Предвестники

На следующий день после задания Тарталья пригласил Люмин вместе прогуляться под предлогом «провести время вместе», но на самом деле не озвучивая того, он понимал что зовет ее на свидание. Люмин согласилась, и они пошли гулять по Снежной, а Чайлд все это время рассказывал различные истории, и показывал окрестности. Внезапно он произнес: - Пошли ко мне домой, мой брат очень хотел тебя увидеть. Ему понравилось с тобой играть. - Ох, правда? - хоть она и удивилась, но немного подумав ответила - Ну мы давно с ним не виделись, так что в целом можно и сходить) Вместе они дошли до его дома и зашли в него. Дома никого не было. - Ой, похоже я забыл что сегодня он гуляет с друзьями. Ну пошли тогда что ли чаю выпьем, раз уж пришли. - Да? Ну ладно, хоть чаю попьем. Вместе они пришли на кухню, и Тарталья поставил чайник на огонь. Люмин же в это время села за стол. Когда чайник закипел, тот насыпал туда заварку и пошел в другую комнату. - Ты куда? - спросила она - Я? Ой, да я щас приду. Он ушел в свою спальню и сел на кровать. Затем он закрыл лицо руками обдумывая что же будет дальше. От таких мыслей ему стало жарко. Ситуация будто бы давила на него. Он не знал что делать дальше, так что доверился своей интуиции. Чайлд встал, снял рубашку, и оголив торс пошел на кухню к Люмин. Когда та увидела его, то запаниковала, ведь оказалась в такой ситуации первый раз, и не знала что ей делать. Тарталья же, подходил к ней все ближе и ближе. Когда Люмин столкнулась со стеной в попытке сбежать, он схватил ее за руку и прижал к этой же стене, а потом наклонился, схватил ее за плечо и стал расцеловывать ее шею. Она не знала что ей делать, так что просто поддалась ситуации. Ей было не понятно, нравится ей что сейчас происходит, или нет. Она просто смотрела что же будет дальше. Потихоньку поцелуи превратились в укусы. Тогда от боли та застонала, и отвернулась. При виде Люмин он сходил с ума и не контролировал свои действия, так что когда он услышал ее стоны боли, он только сильнее возбудился. Тогда Чайлд схватил Люмин за ягодицы и поднял, прижав к своему торсу, а после, посадив ее на стол, спустил лямки ее платья и повалил ее на спину, затем, навис над ней. Он стал трогать то ее ключицу, то грудь одной рукой, а другой в это время держал ее лицо для того, чтобы было удобней его целовать. В это время Люмин было уже все равно. Она все еще не была в этом уверена, но вроде бы ей это нравилось. Она просто старалась получать от этого удовольствие, и вроде бы у нее это получалось. Во время того, как он елозил рукой по ее ключице, ее платье сползло ниже, оголив ее живот. Люмин повезло, что она обычно носит под платьем топик, так что грудь была закрыта. Когда Тарталья увидел ее полуголой, он возбудился еще сильнее. Он стал расцеловывать то ее живот, то ключицу, то лицо. В это время ей от чего то поплохело. То ли весенняя жара, то ли что. Она стала терять сознание. Тогда Чайлд понял, что сейчас она полностью в его руках, и ничего не может сделать, поэтому он взял в руки нож, и выцарапал на ее руке свое имя: «Тарталья» Таким образом он хотел показать что она принадлежит только ему. Никто не может претендовать на нее. «Она. Только. Моя.»