Неизвестный женский персонаж

Её звали Салли Смит. Скучное, непримечательное имя. К фамилии у девочки претензий не было. В прошлой жизни, которую она вспомнила с первым магическим выбросом, фамилия у нее была Жирова – кошмар и ужас для девушки. Так что обычная и легкая в произношении «Смит» ей понравилась. Не нравилось имя «Салли». Мама назвала ее в честь дедушки Салливана, умелого и довольно знаменитого в некоторых кругах мага, но ей всегда казалось, что от ее имени несло чем-то «жировым» из прошлой жизни. Вместо заурядного имени «Салли», хотелось чего-нибудь более возвышенного и неординарного - например, «Джорджина». Но, чего не было, того не было. С этим именем ей предстояло куковать до конца жизни. Традиционно, маги имена не меняли. Ну и ладно! И так сойдет! Как оказалось, не сойдет - имя оказалось с подвохом. Настолько серое и непримечательное, что его постоянно забывали, а вместе с именем, забывали и о самой девочке. Возможно, проблема была не в имени. Сама Салли тоже была этаким серым мышонком, которого обычно не замечали. Не помогло даже поступление на дружный факультет барсуков. После Распределяющей Шляпы о ней тут же забыли. Заселилась она в одну комнату с Алисой Толипан. Вообще, на Пуффендуй в 1991 поступило пять девочек. Ханна Аббот, Сьюзен Боунс и Меган Джонс поселились в одной комнате. Она и Алиса – в другой. И все бы хорошо – для всего лишь двух девочек в трехспальной комнате места хватало с лихвой – но и Салли, и Алиса оказались девочками-невидимками на факультете. Возможно, если бы Салли попала в комнату к Ханне вместо Меган, или если бы Сьюзен поселили к ней с Алисой, то удалось бы влиться в студенческую жизнь без проблем, но этого не случилось. А как известно, история не имеет сослагательного наклонения. Естественно, про Хогвартс она знала еще из прошлой жизни – кто в 21ом веке не знал историю мальчика-который-выжил? Она знала. Читала книги, смотрела фильмы, писала фанфики. В связи с этим, с каноном была «на ты». Имя Салли Смит ей встречалось – помнится, Роулинг в свое время опубликовала оригинальный лист 40 студентов-первокурсников и это имя в нем значилось. Можно было бы решить, что она попала в книжный канон. Вот только это явно было не так. Все студенты и преподаватели выглядели абсолютно идентично фильмам. У Гермионы Грейнджер не было бобровского оскала, а Гарри Поттер светил голубыми глазами Дэниела Рэдклиффа, а не зелеными ведьминскими Лили Поттер. Что это могло значить для нее? Если имя ее соседки Алисы в фильмах появлялось в ростере Армии Дамблдора на пятом курсе, то никакой Салли Смит в киноне не было и в помине! Стоило разобраться. Ведь если она просто девочка-невидимка – это одно, а вот если она пропадет из Хогвартса по каким-то причинам, возможно несовместимых с жизнью – то это совершенно другое! Проведенные исследования выявили интересный факт. Ее не замечали. Вообще. Преподаватели на уроках ее не спрашивали – даже если она тянула руку как Грейнджер. Миссис Норрис не принюхивалась к ней, а Филч проходил мимо нее в коридорах без оглядки. Портреты не отслеживали взглядом. Мадам Помфри в больничном крыле, мазнув по ней взглядом, без расспросов выдала ей запрошенный рябиновый отвар и ушла по своим делам. Не замечали ее ни приведения школы, ни даже Пивз! Соседка Алиса ко второму месяцу в Хогвартсе перестала обращать на Салли внимание и вскоре примкнула к остальным четырем первокурсницам Пуффендуя. О Салли знали лишь домовики и Распределяющая Шляпа. Понять, знал ли о ней директор, не удалось. Скорей всего знал, раз магия Хогвартса на нее худо-бедно да реагировала. Для начала, Салли решила изучить замок и посетить все знакомые ей из канона места - гостиные остальных трех факультетов, Выручай-комнату, лекции старшеклассников, Визжащую хижину и Запретный лес. Она безнаказанно гуляла после отбоя и посещала близлежащий Хогсмид будучи лишь первокурсницей и без письменного разрешения родителей. Не удалось попасть лишь в кабинет директора и в Тайную комнату. Возможно, она могла бы проскользнуть за посетителем мимо гаргулии в кабинет Дамблдора, но откровенно боялась это делать. Вольная жизнь быстро наскучила Салли. Хотелось общения. Салли зачастила на кухню Хогвартса к домовикам. Они были не самыми легкими в общении существами, но выбирать не приходилось. Нет, Салли регулярно затевала разговоры с одноклассниками, но те быстро теряли к ней интерес, и, если она не держала их за руку и не одергивала, то быстро сворачивали дискуссию и уходили. Это раздражало, да и заставлять общаться с собой Салли никого не хотела. Девочка с ностальгией вспоминала жизнь до Хогвартса – ведь там, в большом магическом мире, этих странных проблем у нее не было. Маги и маглы реагировали на нее нормально – видели, здоровались, беседовали. Проблема была лишь в Хогвартсе. Салли решила, что является неучтенным персонажем – явный кинон не знал как на нее реагировать и поэтому игнорировал. Возможно, это было результатом неправильно воплощенной реальности, появившейся на стыке книжного и экранизированного канонов. Значило ли это, что она беспрепятственно и без риска для жизни может участвовать во всех приключениях Гарри Поттера, лишь бы эти самые приключения оставались в кадре? С этим стоило быть поосторожнее – ведь тот же цербер мог «за кадром» ударить ее лапой и все – конец сказки! Было парадоксально смешно представлять как ее труп не замечают, а лишь продолжают жаловаться на зловоние! Мда... Макабрический юмор. Возвращаясь с зимних каникул обратно в школу, Салли вдруг с ужасом поняла, что из Хогвартса она сможет вынести только знания. Никакой дружбы, полезных знакомств или романтических отношений в школе, ей не светило. Она была настоящим человеком-невидимкой, со всеми вытекающими из этого последствиями. Возможно, стоило поговорить с родителями летом о переводе в другую школу? Или стоило остаться в Хогвартсе и спокойно отучиться в Англии, ведь историю замка она знала, а в новой школе могут быть незнакомые проблемы? Салли решила остаться. Следующие несколько лет пронеслись быстро. Салли чувствовала себя Ритой Скитер в анимагической форме – ее никто не замечал, а она видела все из первых рядов. Салли взяла за привычку отслеживать золотое трио и делать заметки об их приключениях. На первом курсе удалось поглазеть на тролля, цербера и дракона, а также сходить на отработку ночью в Запретный лес и незаметно поучаствовать в «спасении» философского камня. Кстати, зеркало «Еиналеж» ее тоже не видело. Летом, после окончания первого курса, Салли пыталась вдоволь наобщаться с семьей и знакомыми. Она, как утопающий, все никак не могла «надышаться» общением. Вне-Хогвартские друзья с радостью слушали ее рассказы о школе и приключениях мальчика-который-выжил, а Салли с грустью и опаской ожидала новую поездку в школу. Второй курс познакомил ее с василиском. Салли не рискнула провести эксперимент и удостовериться, что рептилия ее не заметит – а то окажется, что король змей прекрасно ее видит, а вот преподаватели ее окаменевшее тело не найдут и не спасут, когда поспеют мандрагоры. Удалось посетить Тайную Комнату Слизерина, пока Джинни выгуливала химеру Салазара – стоило лишь спрятаться в кабинке туалета и проскользнуть в оставшийся открытым лаз. Эпическую битву Гарри Поттера и василиска пришлось пропустить из-за соображений безопасности. На третьем курсе Салли осмелела, когда оказалось, что ее не замечают даже дементоры. Что уж говорить о Люпине? Он ее не чуял даже в полнолуние в виде оборотня! Конечно, он мог ее нечаянно поранить, но она всегда держалась в стороне и была очень осторожна. Думала ли Салли о способе помочь Гарри Поттеру? Конечно, думала! И если на первом курсе она немного ошалела от вседозволенности и просто наблюдала за действиями канона, а на втором курсе боялась связываться с василиском, то на третий год она стала пытаться помочь. Ведь ее послезнание и теоретическая неуязвимость могли быть теми еще козырями! Но вот только ничего у Салли не получалось. Она никак не могла повлиять на события канона – записки о Питере Петтигрю терялись, а сам Хвост буквально ускользал у нее из рук, когда она его пыталась ловить. Девочка даже попробовала посылать подсказки совой через маму, но ничего не получилось. Салли лишь удавалось изредка подкармливать Сириуса Блэка в форме собаки. Он ее не видел, но с удовольствием ел принесенную ею еду. На четвертом курсе у Салли случилась трагедия. Она влюбилась. Причем, не в кого-нибудь перспективного, с кем можно было построить отношения после школы, а в Седрика Диггори! Седрик был поистине классным парнем – добрым, умным, симпатичным. Лицом он был чертовски похож на актера Роберта Паттинсона, но характер имел свой – был приятен в общении, улыбался тепло и был готов помочь любому барсуку. Салли была в панике. Она прекрасно помнила, что должно было произойти в конце учебного года - Седрика ожидала смерть от руки Петтигрю во время ритуала возрождения Волдеморта! Надо было срочно что-то делать!!! Невозможность взаимодействия с каноном вдруг резко стала огромной личной проблемой. К третьему этапу Турнира Салли стала тенью себя - она не могла спать, у нее пропал аппетит. Девочка буквально балансировала на грани магического и нервного истощения. За прошедшее после второго этапа время, Салли испробовала абсолютно все: защитные руны, вышитые ночью на мантии Седрика, к утру пропадали; зачарованные защитные амулеты, настойчиво передаваемые через Чанг, мгновенно разряжались; баснословно дорогой флакон Феликс Фелицис разбился, причем ни единая капля не попала на Седрика, идущего мимо нее на старт третьего тура. Собирая осколки, Салли беззвучно плакала. Раздавшийся пушечный выстрел, означающий старт последнего этапа, прозвучал для Салли одновременно как приговор и сигнал к действию. Девочка решительно облизала покрытые зельем удачи пальцы и рванула к лабиринту. Следовать за Седриком она не рискнула, вместо этого Салли бросилась по следам Гарри Поттера. Она едва успела проскользнуть в лабиринт до того, как стена заросла прямо за спиной мальчика-который-выжил. В свое время Салли досконально изучила Турнир Трех Волшебников и прекрасно помнила, какие испытания выпали на долю чемпионов в книге. Да, она попала в кинон, так что эти знания могли ей и не пригодиться, но она решила подстраховаться, ведь у нее был лишь один шанс спасти Седрика. По книге, наиболее безобидный для девочки маршрут был у Избранного – боггарт в виде дементора, золотой туман и загадка от сфинкса не представляли для нее опасности, в то время как у Седрика ожидалась схватка и побег от соплохвоста. У кубка Гарри и Седрик все равно должны были встретиться. Попав в лабиринт, Салли еще раз для себя подтвердила, что действительно попала в кинон – как и в экранизации «Гарри Поттер и Кубок огня», в лабиринте отсутствовали все препятствия, описанные в книге. Вместо этого сам лабиринт из живой изгороди являлся препятствием, он был как будто живой: он непредсказуемо перемещался и сжимался, а также реагировал на чемпионов и атаковал их, особенно если они слишком долго стояли на месте. Салли двигалась сквозь лабиринт буквально в шаге за спиной Избранного. Самой главной задачей ее недолгой жизни в этом мире было успеть ухватиться за мантию любого из парней до того, как Кубок перенесет их на кладбище. Благодаря зелью удачи, Салли успела. Активировавшийся портал унес их троих из лабиринта и выкинул на кладбище в Литтл-Хэнглтоне. Седрик и Гарри были явно растеряны, не понимая куда они попали и что происходит. Салли только намеревалась взять Седрика за руку и объяснить ситуацию, как появившийся Питер Петтигрю с гомункулом на руках и раздавшиеся слова «убей лишнего» не оставили ей выбора. Девочка еле успела схватить Седрика за руку, выходя из «инвиза», и закрыть его собой. Прозвучавшие роковые слова «Авада Кедавра» перечеркнули жизнь Салли Смит и не оставили возможности признаться любимому в своих чувствах…

***

Необычайно подробный сон о жизни молодой волшебницы заставил начинающую британскую писательницу пересмотреть и дополнить свои наброски к серии книг о мальчике-который-выжил. Виденные во сне «кадры» позволили ее задумке обрасти важными деталями, а героям ее будущей книги обзавестись характерами и чувствами. Немного подумав и прикинув варианты, писательница решила оставить планируемую смерть чемпиона Хогвартса без изменений…