Утро в отеле

      Стук клавиш разбивает спокойную тишину. Свежесваренный кофе отдаёт приятный аромат, разлетаясь по комнате. Тёплый комок шерсти спит и мирно сопит на коленях.       – Дилан! – и вот недостающая деталь этой картины прилетела. – Я всё сдал без пересдач! Мы можем лететь!       – Я тебя понял, Ло, – спокойно отвечает Дилан. Он уже всё сдал, потому он ждал лишь своего парня. – Щас отдам заказ, и пойдём смотреть билеты. – Дилан откидывается на спинку стула и смотрит на неугомонного Лололошку на своей кровати. – Япония, да?       – Да! – ярко отвечает парень. – Мы же Абилку возьмём?       – Хорошо, а насчёт Абилки… – Дилан вновь садится в свою рабочую позу креветки. – Да, паспорт у Абилки есть, сделан зимой… Значит остались только билеты.       – Отлично! – Лололошка радостно падает на кровать своего любимого. Он так рад. Он наконец-то поедет в свою любимую страну! Им столько надо будет посетить! И попробовать точно. Возможно, Лололошка только ради этой поездки всё учил, чтобы сдать на хорошо и иметь возможность полететь. А если бы не сдал и был пересдачи, Дилан перенёс бы эту поездку(это может быть не точно, так как он слишком сильно любит).

***

      Противно жизнерадостная мелодия будильника громко звенит на всю комнату. Глаза слипаются, но обещание, данное ещё зимой, заставляет встать. Дилан поворачивает голову в сторону кровати Ло, но та уже заправлена.       «И на что я надеялся…» – задаёт риторический вопрос самому себе. Ведь и правда, что он ожидал увидеть? Завёрнутого в одеяла парня? Его парень скорее всего лёг уже в девять, если не в восемь, и сейчас он зайдёт в комнату…       – Доброе утро, – с зевком приветствует Лололошка. На нём ещё домашняя одежда, в которой он и спит, но волосы уже расчёсаны. – Спящая красавица, – как маленькую издёвку добавляет.       – Доброе, жаворонок… – мычит в ответ Дилан. – Ты во сколько лёг и встал?       – В восемь лёг, встал в полпятого. – слышится лишь недовольное бормотание Дилана, который пытается встать. – Я успел немного собрать по мелочи и вот умыться.       – Да я уже понял.       За окном уже светло, стоит лишь лёгкий утренний туман, никого из людей нет. Слышны только пения птиц. Через открытую форточку дует прохладный ветерок. Приятный жёлтый свет по-особенному ложится на предметы, добавляя какую-то нереальную атмосферу.       Все вещи уже собраны, остаётся только взять и поехать. Они быстро одеваются, Дилан сажает Абилку в переноску, берут вещи, достают ключи и закрывают комнату. Лололошка уже у вахтёрши отдаёт эти ставшие родные ключи.       – А как долго мы будем в Японии? – спрашивает Лололошка. Если честно, он бы остался жить в Японии, только он даже не закончил университет, но несколько дней прекрасно хва-       – Сколько денег хватит. Должно хватить на неделю полторы-две, – спокойно отвечает Дилан, отслеживая их такси. Рюкзак тяжёлый и тянет, такая же сумка весит на плече. Смотря на Лололошку, на такого тонкого и высокого дрыща, у Дилана возникает вопрос: как он так спокойно выдерживает вещи, которые весят около семи килограмм? – Немного поднакопил, вот и хватает.       – Полторы недели?.. – удивлённо смотрит парень.       – Да, что-то не так? – нотки сарказма проскальзывают в голосе. Если ему не понравится их некий «отпуск» в его любимой стране, то Дилан готов будет его прибить.       – Дилан, ты лучший! – вдруг накидывается на него Лололошка, чуть ли не сбивая возлюбленного, мгновенно его удерживая в стоячем положении.       – Господи! – испугу нет предела. В сумке лежит ноутбук. – Чего ж ты так кидаешься? Ты слишком часто говорил про эту твою Японию, вот и всё!       – Я очень рад и благодарен тебе, – с теплом отвечает Лололошка. В его глазах плещется столько любви и благодарности, что кажется, может затопить. Эта одна из тех черт, которая так полюбилась Дилану, когда начали встречаться. – Не думал, что ты так запланируешь, хотя это было вполне вероятно. Но всё равно я очень-очень рад!       Его голова лежит на плече у более низкого парня, из-за чего он немного криво стоит, но не жалуется. На подобный монолог Дилан лишь закатывает глаза, но ласково. Они ещё некоторое время так стоят, наслаждаясь утренней летней прохладой, пока не приедет такси.       Водитель помогает положить их вещи в багажник, а сами парни садятся на задние места.       Теперь в спине чувствуется блаженное освобождение от оков рюкзака и тяжеленой сумки. Сонливость, которой ещё не было сразу после пробуждения, начинает накатывать, слипая глаза. Один тихий зевок, голова набок и темнота.              

***

      

      – А я есть теперь хочу. – вокруг люди сидят, разговаривают. На соседнем сиденье стоит сумка-переноска с Абилкой. Она довольно тихо сидит, умница!       – Покупать ничего не будем, твои любимые рёканы дорогие, нам просто не хватит. – возмущается Дилан в ответ. Его голова уже несколько минут(или десятков) покоится на плече у Лололошки. Они уже зарегистрировались, прошли контроль и берут Абилку с собой в салон. Осталась у них лишь ручная кладь, Дилан бы никогда не доверил свой ноутбук работникам аэропорта.       – Я знаю, просто сказал. – он откидывается на спинку стула и смотрит в потолок. – Жаль книгу какую-нибудь не взял, почитал бы так.       – Думай.       – Думать?       – Да. Истории, сюжеты, куда ты хотел бы поехать в Японии.       – Я про последний пункт думаю уже лет пять, уже знаю каждое место наизусть, могу экскурсию не хуже экскурсовода провести, – смеётся Лололошка. Он кладёт свою голову на голову Дилана.       Они сидят так ещё несколько минут, держась за руки. Вокруг люди разговаривают, снуют туда-сюда, покупают себе еду и едят. Где-то собака залаяла. За огромным панорамным окном летнее небо с кучерявыми облаками радует глаз. Солнце приятно освещает облака, из-за чего они становятся лишь прекрасней. Кажется, они такие свободные…       Из динамиков озвучивают номер рейса, и Лололошка и Дилан с Абилкой наперевес идут к своему выходу. Ещё двадцать часов сидения без движений и они будут в пункте назначения.              

***

      

      – Ну и капец, такси дорогущее! – вновь возмущается Дилан и вздыхает, решая, что ругаться на число бессмысленно. Он уже открывает рот, чтобы что-то сказать Лололошке, поднимает взгляд на него. Но именно что открывает. Дилан видит его счастье, восхищение, радость и ещё бесчисленное количество эмоций, которые обрушатся на него в какой-нибудь ближайший момент цунами, но он даже не против. Не тогда, когда в глазах его возлюбленного целую вселенную можно увидеть, не тогда, когда его щёки покрываются румянцем от радости, не тогда, когда он готов снести всё и вся, пытаясь показать свои благодарность и радость. – Пошли, нам ещё номер бронировать.       – Знаешь, иногда просто хочется задушить кого-то своей любовью, – как-то тихо добавляет Лололошка, медленно идя за Диланом.       – Мм, почему же я это знаю… Может потому что я встречаюсь с подобным человеком? – улыбается Дилан своему парню. Они немного хихикают и заходят в здание.       В нос ударяет сладковатый запах чего-то и дерева. На пороге есть маленький уступ с разной обувью и тапочками в шкафчике. Дилан хотел было уже пройти дальше, но его хватают за рукав.       – Разувайся, надо в тапочках ходить. – в это время сам Лололошка разувается, кладёт свою обувь на полку в шкафчик.       – Серьёзно? – тоже снимает обувь Дилан и ставит рядом с обувью парня.       – Да, и для туалета есть свои тапочки, это связано с верой в то, что туалет является скоплением тёмных чего-то, уже плохо помню, но надо менять тапочки.       – Ахиреть. – только одно слово крутится на языке. – «Тут есть тапки на все случаи жизни?»       – Кстати, здесь так сладко пахнет из-за татами.       – Ты чего не знаешь о Японии? – спрашивает уже возле стойки регистрации, из-за чего его вопрос остаётся без ответа, но остаётся с очень ярким намёком, что мало что не знает его парень о Японии.       – Добрый вечер, есть ли свободные номера на двоих? – спрашивает парень на беглом японском.       – Здравствуйте, да, есть. Можете сказать, когда завтракаете и ужинаете?.. – отвечает на таком же беглом японском работница. Дилан, слушая их разговор, в ступоре, ведь никогда не замечал за Лололошкой, чтобы тот разговаривал на японском.       Перекинувшись видимо несколькими рядовыми фразами и приняв деньги, работница выходит из-за стойки и ведёт в сторону одну из раздвижных бумажных дверей.       – Я не замечал, что ты знаешь японский. – признаётся Дилан.       – Да ну, я постоянно смотрю аниме на японском, – слегка обиженно восклицает Лололошка, – это было довольно заметно.       – Я думал, ты с субтитрами смотришь. – их заводят в по-японски минималистично обставленную комнату. На татами стоит низкий чайный столик с маленькими вкусными подарками. Вдоль стен стоят шкаф и тумбочка для вещей, и они стоят почти у конца татами.       – На татами нельзя ставить шкафы, потому он заканчивается прям у их ножек, – говорит Лололошка, ставя свои вещи возле столика. – К нам сейчас придут работники рёкана, расстелют футоны, и мы ляжем спать.       – Окей, давай тогда подождём, я сейчас засну прям так. – и это правда. Его глаза почти слипаются, а тело стало словно свинцовыми и ватным, настолько оно было тяжёлым и было им сложно управлять. В рюкзаке он находит свою пижаму, быстро переодевается, и садится вместе с Лололошкой возле столика. На нём стоит банка с зелёным чаем, а рядом тарелка со вкуностями. За окнами слышны пения цикад, лёгкий стук какой-то японской штуки. Абилка тихо исследует комнату, в какой оказалась. Внутри царит тишина и спокойствие. Лишь за это умиротворение появляется сильная симпатия к стране Восходящего солнца.       – Не удивлюсь, если тебе эта страна так понравится, говорят, Япония – страна интровертов! – легко смеётся парень, обнимая Дилана за талию. – Нам завтра принесут юката, надо будет их примерить. – мягкая улыбка слышна в голосе.       – Ага, завтра обязательно примерим… – уже сонно отвечает старший. Хочется просто закрыть глаза и так и заснуть. Подобная атмосфера вечером настраивает на хороший сон.       – Давай вставай, нам уже разложили футоны. – они поднимаются с татами и идут к футонам, которые видимо специально разложили поближе друг к другу.       Они ложатся, и Дилан сразу же кладёт свою голову на плечо своего парня, а тот его обнимает за талию и плечо. Под мирный хор цикад и тихие капли начинающегося дождя сонливость всё сильнее и сильнее охватывает разум парней, особенно после длительного перелёта.       Почти перед самым сном остаётся только спокойствие, тепло, мерное дыхание любимых существ.

***

      Утро такое же спокойное как и вечер. Нет никакой музыки, громогласных соседей, шумных работ в рёкане. Лёгкий ветерок трепещет листву в саду возле здания. Глаза намного легче открываются, и Дилан первым же делом видит Лололошку, который смотрит на него таким влюблённым взглядом.       – Что та-       Договорить ему не даёт поцелуй. Этот поцелуй очень чувственный, медленный и спокойный, как атмосфера этого места. Пальцы сами зарываются в русые кудрявые волосы, массажируя кожу. В ответ на это слышится довольное мычание в губы. Лололошка отстраняется только для того, чтобы поцеловать в уголок губ, щеку, веко, бровь и полностью в который раз осыпать любимое лицо поцелуями, не упуская ни одного миллиметра. Медленно поцелуи переходят на шею, легко скользя по коже, не оставляя следов.       – И что это такое с утра? – медленно и удовлетворённо спрашивает Дилан. Он прекрасно знает, почему, но хочется услышать прекрасный голос партнёра, который всегда утром хрипловатый.       – Показываю свою радость и благодарность, ты же сам это знаешь, – смеётся Лололошка. Он прекрасно знает, что Дилану просто нравится слушать его голос после сна, но всё равно немного подкалывает. Его рука проскальзывает под футболку и гладит худую талию, утыкаясь носом в тёмные волосы и вдыхая запах обычного, но такого родного шампуня. Абилка вновь ходит по комнате, обследуя каждый уголок.       Лололошка прижимает Дилана к себе ближе, вновь целуя нежные покусанные губы. Губы сминают другие. Поцелуй неторопливый, самое то с утра пораньше: любящий, заботливый, радостный и благодарный. Пальцы начинают легко скользить по боку и животу, в ответ на это в поцелуе слышны смешки. В итоге Дилан отстраняется и старается отодвинуться, но в ответ его ещё сильней прижимают, а щекотка становится немного агрессивней.       – Всё! Ло, прекрати! – просит Дилан с улыбкой на лице и смеётся. Лололошка перестаёт его щекотать, но сразу же целуя. Теперь их языки встречаются и вместе начинают танцевать. Руки медленно вплетаются в волосы другого человека. Ладонь младшего медленно с поясницы перетекает на ягодицы, и поцелуй прерывается.       – Не надо, я не хочу мешать другим, – вяло сопротивляется Дилан. Чтобы яро сопротивляться, сил нет.       – Мы сделаем всё тихо, всё будет хорошо, – успокаивает Лололошка, мягко переворачивая парня на спину, сажаясь между его ног. Дилану всегда нравилось, как сосёт его парень, потому всегда рад поддержать его желание доставить ему удовольствие.       Длинные и худые пальцы поддевают резинку домашних штанов и снимают их вместе с бельём. Дилан видит, как Ло заинтересовано смотрит на его член. Он прикрывает глаза, отдавая полный контроль чувствам, но не голосу. Вот долгожданное тепло рта. Губы лишь обхватили головку, язык немного смачивает слюной. Потихоньку Лололошка начинает двигать головой, беря всё глубже и глубже. Он когда-то сказал сразу после минета, что ему нравится член Дилана, что он приятного размера, легко заглатывать. Дилан тогда его чуть ногой не отпинал за это. Иногда каким Лололошка бывает в постели очень сильно разнится с тем, как себя он ведёт в повседневной жизни.       И спустя несколько долгих и приятных минут наступает тихий оргазм. Лололошка как обычно сглатывает и немного хитро смотрит на размалёванного Дилана. Младший медленно поднимается к лицу своего парня и целует. На языке чувствуется остатки спермы, что стало для них привычным(сколько Лололошка его целовал после минета...).       – Доброе утро, любимка, – ласково говорит младший, заглядывая в самую душу своим влюблённый взглядом.       – И тебе, Ло.

Кс