Сборничек летний

***

      — Эй? Рейх, ты ещё тут? — послышалось на другом конце трубки.       — А?.. Да, прости, я тут с документами вожусь… — конечно, Рейх приврал. Да, документы лежали перед ним, но он вспоминал все те дни, которые он проводил с Союзом в прошлом. Вспомнил и лагерь, в который Рейх попал как отдыхающий, а СССР как вожатый. Ух-х-х, было времечко…

***

      Лето, солнце, жара, лагерь, смена, СССР — вожатый. Что может быть лучше? Ну, кроме последнего пункта… парень слонялся за коммунистом по всему лагерю, но остаться одним им удалось только ближе к отбою. Уже темнело, а эти двое сидели на полянке и смотрели на звёзды, опираясь спинами на дерево. Рейх хотел повторить свой поцелуй, но боялся, что Союз не так всё воспримет. После признания немца Советы вообще как-то стал странно себя вести, но Третий не понимал, как это проявлялось. Он заметил изменения в поведении друга, но не понимал, в чём именно видны эти изменения.       — Луна сегодня красивая… — сказал невзначай Союз, посмотрев на Рейха.       — Да… до безумия красивая. Серьёзно, редко вижу её красной… — Третий посмотрел на коммуниста. Тот нежно улыбался.       — Пхах… Рейх, я хотел тебе кое-что сказать, — Советы нежно прикоснулся к щеке немца, отчего тот чуть вздрогнул. — понимаешь, я не был готов услышать те слова, которые ты сказал тогда на пляже, но… честно говоря, я впечатлён. В общем, ты… ты тоже мне нравишься, — коммунист быстро и нежно одновременно прильнул к столь заветным губам немца, а тот, даже не думая сопротивляться, отвечал.       Они так и сидели и целовались, пока воздух не заканчивался, отстраняясь друг от друга буквально на мгновение и снова сливались в поцелуе. Наконец, насытившись, Союз отстранился, восстанавливая дыхание. Рейх же уткнулся в плечо Союза лбом, обняв того. Коммунист усмехнулся.       — Тебе понравилось? — спросил через время Советы. Вместо ответа он получил слабый кивок и тихое сопение. — Ты что, заснуть тут вздумал? Не-не-не, сейчас я тебя отведу к тебе. Давай-давай, вставай.       — Ну не-е-ет… останься со мной… — на сонную голову сказал Рейх, нехотя поднимаясь с земли.       — Не могу, Рейхи, работа, — Третий аж резко проснулся, услышав своё имя в ласковой форме.       — Как ты меня назвал?.. — повернув голову, спросил немец, думая, что ему показалось.       — Рейхи… что-то не так?

***

      С тех пор Рейх просил себя называть Рейхи в уютной домашней обстановке. И поэтому, пойдя после телефонного разговора к вождю страны, он уговорил «истинного арийца» дать себе отпуск. Третий, довольный и счастливый, пошёл к себе домой, собирать вещи и ехать к Союзу.