Одно лето в Поднебесной

      Солнце давно перешло зенит и все равно не на шутку припекало оголенную кожу, а легкий ветерок с воды толком не приносил облегчения. Погода, даже для июля, стояла очень жаркая. Скоро озёра заполнятся цветущими лотосами, и вся округа наполнится их густым, насыщенным ароматом.       Цзян Чэн спрятался и разложил плед под кроной большой раскидистой ивы, которая, помимо того, что давала хорошую тень, еще и неплохо прятала под своими длинными прутьями. Вэй Усянь должен был уже прийти, но опять опаздывал, что было вполне в его духе и невероятно раздражало. А еще он обещал каким-то образом раздобыть несколько бутылочек соджу. Сегодня они планировали отметить удачную сдачу итоговых экзаменов средней школы и начало таких долгожданных летних каникул. И хоть родители и уехали на несколько дней из резиденции, юноши все равно решили устроить свой маленький праздник на берегу одного из дальних озер.       Молодой человек поймал себя на том, что начинает засыпать от стоящей жары и даже задумался, не стоит ли ему нырнуть со старого пирса в озеро, когда на тропинке, ведущей к этому уединенному местечку, появился Вэй Усянь с большой плетеной корзинкой в руке. Он что-то тихо говорил толи самому себе, толи корзинке, но Цзян Чэн не мог разобрать, что именно. Он приподнялся на локтях и прислушался, стараясь игнорировать шелестение листьев и шуршание волн.       — … вот так, — бормотал Вэй Ин себе под нос, стараясь не сильно трясти корзинкой во время движения. — Осторожно…       Цзян Чэну это показалось крайне странным. Обычно его брат вел себя гораздо безалабернее и с более хрупкими вещами. А тут что? Корзинка для пикника с едой и алкоголем.       — Главное, сильно не раскачивать, — продолжал Вэй Усянь, приближаясь к иве.       — Что ты там так долго? — с легким раздражением кинул Цзян Чэн, вставая на ноги и отодвигая ивовую занавесь.       — А-Чэн! — юноша тут же разулыбался, неловко перехватывая корзинку второй рукой.       — Не думал, что ты уже здесь.       — Так пришел бы еще позже, и меня бы точно тут не было, — ответил молодой человек, выходя из своего укрытия и подходя к Усяню. — Или я до конца каникул должен был здесь сидеть, дожидаясь, пока его высочество изволит явиться?       — Не ругайся. Просто это оказалось немного сложнее, чем мне представлялось, — Вэй Ин немного замялся, по привычке почесывая затылок и смущенно глядя в землю.       Цзян Чэн в очередной раз убедился, что с его братом что-то не так, и начал подозревать, что тот опять что-то натворил, пока собирался сюда, и, видимо, по возвращении домой их обоих может ждать очередной нагоняй, который грозит испортить им все каникулы.       — Признавайся. Где ты уже нашкодил, и чего мне ждать от ма, когда они вернутся? — он сощурил глаза, всем своим видом показывая, что тому несдобровать в случае чего. — Лишения приставки? Домашнего ареста? Месяц за изучением классической литературы!?       — Нашкодил? Что? Я, нет, — тут же затараторил Усянь. — Честно, а-Чэн, я ничего не сделал.       — А чего тогда ведешь себя так?       — На самом деле, я хотел сделать тебе небольшой сюрприз, — Вэй Усянь снова замялся, перехватывая злосчастную корзинку уже двумя руками и вытягивая немного перед собой, — поэтому немного опоздал. В общем, вот. Там…       — Ой, да давай уже сюда! — не выдержал Цзян Чэн его бубнежа, раздраженно хватая корзинку, которая оказалась легче чем, он думал.       — Чэн-Чэн, осторожно! — выкрикнул Вэй Ин, прежде чем раздавшийся звук заставил молодого человека замереть на месте. Но вместо звона бутылок юноша услышал тихий испуганный писк.       Цзян Чэн перевел неверящий взгляд на лицо испугавшегося брата, а потом медленно дрожащей рукой приподнял крышку и заглянул внутрь. На него огромными темными глазами таращился рыжий щенок с треугольными ушами, делавшими его похожим на летучую лисицу.       — … держался, потому что ждал, пока она уснет, чтобы спокойно принести ее сюда…       Вэй Усянь говорил что-то еще, но он его не слушал. Цзян Чэн медленно опустился на колени, ставя корзинку перед собой и осторожно ныряя туда двумя руками, дабы достать это бесценное сокровище. Щенок сперва отпрянул, что заставило сердце молодого человека на секунду сжаться, но потом принюхался и лизнул ладонь. Цзян Чэн судорожно втянул воздух, вытаскивая щенка и прижимая его к груди. В горле встал непрошенный ком, который никак не удавалось сглотнуть. Но когда обвыкшийся буквально за минуту щенок начал лизать ему шею и подбородок, стойкость юноши дала трещину и он неожиданно громко всхлипнул.       — Чэн-Чэн, ты чего? — Вэй Ин опустился на колени рядом и положил на плечо ладонь. — Я же порадовать тебя хотел, думал, тебе понравится. Чего ты ревешь-то?       Цзян Чэн только помотал головой и шмыгнул носом.       — Рад, — еле выдавил он из себя, спустя несколько секунд.       — Ай-йя, Чэн-Чэн, пойдем в тень, — Вэй Усянь встал и потянул его на себя, подхватив под мышки.       Молодой человек не особо сопротивлялся, позволяя брату увлечь себя под крону ивы, где ждал расстеленный им же плед.       — Я, конечно, верил, что тебе понравится подарок, но не думал, что он приведет тебя в такой шок.       Пока Усянь говорил, он снял со спины рюкзак, который Цзян Чэн до этого не замечал, и начал доставать оттуда обещанные бутылочки соджу с различными вкусами, пакет с сэндвичами, свежие овощи и фрукты, герметичный контейнер с жареным в специях мясом, а так же бутылку воды, две небольших пластиковых миски и пару пакетиков корма для щенков.       — Я думал, ты боишься собак, — наконец подал голос Цзян Чэн, наблюдая за тем, как брат организовывает пикник.       — До одури, — честно признался юноша, — но к ней, надеюсь, смогу привыкнуть. — Он несмело потянулся почесать щенка за ушком, но тот смог извернуться и лизнуть протянутые пальцы, от чего Усянь слабо дернулся и хихикнул. — Не такая уж она и страшная, пока маленькая.       — Но почему?       — Ну как же? Ты хорошо закончил среднюю школу, отлично сдал экзамены, — Усянь засмеялся, увидев, как брат недовольно нахмурил брови. — Ай-йя, а-Чэн. Я просто не считаю, что дядя Цзян поступил тогда правильно. Да, он пошел по пути наименьшего сопротивления, отдав твоих щенков, но, думаю, ситуацию можно было решить и по-другому. Кстати, — он кивнул на разыгравшегося у Цзян Чэна на коленях щенка, — тебе еще придумывать ей имя.       Тот задумался ненадолго, бегая глазами по пространству, а потом его взгляд упал на небольшой контейнер с ягодами.       — Может, Иньтао?       — Иньтао? — хихикнул Усянь. — О, да. Вполне в твоем духе.       В этот момент щенок звонко гавкнул, что заставило Вэй Ина снова вздрогнуть.       — И даже не вздумай меня ей пугать! — предостерегающе ткнул он пальцем сперва в брата, а потом в щенка. После чего подхватил бутылочки с горячительным напитком, предварительно сдернув с них крышки, и протянул одну Цзян Чэну. — Давай! За каникулы!       — За каникулы! — подхватил юноша и сделал несколько крупных глотков.       По горлу разлился терпкий привкус сливы, разнося легкое тепло по всему телу. Солнце начало клониться к горизонту, окрашивая воду озера в яркий оранжевый цвет. Малышка Иньтао весело носилась вокруг них, заставляя Вэй Ина периодически вздрагивать особо звонким лаем. Но впереди было целых два месяца, чтоб научить ее хотя бы нескольким командам. Цзян Чэн вдруг почувствовал себя очень… счастливым.       Это лето обещало стать самым классным.