Летнее дитя

You see all the flowers in the weeds

You're scared of the dark when you sleep

You cover up your arms with your sleeves

Even in hundred degree heat

Старый, потрёпанный жизнью автобус несётся по такой же, как и он, покалеченной дороге. «Это ржавое корыто, наполненное стульями для пыток, как те, которые упоминались в книге "Оно", сейчас к чертям развалится..» - подумал Мэтью, когда автобус наехал на очередную кочку. Мэтью - мальчик, с кудрявыми светло-русыми волосами и веснушками по всему телу. Его кожа не поддавалась загару, а скорее наоборот - всего лишь пятнадцать-двадцать минут на солнце, и он уже становился красным помидором. Глаза у него были светлыми, но он и сам до конца не понимал, какого они цвета. То ли серые, то ли голубые, или вообще отдавали зелёным.. Все на него поглядывали, ведь ходил он в вещах с длинным рукавом в сорокаградусную жару. Но он не обращал внимание на эти взгляды. И всё таки, лето он любил. «Каникулы же..» - думал он. - «Стоит ценить их, пока есть возможность, даже если они и проходят у тебя в самой дырявой дыре». Родители отправили его к родственникам в деревню. Сказать, что он не видел этих "родственников" ни разу - ничего не сказать. Он даже не знал, как они выглядят, и всё же, видимо он заслужил два месяца торчать тут. Почему же заслужил? Тройка по физике в году - ух, какая веская причина! На самом деле, ему и самому было обидно за единственную красную отметку в дневнике. Но не мог он эту физику выносить. Так и говорил: "Не могу, и всё тут! Не прослеживаю я тут никакой логики!". На что ему отец, который по образованию являлся физиком, отвечал: "Физика и есть одна сплошная логика, они зависимы друг от друга. Нет физики - нет логики, нет логики - нет физики, полоумный мальчуган!". Мама в подобные перепалки не вмешивалась, просто косо поглядывала, уныло качая головой. - И вот, что из этого вышло, - пробубнил себе под нос Мэтью, в очередной раз, чуть ли не с отвращением оглядывая трясущийся автобус. Аварийно-вентиляционный люк был приоткрыт, пропуская порывы воздуха, которые хоть как то спасали от духоты. Кондиционера же нет, куда там. Кондиционеры - это для элиты. Мальчик закатил на это глаза. Замызганные окна, пыль, летающая в воздухе, неудобные кресла, из которых чуть ли не торчат пружины. Две бабушки сидели впереди, переговариваясь о чём то. С их стороны отчётливо слышалось гэканье и оханье. Чуть позади сидел какой-то рабочий в шляпе, комбинезоне и специальными перчатками, лежащими на его коленях. «Должно быть, фермер» - пронеслось в голове у Мэтью. За окном начинали мелькать заборы и домики. А потом и местные обитатели. Автобус проезжал мимо разлегшихся на травке коров на небольшой полянке. «То есть настолько это глухомань, да?» - его брови в неком удивлении взмылись вверх, будто они проезжали не мимо коров, а мимо пришельцев с другой планеты. «А они милые, бурёнки эти. Такие спокойные. И трава тут для них хорошая. Намного зеленее, чем в городе» - подумал он после, с улыбкой.

***

Корыто, как обозвал автобус Мэтью, с пыхтением доехало до конечной остановки. Расплатившись с водителем, мальчик вышел на улицу, оглядываясь. Никаких тротуаров и асфальтированных дорог. А там, где вроде бы и должны они находиться, имеется только заезженная, узкая, состоящая из земли и пыли полоса, по которой и довозил сюда людей автобус. От самой полосы отходят ещё более узкие ответвления - тропинки в разные стороны. Одинокая остановка. Скамейка. И испепеляющая жара. «Потрясающе. Прекрасное начало», - Мэтью нырнул в тень, которая создавалась благодаря остановке. До домов надо было ещё идти, но, во первых, он не знал куда именно. Во вторых, он под вечер уже будет весь красный как рак, если рискнёт. Родители обещали, что его встретят, но в данный момент он стоял один-одинёшенек, ведь все люди уже успели разойтись. И как только он подумал о том, что придётся ждать заката, а потом идти непонятно куда, прячась за коровами от бомжей и пьяниц, и мурашки успели пробежать от этих мыслей по его коже, вдалеке послышался звук тарахтения мотора. Чуть выглянув, он приметил, что к остановке движется какая то машина. Через пару минут можно было смело сказать, что это старый, помятый пикап, но зато он был темно-зелёного цвета. Как только пикап остановился напротив остановки, Мэтью немного занервничал. Но сразу же выдохнул, когда из него выглянула молодая девушка с красной банданой на голове. Она лучезарно улыбнулась. - Залезай, братишка! - поприветствовала она его, открывая изнутри дверь с другой стороны, чтобы он смог сесть на переднее сиденье. Мэтью обошёл машину и сел, закрывая за собой дверь. Эта незнакомая особа женского пола протянула ему руку, он её пожал. - Я Клэр, - представилась она, всё ещё улыбаясь. - Ты, должно быть, вообще не знаешь, кто я, - Клэр посмеялась, - Так вот, я твоя троюродная сестрёнка! Он улыбнулся в ответ. - Я Мэтью, но ты, наверное, уже в курсе. - Чертовски верно, мой дорогой друг. И с этими словами пикап завёлся, пыль поднялась, а лето, наконец, началось для Мэтью.