Океан спасения

Новый выход. Новый наряд. Каждый роскошный и дорогой. За годы отношений их собралось неприлично большое количество. Феликс их ненавидит и готов порвать эти несчастные тряпки на мелкие лоскутки. Но каждый раз всё равно надевает дорогое шмотьё, принесённое стилистом, после слов Бана о том, что они вновь куда-то едут. После того, как Феликс в очередной раз оказался разбитым и уничтоженным внутри. После того, как всего три часа назад он ревел в подушку о том, чтобы Чан остановился и не трогал его и том, как ему больно, но Крис его не слышал, точнее не хотел. Он продолжал грубо брать его, оставляя следы своего присутствия. Не только физическими травмами, но и шрамами на бедном сердце, которое с каждым разом покрывается всё большим количеством ран. И они ноют куда сильнее тех, что остались россыпью синяков на тонкой талии. Ёнбок глотает слёзы, пока Минхо, молча, как все предыдущие много лет, помогает ему надеть новый костюм, замазывает синяки и примеряет украшения, прикидывая в голове, какие лучше подойдут к этому ослепительно белому комплекту. А начиналось всё в правду очень красиво. Как в сопливых дорамах и романах. Богатый студент Чан и милый, добрый Феликс, тоже ещё студент. Крис сам сделал своё состояние и уже в универе имел за плечами успешный стартап, который сейчас является его бизнесом. Чан невероятно красиво ухаживал за омегой, дарил дорогие украшения, устраивал незабываемые свидания, большие букеты и многое другое. Красиво, не правда ли? Вот и Ли подумал, что красиво и доверился альфе. А сейчас, спустя года, он едет рядом с тем же Чаном, он почти не изменился, в машине на очередной ужин, где им будут хвастаться как игрушкой. Дорогой, красивой, прекрасной. Но игрушкой. Он не человек в этом чёртовом мире, давно перестал им быть. Он просто кукла. Изрядно поломанная кукла. Крис уже выражал свою критику на этот счёт, высказывая омеге за его внешний вид. Ли ради него похудел до критически низкого веса и по сей поддерживает его. Он родил Чану прекрасного альфочку — Соджуна, хотя врачи говорили, что он мог просто не пережить родов. Но срок годности омеги неумолимо приближается к своему окончанию. Чан уже давно ходит налево и направо, трахаясь с другими омегами, и Феликс об этом знает. Его ещё держат и периодически насилуют ради того, чтобы на омеге был запах при выходах в свет, и пресса не пускала слухов о том, что Чан бросил папу Соджуна, а так же если Бан вдруг выгонит Ликса то ему нечем будет хвастаться. А, Ли и правда безумно красив, и кого-то хоть в половину прекрасного как он найти будет сложно. Машина подъезжает к дорогому ресторану. Всё убранство так и кричит о статусности пришедших. Внутри много богатых альф и их красивых омег. Не все, как Ли страдают. У многих всё более чем прекрасно с любящей второй половинкой и детишками. Там также полно богатых одиноких альф и омег, сделавших себя самостоятельно. Феликс мечтает оказаться среди последней группы и избавиться от клетки, в которой его держат. Рядом с местом проведения есть невероятно красивый пляж, и завершающая часть ужина проводится там. В какой-то момент внутри у Феликса что-то щёлкает, и он решает сбежать от тирана. Но он знает, что скрыться от Бана невозможно — уже пробовал пару лет назад и не один раз, в каждый из тех, что были Чан жестоко наказывал его. Но если от Криса не спрячешься в мире смертных, он сбежит от него в мир поднебесный. Ёнбок твёрдо решает, что сегодня он не вернётся домой. Уже на пляже ему удаётся затеряться среди толпы и пробраться к океану. Он снимает дорогие туфли, и медленно идёт вдоль линии воды, волны медленно накатывают на ступни и приятно щекочут их. Это напоминает о детстве и подростковом возрасте, проведённых в Австралии. Беззаботное времечко было. Он тогда много купался в океане, и поэтому он превосходный пловец, но сейчас ему это не поможет. Волны, постепенно накатывающие на худые ноги, мочат дорогие брюки и Ли начинает медленно двигаться в глубь. Вода зовёт его в лучшее будущее, в котором нет боли, разве что только чуть-чуть, в этом будущем нет ничего. Но это почему-то приносит огромное облегчение и желание поскорей оказаться там. Ёнбок уже по колено в воде. Холодный ветер обдувает тонкое тельце, и Ли ежится. Ногам тоже невыносимо холодно, но он двигается дальше. Вода по пояс и Феликс бросается вплавь, по его щекам текут обжигающие слёзы. Ёнбок продолжает грести, пока не оказывается достаточно далеко от берега, на котором в своих туфлях он оставил записку о том, что погиб. Ли знает, Чан ему не поверит и в ближайшие пару месяцев по всей планете будут рыскать ищейки Бана, но всё, что им предстоит найти это труп Феликса, которым немного полакомятся рыбы, хотя не факт, ибо он такой тощий, что вряд ли его кто-то есть будет. Феликс последний раз бросает взгляд на берег, где мигают огонёчки и веселятся богачи и чуть левее, где остались его вещи, а потом ещё и на звёздное небо. По-летнему яркие звёзды. Феликс не мог подумать, что всего лишь двадцать седьмое лето станет его последним. В двадцать лет он смотрел на звёзды, и Чан показывал ему созвездия, клялся в любви и целовал веснушки, называя их звёздами. По щекам продолжают течь слёзы, но их не видно из-за брызг морской воды. Феликс делает глубокий вдох и выдох и начинает погружаться с абсолютно пустыми лёгкими. Организм требует кислорода, и Ли скорее рефлекторно вдыхает солёную воду, что сразу начинает жечь слизистую. Больно. Но это временно. Это последняя боль за эту жизнь. Его хрупкое тельце погружается всё глубже и глубже. Он теряет сознание и не чувствует боли от воды. Последнее, что ему удаётся почувствовать это дно, о которое он стукается, когда падает. Перед самой смертью он возвращается в сознание. — прощай, — еле различимый хрип. Смерть забирает его душу, которая даже не цепляется за этот мир, оставляя безвольное тело с травмами на дне океана, того самого, в котором он будучи маленьким мечтал поплавать, но в итоге умер там.

Спустя три года.

Чан устало вздыхает и тянется на стуле. Как же он заебался. А сегодня ещё это чёртов приём у Хванов, где, чуть выпив, все вновь будут сокрушаться на смертью его мужа. Альфе уже давно плевать на это. Ему было плевать и тогда три года назад, когда бездыханное тело омеги вытащили из моря. Да, грустно терять такую красивую игрушку, но он запросто может найти кого угодно на замену, просто сейчас он этого не хочет. Его это не интересует, а всё что ему нужно в данный момент это его работа, на которой он проводит всё своё время. Деньги текут рекой, и внутри Бана это разжигает азарт и желание заработать больше, купить весь этот мир. Жаль, что взамен на деньги он отдал все свои чувства и человечность и потерял самое важное — любовь и вкус к жизни. После смерти Чана, Соджун будет стараться не вспоминать о деспотичном родителе, который угробил жизнь его папы и убил его детство и юность.