Расскажи мне, что ты думал, вниз глядя?

      А помнишь, как мы глупо сближаться начали? Лето, ночь, луна, алкоголь и я, стоящий на краю крыши. Пьяный, разбитый и без желания жить, ты тогда сказал, что если я собираюсь прыгнуть, то лучше подождать пока ты докуришь и уйдёшь. Я посмеялся и ждал, пока уйдёшь, а ты курил, одну за другой. А я ждал. А после ты спросил «почему?» и я вновь разрыдался. Ты забрал меня к себе и чаем напоил, малиновым, твоим любимым.       А помнишь, как ты примчался после моего звонка, что все вновь повторилось? Помнишь, как ты влетел в квартиру и забрал меня и мои вещи, сказав, что я теперь живу с тобой? Ты нежно обнимал меня и вытирал слезы. А я рыдал, потому что, мать твою, в очередной раз выбрал его.       А помнишь, как ты рассказывал мне о близости собственной, что в глазах сверкать начинало? Я сидел так, жалко наверное, потому что уже тогда понимал, что мое имя в твоем рассказе не окажется. Ты сиял, а я улыбался хмуро, стараясь не портить тебе настроение. Ты ведь спас меня, так?       А помнишь, как ты не спал сутками, когда моя температура достигла сорока, но я упрямо отказывался от скорой? Ты тогда ещё пакет лекарств с аптеки притащил, а я через усталость смеялся, как маленький ребёнок. Ты так неумело пытался меня лечить. Это было крайне весело, смешно и мило.       А помнишь, как ты сообщил, что та, перед кем ты бессилен это — я? Ты так с опаской посмотрел, что тогда я понял — я люблю тебя. И никто другой мне не нужен.       Помнишь нашу годовщину? Ты тогда так благословил эту крышу, а после долго-долго в любви мне клялся.       А помнишь, как новый год мы встретили? Тогда подарки в руки передали, а я в глазах твоих утопал, что сиять начинали без причин.       Помнишь, ты изменился? Что пошло не так, ты так и не объяснился… Просто изменился.       Помнишь, как изменил мне с бабой милой? Ты тогда на коленях о прощении молил.       Помнишь, как вновь разбил меня, когда ее на нашей кровати трахал?       Помнишь, как я уходил?       А помнишь, как мы любили друг друга?       Помнишь, как всегда вместе быть хотели?       А помнишь, как ты меня любил?

***

      Все помню. Все помню милый. И крыша вновь свела нас вместе. А помнишь, как спасал тебя от смерти? Как из кровати чужой тащил, а ты и рад был, ведь любил… Спаси меня, прошу, малыш. Я буду верен. Честно, правда. Быть может, любим я был, но ведь не может быть такой любви: Однополой и противной, как некогда показавшейся мне в ночи. Однако противным ты не был мне ни разу. И жалею я о том, что к сигаретам приучить тебя я смог — ведь жду теперь, когда докуришь ты последнюю и под тихие шаги, смогу уйти. Уйти от сюда. Выход один, ведь так ты думал в те моменты, когда глаза смотрели вниз? Скажи, прошу, о чем ты думал. Чтобы закончил я как ты, когда-то спасенный мной, но разбитый в клочья зря.       Сигарету тушишь.       Но руку подаешь.       Крыша вновь свела нас вместе. Теперь герой не я — надежд и нет, но взгляд твой стал другим. Теперь рулить очередь твоя и мешать не стану: Нет, рви. Рви и брось меня сюда же, чтоб вместе битые пропали, но любили. Чтоб жгли сердца. Даже порванные в клочья. Чтобы вместе пали, но любили. Друг друга только, навсегда.