Smoke and mirrors

Лу вздрагивает от громкого звука, эхом прокатившемся по кабинету Приора. Ловит на себе помутневший взгляд напарника. Кей дергается, пытаясь освободиться от захвата, но пси-блокатор уже начал действовать. Его действия замедлены, неточны, что не оставляет никаких шансов отбиться. Он безвольно падает на колени от тяжелого удара по голове. Боец ухмыляется, опуская окровавленный приклад. Второй мужчина все еще держит Кея в захвате. Сверкнув желтыми зубами в кривой улыбке, приставляет карманный ржавый нож к бледной нежной коже. Страх проводит холодными когтями по внутренностям Лу. Сдавливает железной хваткой легкие, перехватывая дыхание. — Месье Приор, не хотите по-хорошему, да?! — процеживает сквозь зубы манифестант. Мужчина крепко сжимает в руках черные волосы Главы Инквизиции. От напряжения сбитые костяшки его рук белеют. Снова раздается тошнотворный стук — мужчина со всей силой впечатывает лицо Приора об деревянный стол. Кровь брызгами разлетается по рабочему месту, захватывая компьютер и бумаги. Лу сглатывает слюну — смотреть на полусознательного Иво Мартена было невыносимо. Смотреть, не в силах что либо сделать. Лу чувствует, как начинает ломать суставы. По ногам пробегает неприятная крупная дрожь. Грязные руки, стоявшего сзади мужчины, сильнее заламывают запястья девушки, будто Лу в силах противостоять нападавшим. Она едва стоит на ватных ногах, держась и храбрясь только ради Иво. Она пробовала использовать пси. Теперь же не может избавиться от льющихся кровавых слез и звона в ушах. Как же глупо они подставились. Псионичка встречается взглядом с потухшими глазами Приора. Из носа Второго лица Нью-Пари хлещет кровь, напоминая о том, что он всего лишь человек. Но даже в такой ситуации Иво Мартен не теряет контроль над собой. После удара выпрямляет плечи, вскидывает голову, гордо смотря на манифестантов, захвативших Корпус Содействия. В глазах ни капли страха. Лишь холодное презрение. Кровь льется по тонким губам Приора. Мартен сплевывает на пол. — Нет. Никогда. — в его голосе звенит уверенность. Гордость. — Сука, а я думал, мы договоримся… — снова раздается звук удара. Удара, разрывающего кожу, рвущего мышцы, крошащего кости. Лу поворачивает затуманившуюся голову, пробегает взглядом по шести рослым вооруженным преступникам. Двое держат напарника, еще двое — крепко держат ее саму. Главарь сжимает в руках, намотав на кулак, волосы Приора. Упивается грязной победой. Связной стоит возле двери, контролируя ситуацию. Но Лу знает, что никто не придет. Помощи ждать не откуда. Все сотрудники Корпуса Содействия были тактично устранены такой, казалось бы, глупостью. Манифестанты планировали нападение на Инквизицию несколько месяцев. Все началось с постепенной смены персонала столовой и кафетерия во всех отделениях корпуса. Панически размышляя откуда пришла беда, Лу зацепилась за слова Иво. Фарфоровая посуда в столовой. Отмывали деньги. Казалось бы, мелочь. Но накатило страшной снежной лавиной, не давая шансов выбраться. Яд. Безвкусный, незаметный. Во всем ассортименте блюд. Даже если кто-то вызывал курьера — все было схвачено. Манифестанты долгое время отслеживали быт инквизиторов и церковников. Знали кто, что заказывает и в какой день. Представиться службой доставки было проще простого. Спустя час после обеда — первые и последние звоночки: головокружение, рвота, потеря сознания, а затем смерть. За считанные минуты неодолимый Корпус Содействия провалился в мертвую тишину. Иллюзия защищенности, бескрайней власти Инквизиции разбилась в мгновение ока. Разбилась осколками — брызгами крови Приора. Стоуну и Рид повезло больше. Или не повезло? Им подготовили грамотно рассчитанную дозу блокатора, купленного нелегальным образом. В подполье манифестантов зародилось скрытое оружие против телохранителей Приора. Как назло, сегодня решили бегло перекусить в кафетерии. Заказали новинку сезона — ягодный смузи. «Крэп, как же глупо мы подохнем» — пронеслось в воспаленном сознании Лу. — «Охренеть просто…» — Так, месье Приор, хочет по-плохому? — дразнится главарь, сильно дернув Иво за хвост. — Шарль, давай-ка поучительный пример. Прикончи-ка того. Коротко постриженный мужчина с кривой улыбкой грубо хватает напарника за волосы. Поднимает к лампе светлое избитое лицо. Кей пытался сопротивляться еще в начале — с разбитой брови теперь вьется тонкая полоса крови, попадая в глаза. — Нет. Не надо. — хрипло отзывается Лу. К горлу подкатывает клокочущий ужас. Хочется закричать, но нет сил. — Я слышал, что вас троих что-то связывает. Какая-то государственная тайна, связанная с чистыми. Птичка нашептала, что это что-то очень важное… Очень. В силах изменить весь классовый строй. — глаза главаря хитро блеснули. — Приор, вы же не хотите лишиться одного из своих подстилок? Парализующий ужас мгновенно накрывает Лу. В Корпусе крыса. Крыса среди ближайших лиц Иво… Лу не верит. «Это не может быть Даниэль… Точно не Марк. Вряд ли Гектору выгодно убивать своих же коллег?.. Кей? Нет…» Холод страха поглощает Лу целиком. «Неужели прослушка?..» — Последнее слово? — грязные ногти манифестанта больно впиваются в щеки Кея, поворачивая его к Приору. Затхлое дыхание изо рта мужчины доносится даже до Лу. — Эта тайна умрет вместе с нами. — шепчет Кей, встретившись глазами с Иво. Приор незаметно делает кивок, одобрительно моргает. Карие глаза, полные слез, поднимаются на потолок. Кей не в силах посмотреть на Лу в последний раз. Не хочет, чтобы она запомнила его таким. Эмпатик выпрямляется, стоя на коленях, с завернутыми назад руками. Затаивает дыхание, приготовившись к удару. Лу видит, как его бьет дрожь от пси-блокатора. — Хватит цирка. — выплевывает манифестант, бесцеремонно полоснув ножиком по шее аколита. Из горла Кея вылетают болезненные хрипы. Кровь с неприятным бульканьем пробивается через глубокий разрез. Пси-эмпатик заваливается на бок, окрашивая ковер кровью. Дергается. Хватается за шею. — Да прикончи ты его уже! — не выдерживает рядом стоявший манифестант. Раздается хлопок выстрела — Лу вздрагивает. В кабинете вновь наступает тишина. В ушах застывают предсмертные всхлипы. Лу не решается посмотреть на мёртвого напарника. Видит лишь краем глаза лежащее остывающее тело. Псионичка, пытаясь не заплакать, сжимает кулаки, стискивает зубы. «Держаться до последнего. Иво что-нибудь придумает. Наверняка, у него есть план. Наверняка, он уже приведен в действие» — Что ж… наверное, он был не особо тебе важен. Зря погиб, конечно… Мы все равно добьемся правды. — главарь хватает Иво за подбородок, всматриваясь в непроницаемые глаза Главы Инквизиции. — Посмотрим, как ты запоешь сейчас. Иво не сдерживается — переводит взгляд на Лу. Девушка замечает как тень страха ложится на лицо Приора. — Ну вот и нашли слабое место. А не хочешь знать, кто тебя сдал, а, Палач? — ехидно выплевывает манифестант. Мужчина небрежно хватает девушку за голову, как провинившегося щенка за шкирку. Лу сжимает губы, пытаясь сдержать крик боли — пальцы сильно вдавливаются в кожу, тянут волосы до скрипа. — Вот твоя птичка. — боец толкает Лу к столу Приора. Девушка бессильно падает на колени. Она поднимает тяжёлую голову и ловит стальной взгляд Главы Инквизиции, возвышающегося над ней. — Это не правда, Иво. — выдыхает Лу. — Я бы никогда!.. Грудь распирает от рыданий. Лу хочется закричать от несправедливости. Речь прерывается от звонкой пощечины манифестанта. Губа разрывается острой болью. — Вот эта сучка. — манифестанты подхватывают девушку под руки, приподнимая с пола. — Ай-ай-ай… — язвительно улыбается главарь, увидев промелькнувший страх в глазах Приора. — Как ты там любишь говорить? Казнить, золу развеять? Можем устроить. — Иво, нет… я бы никогда тебя не предала, поверь мне! — мысли путаются от пси-блокатора. — Поверь мне, мать твою! Лу рычит от безысходности. — Ох, месье Приор… — главарь вальяжно садится на край окровавленной столешницы. Два манифестанта незаметно встают позади Приора. — Вы только посмотрите на ее мордашку. Сейчас заплачет, бедняжка. Но она права. Она не предавала. Это сделал ее дружок хилер. К слову, он тоже этого не знал. Меньше пиздеть нужно, где не надо. Главарь достает телефон и с довольной ухмылкой включает аудиозапись. «— Йонас, со смертью Викария нам открылась ужасная правда, которую общество принять не в силах. Мы поубиваем друг друга, если она вскроется. Опять начнутся войны. Слава Единому, что больше никто не узнает об этом… Это тяжело. Не представляю, как Иво справлялся в одиночку… это просто какой-то пиздец… Хорошо, что все закончилось» «— Боюсь даже представить, какой там пиздец, Лу. Повезло, что выпуталась. Некоторые тайны лучше не открывать» — Чьи слова? Лу кажется, что ее ударили молотом. Из головы испуганными птицами вылетают все мысли. В эту же минуту слабость накрывает волной девушку. Лу бы упала, если бы не крепко держащие ее манифестанты. Лу закрывает глаза. Реальность кажется кошмаром. Хочется проснуться. «Йонас, крэп… Кто на тебе установил прослушку?.. Кто следил за тобой?» — Не буду рассказывать откуда все ниточки тянутся, но да. — главарь пожимает плечами. — Происхождение, мадемуазель Рид, не скрыть. Будет уроком — на двух стульях не усидеть. Невозможно быть церковной шлюхой и обитателем Термитника. «Нет… нет, не могу поверить. Если Ирме с Томой не составило труда подложить жучок в мой жилой блок… то что должно остановить их от махинаций с Йонасом?.. Через Йонаса в больнице проходит десятки людей… Подложить жучок в его халат или куртку не сложно. Крэп, как мы были наивны, думая, что покончили с манифестантами. А на самом деле, наоборот — укоренили этот ебучий корень зла. Мать твою, как же мы влипли. Не распутаться.» — Так что, Мартен? — голос главаря вырывает девушку из раздумий. Грубые мозолистые руки сжимают щеки Лу, поднимая ее голову. — Поделишься секретиком? Не хочется портить такую мордашку… Слышал, вы спите вместе. Неужели не жалко? Липкий грязный ножик ласково очерчивает дугу по скуле. На бледной коже Лу остаются разводы крови напарника. Ножик гладит ухо, спускается к шее. Лу тяжело сглатывает — лезвие опасно близко прижимается к теплой коже. Встречается взглядом с Иво. Приор сжимает губы. Напряженно играет желваками. Болезненная линия вспыхивает возле уха. Лу чувствует, как струя крови неспешно сползает по шее. — Не трогайте ее. — тихо произносит Иво. — Что-что? — с усмешкой переспрашивает мужчина. — Я сказал, не трогайте ее. Властный голос проносится по кабинету. — Где гарантии, что ты все расскажешь, а, Мартен? — главарь сильно стискивает в руках лицо Лу, прижимается к ней сзади, обдавая шею горячим дыханием. — Давай без этого дыма и зеркал, ок? Она смаргивает горькие слезы, смотря на Иво. Она видит, как он мечется внутри, выбирая между клятвой перед выжившим человечеством и клятвой перед Лу. — Жаль, что так получилось. — шепчет сквозь слезы девушка. — Ну-ну. — хмыкает манифестант. — Не время прощаться, мадемуазель Рид. У нас еще полно времени для игр. Не давая возможности понять значение слов, мужчина резко вонзает нож между ребер девушки. Легкие поджигаются горячей болью, Лу не сдерживает вскрика. Иво решительно кидается вперед, но манифестанты ловко останавливают его. Одному, избитому, против двух рослых вооруженных бойцов — шансов противостоять нет. Грудь Приора вздымается от сбившегося дыхания. От гнева. От страха. Нет, не за себя. За Лу. — Итак. — манифестант, теряя остатки терпения, кидает Лу на пол. Псионичка, кашляя и морщась от боли, падает возле умерщвлённого напарника. — Ты либо говоришь сейчас эту правду и я вызываю хилера, либо мы будем смотреть как она дохнет. Тик-так, время пошло.