Хранитель снов

Савелий любит просыпаться по ночам, иногда это происходит неожиданно, в первые несколько минут хочется нахмуриться и захныкать, ведь усталость дает о себе знать, но после того, как сонное сознание проясняется, он сдерживает себя, и даже перестает дышать на некоторое время. Амина обычно засыпает где-то под боком, но не так близко, и руки держит при себе, но во сне она свое тело не контролирует, поэтому обычно утром просыпается на груди савы, обнимая его всеми конечностями. Это неловко до жути, но по другому как-то и не хочется. Сейчас, снова проснувшись ночью из-за боли в ногах, которая осталась после долгой практики и все никак не хотела покидать Савелия , он забывает про недуг, когда чувствует приятную тяжесть на груди. Волосы амины щекочут шею и подбородок, но от этого так приятно тепло и уютно, что Сава непроизвольно улыбается, слегка наклоняя голову, чтобы посмотреть на Ханову . Та спит так крепко и сладко, что сердце у Савелия приятно так колит. Савелий вздыхает, зарываясь в волосы Амины пальцами, те на прикосновение всегда мягкие и стоит чуть-чуть по-ворошить, то сразу отдают запахом бальзама, который вроде и не сладкий, но и не свежий. Амина во сне обычно звуков никаких не издает, только сопит иногда слишком громко прямо в ухо, будя Саву , но сейчас не тот случай. Сейчас она тихая настолько, что если бы не вдохнула глубоко и шумно не выдохнула, видимо из-за сна, то Савелий бы наклонился, проверяя дыхание. Амина во сне до одури красивая, а еще такая нежная и хрупкая, что кажется еще чуть-чуть и сердце Савелия разобьется на тысячи маленьких кусочков от всех чувств, что его переполняют. Ханова своими маленькими пальцами сжимает футболку Савы, и он не может прекратить сравнивать еë с котенком. Таким маленьким, мягким и слишком милым. Он улыбается шире, а Амина во сне улыбается ему в ответ, и он перестает дышать. Савелий не спит еще часа два, наблюдая за тем, как Амина смешно морщит свой нос или то сжимает то разжимает пальцами футболку Савы, а порой и улыбается чему-то в своих снах. От такой теплой и уютной Амины хотелось кричать, потому что Саве казалось, что быть таким нереально. На утро Амина жмурит глаза, нехотя открывая их, осознает все происходящее, стонет от того, как быстро наступило утро и все же кое-как отлипает от Савелия. — Почему ты не спишь? — ханова хмурится, говоря своим хриплым утренним голосом, от которого мурашки по коже каждый раз. — Охранял твои сны, — улыбается Сава, но Амина на его слова хмурится еще сильнее, смущается, бурчит что-то, ладошкой легонько шлепнув того по груди. — Иди сюда, малышка, — Савелий тянет Ами на себя, от чего та падает, даже не пытаясь сопротивляться, оказываясь прижатой к мягкой и теплой кровати. Он смотрит на улыбку Амины и думает — чем же он это все заслужил? Волосы Ами растрепаны еще сильнее, чем обычно, потому что Сава игрался с ними полночи, сама она немного смущенная, глаза слегка опухшие после сна. — Я хочу в душ, — оповещает Ханова. — И кофе. — Я могу организовать кофе, — отвечает на это Савелий, наклоняясь ближе, и это дает понять, что ни о каких кофе и душе речь не будет идти в ближайшие полчаса как минимум. — Было бы классно, — переходит на шепот Ами, шумно выдыхая, когда Сава проникает пальцами под его футболку. — Но, думаю, теперь мне нужен еще и завтрак. — Хочешь, чтобы я покормил тебя? — он усмехается, явно намекая, и Амина в ответ смотрит в глаза все также тепло, но с хитринкой, кивает. Смотреть на то, как Амина спит — очень приятно, но быть рядом, когда она просыпается, и иметь возможность дарить ей свою любовь — приятнее.