Список дел

      Лето в этом году необычайно жаркое. Вообще, у них всегда эти три месяца не назовешь холодными, да и многие другие времена года тоже, но это лето чем-то отличалось.       Джисон снова делает глоток уже потеплевшей в пластиковой бутылке воды. Задумчиво смотрит в окно сквозь открытые полоски жалюзи, через которые, к счастью, не пробегают солнечные лучи (квартира, в которой он живет, находится не на солнечной стороне дома), и снова возвращает взгляд к листку бумаги, лежащей на столе. Между его пальцами пробегает стержень ручки, мозг отчаянно пытается игнорировать жару и думать.       Остался последний день учебы — Джисон учился на предпоследнем курсе университета. Ему осталось лишь сдать этот несчастный доклад одному из самых придирчивых преподавателей и он будет свободен на следующие два месяца. К слову, этот доклад он просрочил уже дважды, и если он в течение недели не сдаст его, препод точно переведет свою дисциплину в его академическую задолженность.       Хан вздыхает, собирается с силами, но вместо доклада достает свой мини-ежедневник и открывает на последних трех страницах. Здесь намного интереснее, чем на нетронутом листе бумаги.       Джисон еще месяц назад расписал в ежедневнике то, что хочет успеть сделать за это лето. Не то чтобы он любил планы, и не то чтобы у него когда-либо получалось им следовать, но в этот раз он решил попробовать. У него было хорошее предчувствие на этот счет.       Часть из них — а именно, треть — он уже выполнил, так как июнь уже почти прошел. Осталось 62 дела из 90.       Он упоминал паре друзей о том, что у него есть целый список дел, который он решил выполнить этим летом. Реакцией, в основном, был скептицизм — все знали, что Хан плох в планах. Но отнеслись с лёгкостью, мол, если он хочет попробовать, почему бы и нет.       Его список не был каким-нибудь странным, безумным или пошлым. Это были обычные вещи.       Например, номером один было сдать проект, что он и сделал. Номер два — попробовать новый вкус мороженого, который продавали недалеко от университета. Номер три — провести весь день в спортзале (Джисон считает, что зайти в их кафе и насладиться полезной едой также было частью дня в спортзале и пункт выполнен). И так далее.       Правда, ближе к середине список начинает становится… Интересным. Но снова, это вполне себе нормальный список, просто с новыми добавлениями. Если раньше мелькали лишь «провести весь день в одиночестве», «искупаться на море» или «разделить с кем-нибудь ведерко мороженого», то потом все становится немного четче. Точнее, с добавлением имени его лучшего друга.       У Джисона не слишком много хороших друзей. Скорее, очень много знакомых. Но точно есть самый близкий к нему человек, которого он с уверенностью мог называть своим лучшим другом. Почему мог? Что ж, возможно, потому что сейчас этому мешают какие-то лишние чувства. И, каждый раз называя его своим лучшим другом, Джисон чувствует угрызения совести.       С Минхо они часто бывают на одной волне, часто тусуются, часто разговаривают и о серьезном, и о бредовых вещах, и, что очень важно, понимают друг друга. Квартиры друг друга давно уже стали как родные, разного рода мысли и идеи — как свои, но в этот раз эта привычная уютная схема почему-то дала сбой.       Хан не знает, могут ли быть его чувства взаимными. На самом деле, он сам ещё не полностью познал свои чувства. Но хочет знать мысли Минхо на этот счет, потому что они практически всегда делятся друг с другом подобными важными вещами. Особенно если такие вещи заставляют испытывать их тревожность или страх. Словно один из них забирает часть плохих чувств себе, выслушав другого. В таких случаях даже не нужно делиться своими мыслями, порой не нужен и совет. Нужно просто чтобы кто-то мог выслушать.       Так как он не мог просто рассказать Минхо об этом, потому что, ну… Это уже слишком личная информация до тех пор, пока он не поймет, что чувствует Минхо в ответ. Джисон пробовал поговорить с другими своими друзьями, но дальше неуверенного вздоха так и не пошел. Именно поэтому он решил, что так будет проще, — легкими размытыми знаками дать понять Минхо, что он чувствует.       Джисон закрыл ежедневник и вздохнул, спрятав его в один из ящиков стола. Сегодняшнее «провести день без музыки» пока проходит хорошо, но он не думает, что сможет продержаться без наушников или динамика телефона до самого вечера.       Некоторые цели бывает довольно сложно выполнить, но в то же время интересно себя тестировать.       Правда, когда он собирался с силами пригласить Минхо в кино в начале июля, он так не думал.       Они сидели в его квартире, играли в игры, глядя на экран телевизора, когда тот заметил, что что-то не так. — Ха! Двадцать третья победа за мной.       Минхо откинулся на спинку дивана и скосил глаза в его сторону, не поворачивая головы. — У тебя все нормально? Ты как будто с самого утра сам не свой.       Хан сделал вид, что удивлен. — Я? Сам не свой с утра? Да нет, не думаю. — Уверен? Не то чтобы мне не нравилось раз за разом обыгрывать тебя, — он ухмыльнулся, и Джисон на мгновение задержался взглядом на его ухмылке.       Джисон вздохнул, тоже падая на спинку дивана. — Просто я думаю, что сегодня впервые пропущу день в своем списке дел на лето, — все же признался он, не обозначая конкретных деталей. — Ты все еще делаешь это? Я удивлен. Думал, ты сдашься после первой же недели, — губы Минхо снова изогнулись в усмешке. — А что за задание-то сегодня? — не обращая внимания на его поддельное возмущение, спросил он. — Сходить на самый последний сеанс кино с кем-то, разделив ведерко попкорна на двоих. — Всего одно ведерко? На двоих?! Кто придумывал эти задания? — Да я в интернете нашел большинство из них, — пожал плечами Хан. — Понятно, — все еще недовольный одним ведерком попкорна на двоих ответил он. — Ну, хм… Последние сеансы вроде обычно ужастики? — Как минимум в ближайшем к нам кинотеатре, — кивнул Джисон, внутренне начиная улыбаться до ушей. — Ладно, тогда можешь не беспокоиться. Не пропустишь этот день, если… Если тебе подойдет моя скромная персона, — играясь с ворсинками пледа, произнес Минхо.       Голос его был, как обычно, уверенным и не тихим. Но что-то всё-таки в нем было не обычным: может быть, руки, внезапно сосредоточившиеся на пледе, может быть, слегка покрасневшие кончики ушей. Джисон не сдержался и улыбнулся.       Минхо смущался, и выглядел невероятно мило. Он выглядел смущенным при Джисоне настолько редко, что он порой забывал, что у Минхо есть такая сторона. Хотя в то же время Хан знал, что тот и вовсе ни с кем не бывает смущенным. — Конечно подойдет, хён.       Минхо еще просто не знал, что весь список был составлен специально для него.