Статуи

      Когда Алтан сказал Вадиму, что завтра они идут в Эрмитаж, Дагбаев даже не подозревал, чем это может для него обернуться. Планируя культурный досуг стоило бояться не пробок, не километровых очередей, не внезапной вспышки голода, а собственного телохранителя. Это стало понятно сразу после вопроса "а восхищаться картинами обязательно?" Тут-то Алтан и понял, что поездка будет та еще. *** Взгляд Дагбаева скользит по полотну. "Отцелюбие римлянки". "Какие краски, какие тени! Это же невероятно, что такая красота могла быть написана в ... " Мысли прерывает вздох над ухом. Дракон нависает над его плечом, заложив накачанные руки руки за спину. Губы наемника слегка приоткрыты, а брови озадаченно нахмурены. Очередной хриплый вздох вырывается наружу и рвет мысль в голове бурята. - в чем дело? - Дагбаев хмурится и бросает косой взгляд через плечо. -Шеф... -Вадим сглатывает и не отводит взгляда от картины. - а это же инцест получается? Алтан озадаченное смотрит на картину и поворачивается к наемнику. - ты это о чем? Дурное предчувствие похабного комментария поднимается аж до горла. - ну... Он же ее отец... -Дракон щурится и вглядывается в табличку у картины. - да, отец. И он сосет ее грудь. Это же инцест. "Черт..." - Ты не понимаешь, - голос Алтана звучит раздраженно, - его приговорили к смертной казни и не давали еды... - на этих словах его собственный желудок болезненно сжимается, напоминая, что с момента завтрака прошло уже три часа. - но его дочери разрешили навестить его и единственное, чем она могла накормить его, это собственное молоко. Дагбаев чуть понижает голос и оглядывается по сторонам. Ему стыдно объяснять очевидные вещи. Он бросает еще один взгляд на картину и отходит. - ну не знаю. - Вадим бубнит себе под нос и следует за ним. - вы как хотите, но это инцест. Пару минут Алтан в тишине рассматривает другую картину, пока наемник широкими шагами слоняется по залу и вновь подходит к нему со спины, чтобы наклоняться над плечом и зашептать в самое ухо. - я вот думаю, как это вообще в государственном музее повесили? Сюда же дети ходят. Дагбаев оборачивается к нему, выразительно выгнув черную бровь. - а в чем проблема? Тебя в детстве тоже кормили грудью, но это ты инцестом не считаешь. - ему неловко обсуждать это в храме культуры, но Дракон не успокоится пока не переварит мысль. - И вообще, обнаженные статуи тебя никак не смущают? Сюда же дети ходят и все дела. Шёпот Алтана становится более ядовитым, когда они переходят в другой зал. -а здесь есть такие статуи? Дагбаев не знает, от чего он краснеет -от невежества телохранителя или от той низменной темы, которую они затронули. Одно дело, обсуждать это с солдатами в казарме, а другое - в музее. Оглядевшись по сторонам, он бросает быстрый взгляд на картины и убеждается, что ничего "провокационного" в этом зале нет. Сказать точнее, это просто длинная галерея с портретами императоров и императриц на стене, напротив окон. Алтан неспеша идет по галерее, приближаясь к лестнице на первый этаж, когда откуда-то из-за спины раздается громкий окрик. - Босс, а сфоткайте меня! Командный голос Вадима пугает семейную пару из Китая, заставляя их отшатнуться и ускорить шаг. Ускоряет шаг и Алтан, надеясь, что наемник перестанет гаркать на весь Эрмитаж. Дракон протягивает ему свой телефон и встаёт у портрета Николая I, принимает горделивую позу, подражая императору. Алтан неохотно делает несколько снимков и возвращает телефон. Где-то на задворках памяти всплывает, что у Вадима кандидатская степень по истории. Возможно, он восхищается Николаем Павловичем? Уважает его как монарха? -тебе нравится его правление? - Дагбаев медленно спускается по мраморной лестнице на первый этаж. За спиной мерно раздаются тяжелые шаги наемника. -Николая-то? Нет - Дракон ухмыляется и качает головой. -тогда зачем фотографировался? - ну вы видели, какой он там важный стоит? - Вадим хихикает и прыгает через ступеньку. Он не может долго держать себя в руках и сохранять спокойствие. - важный-важный, хуй бумажный! Алтан моментально краснеет и оглядывается по сторонам -никого нет, но акустика тут знатная. Кто знает, может быть, пролетом выше все было слышно? На первом этаже они заходят в зал скульптур. На мраморных постаментах рядами стоят каменные и гипсовые фигуры. Алтан теряет дар речи и зачарованно переходит от одной к другой, обходит по кругу и внимательно рассматривает со всех сторон. "Какие линии... Насколько идеальна поверхность, словно это действительно живой человек" Дагбаев замирает перед статуей Диониса, восхищаясь ей и даже забывает, что пришёл туда не один. Забывает ровно до того момента, пока не слышит разочарованный бубнеж где-то в стороне. - ... Нахера лист этот налепили.... Жалоба блуждает между статуями и скоро стихает. Глаза Алтана скользят по фигуре бога виноделия и опускаются все ниже. "Он идеален... Эта статуя идеальна" -Шеф, я вижу, вы знаете, куда смотреть - рядом с ним возникает ухмыляющийся Вадим и складывает на груди руки. Они стоят молча какое-то время. Дагбаев восхищается искусством, а Дракон пытается понять, что начальник нашел в этой статуе. Он внимательно щурит глаза и рассматривает тело греческого бога, потом опускает взгляд на собственный пах и пару секунд о чём-то думает. - у меня больше. Сначала смысл краткого комментария не доходит до бурята и он просто озадаченно поворачивает голову на звук. - Что..?- Осознание приходит секундой позже и заставляет нервно закатить глаза. - Боже, ты уже с греческими статуями хуем мериешься... -Два последних слова он произносит тише, смущаясь такой лексики в храме искусства. - всех оценить успел? Глаза Алтана вспыхивают злостью и раздражением на Вадима. - Не, - наемник ухмыляется, словно не замечает реакции на его слова. Они медленно выходят из зала и ищут выход на улицу. - они за каким-то хером листьев налепили.... Листья маленькие, кстати, ни о чем... Или греки сами ни о чем... Какое-то время они идут в тишине. Дагбаев слишком зол, что Дракон сумел опошлить даже поход в музей, а Вадим просто молчит. Теперь, когда вокруг нет ни статуй, ни картин, комментировать оказалось нечего. Они садятся в машину и молча едут, пока не встревают в пробку. - ваше золотейшество, знаете, почему я бы не смог стать греческой статуей? "Блять... Только не это. Только без пошлости" Алтан старается сохранять спокойствие и лениво поворачивает к нему голову. -почему? Дракон ухмыляется, стараясь не заржать раньше времени. -их лист был бы для меня мал, пришлось бы брать пальмовую ветвь Вадим подмигивает, глядя, как у начальника сбивается дыхание и по лицу идут красные пятна, и самодовольно ржет. Дагбаев раздувает крылья носы и шипит, гневно сузив глаза. - Выйди нахуй из машины