ллойда на одну ногу, левой ногой старик совершает дугообразное движение подсекая вторую ногу блондина, на которой он пока стоит, ещё мгновенье и тот потеряет равновесие, а Кракс закончит приём, совершит бросок через бедро, уложит блондина и добьет. Однако подоспевший Акроникс не даёт этому раскладку совершиться принимая удар на себя, и отталкивая юного Гармадона. Падающий вперёд блондин быстро понимает, что случилось и хорошенько оттолкнувшись руками от бетонного пола совершает несколько сально заряд и устойчиво встаёт на ноги. Кракс в полном недоумении успевает только проследить за произошедшем. — Ллойд, настало время тебе надрать зад отцу. Иди. А с братом я разберусь сам. — велит мужчина с бородкой, выпрямляясь напротив старика с усиками. Старший из Рук Времени не понимает, что произошло? Как его план сошёл на нет? Кто мог предвидеть и нарушить его план по убийству Гармалона младшего? И ответ находился перед глазами. Акроникс! Как он мог забыть, что его брат разделяет с ним силы времени и в состоянии видеть временную шкалу, другой, уже несуществующей реальности и, что он на данный момент его враг и в силах помешать ему, а не подсобить. А план был гениален. Как и все другие его задумки, теперь нет смысла скрывать главный козырь. —Не будь так самоуверенн, брат. — Кракс лезет рукой за спину и достаёт заряженный клинок времени, жёлтого цвета. «Вот оно.»— Как и думал Акроникс. Его предчувствие подтвердилось. Будучи Мастером Времени он ощутил перемотку времени вспять. Наверное Кракс проигрывал Ллойду и потому решил воспользоваться Клином. Сейчас, главное не позволить повторить это действие. Появление четвёртого клинка времени не осталось, не замеченным ниндзя. – Что? — выкрикнул Джен, со всех сил ударив кого-то молнией. Рязряд был таким сильным, от удивления, что он сам подпрыгнул. — Вы, блять, издеваетесь!? Я же просил, больше без сюрпризов! — Сезон неожиданностей только начинается, — рычит Кракс готовый вернуть время на минуту назад, как он сделал это минуту назад. — Кракс, как ты смог добыть клинок? — ахнул Ву, отбиваясь от заключенных, опасный артефакт был спрятан им в надежном месте, в «Кипящем море». — А как Смиты спрятали его не имея своих способностей? — задал риторический вопрос бывший управляющий музея. — Все благодаря силе научного прогресса. — Выплюнул он с ядом, как же он ненавидит современные технологии, но именно им он должен быть благодарен за возможность вновь владеть обеими, его частями стихи. Он скучал по ним. В этот момент Гармадон освобождается из ловушки времени и встает напротив Ллойда. Вот она историческая битва: Сын против отца. Брат против брата. Бой первых, проходит очень ожесточенно, более старший пользуется всей свой силой, чтобы добиться одной единственной цели, победы, и получением всей силы, через убийство своего детеныша, которого в свое время защищал ценою жизни. Сражаясь в ближнем бою Лорд не мог ни разу попасть по Зелёному ниндзя, так как он умело уклоняется, и парирует выпады, от чего всё рядом превращалось в груду камней. Имеено их, при увеличении расстояния, взрослый Они, поднимал и своей нечеловеческой силой кидал в юношу. — Отец прошу, вспомни меня. Я твой сын — пытался вразумить родственника парень, уворачиваясь от летящих в него сгустков энергии разрушения и булыжников — Я знаю кто ты. Ступенька к моему господству над Ниндзяго — Раньше тебе оно было нужно, чтобы зашить меня. Для чего тебе господство сейчас? — Не знаю, — внезапно для самого себя, растерянно произнёс Они, по-видимому до этого момента он даже не задавал себе этот вопрос. И правда, а для чего ему всё это? — Просто надо! — Это не ты. — Это новый я. Ллойду было невыносимо больно сражаться с отцом, получать от него удары, и наносить свои. Поэтому где-то в середине боя он решает воспользоваться учением Мастера Гармадона, стилем «Безмолвного кулака». Не исключено, что именно после этого бой стал для него более выгодным и менее травматичным и энергозатратным. А что касается второй пары сражающихся родственников. Они оба искусные бойцы. Не замечая никого и нечего, и одновременно видя всё и вся, они были поглощены боем. Они ловко перемешались между окружающими их людей уворачиваясь от удара или толкая кого-то навстречу противнику, мешая ему, заряжая и стреляя темпоральной энергией, по большей части промахиваясь или попадая в кого угодно, но только не друг в друга. Искры от ударов клинков времени так и летели в разные стороны. Это не просто сражение, сейчас, в этот момент, столкнулись их мировоззрения и убеждения. Ни один из братьев не собирался сдаваться или поддаваться. Они на пределе своих возможностей и так увлечёны доказыванием своей правоты, что готовы пойти на всё лишь бы гарантировать себе победу. Ведь победитель, значит сильнейший, а их не судят. Так учил их отец. Но в очередном ударе клинки сцепились своими двойными остриями между собой и под давлением вылетели из рук их владельцев, одновременно и разлетелись в разные стороны. Настала пауза, время для диалога. — Зачем тебе всё это, брат? — поинтересовался Акроникс, стараясь успеть востановить дыхание перед продолжением. — А ты так и не понял? Детоубийство поднимет Гармадона на ступень выше. Поможет раскрыть его истинный потенциал. — А с чего ты взял, что убийство Ллойда ему поможет стать сильнее. Не припомню чтобы Мастера Стихий прогрессировали таким путем. — Мастера Стихий получили свои силы от драконов, миролюбивых существ, а Гармадон потомок Они, как и твой золотой Ллойд. У них все на оборот. Напыщенная сила дружбы тут бесполезна. Только жестокость поможет им эволюционировать. — Тогда Гармадон станет сильнейшим, сильнее даже нас двоих, вместе взятых. Для чего всё это? Объясни, в чем заключается этот твой гениальный план? — Все просто, ты влюблённый слепец, не видишь ничего дальше Гармадона младшего. — Закатил глаза Кракс. — Ты думал, я смирюсь с твоей пагубной увлеченностью? Я терпеливо ждал, когда же это у тебя проидёт. Но этот мелкий говнюк крепко тебя привязал к себе. Не позволяя завести нормальную женщину, от которой у тебя могли бы появиться дети, чтобы продолжать... — Что? Ты опять за свое?! Прими уже суровую данность. Стихия Времени заточена в клиниках. Навсегда. Не будет больше Мастеров Времени. Смирись! Может это и к лучшему. — перебил младший старшего, не желая слушать в тысячный раз советы и учение, как ему стоит жить. Вместо этого, Акроникс, как и Кракс в очередной раз показали, что помнят наставления отца. Быть сильнейшим это значит, быть всегда на готове, быть всегда на один, а то и пару шагов впереди, не знать пощады и держать всегда в рукаве пару тузов или кинжалов. И именно их близнецы достали, один из закрепленного на ноге чехла, другой из ножен на поясе наставляя друг на друга. – Стихия Разрушения Гармадона может разрушить клинки. Сила вернётся к нам! Я отправлюсь в прошлое, жизнь на это положу, но сделаю это и дам подсказку себе молодому, завести семью. Передам свитки, в которых я записал всё, что знаю о наших способностях. Сила времени останется в нашей крови. Даже после нас. И раз на тебя уже нет надежды, ведь кончить в бабу расценивается тобой, как измена, однополому любовнику, тому, кто не в состоянии продолжить род. Навязанное мнение извращённым, современным миром затуманило твой, когда-то острый глаз и именно это заставило меня пойти на всё это, ничтожное ты существо. — Переполненный адреналином Кракс первым пошёл в бой. Решившись вновь скрестить холодное оружие, братья понимают, что знают сильные и слабые стороны друг друга и к этому они должны быть готовыми. У Краска, как и можно было предположить, традиционный стиль ведения боя. Он полагается всецело на свои навыки и опыт. В то время, как Акроникс хотя и был обучен в ровной степени всему тому же, что и его брат, однако выбрал более сложный путь. Сражаясь, он всегда подмечал интересные элементы техник соперника и включал их в свой арсенал, это касалось тех моментов, которые на его взгляд облегчали сражение и придавали эффект неожиданности. Их Схватка на кинжалах, проходит интенсивно. Лезвие холодного оружия то сходятся, то расходятся с характерный звуком. Акроникс, между выпадами, может легко нанести удар кулаком или ногой. Кракс будучи любителем классики, если и попадает под внезапную атаку, то всегда очень быстро встает на ноги. Подгодав удачный момент, родственники настраивают клинки на прокалывающий удар и бросаются друг на друга. Вот он момент, истины. Каждый настроен решительно, при этом молясь, чтобы второй сошёл с выбранного пути. На полном ходу их тела ударяются друг об друга, как при долгожданных объятиях и замирают. Вселенная останавливает свой ход. Сделав пару тяжёлых вздохов, Кракс, слегка отстраняется от второго, чтобы посмотреть вниз. В него по рукоять был воткнут чужой кинжал, который повёрнутый горизонтально, прошёл в щель между листами грудных доспехов и рёбер, попадая в грудную клетку, и травмируя органы в ней.  Вот и всё. — Почему ты... — он поднимает взгляд и смотрит на печальное лицо своего брата. —... Не увернулся? — Заканчивает фразу второй и из опушенного угла рта Акроникса потёк красный ручеёк. Почти сразу из горла вырывается окровавленный кашель. Он получил идентичное повреждения... Оба кинжала поразили свои цели, они оба победили и проиграли. Гордился бы ими отец, узнав о таком раскладе? Уже не важно. Мужчины доказали друг другу и себе самим, что их вера в своё дело сильна, они пошли на смерть ради своих идеалов. Всматриваясь в родные глаза, братья подумали об одном и том же, и вместе перевели взгляд на лежащий в дальнем углу заряженный клинок времени жёлтого цвета. Но он находится не в поле их досягаемости. — Почему всё закончилось так? — с появившимися слезами на глазах тяжело спрашивает Кракс, не желающий мириться с провалом. — Я просто хотел, чтобы всё было как прежде. — Но нам ли не знать,— Акроникс свободной рукой хватает плечо брата для того, чтобы удержать равновесия и тут же чувствует на своём плече такую же хватку, и мягко продолжает, — что этому небывать. Силы одновременно покидают их тела и они, для начала падают на колени, держась друг за друга, как потерпевшие кораблекрушение о спасательный круг Ллойд слышит, что-то странное в стороне боя Рук Времени и рефлекторно бросает в ту сторону взгляд и видит, как те, кто стал для него всем; Акроникс, изверг, его личный мучитель, который поначалу причинял ему немыслимую боль, перевернул его жизнь с ног на голову, но в последствии позволивший через это познать намного большее наслаждение, что-то запретное, грязное, таббутированное, прекрасное. Кракс, его наставник, обучивший его многим приёмам не только с холодным оружием, но и с клинками времени. Кстати, это была его идея позволить пользоваться клинками Ллойду, возможно, он после и жалел об этом решении, но на тот момент это было жестом примирение и принятия его в семью Мастеров Времени. И Ллойд это очень ценил. Потеряв связь с реальностью он смотрел, как братья обменявшись парой фраз падают сначала на колени и вот-вот полноценно закончат падение на холодный бетонный пол. Не раздумывая и секунды, он бросается к ним. Оказавшись рядом Ллойд без вариантов ловит в полете Акроникса и аккуратно помогает ему приземлиться, в более-менее удобную позу, кладя его голову на свои колени. Зрелище было из рядом вон мрачное. Глаза бегали по лежащему, оценивая травмы, видя кровавую лужу под мужчиной, которая со страшной скоростью увеличивалась, руки дрожали не зная к чему прикоснуться сначала, — Всё будет хорошо, рана не такая уж и серьёзная, главное не трогать нож, чтобы не увеличить кровопотерю. Мы подлатаем тебя. — Ллойд попытаеся успокоить раненого, или точнее самого себя. Не понимая, что не просто врёт Акрониксу, что всё нормально, он врёт по большей части себе. Блондин гладит чёрные волосы смотря в лицо окроплённое кровью, и еле моргающие глаза. Он видит в них страх и смирение. Желание жить! Юноша дергано старается натянуть улыбку, но не получается. Внезапно его осеняет и Ллойд бросается искать глазами жёлтый клинок. — Нет, Ллойд, — с трудом, говорит Акроникс, заставляя Ллойда отвлечься от поисков и смотреть только на него. — прошло уже больше минуты. — Но, что тогда... Как мне...— Губы блондина бесконтрольно задрожали. — Всё правильно, — слабым голосом продолжает раненый, — ведь видения будущего  ... — слова произносятся все медленнее, — ...уже давно не посещают меня. — паузы становятся всё дольше — Бой с Гармадоном, последнее, что я видел... — сквозь кашел, пытается успокоить он своего возлюбленного. —...это мой конец. — силы утекает из туловища Мастера Времени вместе с кровью. Он угасает на глазах. Гармадон оказавшись свидетелем тому, как его противник, его сын, вместо сражения с ним бросился к братьям времени, не смог отказать себе в удовольствии понаблюдать за тем, как ему больно. Он не спеша подходил к ниндзя в зелёном со спины формируя в руке клинок из энергии разрушения. Это будет легкая победа. Четырёхрукий замахивается, что бы нанести последний удар и встречает неожиданное сопротивление в виде молота Мастера Земли. — Очнитесь Лорд Гармадон. Это же ваша кровь и плоть!  — взревел Коул удерживая давление по сторону Гармадона старшего. Баккет увидел затруднительное положение Ллойда. Он не питает положительных эмоций к Мастерам Времени и даже где-то внутри рад такому исходу, однако для его младшего братика это важно и потому он окажет ему необходимую поддержку, возьмёт Повелителя тьмы на себя, на сколько сможет. — Я не позволю причинить вред Ллойду! Зелёный ниндзя потерял ход времени, земля ушла из под его ног. Он не видел абсолютно ничего вокруг себя, как яро его защищал Коул, как рядом лежащий Кракс сделал последний выдох смотря на него. Всё, абсолютно всё отошло на третий, на десятый план. «Что? Что только что произошло? Это не может быть реальностью! Это какой-то кошмар! Этого не может быть...Что мне делать дальше без Акрони? Как продолжать существовать с черной дырой внутри? Имеет ли теперь жизнь какой-то смысл? » Ллойд никогда не забудет этот момент, когда жизнь упорхнула из тела Акроникса.

МОЗГ РАЗБИТ. ТЕЛО РАЗАВЛЕНО. ДУША УНИЧТОЖЕНА.

Он хочет кричать, сорвать горло в крике, чтобы весь мир прочувствовал его боль. И он орёт, плачет, бьет безжизненное туловище кулаками, утыкается в него лицом и тут же снова бьет. Умоляет. Проклинает. И снова умоляет. Буря внутри разрывает тело на части. Ллойд жмурится выдавливая из глаз мешающую влагу, больше не в силах выносить реальность, где он остался один. И в этот момент в его голове звучит оглушительный щелчок, знаменующий его полное падение. То, что ещё оставалось от него настоящего перестало существовать. Окончательно и бесповоротно. В нем что-то ломается и в следующий раз, когда он открывает глаза, это уже не Ллойд. Это его подсознательное - внутренний и бескомпромиссный монстр. Сегодня их первая встреча. На свободу вырвалась его сущность Они. Глаза вспыхивают чистым, обжигающим белым с оттенком фиолетового, от них веет смертью. Они горят ярче сильнейших фар на дорогой иномарке. Они ослепляют всяк на них смотрящих, как лесных зверей выбежавших на дорогу. Густая пустота накрыла его сознание, как и чёрная дымка тело. От этого зрелища слабонервные и не фанатики, содрогнулись и поддавшись чувству самосохранения, стали по-тихому валить, пока в тюрьме не осталось до десятка верных приверженцев Гармадона и всех ниндзя. Им то не в первой по уши погрузиться в подобное дерьмо. Чёрный дым спадает представляя зрителям нового Ллойда. Искаженное болью и страданием лицо Зелёного ниндзя спрятала прекрасная по своему отвращению золотая маска, на которой застыл оскал ненависти, она детально отображала все испытываемые своим носителем эмоции. Верхние клыки торчали наружу, в разные стороны. Глаза же, теперь, приобрели ядовитое зелёное свечение. Одежда тоже изменилась, по ней прошёл тёмный туман словно одевая на Ллойда золотые доспехи, а из боков с громким воплем на свободу вырвались ещё две руки. Трансформация была окончательно завершена, когда из головы прорезались золотые рога, завершая образ. Все присутствующие замерли с трепетом наблюдая последний этап формирования создания, которое принесёт всем гибель. Это существо оборачивается, пронзая своим взглядом взрослого Они и небрежно опуская безжизненное тело на пол. Словно это не из-за него, юноша потерял контроль над собой. Золотой Они выпрямляется, привлекая к себе внимания и запрещая уже смотрящим, отводить взгляд. Погрузившись в Они состояние Ллойд стал видеть и ощущать окружающее его пространство совершенно по-другому. Безэмоционально или лучше сказать безэмпатично. Им двигает теперь исключительно свои, внутренние, природные, животные порывы. Убить. Много. Грубо. Жёстко! — Ты будешь первым, родственник по крови!