Чайльд не был готов.

      Была суббота, вечер, так тихо и спокойно сейчас в крепости, но только не в кабинете Герцога Ризли.

      В кабинете напротив мужчины стоял наша рыжая проблема - Аякс, опять у него заиграло шило в одном месте и нашему чайному наркоману это порядком надоело.       Тихо вздохнул, Ризли поднимает усталый и сердитый взгляд на Чайльда. — Ах, и сколько ещë ты планируешь шкодничать? — Герцог поднимается из-за стола, подходя ближе к рыжей бестии и кладëт ладонь ему на щëку, поглаживая. — Хи-хи, хочу и шкодничаю, ты ведь любишь меня, и ничего не сделаешь моей милой мордашке) — смеëтся Тарталья, состоив самую невинную моську, что была у него в арсенале. — Мне тебя выпороть надо как ребёнка что ли? Может тогда ты прекратишь все эти свои выходки? Хорошенько пройтись ремнëм по заднице. — мужчина хмурит брови, смотрит на голубоглазого строго. — Хе, ну попробуй) Рука ведь не поднимется — Чайльду всë смешно, весело, хотя в душе уже закрадывается небольшое беспокойство, тревога. — Поднимется. Раз ты так уверен в себе, то раздевай, снимай всë. — Рихли предупреждающе шлепает его рукой по заду, от чего Аякс недовольно мычит. Рыжеволосый немного мнëтся, и понадеявшись, что это просто шутка, начинает неспешно стаскивать с себя сначала рубашку, затем брюки, оставаясь в трусишках. — Их тоже снимай, и к столу иди. — кажется, чайный пакетик не шутил. Предвестник сглатывает вязкую слюну, всë же снимает трусы и идëт как ему сказала к столу. — Эй, Ризли, может не надо, а? Я и без этого всë пойму.. — Чайльд пытается сторговаться до разговоров, небольшой страх присутствует. До этого его ещë никогда не пороли, для рыжего это будет в новинку. — Я пытался донести до тебя информацию без физического воздействия - ты продолжил пакостить мне. Милый, у меня далеко не железное терпение, чтобы постоянно терпеть твои выходки. — Старший берëт крем в руки, возвращаясь к рыжему, садится в кресло и указывает на свои колени - велит лечь на них. И Тарталья без разговоров ложится, стыдливо опуская голову вниз, сжимая плотно ноги. Ризли открывает тюбик с кремом, выдавливает немного на пальцы и массирующими движениями начинает втирать субстанцию в кожу ягодиц. Крем на основе слизи огненного слайма, немного щипет кожу, но терпимо. Тарталья чуть напрягается, ощущая как крем точно разогревает кожу, расслабляет еë, делает нежнее. Эффект быстрый, долго ждать не приходится. Парень уже течëт, нервно сжимая ноги и пытаясь всеми силами скрыть нарастающее возбуждение. Ризли тихо усмехается, смотря за тем, как старательно его малыш старается скрыть то, что и так очевидно. Потянувшись к ящику стола, надзиратель достаëт от туда вещицу - рог Фонтмера, вещь чуть искрится, вибрирует. Ризли проводит кончиком рога вдоль ложбинки меж ягодиц парня, спускается ниже и легко проникает кончиком во влагалище парня, заставляя его ахнуть и широко раскрыть глаза, чуть задрожать. — ах! Что это чëрт возьми? Что ты в меня вставил? — возмущается Аякс, чувствуя как внутри его киски рог начинает вибрировать сильнее посылая по телу мелкие электро волны - приятно. — всего лишь рог жемчужного конька, думаю, занять твою дырочку не помешает. Ах, Аякс, ты уже так течëшь) Хм, посмотрим, будешь ли ты течь так же от порки. — Ризли снимает с своих брюк ремень, тоже смазывая его кремом, складывает пополам и проводит по попе Тартальи. Юнец весь вздрагивает, подтягивает животик и чуть приподнимается на локтях - хочет убежать. Затем резко вскрикивает, чувствуя как на кожу с силой опустился ремень. Все попытки убежать были сразу брошенны.       Ризли усмехается от реакции парня. Кожу ягодиц сразу жжëт - крем действует, удваивая ощущения. Герцог бъëт снова, не сильно - дать привыкнуть парню тоже надо, затем ещë шлепок, ещë раз и снова. Сделав первый десяток ударов, мужчина нежно оглаживает попу Аякса, чуть сжимает и разводит обе ягодицы. Тарталья уже скулит, пока что держится - не плачет. Ощущения от порки у юноши странные, сначала боль, жгучая, неприятная, что хочется взвыть, а после приятное покалывание, возбуждение, что аж хочется специально подставлять задницу под удары ремня. Долго отдых не длится, и Ризли возвращается к методичной порке, окрашивая ягодицы Чайльда в красивый алый цвет. Улыбка Герцога нарастает, видя как извивается Аякс на его коленях, как пытается то ли увернуться задницу, то ли подставить под новые удары, как слышит ь хие всхлипы со стороны младшего и видит как у него дрожат ноги, а киска течëт словно водопад. Убрав ремень на стол, мужчина снова берëт в руки крем. Рыжий уже думает, что наказание закончилось, спокойно выдыхает, но тут же вскрикивает, со стоном кончая от новый ощущений. Ризли массирующими, немного грубыми движениями вновь втирает крем в кожу юноши, заставляя его извиваться сильнее, наблюдая как тело Аяк, а напрягается и тот с волнением кончает, хнычет. — какой же у меня извращëнный мальчик) Кончил от порки, ай-яй-яй) Думаю, нам стоит продолжить твоë воспитание, оно благоприятно на тебя влияет. — Ризли вновь берëт реиень, снова смазывая его кремом и вновь щедро одаривая раскрасневшаяся попу рыжего ударами. Чайльд закрывает ягодицы руками, ожидая, что Герцог сжалится и не будет жить, но спешно понимает, что это была очень плохая идея, ведь получить по рукам оказывается больнее, чем по ягодицам, из-за чего быстро убирает ладони. Хнычет, всхлипывает. — Ризли, перестань, я не буду больше-е так себя вести-и! — хнычет Чайльд, уже моля, чтобы тот прекратил. — Я не слышу искренности в твоих словах, Тарталья. Кажется ты ещë недостаточно усвоил урок. — Отвечает ему старший убирается реиень в сторону, и начинает бить уже годовой ладонью. Больнее, сильнее. Второй свободной рукой он немного надавливает на анус младшего, входит туда пальцем - проникает легко, беспрепятственно. — Ах, кажется наш непослушный малыш игрался с собой не так давно, как гразно) — Герцог улыбается, добавляя ещë один палец и в достаточно быстро темпе начиная двигать ими. Хлюп хлюп. Аякс давится собственными стонами и выкриками, не зная какие ощущения ему нравятся больше.Сильная ладонь Ризли, что беспощадно одаривает его ягодицы шквалом ударов, или его пальцы внутри своего ануса, что так же беспощадно растрачивают его дырочку. Наконец перестав бить его попу, Герцог оглядывает проделанную работу, улыбается. — теперь пришло время для вознаграждения. — он аккуратно ставит парня на под на четвереньках, бысто снимая с себя брюки и трусы. Пристроившись сзади, сероглазый(?), пристовляет головку члена ко вхожу в анал рыжего, быстро вгоняя член внутрь и быстро начиная трахать Аякса, так, что он задыхается в собственном дыхании(запомните дети, жопа у вас одна, не будьте как эти двоя, иначе от жопы ничего не останется). Надзиратель берëт предветсница за горло, целует в шею, плечи, спину, покусывает, оставляя кровавые засосы на невинном теле. У Аякса дрожат ноги, он теряется в ощущениях окончательно, со вскриком кончая на пол, забрызгивая оргазмом ноги возлюбленного свои ноги и пол. Ризли держится не долго, кончая через пару минут после младшего в его задницу, с тихим рыком впиваясь в его плечо и кусая до крови, до боли. Выйдя из Чайльда, Герцог, аккуратно подхватывает того под животик, чтобы он не упал, затем переворачивает на спину и поднимает на руки, встаëт вместе с ним. — ах, ты моя умница.. Всë лицо в слюнях и слëзах — Сев обратно в кресло, надзиратель берëт сухие салфетки, нежно вытирает ими лицо его булочки, целует в губы. — тебе понравилось? — спрашивает он, одной рукой придерживая чуть дрожащее тело, а второй вынимая из его киски вибриоующую вещицу. — понравилось.. сильно понравилось.. — честно признаëтся Тарталья, смущëнно отводя взгляд в сторону. — хм, как-нибудь мы обязательно это повторим, милый) А теперь.. мы должны помазать твою много страдальную задницу. — Ризли вновь укладывает рыжего к себе на колени, в этот раз тянется за другим кремом стоящим на столе. Выдавив его немного на пальцы, старший оптчь же массируюшими движениями стал растирать слизковатую субстанцию по алой и раздраженной коже любимого. Крем на основе слизи гидро и крио слайма, имеет успокаивающий и охлождающий эффект. Чайльд блаженно выдыхает, чувсвуя, что боль наконец стала отступать. — а теперь в угол. — тихо усмезается Герцог, но кажется он настроен вполне серьёзно. — э, какой угол ещë?! Я на такое не соглашался! — протестует рыжий, находясь в себе силы возмущаться. — ты и на порку не соглашался, но как видишь твоя попа выпорота. — Ризли тихо посмеивается, наблюдая за тем, как возмущённо Аякс пыхтит. — ну вообще! Ужас какой.. Но как бы то ни было, слежцющйи час Тарталья обиженно простоял в углу годый, что-то бухтя себе под нос, уже пр думы вая как бы отомстить управляющему крепостью Меропид.