Шкатулка воспоминаний

      — Тёмная ночь скроет под простынью       Это для нас, чтобы запомнилось       Музыка громче, глаза закрыты       Делай что хочешь ночью открытий       — Мне кажется или наши соседи решили устроить дискотеку 90х, — задумчиво сказал Арсений.       — Думаешь, не только у нас вечер воспоминаний? — спросил Дима, прислушиваясь. Нельзя сказать, что он так любил эту песню, но она плотно ассоциировалась у него с летней дискотекой.       — Ага, нам решили создать лучшую атмосферу для погружения, — улыбнулся Сережа.       — Какие они у вас заботливые, — кивнул Дима, а потом поняв, что звук идёт не с соседней квартиры, а с улицы добавил: — Но мне кажется это не соседи, а откуда-то с улицы.       Дима с Арсением на удивление синхронно поднялись и выглянули в окно. Действительно под подъездом сидело трое подростков лет пятнадцати с колонкой, что-то пили курили и немного двигались в такт музыке.       — Это так трогательно, — прижав руку груди Арсений, — а еще каких-то пару лет назад, на их месте были мы.       — О, ты тоже слушал громко музыку, мешая соседям спать? — с любопытством спросил Дима, как-то эта картинка не вязалась с хорошим, интеллигентным мальчиком, пусть и с чертинкоц, коим любил представляться Арсений.       — Ага, я был тем еще оторвой, — подмигнул Арс, а потом вернулся к шкатулке, — А у вас еще что-то интересное осталось? А то я сегодня не в настроение для чтения писем.       — А кто тебе сказал, что я дам тебе их почитать? — возмутился Сережа. Дима кивнул, это все же было слишком личное.       — Ты что меня не любишь? — тут же демонстративно обиделся Арс.       — Иди в жопу, — не повелся на провокацию Серёжа.       — Это предложение? — хитро прищурился Арс. — Ты же знаешь, я всегда готов. Можем даже письма осквернить раз ты не даешь мне их читать.       — Ты невыносим, — закатил глаза Сережа.       — Смотрите, что я нашел, — сбил всех с игривого настроя Дима, ему все же хотелось досмотреть шкатулку воспоминаний до конца. Он был уверен, не смотря на творческий беспорядок, она хранила в себе еще много сюрпризов. К счастью он оказался прав, обнаружив бумажный браслет, который являлся пропуском на фестиваль, на который они когда-то давно ходили с Сережей. — Ты его сохранил? Это так мило.       — А ты нет? — удивился Сережа.       — Неа, я свой потерял еще на фестивале, — честно признался Дима, да и палится перед бабушками с ним ему все равно не хотелось.       — Фестивале? — спросил Арс, предчувствуя интересную историю.       Дима сделал задумчивое лицо. Кажется, это был первый раз, когда Сережа увидел его темную сторону. Но это было лучшее приключение в его жизни.       — Тёмная ночь скроет под простынью       Это нон-стоп, ты станешь воздухом       Только под утро слова твои первые       Буду с тобою самой примерною       О нет, Дима с Сережей никогда не был примерный. Сережа всегда пробуждал в нем темную сторону.       Дима относился к тому, счастливому исключению, кто не стремился в музыкалку, но искренне любил её. Пожилой преподаватель научил его не просто играть, а любить то, что делаешь. Он позволял ему проникнутся классикой и не отрицал влияние современной музыки. Дима, даже мечтал когда-нибудь научится писать собственные композиции, но это у него не получилось. За то, за год он освоил гитару и стал по настоящему своим на районе.       Человек шарящий за футбол и играющий на гитаре, точно никогда не пропадет. На одном матче Дима познакомился с парнем, на пару лет старше. Он был солистом известной в узких кругах группе. Они писали свои песни, пели в небольших ресторанчиках и многие в Воронеже их знали и любили. Правда у них был пьющий клавишник, который часто уходил в запой, и юный Дима стал их спасения. Он не хотел в их группу на постоянную основу, но всегда готов выручить.       С пагубной привычкой Макса пытались бороться, но поскольку там все были не без греха, то получалось плохо.       Саша, же главный участник группы, рассказал, что на Ивана Купала будет проходить фестиваль музыки, где соберётся множество молодежи и где будут играть начинающие исполнители. Дима сначала расстроился, что не сможет туда попасть, но разузнал адрес и узнал, что это всего в нескольких часов езды от их деревни обрадовался, что сможет туда попасть с Сережей.       Он даже выяснил, что туда ходила маршрутка. Нужно было всего-то минут тридцать пройти до неё от центра их деревушки. Ходила правда раз в сутки, но Саша согласился отвезти Диму и Сережу к месту встречи, поскольку все равно проезжал её. Он там выступал и от поддержки в виде Димы и его друга отказываться не собирался.       Дима все заранее планирует. Сережа, кажется, искренне обрадовался этой идеей, разделить огромную любовь Димы. Но её забраковали бабушки.       — Это далеко. Где вы будете ночевать? — спрашивает бабушка Сережи.       — Это опасно. Вдруг с вами что-то случится, — поддерживает её бабушка Димы.       Димино красноречие оказывается бессильно, но он не собирается сдаваться. Он все идеально продумал, и запланировал и чужое «Нет» не способно разрушить его планы.       — Давай сбежим? — предлагает он Сереже, сидя на берегу реки.       — Ты серьезно? А вдруг и в правда что-то случится? — спрашивает Сережа.       — А где твой дух приключений? — возмущается Дима.       Сережа хочет возмутится, что-то сказать. Но Дима берет его за руку и одними губами просит: «Пожалуйста», а потом приближается дышит в губы, поглаживает по бедру. Дима понимает, это запрещенный прием, но он правда очень хочет на фестиваль с Сережей, и он готов пойти на все, чтобы это получить. Он касается чужих губ и потихоньку углубляет поцелуй.       — Ну что? — отстраняется Дима.       — Фиг с тобой, золотая рыбка, — соглашается Сережа.       Диме хочется прыгать от радости, но он лишь кивает и возвращается к прерванному занятию.       А на следующий день Дима оставляет записку, просит Аню их прикрыть и они едут на фестиваль. Дима знакомит своих друзей. Они подпевают известным рок песням и настраиваются на грядущий фестиваль.       Саша проводит их бесплатно, выдавая браслеты для персонала. Дима помогает настроить инструменты, и они окунаются в музыку.       Начинающие группы поют свои и чужие песни. Они знакомятся с десятком новых людей.       — Я свободен, словно птица в небесах,       Я свободен, я забыл, что значит страх.       Я свободен с диким ветром наравне,       Я свободен наяву, а не во сне! — Саша поет известную композицию Кипелова.       Дима во все горло подпевает полюбившемся песням. Людей много и его практически в плотную прижимают к Серёже. Ему нравится такая обстановка, а потом Сережа подмигивает и подымает его на плечи.       Они смеются, и Дима подымает вверх зажигалку.       А потом, концерт заканчивается, и они сбегают перекурить к реке. Целуются до одури и чувствуют свободу.       Засыпают уже после рассвета в небольшой палатке вместившись в один спальник, ибо о втором никто не подумал, а этот достаточно большой. Они были так близко, как это возможно. Дима вдыхал чужой запах и чувствует себя по настоящему счастливым.       — Музыка громче, глаза закрыты       Это нон-стоп, ночью открытий       Делай что хочешь, я забываюсь       Это нон-стоп — не прекращаясь! — вырывает песня Диму из воспоминаний.       — Это было наше лучшее приключение, — с улыбкой сказал Дима. — Мы сбежали на концерт.       — Ага, а потом нас наказали и оставшееся лето нам пришлось почти непрерывно тусоваться на городе.       — Неужели оно того не стоило? — спросил Дима, — К тому же Анька минимизировала последствия.       — Кстати, а что ты ей за это пообещал? — с подозрением спросил Сережа.       — Стоп, подожди, это ты его подбил? — удивился Арс, — Самый спокойный, прагматичный и рассудительный.       — В тихом омуте черти водятся, — вместо Димы ответил Сережа, — Это ты еще не в курсе, как он меня на эту авантюру подбил.       — Как? — заинтересовано спросил Арс.       — Сексом, — тут же сдал Сережа.       — Да, блин, всего лишь поцелуями.       — Дим, ты конечно умеешь удивлять. — восхищается Арс, и легко целует, — Может и меня на что-то подобьешь?       — Посмотрим, — подмигнул Дима, заставив всех рассмеяться.       А на улице продолжала играть до боли знакомая композиция:       — Жар разливается, губы прикованы       Всё начинается снова и снова       Скорость взрывная, я забываюсь       Это нон-стоп — не прекращаясь