Летняя жизнь

      — Наконец-то эта школа закончилась!       Дверь с характерным звуком щёлкнула и закрылась также быстро, как и открылась, впуская в комнату одну фиолетовую бестию, что кинула портфель в угол комнаты и со вздохом облегчения упала на кровать лицом вниз. Механические пальцы с наслаждением зарылись в мягкое одеяло, пододвигая к себе поближе и образуя уютное гнёздышко, в котором молодое тело планировало пролежать до конца дня, а может и до конца лета.       Ну, летом это назвать сложно. На мёртвой планете круглый год зима, что даже и не планировала исчезать и к которой все её жители привыкли. Единственное, что может реально обозначить, что наступило лето, это календарь. Собственно, Узи было как-то наплевать на это.       Она перевернулась на спину и посмотрела на потолок, к которому всё ещё были прикреплены различные фотографии и чертежи, на фоне которых очень сильно выделялась ярко-красная нить, в некоторых местах свисающая вниз и довольно сильно, но недостаточно, чтобы достать до подушки.       Девушка протянула руку вверх, надеясь дотронуться до края нитки, и так и застыла в этом положении, не дотянув пару дюймов. Фиолетовые глаза начали бродить по бумагам, останавливаясь на последних записях. Она слабо улыбнулась и сжала ладонь:       — Надо же, я почти год не обновляла это место. Ты меня сильно изменил, Эн.       Бунтарка хихикнула и распласталась в виде звезды, взмахнув руками и погружаясь в свои мысли. С момента их знакомства прошло довольно много времени, что в какой-то степени удивляло. Теперь она не чувствовала себя тем самым гормональным подростком, став более спокойной и даже немного серьёзной. Конечно, это зависело от ситуации и окружения, но, в конце концов, даже Тэд на днях подметил, что она стала выглядеть и вести себя более взросло. Хотя сама она не сильно чувствовала себя так. Спокойной? Возможно. Взрослой? Точно нет.       Узи нахмурилась. Это было первое лето, которое она проведёт с Эн, и почему-то это так будоражило. Теперь никто не будет пытаться загнать в кровать, потому что рано с утра надо в школу. Кто вообще придумал уроки в восемь утра? Даже не сбежать, чтобы погулять до восхода Солнца со своим придурковатым, наивным, весёлым, милым, крутым, сильным... другом...       Она фыркнула и ударила себя по щекам, стараясь прогнать образ одного высокого демонтажника:       — Узи Дорман, прекрати так думать о своём друге!       В комнате повисла тишина, нарушаемая только возмущённым дыханием девушки, пытающейся согнать румянец. Она застыла и вновь пролистала на дисплее тайно сделанные фотографии напарника, на которых он либо улыбался, что-то рисуя, либо выглядел серьёзно, что-то собирая для починки капсулы. Она горько усмехнулась и повернулась на бок, заворачиваясь в одеяло и тихо шепча:       — Всё равно он влюблён в Ви, у меня нет шансов.       Бунтарка вздохнула и закрыла глаза, погружаясь медленно в сон. Время до вечера ещё было.

***

      — Узи, подъём, к тебе пришёл гость!       Услышав сквозь сон окрик, она подскочила и в полудрёме начала испуганно шарить по кровати, будто пытаясь что-то или кого-то найти и глубоко дыша. Перед глазами всё ещё мелькали пиксели не до конца ушедшего сна, когда она застыла, нащупав сползшую шапку. Посидев пару мгновений в тишине и решив, что голос отца просто послышался, она судорожно выдохнула и упала обратно, начиная заново закутываться и надеясь доспать положенные часы. Всё равно Эн не мог прийти так рано, пока на улице Солнце.       Расположившись поудобнее и оказавшись одной ногой в царстве Морфея, девушка распахнула глаза, стоило двери тихо щёлкнуть и начать мучительно медленно открываться. Она ненарочно задержала дыхание и прислушалась. По комнате раздались медленные и тяжёлые шаги, которые, казалось, пытались быть очень тихими. Механизм снова щёлкнул, оповещая о закрытии, когда чужая походка остановилась посреди комнаты.       — Узи, ты спишь? — Тишину разрезал очень тихий шёпот.       Бунтарка зажмурилась и на всякий случай отключила оптику, пытаясь не дышать и не выдавать того, что она бодрствует. Не то, чтобы ей нужен был воздух и не то, чтобы он был на этой планете... хотя он был, но явно не для людей.       Она незаметно вздрогнула, почувствовав, как друг присел на край кровати, продавливая матрас так, что девичье тело начало по миллиметру сползать в его сторону. Неподвижно посидев, Эн придвинулся поближе и подоткнул одеяло так, чтобы выглядывающая чужая пятка была скрыта также, как и остальное тело. Он застыл, нависнув сверху, и улыбнулся, невесомо погладив фиолетовые волосы, задержав ладонь дольше положенного. Немного поколебавшись, он слегка зарылся в чужие локоны и наклонился ниже, утыкаясь в чужую макушку и вдыхая родной запах, слегка взмахивая колбой.       «Эн, что ты творишь?!» — Узи попыталась расслабиться, чтобы не выдать своё притворство, максимально сдерживаясь, чтобы не закричать от смущения.       Она подавила в себе желание улыбнуться, почувствовав мягкое прикосновение к щеке, и застыла, когда парень лёг рядом и, немного помедлив, притянул кокон с подругой в объятия, обхватив для удобства всеми конечностями и зарываясь носом в фиолетовый затылок, шумно выдыхая и обдавая чужой металл тёплым воздухом.       Девушка почувствовала, как заметно расслабилось тело рядом, и собиралась уже выдохнуть, как голову пронзила внезапная мысль.        «Почему он здесь?»       Она тут же проверила время и чуть не раскрыла себя, сильно удивившись. Было всего лишь семь часов вечера! Это значит, что Эн пришёл под Солнцем.       Но зачем? Что-то случилось? Поругался с Ви?       В горле образовался неприятный ком, который она попыталась тут же сглотнуть.       Каков шанс, что он признался Ви в любви и был отвергнут?       Бунтарка аккуратно провернулась, стараясь не разбудить засопевшего демонтажника, и наконец открыла глаза, осматривая умиротворённое лицо напротив. Жёлтые лампочки слабо подсвечивались и медленно мигали, оповещая, что система слежения вокруг включена, а значит его сон более бдительный. Она уставилась в чужой дисплей и наконец выдохнула, расслабляясь и медленно протягивая руку.       Девичьи пальцы аккуратно обвели контур чужого подбородка, поднимаясь вдоль линии разделения экрана и опускаясь по плоскости носа, остановившись на тонких губах. Она тихо прошептала:       — И зачем же я в тебя влюбилась?       Улыбнувшись, Узи прижалась к мальчишеской груди щекой и ладонями зарылась в меховой воротник, не обращая внимания на то, как мгновенно ядро начало стучать сильнее. Закрыв глаза и собираясь вновь погрузиться в сон, она застыла, когда чужие руки переместились на талию и прижали поближе, в лоб был запечатлён поцелуй, а над аудиосенсором раздался дрожащий шёпот:       — Я тоже тебя люблю.       Резко отстранившись, девушка упёрлась руками в чужую грудь, препятствуя обратному сближению, и с полностью красным дисплеем уставилась в золотые неоны напротив, что радостно щурились.       — Ты не спал?!       Она начала задыхаться от возмущения и пытаться вырваться из чужой хватки, желая провалиться сквозь кровать, а лучше сквозь землю. Услышав хихиканье, она увеличила свои силы и недовольно посмотрела в лицо напротив, готовая в любой момент пнуть гостя в живот и ретироваться из квартиры. Эн смущённо отвёл взгляд:       — Я с самого начала видел, что ты не спишь, и хотел запечатлеть твою реакцию, но ты по настоящему удивила меня.       Повисла тишина, нарушаемая только тяжёлым дыханием бунтарки, что на мгновение прекратила свои попытки выбраться, чтобы потом с возмущёнными криками начать извиваться как змея, взывая напарника отпустить её по хорошему, иначе его ждёт взбучка по плохому. Демонтажник слегка посмеивался, укрываясь от чужих ладоней и укусов, попутно притягивая тело к себе несмотря на все сопротивления.       — Эн, чёрт возьми, я оставлю тебя мх...!       Фиолетовые глаза широко раскрылись, смотря в закрытые золотые напротив. В её груди взорвался фейерверк из непонятных эмоций, который, Узи готова была поклясться, она видела в тех сопливых аниме. Это был её первый и очень неловкий поцелуй, на который она не сразу, но ответила, сильно дрожа и пытаясь не облажаться хотя бы в этом. Отстранившись, парень мягко улыбнулся и прислонился лбом к чужому, смотря во всё ещё ошарашенные неоны:       — Если бы ты знала, как давно я хотел это сделать.       Немного отойдя от шока, она нахмурилась и сложила руки на груди:       — Выкуси, не надо же так неожиданно!       Он притворно надулся и потёрся о чужую щёку:       — Ты не хотела успокаиваться.       — Конечно, ты так внезапно сказал, что любишь... — Девушка замерла, до конца осознав произошедшее, и, сильно покраснев, с удручённым стоном уткнулась в чужую шею, стараясь зарыться в воротник, — дурак.       Демонтажник усмехнулся и вновь загрёб хрупкое тело себе в руки, начиная слегка мурчать, что вызвало хихиканье с её стороны. Расслабившись, бунтарка уже собиралась погрузиться в сон, как подскочила, напугав напарника, и подозрительно прищурилась:       — Почему ты пришёл так рано? Что-то случилось?       Он пару раз поморгал и изогнул бровь:       — Ты не рада меня видеть?       — Не в этом дело, — она покачала головой и приблизилась, — в это время Солнце ещё высоко, а ты бы не стал просто так гулять под лучами смерти. Ви тебя выгнала?       Повисла неловкая тишина, с каждой минутой которой Узи чувствовала себя не в своей тарелке. Эн слегка улыбнулся:       — Ты никогда не выходила на улицу летом?       — Я никогда не выходила на улицу летом, — она закатила глаза, — Эн, до встречи с тобой я вообще там не была ни разу и не могу знать об особенностях местных времён года.       Он согласно кивнул:       — Довольно логично, но, спешу заверить, не волнуйся, — парень лёг на спину, утягивая вновь возмутившееся тело за собой и, аккуратно уложив его, начал мягко поглаживать по волосам, — летом Солнце поздно встаёт и рано заходит, поэтому большую часть суток составляет ночь.       Девушка вздохнула:       — Ладно, я поняла, ты просто соскучился и пришёл раньше, чем мы договаривались.       — Верно!       Он сжал объятия и, услышав, как бунтарка закряхтела, мгновенно расслабил и неуверенно почесал щёку, встретившись с недовольными глазами напротив. Помотав головой, она легла обратно на чужую грудь и улыбнулась, потихоньку входя в спящий режим.       — Так, мы теперь встречаемся?       Узи недовольно распахнула глаза, глядя на сбивателя снов, и пробубнила:       — Да, мы теперь встречаемся.       Услышав радостное пищание, она улыбнулась и устроилась поудобнее.       Начало этого лета было многообещающим.